Часть 2
18 ноября 2019 г., 19:26
Сэм проснулся от того, что его качало. Движение было незнакомым, слишком резким для того успокаивающего ощущения, к которому он привык, катясь по шоссе в Импале. Он моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Где бы он ни был, там было темно, шумно и дул сквозняк. Он находился на холодной твердой поверхности, которая дрожала. Его тело было вялым, мысли путались. Осознание своей уязвимости внезапно вырвалось на поверхность. Как будто он получил оглушительную команду от своего отца, рефлексы Сэма включились, вынуждая его двигаться. Но когда он попытался сесть, голова закружилась.
— Сэм?
Младший Винчестер безуспешно пытался сесть, но от движения заболели плечи и он понял, что его руки были скованы наручниками, а длинная цепь крепилась к стене. Сэм застонал, с трудом сглотнув, чтобы его не вырвало.
— Быстрые движения не самая лучшая идея, Коротышка.
Сэм повернул голову на голос, немного паники исчезло, как только он понял, что не один.
— Калеб?
— Да успокойся ты, — звук металла, скрежещущего о металл, эхом отдавался неподалеку. Первой мыслью Сэма был призрак Марли из «Рождественской песни». Он посмотрел конец старой версии несколько ночей назад, когда Дин был в душе. — Я тоже здесь.
— А где это «здесь»? — хрипло спросил Сэм.
— В поезде… я думаю. У меня было не так уж много времени, чтобы осмотреться. — Голос Калеба звучал ближе, но Сэм все еще не мог его видеть. Он почувствовал присутствие экстрасенса в своем сознании. — Я бы не рассчитывал, что это будет Полярный экспресс.
— Что, черт возьми, случилось? — младший Винчестер глубоко вздохнул, чтобы успокоить свое колотящееся сердце. Его глаза начали привыкать к темноте. Теперь Калеб казался колеблющейся тенью на чернильно-черном фоне их тюрьмы. Рыцарь был всего в паре футов от него, достаточно близко, чтобы коснуться его кончиками пальцев.
— Вампиры. — Калеб стоял на коленях. Сэм разглядел такие же наручники на его запястьях и цепь, удерживающую старшего охотника на расстоянии вытянутой руки.
— Вампиры? Какого хрена? — они с Дином охотились на призрачных медведей. — Что-то тут не так.
— Я получил их показания, как только один из ублюдков прикоснулся ко мне. Их мозговые структуры отличаются. — Калеб поднял руку. — Следы укусов на моем запястье рассеяли все сомнения, которые у меня были.
Сэм посмотрел вниз на свою руку, впервые заметив совершенно белую повязку на ней.
— Дерьмо.
— Да. Ублюдки кормились от нас. Вот почему ты чувствуешь себя так дерьмово.
— Я не понимаю...
С каких это пор вампиры настолько вежливы, что перевязывают своих жертв?
— Думаю, они не хотели, чтобы мы истекли кровью до смерти. Это как заткнуть пробкой бутылку вина.
— Нет. Я имею в виду, зачем забирать нас? — Сэм порылся в своей памяти, чтобы вспомнить, как он оказался в нынешней ситуации. Было трудно сконцентрироваться. Его мысли казались разрозненными, как разбросанные кусочки головоломки. Он никак не мог сложить их вместе в логическую картину. Ничего из сказанного Калебом не имело смысла.
— Даже не знаю.
— А Дин? Он здесь?
— Нет. — Калеб вздохнул. Сэм мог различить гнев и беспокойство под поверхностью вынужденного спокойствия Рыцаря. — Я не могу почувствовать его… Хотя я чуть не поджарил цепь, пытаясь достучаться до тебя. Предполагаю, что они знают достаточно о экстрасенсах, чтобы знать, как отрезать нас от остальных. И они питаются от нас, чтобы оставались слабыми.
— Супер.
— Есть еще какие-нибудь травмы, о которых мне следует знать?
Сэм задумался. Кроме слабой пульсации в голове и руке, ничто не требовало внимания. Его скованные руки затекли, он устал и замерз, но, казалось, был цел и невредим.
— По-моему, я в порядке. А ты?
— Зол как черт.
— Я тоже.
Калеб отстранился от Сэма, и отодвинулся назад, чтобы немного ослабить цепь, приковывающую его к соседней стене.
— А что ты помнишь?
— Я был в мотеле в Женеве, Дин куда-то ушел. Я остался, чтобы изучить наше дело.
— Хорошо. Худший кошмар Двойки — это медведи.
Сэм потер висок, медленно собирая воедино беспорядочные фрагменты событий. Он работал в номере мотеля. Волосы у него на затылке встали дыбом еще до того, как кто-то выбил дверь.
— Их было четверо или пятеро. А может, и больше. Они были быстры.
— То же самое и со мной.
— А где они тебя взяли? — Дин разговаривал с Калебом ранее вечером. Рыцарь был тогда на свалке у Сингера.
— Недалеко от дома Бобби, — вздохнул Калеб. — Ублюдки появились из ниоткуда. Две машины загнали меня в тупик, сбили с дороги. Они не дали мне времени чтобы что-то сделать. Мне удалось послать сигнал бедствия. Вот примерно и все.
Сэм оживился при мысли о возможном спасении.
— Как ты думаешь, кто-нибудь его получил?
— Это ты мне скажи, Коротышка.
— Прости. Я точно не работал над расширением своего диапазона. — С тех пор как Сэм принял на себя роль Ученого, он заметил, что его способности заметно возросли. Калеб пытался убедить его, что это был его врожденный дар, а не талант, созданный желтоглазым. Сэм хотел верить, что еще до встречи с Азазелем ему суждено было стать Ученым, но новая сила пугала его, и он старался сдерживать свои способности.
— Учитывая, что ты прикован рядом со мной, не думаю, что от тебя была бы большая помощь.
— Точно. — Сэм поднял руку, добавочный вес кандалов делал это трудным делом. — У тебя есть хоть какое-то представление о том, чего они от нас хотят?
— Нет. Как я уже сказал, они не дали мне много времени.
— Может быть, они работают на демонов? Люцифера? — голова Сэма гудела от осознания всего этого.
— Я так не думаю. Мы знаем, как Люцифер относится к демонам. Полагаю, что он испытывает еще большее отвращение ко всему, что находится ниже по пищевой цепочке. Вампиры в основном супер сильные люди с лучшими чувствами и без срока годности. Они были бы эквивалентом жвачки на подошве его ботинка.
— Или это может быть из-за Дина? Награда за его голову?
— Если это было так, они могли бы схватить Двойку.
— Тогда почему бы просто не убить нас, когда у них была такая возможность? — Сэм не мог не думать о последней встрече, которую он и Калеб пережили с вампирами. Это был не самый лучший момент в их жизни.
— Учитывая наши прошлые сделки, возможно, быстрая смерть не утолит их жажду мести. — Калеб думал о том же самом.
Рука Сэма покалывало под повязкой. Мысль о том, что кто-то пьет его кровь, вызывала тревогу на многих уровнях, но в то же время была связана с кармической справедливостью. Его самые мрачные мысли вернулись к медсестре, которую он запер в багажнике машины Руби. В своих кошмарах он до сих пор слышал ее крики.
— Не думай об этом, Коротышка, — сказал Калеб. — Это уже в прошлом. У нас все хорошо.
Сэм прикусил губу. Он не верил, что это было так просто, но чувствовал, что был на правильном пути, и мог найти место, где примирится с прошлыми ошибками.
— Думаешь, это все из-за мести? Достаточно ли они сумасшедшие, чтобы пойти против Триады? Это приведет к войне, в которой они не смогут победить.
— Мы и так уже воюем. Может быть, они просто пользуются этим фактом.
Калеб был прав. Ряды Братства были разбросаны тонко, потери увеличивались. Сэм прислонился к стене, у него разболелась голова.
— А почему поезд? Куда это они нас везут?
— Я не имею ни малейшего представления о поездке в почтовом вагоне или месте назначения, но если они будут продолжать двигаться, нас будет намного труднее найти.
— Ты узнал кого-нибудь из вампиров?
— Нет. Да и откуда мне их знать? — Ривз помассировал виски и поморщился. — Мы вычистили это Питтсбургское гнездо. В живых никого не осталось.
— От этих воспоминаний мне не становится лучше. — Иногда Сэм мечтал попасть в дни, когда Калеб и Дин могли бы заставить его поверить в любую возмутительную историю, особенно в ту, где они жили долго и счастливо. — Ты в порядке?
— У меня голова раскалывается.
Сэм поморщился.
— И у меня тоже.
Они обменялись быстрыми взглядами. Над головой раздалось несколько громких ударов. Сэм поднялся на колени, Калеб попытался сделать то же самое.
— На крыше что-то есть.
— Вампиры. — Калеб рванулся вперед, чтобы оказаться как можно ближе к Сэму. — Теперь я их чувствую.
Младший Винчестер протянул руку, чтобы ухватиться за Калеба. Большая часть энергии, которую он обнаружил, исходила от друга, но что-то темное скользнуло по периметру его чувств. Это не было похоже на ту связь, которую он испытал с другим экстрасенсом, это был отчетливый источник, отличный от людей.
У него не было времени обдумать эту странность, так как металлическая дверь их тюрьмы со скрипом открылась. В вагон ворвался холодный воздух. Сэм мельком увидел размытый пейзаж, огни города, а затем две неуклюжие фигуры заполнили дверной проем. Третий прыгнул сверху, приземлившись на корточки в нескольких футах от Сэма. За ним последовал еще один, закрывая за собой дверь.
— Ну-ну. Нам показалось, что здесь кто-то болтает. Вы уже проснулись. — У того, кто говорил, был акцент. Его речь была тщательно растянута. Сэм едва мог разглядеть его черты в темноте, только узнавая его внушительные размеры. Обостренные чувства давали вампирам преимущество. Зрение у них было скорее кошачье, чем человеческое, слух и обоняние — как у ищеек. — Мы надеялись, что вы будете спокойно отдыхать, пока не доберемся до места назначения.
— Трудно спать из-за шума и сквозняка. — Калеб потянул свои металлические браслеты, держась поближе к Сэму. — Не говоря уже о странном S&M-намеке. Мы не будем рекомендовать ваши железные дороги нашим друзьям.
— Я полагаю, что нам следовало бы предоставить более подходящий транспорт для членов Триады. — Вампир придвинулся ближе к охотникам, когда остальные рассредоточились вокруг них. Теперь Сэм отчетливо видел рыжие волосы и кобальтово-голубые глаза. — Но мы привыкли перевозить грузы без пульса. Верно, ребята?
— Это маленькое проявление дурных манер будет стоить тебе и твоим дружкам голов, — сказал Калеб.
— Мы занимаемся доставкой грузов. Просто выполняем приказы. Конечно же, Братство понимает такой протокол.
— Чьи приказы? — спросил Сэм. Было жутко, когда существа окружали их, как беспомощную добычу, скрываясь в углах тесной коробки, как пауки-затворники в темном шкафу.
— Скоро ты все узнаешь, Ученый. Мы уже недалеко от дома.
— Зачем все доводить да крайностей? — сказал Сэм. — Ты и твои дружки могли бы отпустить нас сейчас, пока все это не пошло коту под хвост. Вы не сделали ничего такого, что нельзя было бы игнорировать.
— И все же, — добавил Калеб, — хотя прихлебывать нас, как свой собственный личный коктейль, это очень тонкая линия, мудак.
— Зовите меня Лиам. — Вампир опустился на колени перед Калебом. — Не беспокойся о кормежке, Ривз. Люди могут потерять до двух третей своего объема крови и все равно выжить. Я полагаю, что это относится и к твоему виду тоже.
— ДА ПОШЕЛ ТЫ, — прорычал Калеб.
Лиам поднес пальцы к губам и зловеще улыбнулся.
— Должен признаться, мне было трудно сдерживаться с тобой. Кровь демона это редкое лакомство.
Сэм почувствовал намерение Калеба за мгновение до того, как Рыцарь двинулся к своему сапогу. В заначке ничего не оказалось, но это не помешало ему вцепиться в горло Лиама.
Огромный вампир молниеносно выхватил нож Калеба из складок куртки и прижал Коготь Дракона к горлу Рыцаря.
— Ищешь вот это? Я слышал, что он может убить кого угодно, даже демона.
— Это хорошо действует на таких, как ты, — холодно ответил Калеб. Он даже не пошевелился. — Это избавит меня от необходимости отрезать вам головы.
— Это довольно хороший подарок для моей подруги. — Лиам ухмыльнулся, возвращая клинок под плащ. Он качнулся назад на пятках. — Ты действительно ожидал, что мы проявим милосердие, не так ли? Как вы двое показали тому гнезду нашего рода, когда уничтожили его в прошлом году?
— А как насчет того, чтобы показать, что у тебя есть хоть капля разума? — Сэм знал, что Лиам играет с ними.
— Или, по крайней мере, что твои инстинкты самосохранения сильнее, чем у твоего кузена-комара, — добавил Калеб.
Улыбка Лиама погасла.
— Это смелые слова для человека, скованного цепями, ослабленного и беззащитного в присутствии превосходящих сил противника.
— Превосходящие силы? — фыркнул Ривз. — Мне очень неприятно говорить тебе об этом, Лиам, но ты не на Голливудской съемочной площадке. Это не оригинальная серия HBO. Здесь, в реальном мире, мы все еще на вершине пищевой цепочки, и вампиры — это честная добыча.
— Этому скоро придет конец. Лев больше не будет царем. Джунгли перейдут к шакалам.
— Ты имеешь в виду придуркам?
Сэм хотел, чтобы Калеб отточил свои собственные инстинкты самосохранения. Он понятия не имел, что задумали вампиры, но дальнейшие споры никак не могли помочь ситуации.
— Если бы ты хотел убить нас, то давно бы это сделал.
— Мертвый груз — это действительно тихий груз, — сказал Калеб.
Сэм рискнул вызвать головную боль, телепатически связавшись с другим экстрасенсом.
«Перестань внушать им всякие мысли».
— Как и бессознательный груз. — Лиам склонил голову набок. — Мальчики.
Остальные вампиры двигались так быстро, что Сэм успел заметить лишь смутное пятно. Они окружили Калеба, прижав его к полу.
— Нет! — младший охотник боролся со своими оковами, выкручивая запястья в металлических наручниках, чтобы освободиться. Он почувствовал, как рвется его кожа, но браслеты держались крепко. — Не делайте этого.
— Слезь с меня, — рявкнул Калеб, безуспешно пытаясь сбросить с себя любого из существ, которые теперь держали его. Один из вампиров протянул руку и разорвал его рубашку, обнажив плечо и верхнюю часть груди.
— Калеб! — Сэм продолжал пытаться высвободить свои руки, когда Лиам опустился на колени рядом с Рыцарем.
— Не волнуйся, Ученый, в следующий раз мы избавим тебя от страданий.
— Только дотронься до него, и я сам оторву тебе голову. И никакой магический клинок мне не понадобится. — Калеб забился сильнее, когда Лиам схватил его за подбородок. — Клянусь, я прикончу тебя!
— Я не стану полностью осушать Винчестера. В конце концов, у меня есть приказ. — Лиам улыбнулся, и его лицо исказилось, выдавая истинный облик. Появились белые клыки, когда он наклонился ближе к Калебу. — Это не значит, что я не сделаю тебе больно.
Ривз вскрикнул, когда вампир вонзил зубы в его плоть над ключицей всего в нескольких дюймах от горла. Сэм боролся со своими цепями, находя утешение в наказании, которое он накладывал на свои запястья, поскольку Калеба постигла гораздо худшая участь менее чем в трех футах от него.
— Прекрати это! — закричал он. — Ну, хватит уже!
Вампиры проигнорировали его, и вскоре борьба Калеба прекратилась. Сэм все еще ощущал присутствие Рыцаря через их связь, которую он теперь держал широко открытой, но боль, пронзившая его, затмила тот факт, что Калеб жив. От запаха крови у Сэма скрутило живот, одновременно вызвав другую реакцию, которая вызвала у него еще большее отвращение.
Когда вампир перевел взгляд на Сэма, обнажив окровавленные клыки, лицо Лиама было покрыто красными пятнами.
— Но ведь нет ничего отвратительного, правда? Мы не так уж сильно отличаемся, Винчестер.
— Я совсем не такой, как ты. — Сэм отпрянул назад, когда Лиам оставил обмякшее тело Калеба и направился к нему. Остальные остались стоять вокруг Ривза, занимая свою очередь. Он понятия не имел, как и почему вампиры узнали о том, что он сделал в своем стремлении убить Лилит. Истерический смех чуть не вырвался наружу, когда он подумал о Лиаме как о любителе тайного фаната книг Эдлунда.
— Есть одно отличие. — Сэм поежился, когда Лайам потянулся к нему. Сила в руке вампира была сокрушительной. Он схватил охотника за плечо, и другую руку положил на его горло, сжимая достаточно сильно, чтобы Сэм почувствовал боль. Он успокоил себя мыслью, что вампиры не хотят их смерти. Сэм переживет все, что бы ни случилось. Черные глаза Лиама встретились с его глазами. — У тебя есть пульс. Твое сердце бьется, а мое — нет. Я кормлюсь от других, чтобы выжить. Ты не можешь сказать то же самое о себе.
— Иди к черту, — прохрипел Сэм.
— Это не вариант для меня. — Лиам улыбнулся. — Но я слышал, что тебя там ждут.
Последнее, что Сэм помнил, был страх, пронзивший его, жгучая боль вдоль плеча, когда Лиам атаковал, и эхо имени своего брата, когда он, молча, позвал:
"Дин!"
***
Дин споткнулся о комок грязи в темном открытом поле, и только крепкая хватка Кастиэля удержала его на ногах. — Дин? Старший Винчестер медленно убрал руки от головы, моргнул и увидел обеспокоенное лицо ангела. — Проклятие. — Что такое? — Сэмми. — Дин выпрямился, когда знакомое ощущение отступило. Он почувствовал тошноту, ноги задрожали, как будто он пробежал пять миль. — Ты их видел? — Нет. Это не работает таким образом. Я просто чувствую их, знаю, что с ними что-то происходит. Нечто плохое. Дин хотел бы, чтобы у него было видение, как-то, что Энди послал ему, когда Сэм был пойман в ловушку в «Колд Оак». По крайней мере, это даст хоть какой-то намек на то, где находятся его брат и лучший друг. Если Мерлин действительно хотел помочь им, почему бы не предложить им эту магию. Мак пришел к выводу, что серебро каким-то образом было вовлечено в этот процесс, но об этом можно было только догадываться. Доктор предположил, что боль, которую ощущал Дин, была своего рода телепатическим откатом назад и что со временем «предупреждающий сигнал» будет больше походить на интуитивное чувство, на рывок его подсознания, а не на удар ножом. Не помогло и то, что Дин не был экстрасенсом. Он надеялся, что связь с Триадой, которую он только начинал ощущать, не будет возникать так часто. — То же самое происходит и с ангелами. — Кастиэль подождал, пока охотник не станет более устойчивым, и только тогда отпустил его плечи. Он сделал шаг назад из личного пространства Дина, пристально глядя на маленький белый дощатый домик вдалеке. — Когда умирает один из моих братьев, я чувствую это. Мы все тесно связаны друг с другом. Это один из многих подарков от нашего отца. — Я не очень-то люблю такие подарки. — Дин оценил идею, что он был связан с Сэмом и Калебом на совершенно новом уровне, хотя никогда не нуждался в Триаде или магии Мерлина, чтобы чувствовать ответственность за их безопасность. Он по-новому оценил то, что Калеб испытывал ежедневно, и был рад, что Ученый и Рыцарь составляли всю его экстрасенсорную сеть друзей и семьи. — Некоторые благословения трудно понять и принять. — Пастор Джим с удовольствием поболтал бы с тобой о философии, Кас. Но меня больше интересуют непосредственные, конкретные награды. — Дин глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. — Когда этот «подарок» будет действовать как самонаводящийся маяк, который приведет меня к Сэму и Калебу, как твой GPS привел нас сюда, в Алабаму, чтобы увидеть Ленор, тогда мы и поговорим. — Я и раньше выслеживал демонов, но никогда вампиров. Я не был уверен, что они настоящие, пока не почувствовал их в мотеле. — Можешь мне об этом не рассказывать. У меня чуть кишки не лопнули, когда папа в первый раз намекнул на кровопийц. — Кастиэль предложил перенести их прямо в дом, но Дин решил попробовать более дружелюбный маршрут, надеясь воспользоваться старыми связями. — Сейчас их здесь несколько. — Ангел перевел взгляд с дома на сарай. — Они не упоминаются в книге моего отца. — Не расстраивайся, Кас. Папа тоже не записывал вампиров в свой дневник. — Дин не мог не провести параллели, на которые им постоянно указывали обе стороны. — Родители всегда знают больше, чем говорят. Кастиэль поднял голову, когда одинокий лай эхом разнесся по всей усадьбе. — А вервольфы работают с вампирами? — А что говорит об этом твоя героиня Стефани Майер? — Дин вытащил пистолет из кобуры, проверяя новые патроны. Это была идея Бобби наполнить взрывающиеся снаряды кровью мертвеца. Это не убьет, но уж точно замедлит наступление ублюдков. Механик находил интересные способы заполнить свое новое свободное время. — В ее книгах вампиры и оборотни, невольные союзники. — Мой отец всегда говорил, что война создает странных союзников. — По ее словам, оборотни очень похожи на Братство, за исключением того, что вы не превращаетесь в диких животных. — Воздержусь от суждений. — Дин засунул пистолет за пояс, надеясь, что он ему не понадобится. — Ты не видел нас на ужине в честь Дня Благодарения. — Эти вампиры выставили охрану, — сказал Кастиэль. — Они учуяли твой запах и собираются устроить засаду. Дин ничуть не удивился. Только люди не знали о том, что происходит вокруг них. — Как только вампир почует твой запах, он никогда его не забудет. У них носы гораздо лучше, чем у их собак. Мы с Сэмом уже имели дело с этим конкретным гнездом раньше. — И ты оставил их в живых? — Они не совсем обычные вампиры. Они питаются животными, а не людьми. — Значит, они такие же, как Каллены? — Разве Каллены калечат коров? — Дин указал на пастбища, где паслось большое стадо крупного рогатого скота. Там были козы и даже пара свиней. Это выглядело так, как будто Ленор и гнездо выбрали зеленый подход, выращивая свой собственный источник пищи. — Они предпочитают более быструю пищу, такую как олень и горный лев. — Тогда не жди, что твоя безумная влюбленная Розали подойдет к двери. — Дин усмехнулся, глядя на ангела. — Позволь мне говорить. Я не доверяю твоему золотому язычку после нашей маленькой ночи в публичном доме. Их встретили "вервольфы" Кастиэля, которые оказались дружелюбной вислоухой гончей и пуделем, который выглядели странно неуместно в этой обстановке. Дин надеялся, что это были домашние животные, а не какой-нибудь деликатес для кровососов. Вампиры позволили им добраться до переднего крыльца дома, прежде чем сделать свой ход. Дин убрал пистолет, но держал его в нейтральном положении, когда их с Кастиэлем окружили. — Охотникам здесь не рады. Вампир, который заговорил, был темноволосым парнем примерно такого же роста, как и Дин. Винчестер не узнал ни одного из этих сердитых лиц. Сэм имел дело с вампирами, когда они его похитили, а затем, когда он вернул Ленор после сеанса пыток Гордона. Он упомянул о муже Ленор, Илае. Дин решил рискнуть. — Ты Илай? — Возможно. Винчестер счел это утвердительным ответом. — Скажи Ленор, что Дин Винчестер хочет поговорить с ней. — Зачем? — вампир жестом велел остальным оставаться на месте и шагнул ближе к Дину. — Мы не заинтересованы в делах Братства. Мы хотим, чтобы нас оставили в покое. Ты не имеешь права приходить сюда. Мы ничего не сделали. Дин приподнял бровь. — Я не говорил, что это имеет отношение к Братству. — Ты охотник. — Вампир быстро указал на серебряное кольцо. — И не просто охотник, Винчестер. Мы все слышали о недавней коронации. — А я и не знал, что вампиры постоянно зависают в сверхъестественной социальной сети. — Дин крепче сжал пистолет, удивленный тем, что новость распространилась так быстро и среди тех, кто находился на самой окраине темного мира. — Конечно, стоит следить за тем, что делает враг, но ты должен простить меня, если я не принесу свои поздравления. — Я здесь не для того, чтобы ты целовал мое кольцо. — Дин взглянул на Кастиэля, который изучал вампиров с тихим восхищением. — Нам просто нужна кое-какая информация. Илай потер подбородок. — Это слишком дорого стоит, как ты думаешь? — Если я правильно помню, мы с братом спасли твою девочку. — Дин насчитал восемь вампиров, в том числе двух женщин. Он ни за что не смог бы снять их всех отдельными выстрелами, если бы они решили спровоцировать конфронтацию, но не собирался уходить без ответов. — Мы пошли против одного из своих, делая это. — Если я правильно помню, ты помог убить моего лучшего друга Конрада, а потом отпраздновал это с друзьями. — Глаза Илая потемнели, он обнажил клыки. — Я оставил брата, не желая мстить за его смерть. Дин облизнул пересохшие губы. Он мало что мог сказать на это. — Скажи Ленор, что я буду у нее в долгу… Что Страж будет у нее в долгу. Илай издал низкий горловой рык. Дин напрягся, почувствовав, как пальцы Кастиэля коснулись его куртки. — Скажи мне сам. — Ленор появилась из-за спины двух других вампиров. Дин задался вопросом, была ли она там все это время. — Дин. — Ленор. — Он расслабился, когда хорошенькая брюнетка вышла в свет фонарей на крыльце. — Ты, кажется, не удивилась, увидев меня. — Ни одно доброе дело не остается неоплаченным. — Она придвинулась к ним поближе. — Я ожидала, что ты когда-нибудь зайдешь ко мне. — Ты знаешь, почему мы здесь? — До меня доходили кое-какие слухи. — Для кучки деревенщин из Алабамы ты и твой парень, похоже, в курсе всех дел. — Руки Ленор выдавали ее нервозность. Дин смотрел, как она пробежала пальцами по амулетам своего золотого браслета. — Мы со многими подружились за эти годы. — Ленор махнула рукой в сторону дома. — Может быть, поговорим внутри? Дин отрицательно покачал головой. Возможно, это были вампиры-вегетарианцы, но ему все еще не нравилась идея идти в замкнутое пространство со стаей вампиров. — Я бы предпочел этого не делать. — Ты же не думаешь, что нам нужны неприятности? — Это начинает выглядеть так, как будто кто-то из твоего вида решил устроить разнос. — Не мы. — Ленор выдержала его пристальный взгляд. — Мы хотим жить в мире. Это все, о чем мы просим. — В такие времена, как сейчас, это очень сложно, дорогая. Или вы выбираете сторону, или вы в конечном итоге сопутствующий ущерб. Там нет безопасной зоны. — Ты хочешь сказать, что можешь защитить нас? — Ленор поднесла руку к горлу, где у основания шеи покоился маленький черный камешек на серебряной цепочке. — Я могу обещать тебе, что никто по моему приказу не причинит вреда ни тебе, ни твоему гнезду. — А как же ангел? — Ленор перевела взгляд на Кастиэля. — А его соплеменники последуют твоему примеру? Кастиэль нахмурился. — Вы знаете, кто я такой? — Я знаю. — Глаза Ленор заблестели, напомнив Дину, как Бекки, сумасшедшая помощница Чака, смотрела на Сэма. — Ты ангел Господень. — От тебя воняет миррой, — сказал Илай. — Мы учуяли тебя еще до охотника. Кастиэль внезапно растерялся. Он взглянул на Дина, который пожал плечами в ответ. — Это может объяснить, почему Бу всегда тебя нюхает. — Не обращай внимания на Илая. Твой запах — это как воздух после летней грозы. — Это Кастиэль. — Дин перевел взгляд с Ленор на ангела, видя возможность, которой не ожидал. — Он сейчас бунтарь, так что мы не можем говорить за его братьев, но даже падший ангел чертовски хороший союзник. — Один ангел это больше, чем я когда-либо ожидала. — Ленор протянула Кастиэлю руку. — Меня зовут Ленор. Ангел не стал отвечать на приветствие, нахмурившись и продолжая изучать стоящую перед ним женщину. — Извини. Он немного разочарован, что ты не сверкаешь, как бриллианты на солнце, — сказал Дин. Ленор опустила руку, и ее губы слегка растянулись в грустной улыбке. — А кто сказал, что я не сверкаю? — Так что насчет Сэма и Калеба? — Несмотря на то, кем они являются, ты должен знать, что я не питаю недобрых намерений ни к одному из них. — Ленор взглянула на Илая, окинув взглядом разношерстную группу, собравшуюся вместе с ее парой, и снова перевела взгляд на Дина. — Однажды Калеб спас мою семью от охотника по имени Элкинс. Сэм вступился за меня, хотя с таким же успехом мог позволить Гордону прикончить меня. Они не типичные охотники, они просветленные для вашего вида. — Тогда ты легко можешь им помочь. — Дин не упустил тот факт, что Ленор не упомянула его вместе с братом и лучшим другом. — Мы оба знаем, что все не так просто. — Ленор уставилась на Дина. — Как ты и сказал, времена сейчас тяжелые. За сто лет я не видела ничего подобного. — Тогда это делает твое решение помочь нам еще более значимым, — сказал Кастиэль. — Времена великого хаоса раскрывают праведников. Ленор повернулась к нему, ее рука снова потянулась к браслету с амулетом. Дин заметил золотой крестик, зажатый между ее большим и указательным пальцами. Казалось, что все вокруг ищут спасения. — Трудно быть милостивым, когда тебя бросили в мир тьмы. — Это пора быть великодушным. — Кастиэль шагнул вперед, протягивая вампирше руку. — Мой отец сказал, что из тьмы воссияет свет. Ты и твоя семья, очевидно, это понимаете. — Коринфяне, — Ленор взяла ангела за ладонь и сжала ее обеими руками. — Глава 4; Стих 6. — Значит ли эта маленькая игра в библейские стихи, что ты нам поможешь? — Дин мог оценить иронию религиозности вампира, но был готов вернуться к делу. Ленор отпустила руку Кастиэля и посмотрела на Винчестера. — Твоего брата и Калеба удерживает вампир по имени Беккет. — А у Беккета есть фамилия? — Мы почти ничего о нем не знаем. — Илай подошел к своей подруге. — Его гнездо пересекло границу Канады в прошлом году, принеся с собой новые идеи. — Эти новые идеи включают в себя объединение ваших гнезд и установление базы власти в ваших рядах? Илай посмотрел на Ленор, и та кивнула, давая ему знак продолжать. — Бекетт считает, что настало время для вампиров вернуть себе свое место. Он думает, что если мы сейчас не проявим силу, то будем восприниматься как несущественные люди и останемся в кильватере. — Мне очень неприятно говорить тебе об этом, но Люцифер массово убивает свой собственный народ. Он не ищет себе новых товарищей. И единственное, чего стоит похищение двух третей Триады — это быстрое вымирание того, что осталось от вашего вида еще до начала шоу. — Умные они или нет, но вампиры это заметили, — сказала Ленор. — Бекетт очень харизматичен для молодого вампира. Его обращение уже объединило несколько гнезд, образовав самую большую группу нашего вида за многие века. Мы слышали, что он объединил свои силы с очень могущественной ведьмой, желающей использовать темную магию. Дин и Кастиэль переглянулись. — У этой ведьмы есть имя? — Насколько мне известно, нет. Я не слышала, чтобы о каком-то конкретном ковене говорили. — Вы случайно не знаете, где я могу найти этого Беккета? — На севере, — ответил Илай. — Это все, что нам известно. — Это начало. — Дин, — Ленор схватила охотника за рукав, — я не знаю, что делать. Ты должен знать, что одна из вещей, которую Бекетт пообещал вампирам — это правосудие против их величайшего врага. — Голова Ван Хельсинга на блюде? — охотники были единственным известным хищником против вампира. Если Бекетт хотел получить поддержку, Дин знал, что выставление напоказ окровавленных трупов его врага было бы отличным началом. — Да. — Между охотником и вампиром всегда была война. — Но Бекетт рисует Братство в более темном свете. Он утверждает, что Сэм и Калеб убили гнездо, подобное нашему, которое пыталось жить в мире с людьми. — Сэм и Калеб пощадили тебя и твою семью. Ты действительно веришь, что они убьют еще одно гнездо просто ради спорта? Ленор отпустила его. — Другие видят вещи не так, как я. Они поверили идее самооправдания. То, что прольется вражеская кровь возбуждает их во многих отношениях. Бекетт планирует большое шоу из этого. Вампиры собираются отовсюду. — Ты знаешь, где это место? — Дин выдержал пристальный взгляд Ленор, ища в нем ложь. — Нам пришлось поклясться в верности крестовому походу Беккета, чтобы узнать подробности. Как я уже говорила, нас не интересуют его планы. — Поговаривают о публичной казни, — добавил Илай. — Это мы еще посмотрим. — Дин кивнул Кастиэлю. — Пошли отсюда. Ленор отступила назад, ее гнездо расступилось, чтобы они могли уйти. Дин уловил ее тихие слова, когда они уходили. — Я буду молиться за тебя. Дин не был уверен, следует ли ему смириться с тем, что один из проклятых надеется на их спасение, или же очень волноваться, что они нуждаются в такой милости.
