Дичь

Рей приподнял антимоскитную сетку и сел на кровать. Грязную одежду не хотелось надевать на вымытое тело, поэтому на омеге было только полотенце, завязанное на бедрах. Чистая постель и мягкий матрас манили обещанием долгожданного комфорта, и парень с удовольствием лег на спину, раскинув руки, наслаждаясь приятными ощущениями. Сейчас он был в относительной безопасности, но какое-то тревожное чувство начало неприятно скрести когтистой лапой внутри. Роберта не было, и ему не терпелось узнать удалось ли ему связаться с отцом и альфой Свена. Незнакомая деревня и люди не внушали доверия. Хотелось побыстрее убраться из джунглей и из страны. Наверное, он успокоится, только оказавшись в Бостоне, подальше от этого гиблого места. Парень задумался о судьбе других омег. Был ли кто-то из них жив, нашел ли надежное укрытие, как они со Свеном? Оставят ли его в покое, если удастся ускользнуть из лап этих мерзавцев? Он знал имена многих из них. Влиятельных, богатых людей, которые без проблем убирали вставших у них на пути. Закрадывалось подозрение, что ничего не кончено... В какой-то момент он забылся от усталости и напряженности прошлых дней в полудреме. И под закрытыми веками проносились картинки недавних событий, тревожа его поверхностный отдых. Из этого состояния омегу вырвал негромкий стук в дверь. – Рей? – тихий оклик прогнал остатки сна. Омега приподнялся на кровати. – Извини, я разбудил тебя? – Роб вошел в комнату, ставя на низкий столик поднос. Небольшое помещение заполнил запах еды, дразня рецепторы, и Рей сглотнул слюну. Он давно уже не ел, а после сухпайка и батончиков его организм отчаянно хотел нормальной приготовленной пищи. Альфа устроился на второй кровати, и Рей вспомнил, что на нем только полотенце. Прикрыться было нечем, и омега обхватил себя руками. Он застыл, сердце стучало, как бешеное. После того, что случилось между ними и осознания своей тяги к этому альфе, как себя вести, как разговаривать, как смотреть в глаза? Словно читая его мысли, Роб достал из рюкзака сверток и положил на кровать омеги. – Вот, надеюсь, это твой размер. Здесь нет магазинов одежды, но у мужа Альваро нашлись новые вещи. В свертке были кроссовки, брюки защитного цвета, футболка и белье. – Кто такой Альваро? – Тот альфа, с которым я разговаривал. Он полицейский. Связь здесь плохая, но удалось связаться с департаментом федеральной полиции в Каскавеле, это ближайший крупный город отсюда. И в заповеднике находится вертолет Службы спасения. Альваро передал примерные координаты и описание места нахождения Свена. Они уже вылетели на поиски. Видишь, я держу слово. – Спасибо… А твой отец? – Альфа не сразу ответил. Наверное, его отец не очень обрадовался ситуации, в которую попал его сын. – Он поднимет свои связи и приструнит генерала Паттерсона и остальных. Скоро нас заберут отсюда. – Отлично, а теперь отвернись, мне нужно одеться! – Неужели ты стесняешься меня? – Омега чувствовал, что альфа говорит это с улыбкой, а в голосе привычная насмешливость, смешанная с чем-то новым, незнакомым. – Нет… – Рей собрался и вызывающе посмотрел на Роба. Руки опустились к талии и полотенце упало вниз. Взгляд, который скользил по его телу будоражил, вызывая легкое подрагивание пальцев. В таких условиях было сложно одеваться, но Рей справился. – Без этих тряпок было лучше. – Роберт моментально оказался слишком близко. Большой палец очертил контур и замер у уголка губ. – Я знаю, что ты все еще не доверяешь мне. Просто побудь немного рядом. С тобой так хорошо, – альфа зарылся носом в еще влажные волосы, вдыхая естественный запах омеги, смешанный с ароматом шампуня и геля для душа. – Слишком хорошо. Он прижал Рея к груди и опустил руки на его талию, заключая в объятия, словно в тесный кокон. Омега слышал сердцебиение Роберта, которое синхронизировалось с его собственным, словно у них было одно сердце на двоих. Он не сразу осознал, что происходит. А когда понял, то мгновенно отпрянул от альфы. Связь начала устанавливаться и подчинять его волю. Парень иронично улыбнулся – и, похоже, влиять на его умственные способности… Он ощутил сумасшедшее счастье от того, что просто был рядом с человеком, которого недавно презирал или даже ненавидел. Какое-то иррациональное блаженство. Черт бы побрал эти омежьи заморочки! Тело уже предало его во время течки, а теперь предавал разум. И сейчас, когда руки с его тела исчезли, он ощущал холодную, давящую пустоту. Новые ощущения пугали. Бессознательный страх потерять себя, стать придатком пометившего его альфы, не контролировать свои желания. Его сущность словно разделилась на две части. Одна из них тянулась к своей паре, а вторая так и оставалась рациональной, трезвой, жесткой и отклоняла любое поползновение на свою свободу и подчинение инстинктам. – Невероятно… Ты тоже почувствовал? – Роберт смотрел на него полубезумным взглядом, не замечая состояния омеги. – Ты сводишь меня с ума! Рей опять оказался в объятиях, заграбастанный ловкими руками. – Не думал, что ты такой трусишка. Я твой страх даже без связи ощущаю, – альфа внимательно его рассматривал и в этот раз казалось, что видел его насквозь. – Страх – самое последнее, что ты должен испытывать рядом со мной. Ты ведь знаешь, что альфа не способен навредить своей паре. И дело не только в этом. Я люблю тебя, Рей. – Это, – омега вжался в его тело, прижимая животом возбужденное естество альфы, – не любовь. Парню на самом деле было вовсе не до шуток. От шока стучало в висках. Сознание разваливалось на фрагменты. Любовь – как приговор. В этом случае она только все усложняла. Он надеялся по возвращению забыть все, как страшный сон, и жить, как раньше. А теперь Роберт его вряд ли отпустит. И кому-то из них может в итоге быть больно. А может, и обоим. – Одно другому не мешает. Можешь мне не верить, но со временем ты поймешь, что это правда. – Роб ослепительно улыбнулся, и Рей неосознанно залюбовался на его красивые черты. – Тебе нужно покушать, пока я еще в состоянии отпустить тебя. Еще немного – и я сорвусь. Я ведь знаю, какой ты бываешь. Страстный, открытый, сексуальный, – нашептывал ему на ухо альфа, – и вкусный. Везде вкусный… Рей попытался закрыть его болтливый рот ладонью, но почувствовал на коже жаркую влажность языка. – Уймись, извращенец! Роберт хмыкнул и чмокнул его в висок. – Я не извращенец. У меня немного повышенное либидо, – альфа подмигнул, но через минуту его выражение лица стало очень серьезным. – Рей, мне очень нравится, что мой истинный оказался таким чистым и неискушенным. Ты долго был один и пытаешься быть сильным, подавляя свои желания и суть. Я понимаю, что ты привык рассчитывать сам на себя, но не отталкивай меня. Дай нам шанс. Попытайся доверять мне, выйти из своей скорлупы. Тебе ведь может понравиться быть со мной… Ты не узнаешь, пока не попробуешь. Альфа нежно погладил его руку. Рей уже заметил, что тот постоянно старался быть к нему поближе, нарушая его личное пространство. Изловчался прикоснуться, поцеловать. Как и заметил то, что он начал привыкать к этим прикосновениям и они были ему приятны. – Такое впечатление, что ты все время контролируешь свои чувства, мысли. Но это в то же время и мешает. Отпусти себя. Давай, позволь сделать себе то, что ты хочешь в этот момент. Закрой глаза… Рей, убаюканный его голосом, послушно опустил веки. Роберт снова был непозволительно близко. Воздух от его дыхания щекотал кожу на лице. И омега словно чувствовал тепло, исходящее от тела альфы. – Расслабься… – ладони легли на его плечи, легонько удерживая. – Чего ты хочешь, Рей? Омега попытался не думать. Он глубоко вдохнул, насыщаясь запахом альфы. Темнота словно обострила чувства. Кожа под ладонями горела. Руки сами поднялись вверх и сомкнулись на шее Роберта, притягивая его ниже. Его губы коснулись твердых и немного жестких. Рей приоткрыл рот и впустил внутрь язык. Оба терпеливо изучали вкус друг друга. Медленно, неспешно. Поцелуй затягивался, набирал обороты, вышибая остатки воздуха в легких. Задыхаясь, омега оторвался от чужих губ. – Да, детка… – Рей открыл глаза и напоролся на бессовестно счастливый и довольный взгляд. – Так нечестно! – Но тебе ведь самому этого захотелось. И понравилось. Наше желание взаимно. – Да, но… – Иди сюда, я немного перегнул палку. Постараюсь больше не давить на тебя, обещаю. И не бойся меня. Я не сделаю ничего против твоей воли. «Я не того боюсь» – но вслух омега так ничего и не сказал. Похоже, «обнимашки» становились уже их маленькой традицией. Но их прервало нетерпеливое урчание живота. – Все-таки нам стоит поесть. Ты слишком худой. – Альфа провел рукой по ребрам, ощупывая бока. – Ну, знаешь, неделю не на курорте был, – съязвил Рей, уворачиваясь от наглых прикосновений. Роберт подвинул столик так, чтобы он стоял между кроватей. Омега с интересом рассматривал содержимое тарелок. – Никогда не пробовал такого, но пахнет аппетитно. – Это фейоджа. Смесь из фасоли, свинины, сушеного мяса и копченой колбасы. А вот это белое – жареная мука маниоки. Специфическая еда, но очень вкусная. Я был несколько раз в Рио. И один раз в джунглях. – А португальский откуда знаешь? – Учил в школе. А после первой поездки в Бразилию захотелось узнать получше. Занимался дома с учителем, пока отец не решил, что это лишнее и мешает сконцентрироваться на более нужных предметах. – Каких же? – Математика, экономика, менеджмент. Но все равно успел изучить достаточно, чтобы свободно говорить. Рей с предвкушением отправил ложку жаркого в рот и тут же начал быстро дышать. – Блин, какое острое! – В тропическом климате почти все блюда пряные или острые, специи хорошее противомикробное средство и стимулируют пищеварение. Держи, – Роб передал омеге стакан воды, и тот жадно пил, пытаясь потушить пожар во рту. – Легче? – Да, спасибо, – Рей аккуратно выбрал из блюда кусочки острого перца и начал есть маленькими порциями, запивая водой. – На самом деле очень вкусно. – А еще у них особенное мороженое. Утрамбованный, колотый в мелкую крошку лед, политый соком разных фруктов. Можем попросить приготовить, думаю, тебе понравится. Главное, чтобы лед был наморожен с питьевой воды. Но я так устал от жары, что рискнул бы попробовать в любом случае. Они расправились с первым блюдом и закусили нарезанными фруктами. Некоторые Рей видел впервые. От трапезы отвлек стук в дверь. Роберт вышел и с кем-то разговаривал. Голос собеседника был низким и звучным и скорее всего принадлежал взрослому альфе. Когда Роберт вернулся, его вид был озадаченный и виноватый. – Рей, они не нашли Свена. Пещера была пуста.