Дичь

Невозможность понимать незнакомую речь необычайно раздражала. Рей вслушивался в интонации, пытаясь хоть немного угадать, о чем идет речь. Но было ясно только одно – мужчины были обеспокоены. – Что он говорит? – Спрашивает, мог ли Свен уйти из пещеры? – Не думаю, что он бы покинул пещеру так быстро, тем более, что у него был жар, когда я его оставил… Но я оставил ему медальон с GPS датчиком. – Ты не рассказывал ничего такого. Откуда он у тебя? – Некоторые люди, которые замешаны в организации охоты, не прочь были подзаработать. Когда нас везли к месту высадки в джунглях, один из сопровождающих предложил свои услуги. – И ты поверил ему? Ты хоть задумался, что по сигналу тебя мог найти один из охотников? – Роберт сильно злился. Рей не понимал причины этой злости и хотел напомнить, что и сам альфа был в то время для него опасен, и, по его мнению, был ничем не лучше других охотников, но решил не поднимать вновь скользкую тему. – Нет, не поверил, но готов был довериться. На тот момент это был единственный шанс и хоть какая-то надежда выбраться из безвыходной ситуации. Он оценил свои услуги в сумму с шестью нулями. Люди алчны и их желание легкой наживы может стать самой надежной гарантией. Альваро снова заговорил серьезным тоном. Роберт жестом показал омеге следовать за ними, и они оказались в большом доме. Здесь был рабочий кабинет альфы. Простой дощатый стол, коммутатор, телефонный модуль с мощной антенной, какие-то документы. Насколько омега знал, связь по рации была возможной максимально на десять километров, а в условиях джунглей – максимум пять-шесть. Мобильная связь не была предусмотрена в такой глуши. Единственной связующей ниточкой с окружающим миром в таких условиях была спутниковая связь. Роб долго пытался набрать несколько номеров, но безуспешно. – Рей… Нам нужно вернуться в джунгли. Не могу дозвониться отцу. Только ты можешь узнать и показать место, где вы прятались со Свеном. Пока сюда доберется мой отец или альфа Свена и организуют поиски, может быть уже поздно. Если у него инфекционное заболевание или малярия, каждая минута дорога. Вертолет будет здесь через десять минут. Сотрудники Службы спасения вооружены. Альваро убеждает, что это будет быстро и безопасно. Омега от шока не мог проронить ни слова. Снова нахлынуло уже немного подзабытое чувство страха, сковывая внутренности и мысленные процессы. Если бы он был хоть немного эгоистичней, то плюнул бы на все и думал бы только о спасении своей собственной шкуры. Но там остался его друг, который поддерживал его в трудные минуты. Друг, который спас от изнасилования и смерти, ни минуты не сомневаясь, бросаясь на превосходящего в мощи в несколько раз противника. Сил для слов так и не нашлось, и Рей только кивнул в знак согласия.

***

Вертолетной площадкой оказался небольшой вырубленный и разровненный участок. Красно-желтый геликоптер с белым крестом на боку завис в воздухе на высоте нескольких метров и пыль, частицы сухой травы и листьев сметало воздушными потоками и бросало в лицо, заставляя прикрыть глаза. Рей инстинктивно пригнулся под ревом винтов. Дверца открылась и из нее выбросили веревочную лестницу, которая почти доставала до земли. Роберт ухватил боковины лестницы двумя руками, удерживая ее, и омега поставил ногу на нижнюю ступеньку, которая оказалась неустойчивой и прогнулась под его тяжестью. Лестницу раскачивало и нужно было прилагать невероятные усилия, чтобы удержаться. Главное – не смотреть вниз, тогда совсем не страшно. Когда Рей вскарабкался немного вверх, Альваро занял место Роба и альфа тоже начал подъем. Внутри вертолет был достаточно вместительным. Издали он казался компактным и словно игрушечным, и Рей понял, что недооценил его габариты. Вдоль одной из боковых стен были установлены откидные скамейки, на которых расположились два человека – оба в форме с крестом на груди. Альфы. Омега неосознанно вздрогнул и внутренне сжался. В его душе поселился страх перед альфами. Он принюхался. Запах не ощущался, наверное, работники полиции, спецслужб и спасатели пользовались подавителями. Без запаха они не казались омеге такими опасными, и он немного расслабился. С другой стороны омега заметил носилки, кислородный баллон, ящики с медикаментами и медицинскими инструментами. Один из мужчин опустил скамейку, на которой они поместились вдвоем с Робом. Этот вертолет совсем не был таким комфортным, как тот, на котором омег доставили в Бразилию и внутри стоял оглушительный шум, от которого чуть не лопались барабанные перепонки. Поэтому наушники, предложенные спасателем, были очень кстати и защищали уши от пронзительного рева. Парни полуразвернулись, усаживаясь боком. Рей уперся спиной о грудь альфы, рассматривая виды через иллюминатор. Все те же бескрайние зеленые джунгли и змейка реки, по которой они приплыли. Чувство дежавю. Сейчас он возвращался назад в то место, от воспоминаний о котором у омеги застывала кровь. Он пытался абстрагироваться, отключиться от мыслей, но в мозгу звенел маленький колокольчик. «Опасность!». «Опасность!». Его интуиция редко его подводила, и она требовала повернуть назад и убираться отсюда. Парень сделал несколько глубоких вдохов. Повышенная тревожность после пережитого кошмара – вполне нормально. Наверное, он еще долго будет настороженным и подозревать всех вокруг. Он всегда справлялся со своими проблемами и переживаниями сам, но после этого ему скорее всего понадобится помощь психолога. Не хочется становиться недоверчивым асоциалом, а верить людям и не закрыться в себе будет сложно. Немного подумав, омега сжал руку Роба. Она казалась ему в этой ситуации стабилизирующим якорем. Альфа взял его руку в свою и большим пальцем поглаживал кожу, словно успокаивая. И Рею действительно полегчало, и страх отступил, сжимаясь где-то внутри в маленький комок. Он обернулся и благодарно улыбнулся. Спасатель жестами показал Рею встать и следовать за ним. Они переместились в кабину пилота, который указывал на водопад. Парень всмотрелся в открывшийся перед ним вид, с облегчением вздохнул и покачал головой. Это было не то место. Вертолет некоторое время кружил над этим участком джунглей, зависая над небольшими водопадами. Сверху они все казались почти одинаковыми, и пилот старался максимально снизиться, чтобы омега получше рассмотрел местность. Только шестая попытка оказалась удачной. Рей узнал небольшую заводь и большие валуны, за которыми был вход в пещеру. – Нашел, это здесь! – он забыл, что пилот тоже в наушниках и не слышит его. Тогда омега подергал его за руку и указал пальцем пилоту на искомый водопад. Снова пришлось спускаться по веревочной лестнице. Первым был один из спасателей. Когда он был почти внизу, поток воздуха понес лестницу в сторону, она закрутилась волчком, мужчина потерял равновесие и тяжело рухнул на землю. Благо, высота была совсем маленькая, и он не травмировался, быстро поднялся и стабилизировал лестницу, удерживая ее. Второй спасатель прихватил сумку с медикаментами, и они по очереди оказались внизу. Вертолет немного набрал высоту и завис, ожидая результата вылазки. – Подождите здесь, Свен вооружен. Еще начнет стрелять, если учует ваш альфий запах. Я первый. – Омега отодвинул свисающие ветви, закрывающие вход в пещеру. – Нет, я с тобой. – Тихо сказал Роберт и достал пистолет. – Еще неясно, кто может находиться в пещере. – Свен! Свен! Это я, Рей! – но ответа не последовало. Парни продвигались вглубь, подсвечивая свой путь фонариком, и время от времени Рей окликал Свена. В большой галерее свет фонарика выхватил из темноты очертания лежащего человека. Свен находился на том же месте, где его оставил второй омега, в бессознательном состоянии. Рей бросился к нему, прикасаясь ладонью к его лбу. – Горячка. Он приходил в себя и пил, воды не осталось. Выглядит плохо. Скорее всего обезвоживание. Позови ребят. Омега взял руку Свена, которая казалась худой и высохшей и была очень горячей. Сердце болело, видя состояние друга, и Рею хотелось плакать. Он достал бутылку с водой из рюкзака и намочил губы парня, приподнял его, нажал на подбородок, приоткрывая рот, и влил немножко жидкости, на полглотка. Свен взглотнул и простонал. Главное – живой. Рей опустил парня обратно на пол пещеры, и рука наткнулась на Глок. Омега спрятал его за пояс, на всякий случай, но одновременно надеясь, что никогда не придется использовать его по назначению. Роб вернулся с одним спасателем. – Он врач. И сейчас осмотрит Свена. – Скажи ему, что он беременный. Пусть сделает все возможное, чтобы сохранить ребенка. Свен не переживет, если потеряет его. Альфа, подсвечивая фонариком, осмотрел глазные яблоки, горло и покачал головой. Открыв сумку, он достал ампулы и сделал инъекцию в вену. – Ему необходима срочная госпитализация, похоже на желтую лихорадку. Но возможно, что попала инфекция через царапины и порезы. Роберт поднял больного на руки и понес к выходу из пещеры. Когда они были на берегу заводи, спасатель подал пилоту знак и из вертолёта начал опускаться трос. Рей облегченно вздохнул. Слава Богу, его предчувствия были обманчивы. Просто нервы. Омега окинул взглядом тенистый свод высоких деревьев, прекрасный живописный вид на водопад, словно прощаясь, и пошел за мужчинами к опустившемся на землю носилкам. Как только Роб наклонился, чтобы уложить и закрепить Свена на носилках, раздались выстрелы. Стреляли по вертолету откуда-то сверху, с вершины одного из валунов. Пилот начал резко набирать высоту. Хорошо, что они не успели уложить Свена на эти долбаные носилки. – Надо укрыться! В пещеру! Тело двигалось заторможено, словно не подчиняясь своему владельцу. Рей пытался сориентироваться и бежать к пещере так, чтобы быть под прикрытием скал. Но пока они были на открытом пятачке как на ладони. Дальше зрение и сознание выхватывало только отдельные кадры. Спины бегущих впереди мужчин. Вертящийся, утративший управление вертолет, падающий на деревья рядом. Грибоподобный столб огня и горячая, мощная ударная волна от взрыва, сносящая с ног. Болезненное столкновение спины с чем-то твердым и острым. И темнота.

***

– Ты цел? – его тело обшаривали и проверяли на отсутствие повреждений. Омега с трудом открыл глаза. Все вокруг было затянуто черным дымом от горящего вертолета. Он пошевелил руками и попробовал перевернуться. Боль волнами растекалась по всей спине, но похоже, что серьезных повреждений или переломов не было. – Сравнительно нормально, ударился сильно спиной. Пока тяжело двигаться. – Цепляйся за шею. – Роб подхватил омегу на руки и понес к пещере. Опустив омегу на ноги, он сильно прижал его к себе. – Думал, что потерял тебя… – Голос альфы был хриплый, словно надломленный. Роберт покрывал лихорадочными поцелуями его лицо, сцеловывая слезинки, которые непроизвольно скатились по щекам. Губы встретились в поцелуе – отчаянном, грубом, в котором не было ни капли нежности, только дикое желание чувствовать тепло и запах пары, убедиться в реальности прикосновений, осознавать, что они все еще живы. Они восстанавливали дыхание, вцепившись в друг друга, боясь отпустить. Пелена нового пережитого кошмара рассеивалась, здравомыслие возвращалось, и Рей осмотрелся вокруг. Сразу у входа сидел один из спасателей. Голова Свена лежала у него на коленях. Омега так и оставался без сознания. Альфа смотрел на них невидящим взглядом, немного раскачиваясь корпусом. – У него шок. – Где второй? – Не знаю, честно говоря, не обратил внимания, бежал ли он с нами. – Он врач, Роб. И он нужен Свену, – Рей направился к выходу из пещеры. – Пока дым не рассеялся, нужно найти его. – Нет, ты не будешь выходить, останешься здесь, мне так будет спокойнее, – альфа мягко отстранил его от входа и вышел наружу. Рей достал пистолет и напряженно всматривался в полутьму. Минут через пять до него донесся знакомый запах, и омега с облегчением опустил оружие. – Мы уже ничем не поможем ему. Он мертв, – в руках Роберта была красная сумка с белым крестом, в которой находились медикаменты. – Держи, это пригодится. Когда второй придет в себя, нужно будет поставить Свену капельницу. Он не протянет долго без регидрации. – Что теперь, Роб? – Не знаю… Не знаю, мой хороший. Нас кто-то сдал. Или в деревне, или в Службе спасения. Они ждали нас здесь. Альфа проверил барабан пистолета и убрал его обратно в кобуру. В карманах обнаружилось около десятка патронов. – Негусто… Но хватит на первое время, чтобы отстреливаться. Что у тебя? Рей протянул ему Глок. В магазине было пятнадцать патронов. – Еще есть, в большой пещере, где был Свен. В рюкзаке – патронташ, там несколько десятков патронов. Давай перенесем Свена подальше от входа. Роб взял на руки легкого, как перышко, омегу. Его светлые длинные волосы слиплись и висели комком, руки безвольно висели. Осторожно двигаясь в темноте ходов, он отнес его на импровизированное ложе из одежды. – Давай ему по чуть-чуть воды каждые двадцать-тридцать минут. Идем, нужно привести спасателя. А я буду охранять вход. Альфа в красном комбинезоне так и сидел, где его оставили, пялясь в одну точку. Роб резко встряхнул его, но тот не отреагировал. Пощечина вернула его в реальность, и он посмотрел на парней замутненным взглядом. – Пилот был моим братом, – сказал он на английском, после чего вздрогнул и заплакал, сотрясаясь в рыданиях. Рей утешительно похлопал его по плечу. Утрата была тяжелой, и слова незнакомого человека ничего не значили. Они только раздражали своим лицемерием и не могли заглушить чувство потери. Он знал это по себе. Когда погибли родители, он хотел остаться наедине со своим горем, без лишнего словоблудия. Но все равно в такие моменты нужен кто-то рядом, чтобы поддержать и заполнить образованную в сердце пустоту одним своим присутствием. – Мне очень жаль. Послушай, мы пока живы и моему другу требуется твоя помощь. Его состояние ухудшилось. Помоги ему, пожалуйста. Идем… он там. Альфа смотрел на него некоторое время, словно не понимая, чего от него хотят. Спустя несколько минут он внезапно подскочил на ноги, пугая омегу своими резкими движениями, и, подсвечивая себе путь фонариком, отправился к больному. Рей обнял Роба, уткнувшись ему в плечо. Он смертельно устал от всего этого. Впервые хотелось почувствовать себя слабым омегой. Он и стыдился, и тянулся навстречу этому желанию. Сильный альфа и беззащитный омежка. Классика жанра. Хотелось найти утешение, забыться, отдохнуть от чувства страха и неопределенности будущего. Биение другого сердца рядом убаюкивало, жар тела расслаблял. Омега едва нашел в себе силы, чтобы оторваться от тепла объятий. Не время сейчас давать слабину. – Будь осторожен, Роб. – Он провел кончиками пальцев по щеке альфы. – Ты тоже. – Роб поймал руку омеги и поцеловал кончики пальцев.

***

Свен в свете фонаря казался фарфоровой куклой. Его светлая кожа была мертвенно-белой, губы обескровленными. Спасатель-альфа выискивал в сумке необходимые ампулы и добавлял содержимое в пакет с физраствором. – Отлично, здесь есть глюкоза и «Фриостерин», это поможет его организму справиться с обезвоживанием. Добавим потом антибиотик. – Разве можно антибиотики при беременности? – Нежелательно, но здесь угроза жизни, нужно остановить развитие инфекции, – альфа ввел иглу в вену на руке и зафиксировал катетер пластырем. – У нас нет стойки, чтобы закрепить пакет. Будешь держать его на этой высоте. Казалось, время застыло. Перед глазами были только маленькие капельки, периодически падающие в камеру капельницы. Руки затекли, держать их перед собой такое долгое время было тяжело. Рей хотел попросить спасателя поменяться с ним на время, но оглянувшись, не увидел его рядом. Он решил его окликнуть, но в этот момент Свен глубоко вдохнул и открыл глаза. Он обвел глазами пещеру и встретился взглядом с Реем. После узнавания лицо мгновенно преобразилось, и мускулы едва вздрогнули, пытаясь воспроизвести улыбку. Он был настолько слаб, что не мог пошевелиться. Омега попытался облизать губы и сказать что-то, но получились только слабые звуки, похожие на шипение. – Тшш-ш, тебе надо отдыхать. Все будет в порядке, поверь. И с тобой, и с малышом. Свен моргнул и прикрыл глаза, почти мгновенно засыпая. Дыхание его теперь было глубоким и размеренным. Он пришел в себя, и это не могло не радовать. Раствор заканчивался, и Рей сам заменил его на второй приготовленный пакет – с антибиотиком. Спасатель так и не вернулся, наверное, забился в какой-то уголок и переживает свою утрату. Внезапно тишину пещеры нарушила серия выстрелов. Рей от неожиданности едва не выпустил капельницу из рук. Издали доносились крики, снова выстрелы. А потом все затихло. Реальность напоминала какой-то порочный круг, из которого невозможно было вырваться.