Дичь

– Свен, в последнее время ты выглядишь уставшим. С тобой все в порядке? – редактор принял от Свена свежеприготовленный кофе, рассматривая его лицо. – Наверное, плохо выспался. У него была одна самая большая причина полубессонных ночей и выматывающих утренних моментов. И имя ей Коул. С начала их совместной жизни и до сих пор дни пролетели в бешеном ритме. Омега искренне сожалел, что в сутках еще нет пару лишних часов. Так как поместить туда учебу, работу в редакции, написание статей и личную жизнь было очень сложно. – Ясно… дело молодое, – шеф поиграл бровями, и от неприкрытого намека Свену стало неловко. Слабость по утрам не проходила, постоянные головокружения не давали сконцентрироваться на работе, и Свен решил вместо пар поехать в клинику и обследоваться. Коулу он пока не говорил, не хотел волновать, если причин на то нет. Скорее всего банальное переутомление. Утром шофер отвез его в университет, и омега сразу же выскользнул через другой вход, тормозя такси. Терапевт не видел особых причин для беспокойства. С его здоровьем все было в порядке, переутомление могло сыграть свою роль в самочувствии омеги, но не на столько. Чтобы исключить вероятность скрытых заболеваний, его направили сдать анализы, а также на осмотр к омегологу. Незащищенный секс у Свена был всего два раза. Гормональный фон до конца не восстановился. Течка так и не наступила, поэтому омега и не думал о возможной беременности, но все же решил пойти для успокоения нервов. Доктор Клеменс Сноу, акушер-омеголог, был довольно молодым худощавым омегой. Свен уже был в этой частной клинике несколько раз, но у другого врача. В этот раз его не было на приеме. – Так, ингибитор класса четыре, три года… Вы до сих пор его принимаете? – голос врача звучал удивленно. – Я бы рекомендовал перейти на более щадящие подавители или даже сделать перерыв, чтобы наладить работу репродуктивной системы. Такой длительный прием сильных гормональных средств, полностью блокирующих цикл, может вам навредить. – Уже не принимаю. Два месяца. Омега нахмурил тонкие светлые брови. – Свен, такие серьезные решения нужно принимать только после консультации с врачом. Резкая отмена препарата могла привести к серьезным последствиям. И так как вы не на плановый прием пришли, я так понимаю, что все-таки имеются жалобы? – Да. Головокружения, слабость… – Тошнота? – перебил его омега. – Нет. – Есть постоянный сексуальный партнер, и что насчет предохранения? – Да, есть, – щеки стали горячими. Он уже давно не был на приеме у омеголога и отвык от прямых интимных вопросов. – Презервативы, почти всегда… – На «почти всегда» полагаться не стоит, – губы врача тронула едва заметная улыбка. – Но у меня не было течки после отмены подавителей… – Это довольно распространенное заблуждение, что зачатие возможно только в течку. Десять процентов омег успешно беременеют вне ее, особенно если совместимость партнеров высока. После осмотра на кресле Свен лег на кушетку для проведения УЗИ. – Беременность. Срок еще небольшой. Примерно до четырех недель. Свен развернул голову так, чтобы ему было видно экран. Мысли путались, его будто оглушили. Омега пока не мог разобрать своих эмоций, настолько он был впечатлен. Он собрался и мысленно отмотал время назад: это произошло во время их поездки в Калифорнию. – Вот, – доктор Сноу указал на черную ритмично пульсирующую точку на экране. – Это плодное яйцо. Сердцебиение в норме. – Плодное яйцо? – Свен с недоумением посмотрел на врача. – Хотите сказать, мой ребенок? Осознание с запозданием накатило, и на глазах омеги выступили слезы, а сердце сжалось. Он всхлипнул, все еще продолжая смотреть на монитор аппарата УЗИ сквозь слезы. Доктор Сноу неправильно интерпретировал его эмоциональность: – Свен, я понимаю, что это неожиданная новость, и вы не состоите в браке, но я советую не торопиться и подумать. Я бы рекомендовал не прерывать беременность. Аборт после такого длительного приема подавителей противопоказан, так как в будущем это может привести к бесплодию. Свен засмеялся, он был настолько счастлив, что не мог сердиться на предположение врача: – Я молю бога, чтобы все это не было розыгрышем… Доктор допустил, что метка привела к гормональному взрыву и моментальным перестройкам в организме. О влиянии на физиологию истинной связи он не слышал, поэтому точного объяснения дать не мог. Врач назначил дополнительные обследования и сдачу анализов на гормоны. Но Свена переполняло чувство радости, и он не хотел думать ни о каких медицинских манипуляциях. При мысли о ребенке внутри него появилось нежное, разливающееся по телу тепло. Стоя возле клиники, ожидая такси, Свен положил руку на живот, прислушиваясь к своим ощущениям. Невероятно… Там, внутри, начал расти маленький человечек. Пока еще совсем крошечный, как маковое зернышко, но врач сказал, что у малыша уже начали закладываться органы и даже есть маленькое однокамерное сердце… С ума можно сойти! Его собственное стучало быстро-быстро от волнения и переполняющей нежности, хотелось немедленно набрать Коула и поделиться новостью, но все-таки такое не сообщают по телефону. Он скажет это вечером лично, чтобы увидеть глаза пары, разделить это счастье на двоих. Конечно, внезапная беременность меняла его планы, их планы с Коулом… Придется брать академический отпуск, да и с работой теперь непонятно как поступить. Но эти мысли отступали на второй план, так как на первом месте теперь были мысли о будущем ребенке. Свен достал снимок УЗИ из рюкзака и всмотрелся в черно-белое изображение. Для него это была никакая не точка, а самое родное и близкое существо. С розовыми пяточками, маленькими пальчиками и душистой макушкой. Он станет папой, и от осознания омега улыбнулся сам себе. Это чувство, зарождающееся в нем, было еще хрупким, но теплым и трепетным. По дороге в университет Свен забронировал на вечер столик в небольшом уютном ресторане с видом на набережную. Он представил, как Коул предложит заказать шампанское или вино, а он ответит, что больше не может пить алкоголь, потому что… Омега предвкушал реакцию, возможно даже сначала шок в любимых стальных глазах. А потом вспышку радости. Они поедут домой и будут любить друг друга, на таких сроках это никак не повредит малышу. А потом Коул будет гладить и целовать его живот, а он даже позволит быть себе немного капризным … Оставшиеся лекции и практические занятия проходили будто мимо него. Омега пребывал в странном состоянии, как в полусне, и получил несколько замечаний от преподавателей и непонимающие взгляды от друзей. – Что с тобой, ты не заболел? – Трой положил ладонь на лоб Свена, проверяя температуру. – Нет, все хорошо, я прекрасно себя чувствую. Все просто отлично! – Ага… – друг смотрел на него обеспокоено и с недоверием, – наверное, тебе лучше уехать домой и отдохнуть. Свен не стал спорить, но вместо того, чтобы отправиться домой, он решил пораньше приехать в редакцию и отработать свои четыре часа.

***

Водитель задерживался. Его звонки игнорировались. Свен уже пожалел о своем решении уехать пораньше, так как по времени он уже мало выигрывал, тратя впустую драгоценные минуты возле входа в университет. Да и прохладный ветер проникал под одежду, принося ощущения дискомфорта. Еще немного, и он замерзнет. Омега уже решил идти обратно, чтобы успеть на последнее занятие, но из-за угла показался знакомый черный автомобиль. Он с облегчением вздохнул и открыл заднюю дверь прозябшими пальцами. – Стивенсон, у вас что-то случилось? Вы впервые опаздываете. – Свен устроился на сидении, положив рюкзак рядом, растирая холодные руки. Ответ не последовал. Машина набрала скорость, а потом резко затормозила на перекрестке с соседней улицей. Противоположная дверь распахнулась, и в автомобиль молниеносно подсел неизвестный мужчина. Он был одет в темную неприметную одежду, на лице – балаклава с прорезями для глаз и рта. – Что происходит? – его собственный голос звучал слабо и глухо. Он глубоко вдохнул, стараясь не дать панике взять над собой верх. Свен попытался открыть дверцу и выскочить, несмотря на то, что машина снова начала движение, но она была заблокирована. Автомобиль снова резко притормозил, и Свена бросило вперед. Он инстинктивно уцепился рукой в боковину переднего сидения. Когда он убрал руку, она была в липкой субстанции темно-красного цвета. Омега поднес ее ближе к лицу, вдыхая характерный железный запах. Уже начинающая подсыхать кровь. Стивенсон был ранен или даже мертв. – Без глупостей, – в его бок уткнулось что-то твердое, и он услышал щелчок снятого предохранителя. Свен опустил голову вниз, смотря на черный пистолет с глушителем в руке похитителя. Альфа был массивным, большим, черная ткань обтягивала его внушительные бицепсы. В одиночку было бы глупо пытаться с ним справиться. Омега перевел взгляд на свой рюкзак. Если бы ему удалось извлечь телефон и успеть нажать кнопку быстрого набора, на которую был забит номер Коула… Похититель как будто прочитал его мысли и убрал рюкзак себе под ноги. – Что вам нужно? Кто вы? – похоже, с ним не собирались вести разговоры. – Верните меня моему альфе! Мы истинные, он вам заплатит. Он смотрел прямо в глаза альфе, но они оставались по-прежнему холодными. Зрачок не поменял размеров, и в них не промелькнуло абсолютно никакой эмоции. – В рюкзаке мой телефон. Наберите Коула Виннера, – Свен надеялся, что узнаваемая в стране фамилия повлияет на решение похитителей. – Сколько бы вам не заплатили, он заплатит больше. Его предложение не заинтересовало ни одного из мужчин. Но он получил красноречивый тычок пистолетом в межреберье: – Заткнись. – На месте через десять минут, – водитель сделал короткий звонок и продолжил путь, не обращая внимание на перпирания на заднем сидении. – Не нарушай, а то засветимся. Не хватало только сейчас, чтобы нас полиция остановила. Второй похититель отреагировал на превышение скорости, и снова в салоне воцарилась зловещая тишина. Свен слышал только биение своего сердца, которое, казалось, пульсировало в висках. Они подъехали к большому торговому центру и опустились на минус третий этаж подземной парковки. – Выходи, – в этот раз тычок пришелся в спину. Он не стал противиться, провоцировать похитителей не хотелось. Стивенсон каждый раз подтверждал его приезд в редакцию, делая звонок в службу безопасности. Через час – в обычное время его приезда на работу – звонок не поступит, и его начнут искать. Свен злился сам на себя за внезапное изменение планов и что оно поспособствовало ситуации, в которую он попал. За свою беспечность и тупость. За час он будет в десятках километров от этого места, радиус его предполагаемого местоположения будет увеличиваться с каждой минутой, что существенно усложнит поиски и уменьшит шансы быть найденным. Он знал, что шансы выжить у жертвы похищения с каждым днем уменьшаются в геометрической прогрессии. Страх накатил гигантской волной. Он будто попал в отбойное течение, против которого не было смысла бороться. Любое приложенное усилие только уносило дальше от берега. Его пересадили в старый грязно-белый легковой фургон Ситроен, усаживая на пол, пристегнув руки наручниками к металлическому поручню на боковой стене кузова, который оказалась на уровне его лица. Задняя дверь закрылась, и Свен оказался в полной темноте. Без дневного света он потерял ощущение времени и даже не представлял, сколько уже прошло с момента похищения. Когда фургон поворачивал или притормаживал, его по инерции качало из стороны в сторону, причиняя боль в запястьях. Омега сел, ухватившись руками за прохладный поручень, фиксируя положение тела, чтобы избежать ударов об стену и уберечь запястья от травм. Он прижался лбом к тыльной стороне ладони, чувствуя, как дрожат руки. Его колотило от страха и беспокойства за сохранность ребенка. Через какое-то время машину начало подбрасывать, скорее всего они двигались по грунтовой дороге. После того, как автомобиль остановился, долгое время было тихо, а потом послышался гул приближающихся голосов и лай собак. – Вставай и на выход, – из оцепенения его вырвал грубый голос. В проеме открытой задней двери показалась фигура широкоплечего мужчины. Свен не мог его хорошо рассмотреть, на улице уже было темно, то есть с момента его похищения прошло уже несколько часов, и они были в окрестностях или даже за пределами Бостона. От долгого сидения затекли ноги, и он не смог подняться. Мужчина, тоже в маске, отстегнул наручники и резко оторвал его от поручня, за который Свен цеплялся, как за спасательную соломинку. Он небрежно потащил омегу за руку по полу кузова, словно он был мешком с дерьмом. – Пустите, я сам, – омега сел на край, опустив ноги вниз. Несколько секунд он собирался с силами и опустил ступни на землю, сделав шаг в сторону от автомобиля. Он решил, что лучше не сопротивляться. Этот альфа, не задумываясь, был готов применить к нему грубую силу. И если он не хочет быть избитым, а еще хуже – получить удар в живот, нужно было изображать покорность и покладистость и лишний раз не нервировать похитителей. – Так-то лучше, – послышался довольный хмык. Двое вооруженных мужчин взяли его под руки и потащили между складских помещений. Впереди виднелось большое строение, похоже на ангар, по периметру освещенное ярким белым светом высоких фонарей. Глаза, отвыкшие от света, заслезились. Было больно смотреть, и Свен на секунду прикрыл их. – Куда его? По прогнозу ночью заморозки. Замерзнет ведь куколка. Жалко будет. – Насчет этого не было распоряжений. В охранной есть подсобка, пока побудет там. А ты ненадежный тип, – мужчина хохотнул, – увидел красивую шлюшку и сразу растаял. Свен внутренне сжался от этого замечания. Предположения сменяли одно другое в голове, но единственным правдоподобным вариантом было, что до него добрался тот же человек, обманом заманивший его в клуб. В этот момент он ненавидел свою внешность. Из-за нее он не впервые попадал в передряги. Похоже, тот альфа зациклился на нем и собирался довести свои намерения до конца. Омега подумал о том, что тот мог сделать с ним, что могли сделать с ним эти альфы, и к горлу поднялся ком тошноты. – А ты разве нет? Давно нам не попадались такие экземпляры. Пальцы говорящего сильнее сжались на предплечье омеги, ладонью второй руки он провел по его щеке, а потом пропустил сквозь пальцы прядь волос, выбившуюся из хвоста. Свена передернуло от отвращения. Он сцепил зубы, чтобы не закричать. – Но-но, держи свои ручищи при себе, если не хочешь, чтобы их повыдергивали. – Никто не узнает, мы аккуратно, – тело Свена сковало от ужаса. Он часто задышал, во рту стало неприятно кисло и сухо. – Ты его пугаешь! Смотри, на нем лица нет. Успокойся, лапа, не тронем мы тебя. Пока не поступит соответствующее распоряжение. Свен с надеждой посмотрел на мужчину, который казался ему более адекватным. – Послушайте, отпустите меня, мой альфа заплатит вам сколько вы скажете. Тот мрачно изучал взглядом омегу. Но в отличии от предшественника не ответил грубостью. – Если мы упустим тебя, наш наниматель сделает из нас фарш. Никакие деньги мира не спасут. Так что веди себя хорошо и не дергайся, лапа. Пленника затолкнули в темное помещение. Через щель под дверью пробивалась узкая полоска света. В прошлый раз он тоже оказался запертым в комнате и ему грозило что-то темное, ужасное, но его спасло провидение. Свен не хотел сдаваться, он ощупал стены, ища какую-то щель или запасной выход. Они были обиты чем-то на подобии деревянной вагонки. Окон не было. В углу он наткнулся на ведро с инвентарем для уборки, едва не опрокинув его, какое-то ящики с электроинструментом, неработающий фонарь. Больше ничего. Организм, который от пережитого стресса все это время держался только на адреналине, начал сбоить. На омегу накатила смертельная усталость. Он лег прямо на деревянный пол, сколоченный из широких, плохо обработанных неровных досок, подогнув под себя ноги, принимая позу эмбриона. Омега едва нашел силы замотаться в пахнувшее сыростью и пылью одеяла, которые принес один из похитителей. Как и обещали, его не тронули. Он был в полном одиночестве. Едой и питьем для него они не озаботились. Это было плохим знаком. Свен сунул руку в карман куртки, в которой нашлась мятная конфетка-комплимент к кофе из студенческой столовой. Он бездумно сунул ее в рот, не ощущая вкуса. Несмотря на усталость, омега не мог уснуть. Судьба была слишком жестока к нему уже в который раз. Он только узнал, каково это быть с любимым человеком. Доверять ему, проводить вместе все свободное время, наслаждаться каждой минутой близости. Понимать, что его чувства взаимны, строить совместное будущее. И теперь резко был вырван из своего идеального мира. Свен скучал по Коулу. Казалось, нужно только открыть глаза и все исчезнет, как страшный сон. Но его глаза были открыты и смотрели в темноту. Он закрывал и открывал их несколько раз, но все оставалось по-прежнему.

***

Утром его растолкали, вложив в руки бутылку воды. Свен жадно пил, вода тонкой струйкой стекала по лицу, попадая под куртку. – Выходи, – его подняли на ноги рывком, не давая допить воду. Вчерашний альфа, имевший на него виды, сунул в руку батончик со злаками и орешками, который заменил ему завтрак. Глаза мужчины пожирали омегу, пока он ел предложенное угощение. Свен едва жевал из-за неприятного ему внимания, но заставил себя доесть, не зная, когда ему еще перепадет что-то съестное. Нужно было беречь силы, чтобы воспользоваться шансом на побег, если появится хоть наименьшая возможность. Белый фургон сменили на джип с камуфляжной окраской. Свена уложили на заднее сидение, связав руки и ноги, поэтому он не видел, куда они ехали. Водитель и другой альфа на переднем сидении молчали. Машину снова поменяли на семейный седан, запихнув омегу в багажник. Похитители запутывали следы. Один раз автомобиль остановился на безлюдном шоссе. Омеге дали возможность справить нужду и предложили горячий сладкий черный чай из термоса, который от длительного голода и отсутствия питья показался ему необычайно вкусным. Ему уже хотелось хоть какой-то ясности. Кому он понадобился и зачем? Неопределенность и отсутствие информации нервировали. Он понимал, что в такой ситуации найти его становится все сложнее, но верил, что Коулу с его связями это удастся. Следующая остановка была в просторном опрятном гараже. В нем находилось несколько дорогих автомобилей. Похоже, что они приехали в загородный дом. Потом они поднялись по лестнице на первый этаж. Свен настороженно рассматривал кабинет, куда его привели. Обстановка была дорогой, но никаких личных вещей, которые могли бы указывать на владельца. Он присел на диван и сидел, не шелохнувшись, под внимательным взглядом своих конвоиров, занявших места с двух сторон от двери. Когда дверь открылась, омега вскочил на ноги, рассматривая вошедшего человека. – Вы?.. Свен не мог поверить своим глазам. Такой вариант даже не приходил ему в голову. Перед ним стоял папа Коула, сверля ненавидящим взглядом. Но он даже вздохнул с облегчением. Пока он ехал в багажнике, такого себе надумал… – Дайте мне уйти, и я ничего не скажу Коулу. Он не простит вас, если узнает… Мэриан подлетел к нему, громко стуча каблуками по идеально гладкому дубовому паркету, и щеку Свена пронзила острая боль. – Хочешь сказать, что Коул ставит какую-то подстилку выше своих родителей? – его красивое лицо изменила до неузнаваемости гримаса злобы. – Все пошло не так, после того, как ты появился. Мы думали, он нагуляется, насытится и бросит тебя, как и остальных омег-однодневок, но он до сих пор с тобой. Что бы не случилось, Коул всегда возвращался к нам. Даже после учебы в Англии нам удалось наладить контакт. Но из-за тебя он отказался от выгодного брака, наши отношения испортились. Аарон серьезно собирается наказать сына за дерзость: разрушить его компанию и лишить наследства. Как ты думаешь, если выбирать между благополучием единственного сына-альфы и его отношениями с каким-то малозначимым омегой, который как рыба-прилипала присосался к нему, что я выберу? Риан ходил по кабинету как заведенный, бросая на Свена прожигающие раздраженные взгляды. Свен равнодушно смотрел на беснующегося омегу, прижимая ладонь к горящей от удара щеке. В этот раз его оскорбления не задевали. Одно и то же не может ранить бесконечно. Мэриан вытянул из сумочки конверт и бросил его на стол: – Здесь новые документы, кредитные карты, ключ от ячейки в Банке Америки в Нью-Йорке. Там наличные и ценные бумаги на сумму около двухсот тысяч. При умном использовании тебе на всю жизнь хватит. Твоя задача – исчезнуть, как будто тебя и не было, и никогда больше не тревожить моего сына. Что? – он уставился на озадаченного Свена, который был ошарашен таким поворотом событий и не мигая смотрел на омегу. – Мало? Я не добавлю ни цента. Это и так слишком щедрое предложение. В комнате воцарилось молчание, перебиваемое только тиканьем антикварных бронзовых часов на камине. Свен оглянулся. Альфы-надзиратели исчезли. Это был разговор тет-а-тет без лишних ушей. – Больше такое предложение не поступит. Если за дело возьмется мой муж, он будет действовать более радикальными методами. Решай: или ты берешь деньги и исчезаешь сам, или тебе помогут… – Что вы хотите сказать? – Ты вроде не глупый мальчик, раз продержался так долго рядом с моим сыном, должен сам понимать, – Риан подошел к столу и постучал пальцем по конверту. – Я не могу отказаться от него! Я люблю Коула! Мы истинные, у меня его метка. – Не надо забивать мне голову сопливыми сказочками об истинных, – все же Риан побледнел и направился к Свену. Он выставил руки в защитном жесте, ожидая нового удара, но Мэриан ухватил его за ворот рубашки и потянут вниз. Верхние пуговицы оторвались и рассыпались, отскакивая от пола. Омега оголил плечо Свена, открывая узор метки, и поскреб ее ногтем, больно надавливая, внимательно рассматривая. – Настоящая, не татуировка… – захват пальцев ослаб, выпуская ткань. И Свен отпрянул от него. – У нас будет ребенок. Ваш внук. Вы не можете так поступить с нами. Свен попытался взывать к его родительским чувствам и инстинктам. Этот ребенок был его потомком, кровью от его крови. – Это не может быть правдой! Коул благоразумный альфа… Он бы никогда… – Риан опустил взгляд на плоский живот Свена, будто просвечивая его ультразвуком. – Он знает? Свен попятился назад, пока не уперся в стену. Глаза Мэриана блестели, словно принадлежали безумцу, и Свену стало страшнее, чем в момент похищения. Он осознал, что допустил ошибку, открывая правду. Ненависть к нему со стороны этого омеги была настолько сильной, что блокировала все остальные чувства в сердце его несостоявшегося свекра. Свену открылась малоприятная правда: Риан никого не любил, тем более еще нерожденного внука. Он был для него пустым местом, набором клеток, который даже не был человеком. Нужно было лгать, играть, хотя с него всегда был никудышный актер. Притвориться, что он согласен на условия омеги и взять конверт, а потом пересидеть опасность в надежном месте, пока была возможность. Теперь было поздно. – Он не знает… Он не знает, – прозвучало уже более уверено. – Коул ничего не узнает! Ты исчезнешь! А Коул избавится от ненужной связи и забудет тебя, как и других, побывавших в его постели. Теперь есть только один выход. Мэриан забрал конверт и вышел, оставляя Свена одного, и ни одна мышца на его лице не дрогнула. Он напоминал Терминатора, который бездушно расправлялся со своими жертвами, оставляя за собой горы трупов и крови. Щелкнул замок, и Свен сполз по стене вниз, прижимая руки к животу. Почему? Откуда такая невообразимая жестокость от не обделенного судьбой, имеющего все, чего бы не захотел, омеги? – Прости меня, – он прикрыл глаза, понимая, что все так нелепо закончилось. Под веками жгло, но слез не было. – Найди нас… Пожалуйста…