Кто из нас - демон, шиди Цинцю?

Тяньлан Цзюнь принёс Сю Я в свою лабораторию и, закрепив на операционном столе, с интересом и беспокойством вгляделся в своё детище. Обманчиво хрупкий юноша продолжал хранить молчание. Светлые, голубые глаза его были пусты. Никаких мыслей не читалось в этих глазах, и никаких чувств — кроме отчаяния. Будто бы горькая волна безнадёжности исходила от Небесного Меча, распространяясь вокруг всё дальше и отравляя существование всем остальным… — Не надо так, — тихо попросил его владыка демонов, не сводя внимательного взгляда с подопечного. — Возьми себя в руки, дитя моё. Помни о том, что ты нужен этому старику, нужен этой семье. Не покидай меня! Говоря эти и похожие слова, Тяньлан Цзюнь доставал с полочек снадобья, воскуривая одни из них, втирая в кожу Небесного Меча другие. Вскоре в лаборатории стало нечем дышать из-за ароматов целебного дыма. — Это должно немного помочь, — с сомнением в голосе произнёс правитель северных земель. Поднеся ко рту Сю Я маленький пузырёк, он приподнял голову своего подопечного, заставляя того выпить всё до последней капли. — Но как свести притяжение меж тобой и твоим… братом на нет — это пока что мне неведомо! Нахмурившись, он несколько раз прошёлся туда и обратно по лаборатории, со скрещенными на груди руками. — Пойду, почитаю свитки. Поищу что-то, что подействует на вас обоих сильнее, — бросил Тяньлан Цзюнь себе под нос. — А то так и без мечей останусь — куда это годится… — Цзюнь-шан, позвольте этому подчинённому принести вам все необходимые свитки, — негромко донеслось со стороны двери. — Кажется, я велел тебе присматривать за моим сыном и за молодым Танцу, — обернувшись в сторону подошедшего, нахмурился правитель. — Но Цзюнь-шан, Бинхэ и тот мальчик исчезли из темницы, — развёл руками Чжучжи Лан. — Кажется, старейшина Синь Мо помог им выбраться  и укрыл в укромном месте… — Синь Мо! — потемнело лицо Тяньлан Цзюня. — Выходит, его планы не всегда сходятся с моими. Надо бы с ним… поговорить! Стремительным шагом правитель очутился у двери и вышел наружу. — Останься пока беречь покой Сю Я, — приказал он. — Скоро я вернусь! — Но Цзюнь-шан… — простёр ему вслед руки змеедемон. — Вы… прервали восстановление сил, — добавил Чжучжи уже в пустоту. Неотвратимее молнии, стремительнее вихря, правитель северных земель очень скоро достиг покоев Синь Мо. Вот только Чёрного Меча Преисподней в них не оказалось.

***

Свет юного Сю Я затухал, будто поглощенный охватившей его безысходностью. Он плохо слышал последние слова отца, веки его медленно закрывались. «Притяжение… что это?» — всплывший вопрос не давал юноше покоя. То, что он испытал… То, что испытал Синь Мо — это и есть… И есть то самое? Такое имя существует у этого чувства? Состояния? Неужели оно столь опасно? И почему отец поспешил так быстро уйти? Заметив Чжучжи, Сю Я свел брови на переносице, пытаясь взять верх над всеми веществами, которыми напичкали его, перебороть их эффект — и не уснуть! Вот только огорчённое сердце плохо справлялось со столь увеличившейся нагрузкой. Светлые, холодные глаза, стараясь не захлопнуться, шарили по комнате. Мысли метались в голове, подобно встревоженным птицам в клетке. Этот змей — племянник отца. Значит, двоюродный… — Брат? …- Позвал он его тихо. Змеедемон, сидевший теперь на пороге, встрепенулся и подошёл к закрепленному на столе Небесному Мечу. — Да, Сю Я-сюн? Вы что-то хотели попросить? — осторожно поинтересовался Чжучжи Лан. — Прошу, передай ему… что… — Сю Я напрягся, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Провалится в сон. — Что я приду… Прошу… скажи ему… На этом его голос сошел на нет, и только единственную слезу смог заметить его скромный «брат», что прокатилась по виску и упала на пол. И пока она катилась по виску и падала вниз — эта светлая капелька была неотличима от простой человеческой слезы. Но, ударившись об пол — разбилась, разлетевшись на мельчайшие частицы с протяжным печальным звоном, что тут же стих. Чжучжи Лан оторопело смотрел на всё это. Жёлтые глаза его — сейчас совершенно круглые — непрестанно хлопали, лоб сморщился, выдавая нешуточные раздумья. — Передать… Что передать — и кому? Сю Я-сюн… вы придёте — куда вы придёте? Что эта скромная персона может сделать для того, чтобы облегчить ваши страдания?. Змеедемон к концу фразы почти кричал — хотя славился сдержанным нравом и мягким обращением. Просто будучи безгранично преданным Тяньлан Цзюню, Чжучжи Лан не мог не заметить интерес и симпатию владыки к новому подопечному, Сю Я — и, соответственно, относился с симпатией и к этому юноше. А теперь, когда владыка чем-то страшно огорчён, а его подопечный так плохо выглядит… что может предпринять он, Чжучжи? Пожалуй, кое-что может. Вытянув вперёд руки, змеедемон встряхнул рукавами — и из-под них на пол посыпались и поползли прочь змеи. Множество змей. Все они следовали мысленному призыву, который вложил в их маленькие головы племянник Тяньлан Цзюня. — Ищите Синь Мо, — повторил Чжучжи. — Ищите его. А когда найдёте — поставьте в известность меня. А я… Он бросил осторожный взгляд в сторону бездвижного и, кажется, потерявшего сознание Небесного Меча.  — Сю Я-сюн, простите! Ваш недостойный собеседник не может пребывать доле подле вас — он должен отыскать Цзюнь-шана… Простите, что оставляю вас! Коротко поклонившись, Чжучжи опрометью выскочил из лаборатории. Он не забыл аккуратно прикрыть за собой дверь. И, разумеется, оставил нескольких змей караулить покой спящего.

***

Бинхэ не помнил, сколько времени провёл за чтением Чёрного Свитка. Вроде бы, не слишком много. Бао Танцу продолжал спать. Слишком долго, по мнению полудемона, но видимо так было нужно для того, чтобы родовая сила маленького главы сработала. Как бы то ни было, чтение свитка увлекало. Там были даны описания заклинаний, ритуалов и практик тёмного искусства — настоящий кладезь знания! Бинхэ штудировал этот свиток, накрепко запоминая всё прочитанное. За эти несколько часов он выучил едва ли не больше, чем усвоил за несколько лет редкого общения с Синь Мо… Синь Мо! Внезапно Бинхэ почувствовал, что Чёрный Меч Преисподней будто бы собирается расплавиться, слиться с чем-то ещё, поменять форму. Вскочив, полудемон стал прислушиваться к своим ощущениям. И… Вдруг будто бы струна оборвалась — чувство единения Чёрного Меча с… другим мечом?.. пропало. — Что вообще происходит? — вскинулись тонкие чёрные брови. — Этот Синь Мо, он… Подойдя к замаскированной в стене двери, Бинхэ примерился, пытаясь её открыть. Потом, подумав, спрятал Бао в нишу за книжными полками, предварительно завернув подростка в тёплое покрывало. Вернувшись к двери, полудемон собирался проделать в ней дыру — но не успел. Со щелчком хитрый механизм сработал, полстены отъехало в стороны. И в комнату вошёл — вернее ввалился Чёрный Меч Преисподней. Потеряв опору, он упал на колени — а затем и вовсе на четвереньки. Дверь медленно закрылась. — Ужасно выглядишь, — со смешком заметил Бинхэ, вздёргивая вверх Синь Мо за ворот его одежд, так, что тот снова встал на ноги. В этот момент юноша действительно сильно напоминал Тяньлан Цзюня, был почти неотличим от него. — Что произошло? Ты сражался с Сю Я? — Можно сказать и так… — очень тихо произнёс Чёрный Меч Преисподней. Он тяжело опустился на стул и, опустив руки на стол, уронил голову на руки. — Рассказывай, — велел Бинхэ.

***

А Сяо Цзю… укололся, не веря своим глазам и предчувствиям, что мучали его в этом месте продолжительное время. Отложив свое творение- прекраснейшее из одеяний, он на удивление резко поднялся, воззрившись на сына. Да так, словно тот в чем-то провинился. — Что ты тут делаешь? — Эти слова, подобные стреле, сбили мальчишку с толка. Бао провел ладонью по стеклу. Уголки губ так и силились подняться. Но, увы, не получалось. — Паап. — Окликнул он его снова, но уже более настойчиво. Сяо Цзю зажмурил глаза, поджав губы — так, что они превратились в тонкую нить. Пара секунд и бывший глава неспешно подошел к стеклу, разделяющего их обоих и скрестил руки на груди. — М? — Мне страшно…- Бао так и не ответил на вопрос отца. Но Сяо и не стал в этот раз настаивать. Мальчика могло перенести в центр силы случайно. — У Танцу нет словосочетания «мне страшно», есть только «мне». А, по сути, даже начинать говорить не стоит… Взгляд изумрудных глаз застрял на небольшой ладони подростка, будто прилипшей к стеклу. Но Бао будто его не слышал, находясь на какой-то своей волне. -… Я так соскучился. Я хочу тебя обнять. Дядя пропал. Я — во вражеской столице. Я не знаю что делать! Последние дни, видимо, я проведу в одиночестве… Сяо Цзю стал вслушиваться в сбивчивые слова, приблизившись еще на шаг к стеклу. — Бао Танцу, я никогда не раскрывал, не рассказывал сути нашей наследственной силы, даже твоему дяде, доверие к которому — бесценно. Владея ей, ты можешь связаться не только с нами, Предками Танцу, но и с живыми. Их жизни в твоих руках. Их голоса могут звучать в твоей голове. Наша сила — твоя сила. Сила каждого из нас. Тебе только нужно прислушаться… Рука Сяо Цзю внезапно прошла сквозь стекло и, согнув указательный палец, он приподнял голову сына за подбородок. — Поверить и понять, что года тренировок в малом доме — не мое наказание тебе. А подготовка к этому дню. Зрачки Бао сузились и он весь превратился в слух, встретившись со спокойным взглядом собеседника. — Все, что только не сделано, только ради этого. Закрой глаза. — П… пааа… — Закрой глаза, я говорю. Бао послушно повиновался. Сяо Танцу замер на мгновение, но его черты лица внезапно разгладились. Он не зря создал эту минуту молчания. Расслабившись и немного успокоившись, Бао почувствовал и ощутил бурление силы в каждом в этом месте. И в мире живых Танцу. Оказалось. Дядя его был и не столь силен, как ему казалось. Ужасом стало то, что вся их сила проходила через него, очищалась, будто фильтровалась. Что же было до этого?! Сколько ошибок он совершил? Какой застой энергии был? Наконец-то он понял, какая это ответственность и чем занимался отец при жизни. Он услышал тихие молитвы своего народа. Он услышал их голоса! Они собирались идти войной в северную столицу. Бороться на смерть — иного пути у них не было. Их единственный огонек силы находился в плену. Сердце сжалось, ощущая чужую боль. — Каждый из нас…- В одно мгновение мальчик почувствовал, что что-то пронзило его грудь. И когда он распахнул глаза — оказался по ту сторону стекла. — Папа?! — …никто. И никогда. Тебя не оставит. Если к тебе взывают, а ты не вслушиваешься — чья же вина? И вмиг Сяо пропал из виду, поменявшись с Бао местами.

***

Яркий изумрудный свет озарил комнату, в котором находился юный глава и глаза его распахнулись. Однако взгляд был совсем иным. Хладным. Всепоглощающим, готовым испепелить каждого на его пути. Бинхэ долго молчал, после того, как Синь Мо в несколько кратких, но ёмких фраз описал ему свою встречу с Сю Я. — Какой же ты дурак, старейшина! — наконец не выдержав, воскликнул полудемон. — Я никогда не думал, что ты можешь быть… таким! — Действительно, — усталый, горький смешок. — Был Синь Мо, легендарный Меч Преисподней — да весь вышел… — Это мы ещё посмотрим! — усмешка. Сам того не осознавая, Бинхэ смотрел на своего собеседника сверху вниз — хотя сидя за столом, были они одного роста. — Слова, достойные владыки, — тихо. — Этот старик не ошибся в тебе. Ты унаследуешь царство… — Мне всё равно! — перебил его Бинхэ. — То, чего я хочу… Он помрачнел и смолк, вспоминая Юаня из Танцу. Того, кого все эти месяцы продолжал по старой привычке звать шиди — хотя хотелось назвать иначе. Но разве младший соученик видел в нём кого-то, кроме друга… нет, временного союзника? До чего глупо замахиваться на что-то ещё. Почувствовав на себе взгляд Чёрного Меча, Бинхэ посмотрел ему в глаза. И уловил в зрачках темнее ночи… понимание? — Тоже притяжение, верно? — насмешливо поинтересовался Синь Мо, становясь ненадолго похожим на себя-прежнего. — Смотри, не испорти всё раньше времени, владыка. — Тебя не спросил! — усмехнулся полудемон в ответ. — Сам найду, сам добьюсь взаимности. Но не сейчас! Ты в состоянии идти, мой меч? Сопроводишь меня — я собираюсь говорить с отцом! — Сопровожу… и помогу, чем получится! — полыхнули тёмным пламенем зрачки Меча Преисподней. — Я вижу — ты, Бинхэ, сможешь… обуздать моё притяжение. — Я возьму в другую руку Меч Небес, если удастся договориться с ним, — кивнул полудемон. — Мальчишка спит… оставлю его здесь! Что ж, пора действовать! Но неожиданно их внимание привлекли полосы яркого зелёного свечения, что пробились из-за полок с книгами. В следующий миг ближние шкафы отлетели в сторону, отброшенные немыслимой силой. — Что за… — брови Бинхэ изумлённо вскинулись. — Ты… К ним обоим шёл — нет, горделиво шествовал нынче Бао, глава клана Танцу. Взгляд его, холодный и колкий, равнодушно скользнул по Бинхэ — и с ненавистью полыхнул, уставившись на Синь Мо. Надменно поджатые губы чуть приоткрылись. — Кто ты? — сузились глаза полудемона. — По какому праву захватил это тело — отвечай! — На этот раз у меня нет времени, чтоб тратить его на кого-то… вроде вас — Произнес негромко, но вполне четко Сяо Цзю. — Прочь с моей дороги! Его время и вправду было ограничено. Покидать семейное древо запрещалось. Но было одно исключение. Что несло название «последней воли». Вернуться в мир живых через одного из живых членов племени. Кровное родство играло в этом случае главную роль. Поверженный некогда Синь Мо, Сяо Цзю и не желал с ним сражаться вновь, понимая, что этот меч мог бы снова прибегнуть к хитрости. Поэтому нацелился сразу на виновника торжества, владыку северных земель, чтоб раз и навсегда искоренить причину страха своего народа. Направленная на двоих сила раскидала Бинхэ и Синь Мо по разным углам, а следующий удар пробил стену. Вены на висках слегка вздулись. Для тела Бао использовать так много энергии за раз было явно в новинку. — Какая… неожиданная встреча! — осклабился Синь Мо, поднимаясь с пола и вытирая с лица кровь. — Верно говорят мудрецы: что мертво, то умереть не может. А дух твой прогнил ещё при жизни, Сяо Танцу. Так почему бы тебе не отправиться, наконец, на более удачное перерождение? В одной руке Чёрных Меч появился хлыст( и откуда он это успел достать??) — и этот инструмент превосходил Вервие Бессмертных, как последнее превосходит простую верёвку. Огоньки скользили по его поверхности, светлое — по непроницаемо-чёрному. Другую же руку Синь Мо убрал за пазуху — и кто знает, что выхватит оттуда Меч Преисподней на этот раз? — Оставь это тело, — хмуро посоветовал Бинхэ, он тоже уже успел вскочить и обнажить меч. — Ступай, откуда явился, не влезай в разборки нашей семьи. Если кто и убьёт Тяньлан Цзюня — то только я! — Ты, наверное, забыл. Что это дела и нашей семьи. Тоже.- Поморщился Сяо Цзю, прикрыв рукавом лицо от поднявшейся пыли. Взгляд его упал на Синь Мо. Снова фокусы?.. Снова игрушки?! Пора уже прекращать медлить! Проигнорировав всех, он перешагнул через порог, обрушивая стену. Такая преграда долго не продержится. Так что он устремился вдоль по коридору. — Владыка северных земель! — Окликнул он, наконец, нужную персону, а после свел брови на переносице. — Я знаю, что ты меня слышишь…