Ведьма среди вампиров

Я провела большую часть дня в больнице, наблюдая за Карлайлом. Меня всегда интересовала медицина — не столько как наука, сколько как искусство постижения тайн человеческого тела. Сегодня было спокойно, и Карлайл занимался бумажной работой, но даже в этом рутинном занятии я уловила его беспокойство. Он мастерски скрывал эмоции, но для меня это не было преградой. За сдержанной улыбкой и ровным голосом пряталась тревога за Эдварда. — Ты не голодна? — поинтересовался он, откладывая бумаги в сторону. Карлайл... самый человечный вампир, которого я знала. Он всегда помнил о простых человеческих потребностях. — Нет, но думаю, схожу в магазин. Дома закончились мои любимые хлопья, — ответила я, пожав плечами. Он на мгновение задумался, а затем достал из кармана несколько купюр и протянул мне. — Купи себе что-нибудь ещё, — с доброй улыбкой сказал он. Я приняла деньги, накинула зелёную куртку с капюшоном и, проигнорировав шапку, направилась в ближайший супермаркет. Он находился недалеко от больницы, так что дорога заняла всего несколько минут. По пути я поздоровалась с несколькими работниками больницы — кто-то вышел подышать свежим воздухом, а кто-то не мог обойтись без никотина. Перед входом, на парковке, я заметила старый рыжий пикап. Интересно. Я неспешно брела между полками, разглядывая товары, пока не остановилась у нужного стенда, обещающего успешное начало дня и подтянутое тело, но на самом деле состоящего в большинстве своём из чистого сахара. Конечно же, нужная мне коробка стояла на самой верхней полке — недоступной для моего роста. Я огляделась и заметила рядом девушку с тёмными волосами и задумчивым выражением лица. Вряд ли её так беспокоит, является ли какао в хлопьях Fair Trade или её утро всё же начинается с детского труда. — Простите, не могли бы вы помочь мне? Мне нужны вот те хлопья, но я не могу дотянуться, — обратилась я к ней. Она повернулась ко мне, и морщинка между бровями смягчилась. Видимо, её слегка обеспокоил тот факт, что я одна в магазине. Не она первая, не она последняя. Она потянулась за коробкой и передала её мне. — Ты здесь одна? Ты не потерялась? — спросила она мягким голосом. Я улыбнулась, сжимая упаковку в руках. — Потеряться в магазине не столь страшно, как потеряться в чувствах или в потёмках чужой души. Она смотрела на меня с лёгким недоумением, но не сказала ничего. Я же внимательно всматривалась в её лицо. Так вот она какая... Изабелла Свон. Раньше мне казалось, что Белла — всего лишь обычная девушка, интересная Эдварду лишь тем, что её мысли оставались для него загадкой, а её кровь обладала странной, почти гипнотической притягательностью. Но теперь, оказавшись рядом, я почувствовала в ней нечто большее. В её взгляде было что-то ранимое, почти хрупкое, но при этом — удивительно стойкое. Что-то, что невольно хотелось защитить. Эдвард никогда не был идеальным, безупречным рыцарем. В нём жила потребность оберегать, защищать, словно отголосок той юношеской отваги, что когда-то толкала его добровольно идти на войну. Тогда он ещё не осознавал, что, скорее всего, окажется среди первых павших. Но его вера в самоотверженность была искренней, сдобренной молодым максимализмом. Они действительно идеально подходят друг другу. — Спасибо и до скорой встречи, Белла. Она вскинула голову, её глаза расширились от удивления, но прежде чем она успела что-то спросить, я уже исчезла среди рядов. Быстро оплатив покупку, я вышла из магазина и направилась обратно в больницу с улыбкой на губах. Что ж, кажется, всё будет хорошо. Главное — не вмешиваться в естественный ход истории. Хотя мне искренне жаль Чарли и весь тот стресс, что выпадет на его долю. И вместе с тем я не знаю, как отреагирует Ищейка на моё присутствие. А вот от аварии я мисс Свон всё же избавлю — на всякий случай. Наверное. Надо не забывать, что, приняв решение, я позволяю Элис видеть моё будущее. Вернувшись в кабинет, я обрадовала Карлайла новостью о том, что его сын скоро возвращается.

***

Спустя неделю на Аляске Эдвард вернулся к семье. — Не иначе как отморозил себе все... — начал Эммет и ловко увернулся от удара Розали. — Руки! Я хотел сказать руки! Взгляд, которым наградил его Эдвард, дал понять всё, что так и осталось несказанным. Встреча и знакомство с Беллой прошли примерно так, как описано в книге, хотя судить мне было сложно — всё, что я знала, исходило из рассказов семьи. Это, кстати, стало одной из самых обсуждаемых тем. В семье, где тайны не держатся дольше пяти минут, иначе и быть не могло. Особенно когда предметом обсуждения впервые стали возможные мысли и чувства Эдварда. Розали, конечно, была против. Моя милая, добрая, любящая мама могла в нужный момент превратиться в настоящую фурию. И, что удивительно, в этот раз я была с ней согласна. Я уважаю чужой выбор — если кто-то сознательно решает никогда не заводить детей, это его право. Но, например, Эсме на момент обращения было около двадцати шести. Она успела прожить человеческую жизнь. А Белла? Когда-то, будучи тринадцатилетней, я задумывалась о возможности стать вампиром. Даже тогда мне было очевидно, что застыть в таком возрасте — так себе перспектива. Мы растём, меняемся, взрослеем, и то, что кажется правильным сейчас, через пару лет может вызвать истерический смех. Хотелось крикнуть: «Поживи хотя бы до двадцати пяти! Узнай, что такое жизнь!» Но я знала, чем всё закончится. Да и какой смысл в этих размышлениях? Никому не нужные мысли, от которых я старалась отмахиваться. Или, по крайней мере, не думать об этом в присутствии Эдварда. У него и так хватает видений будущего от Элис, незачем добавлять ещё и мои. В день, когда на улице был гололёд, а Каллены отправились в школу, я нервничала. Они должны были доехать за пятнадцать минут. Время тянулось мучительно медленно. Подождав чуть дольше, чем следовало, я позвонила Эдварду. Не прошло и гудка, как он взял трубку. — Алло, Мора? Всё в порядке? — Вы уже в школе? — Да, я и Элис на парковке, остальные уже в классе. — Как только Белла припаркуется и выйдет из машины, сразу подойди к ней. — Что? — Просто сделай, как я говорю. Иначе последствия будут фатальными. Пауза длилась всего пару секунд, но показалась мне бесконечной. — Хорошо, — наконец ответил он и сбросил вызов. В тот день я слишком долго ждала их возвращения. Я знала, что будут вопросы: откуда мне известно, что машина Тайлера врежется в пикап Беллы? Но если Эдвард подойдёт к ней сразу, он уведёт её в класс ещё до аварии. Белла всё равно услышит легенду от Джейкоба, но... я не хотела, чтобы, если что-то пойдёт не так, под подозрением оказалась моя семья.

***

POV Эммет Иногда я задумывался, кем на самом деле была Мора. Маленькая девочка с глазами, в которых было слишком много мудрости для её возраста. Вечно задумчивая, вечно отстранённая. Казалось, она знала то, чего не знали мы. Но не так, как Эдвард, который мог залезть в чужую голову, и не так, как Элис, видящая будущее. Нет, её знание было иным, глубинным — будто она не просто понимала людей, а чувствовала их души. И всё же, несмотря на загадочность, она была частью семьи. Она не смеялась так звонко, как Элис, не спорила азартно, как я, не философствовала, как Эдвард, не была всепрощающей, как Карлайл и Эсме. Но при этом… она просто была. Бесшумно передвигалась по дому, появлялась там, где, казалось, её и быть не могло. Наблюдала, анализировала. А её появление в нашей семье... Та встреча в лесу была внезапной. Но малышка мгновенно нашла место в сердце Роуз. Что неудивительно — Розали всегда любила всепоглощающей, безвозвратной любовью. Почему? Я не знал. Да и неважно. Важно то, что теперь она наша. Её дар напоминал способность Джаспера, но я нутром чувствовал — всё не так просто. Она всегда знала, что сказать и когда. Даже Джаспер порой выглядел растерянным рядом с ней. Но, признаться, всё это редко занимало мои мысли. По крайней мере, до сегодняшнего дня. Я как раз возвращался к машине за забытым и таким ненужным учебником, когда услышал, как кто-то говорит по телефону. Вампирский слух уловил знакомые голоса. — Как только Белла припаркуется и выйдет из машины, сразу подойди к ней. Мора. — Что? — Эдвард. — Просто сделай, как я говорю. Иначе последствия будут фатальными. Я замер, нахмурился. Какие ещё последствия? Молчание. — Хорошо, — короткий ответ, и вызов сброшен. Я пожал плечами, отмахнувшись от подозрений, открыл дверь, схватил учебник и уже собирался уходить, когда заметил Эдварда и Элис. Сестрёнка единственная решила подождать вместе с ним новенькую. Эдвард двинулся к рыжему пикапу со своим обычным утренним лицом мистера «Я-слишком-драматичен-для-этого-мира». Белла заглушила двигатель и уже выходила, когда он оказался рядом. Кажется, даже улыбнулся (что само по себе редкость), и Белла замороженно уставилась на него. Да, подлецу всё к лицу, Белла, — подумал я, зная, что Эдвард услышит. И в этот момент раздались вскрик Элис и визг тормозов. Чёрт. Фургон Тайлера. Я резко обернулся. Машина скользила по льду, Тайлер отчаянно дёргал руль, но не мог ничего сделать. Громадный фургон летел прямо на пикап Беллы. Я задержал дыхание. Если её ранит, будет кровь. Много крови. А это последнее, что нам сейчас нужно. А Эдвард… Он не бросился вперёд, не развил сверхъестественную скорость. Он уже был рядом. Просто вцепился в плечи Беллы и дёрнул её назад, в сторону от удара. Почти по-человечески отпрыгнул, заслоняя собой. Глухой удар металла о металл. Пикап содрогнулся, когда в него врезался фургон. Машина примялась, но не разлетелась в щепки. Я моргнул. Ого. Белла была жива, хоть и ошеломлённо смотрела на Эдварда. Я сдержал смешок. Ну, брат, отлично сработано. Настолько естественно, что даже я почти поверил. Эдвард стоял напряжённый. Если бы не наше зрение, я, возможно, не заметил бы, как едва заметно дрожит его рука. — Ты в порядке? — спросил он ровным голосом. Белла молча кивнула, не отрывая от него взгляда. Я не выдержал и мысленно поддел брата: «Поздравляю, ты теперь загадочный спаситель. Жди, когда она начнёт петь тебе оды и спрашивать, как ты так быстро среагировал». Эдвард едва заметно скосил взгляд в мою сторону. «Угадай, кто теперь будет оправдываться?» — усмехнулся я. Идея оставаться в тени у тебя, брат, снова провалилась. Как и мои попытки объяснить Роуз, что третья машина — не лучшая трата денег. Но что поделать. Когда тебе спасают жизнь, такое не забывается. По себе знаю. Тот ангел милосердия, что вырвал меня из лап медведя, до сих пор занимает всё моё сердце.