Похоть против Морали

      Ринко недоумённо похлопала глазами и обратила свой взгляд на Маганэ, которая стояла над ней с самым участливым видом.       – Как ты себя чувствуешь, дорогая? У тебя случился неожиданный обморок.       Юноша забеспокоился вдруг, не заподозрит ли Футаба, что доктор как-то причастна к произошедшему с ней, но у студентки, видимо, не было никаких оснований подозревать кого-либо.       – Я не знаю, Маганэ-сэнсэй. Мне бы… – взгляд девушки вновь зацепился за Диму, и она лихорадочно придумывала предлог, который позволил бы ей остаться с парнем наедине или хотя бы увести его из медкабинета. Однако собеседница неожиданно пришла ей на помощь.       – Погоди, не отвечай, – прервала её размышления доктор с таким видом, будто какая-то светлая идея пришла ей в голову. – Это мой новый ассистент, дорогая, и я хочу проверить, насколько хорошо он усвоил азы врачебного знания. Сейчас мы с Фувой-сан удалимся ненадолго, а он тебя расспросит и постарается самостоятельно сделать диагноз. Когда мы вернёмся, я проверю, насколько хорошо он справился. Ну, Танукичи, не разочаруй меня.       В ответ Дима только кивнул, взволнованно облизнув губы.       – Не скучайте, ребятки, мы скоро. Ну что, Фува-сан, пойдём? Ты хотела мне что-то показать в своей лаборатории.       – Да, Маганэ-сэнсэй.       Бета посмотрела на "больную" своим фирменным бесстрастным взглядом и направилась к двери. Доктор последовала за ней, не забыв по пути задёрнуть шторку.       «Не забудь про шапочки ЭЭГэ, – услышал юноша в своей голове голос Хёки. – Нам нужно больше сведений о механизмах катализации и о том, как та влияет на развитие дэк».       «Понял», – также мысленно ответил ей Дима.       Стоило только двери закрыться за вышедшими из кабинета девушками, как Ринко буквально вцепилась в руку молодого человека и притянула его к себе.       – Танукичи! Пропадаю! Выручай! – прошептала она жарким шёпотом.       – Пыхотоксикоз? – уточнил Дима, мягко освобождаясь из её хватки.       – Да, и очень сильный, – прохныкала Футаба. – Прям с утра уже стала чувствовать недомогание, а после занятий конкретно так накрыло. У меня все трусы мокрые от пыховита, смотри.       Девушка совершенно без стеснения задрала свою школьную юбку и показала юноше белые трусики, низ которых заметно потемнел от влаги. Дима ощутил пряный запах женского возбуждения, и у него слегка закружилась голова, а ещё появилась лёгкая слабость в коленках. Рот парня наполнился слюнками, и у него возникло навязчивое желание встать перед девушкой на коленки и уткнуться носом в ароматную ткань. Нет, ещё лучше было бы снять с Ринко трусики и с наслаждением зарыться губами в её ароматный кустик.       «Ох, боже, – мысленно простонал Дима. – Прям наваждение какое-то! Я словно наркоман!»       «Шапочки!» – вновь последовало телепатическое напоминание, которое юношу слегка отрезвило.       Он встряхнул головой, проморгался и, сделав над собой усилие, перевёл взгляд от промежности девушки на её лицо. И надо сказать, мимика той уже не была столь страдальческой. На губах Ринко играла весёлая улыбка, а глаза́ её хитро поблёскивали. Должно быть, от взгляда её не укрылась реакция собеседника на внезапный "апскирт", то бишь задирание юбки с обнажением потаённых женских мест.       – Представляешь, – продолжила она рассказывать обманчиво жалобным голосом. – Я ведь хорошо помылась там после занятий. Ну… подумала, что это поможет облегчить мои страдания, да и к лечению хотелось заранее подготовиться. Но сейчас мой кустик снова промок. Напустив ещё больше слюнок, чем было. Он весь пропитан теперь чистым и свежим, концентрированным пыховитом, са́мого высокого качества, как раз такого, какое ты любишь. – Девушка произносила последние фразы сладким чарующим голосом, крайне соблазнительно снимая с себя трусики и обнажая свою киску. – Хочешь попробовать?       Но́ги её изящно разошлись в стороны, сгибаясь в коленках. Не имея никакого опыта в соблазнении, Футаба интуитивно или инстинктивно посылала Диме очень чарующие сигналы к спариванию и, надо сказать, весьма точно попадала в цель. Юноша вновь залип глазами на пушистый цветочек девушки, который притягивал его к себе с какой-то мистической силой. Вот только обманчивая беспомощность девушки, её готовность отдаться в руки победителю скрывала в себе довольно хищный потенциал, который парень ощутил будто бы шестым чувством. И приглашающая поза соблазнительницы вдруг стала ассоциироваться в глазах молодого человека с раскрытой ловушкой венериной мухоловки, а согнутые в коленках ноги Футабы явственно напомнили ему передние лапки богомола, приготовившиеся схватить добычу мёртвой хваткой и притянуть её. Однако от всех этих ассоциаций желание Димы приблизиться к девушке только возросло. Его виктимные фетиши присоединились к похоти и стали переполнять мозг эротическими фантазиями.       Юноша снова завис на несколько секунд, и Ринко пришлось снова обратиться к нему, чтобы вывести его из оцепенения.       – Ну что? Отсосёшь у меня, Танукичи?       – Надо говорить "отлижешь", – машинально поправил её молодой человек, пото́м испугался, что это слово может оказаться запретным, но эмтэ никак на него не отреагировал, и у Димы слегка отлегло от сердца. Впрочем, лёгкий стресс отрезвил его и снова помог обрести контроль над чувствами.       – А, так ты пыховит имеешь в виду, – догадался он. – Конечно отсосу. Сейчас только прибор принесу и шапочки достану.       – Мммм, а это обязательно? – капризно надула губки Ринко. Ей, видимо, не хотелось ждать.       – Конечно нужно, – ответил юноша. – У тебя произошёл рецидив спустя совсем короткое время. Необходимо разобраться, почему это случилось.       Дима наконец смог взять себя в руки и отправился к шкафу за аппаратом «ЭЭГэ».       – Да я вроде как и не против таких рецидивов, если ты будешь меня лечить, – промурлыкала Футаба ему вслед. – Ммммрррр, как же это приятно, когда ты у меня отлизываешь! – сладко добавила она, принимая новый термин на вооружение. – Ты только побыстрее с прибором, ладно? А то мо́чи уже нет терпеть.       Аппарат ЭЭГ оказался на той же самой полке, куда Дима его вчера положил, поэтому сложностей с его поиском не возникло. Быстро подключив ноутбук к сети электропитания, юноша запустил его на загрузку, надел одну шапочку на свою голову, а вторую протянул девушке. Ринко за это время сняла с ног спущенные до щиколоток трусики, а заодно и носочки со своих стоп. Приняв у Димы шапочку с датчиками ЭЭГ, она ловко надела их на голову и сама активировала, запомнив, видимо, как тот делал это в прошлый раз. Ещё через пару минут всё было готово: программа запущена, сканеры включены, и юный медик мог, наконец, приступить к своей работе.       – Тебе ведь это тоже нравится, верно? – спросила Футаба мурлыкающим голосом. Она придержала Диму голой стопой, игриво упираясь ему в грудь и остановив попытку сходу приникнуть ртом к её пушистой киске. На губах Ринко играла хитрая улыбка, выдающая желание подразнить "сладкоежку". А то, что куни для парня прям лакомство, девушка, похоже, быстро просекла.       – Разве тебе только что не было невтерпёж? – уклонился Дима от ответа встречным вопросом и тоже улыбнулся. – Чего же ты меня задерживаешь? А-а-а, так тебе уже полегчало? Ну хорошо.       Он попытался подняться с колен и моментально был схвачен.       «Дыаааааа!» – мысленно простонал юноша, чувствуя, как замыкается "треугольник" на его шее, а половые губы хищной вагины обволакивают его рот, наполняя его истекающим соком.       Пальцы Футабы судорожно вцепились в волосы Димы, и она ахнула, чувственно выгибаясь в спине. Катализатору несложно было догадаться, почему это произошло. Благодаря своим эмпатическим ощущениям, он переживал мощное наслаждение, вспыхнувшее в девушке с внезапной необузданной силой. Оно было подобно быстрому оргазму, хотя и не являлось таковым. Тем не менее Ринко стремительно приближалась к своей кульминации, просто сжимая парня в крепких объятиях и вдавливая его язык в свою киску.       Дима чувствовал знакомый ему ток катализации, устремившийся в девушку через его язык. И хотя эта энергоотдача не была столь же сильной, как при контактах с Фувой или Маганэ, ощущения Ринко оказались столь яркими, что буквально пьянили молодого человека, лишая его возможности думать.       Юноша просто тонул в па́токе приятных ощущений, не понимая, что с ним происходит и что он делает. Кажется, он страстно лизал киску девушки, принимая и проглатывая её обильный нектар, а бёдра Футабы, похоже, совершали резкие судорожные фрикции, усиливающие сексуальное блаженство. Всё случилось очень быстро. И десятка секунд не прошло, как тело Ринко содрогнулось в бешеном оргазме и она прижала подушку к своему рту, заглушая восторженные крики, извиваясь и сжимая голову парня ногами. И этот восхитительный вихрь наслаждения длился существенно дольше, чем сама стимуляция, которая к нему привела.       «Просто бомба! – мысленно простонал парень, содрогаясь вместе с девушкой. – Настоящая секс-бомба! Одно неосторожное движение – и взрыв!»       Он продолжил мягко вылизывать киску девушки, сопровождая её затухающий оргазм и помогая слегка продлить его. По его ожиданиям, скоро Ринко должна была погрузиться в сладостную негу и отпустить его. Ну или по крайней мере ослабить свою хватку, что позволило бы ему деликатно освободиться. Но… не тут-то было, так сказать. На смену схлынувшей волне возбуждения стала подниматься новая. И даже мягкие деликатные ласки, которые Дима осуществлял языком, этому весьма содействовали.       «Вот ведь нимфоманка ненасытная! – с восхищением подумал парень. – Ну ладно, второй раунд так второй раунд. Даже любопытно, насколько хватит тебя».       Дима стал плавно усиливать сексуальную стимуляцию под одобрительные постанывания девушки, и хватка её ног вновь стала крепче, а обе её ладони зарылись пальцами в его волосы. Без какого-либо зазрения совести она желала продолжения банкета.       В итоге Футабы хватило ещё на два оргазма, каждый из которых только прибавлял в силе. Третий раз (считая от са́мого первого) девушка в чувственном плане кончила так оглушительно, что слегка контузила Диму своим наслаждением, но и сама наконец лишилась чувств.       Юноша некоторое время приходил в себя, уткнувшись ртом в женскую промежность, но пото́м всё же, сделав над собой усилие, аккуратно освободился из ослабевшей хватки и поднялся на́ ноги, испытывая лёгкое головокружение и неустойчивость равновесия.       «Опупеть, – подумал он, стоя с закрытыми глазами, – просто сумасшествие какое-то».       Дождавшись, когда состояние его нормализуется, Дима открыл глаза и подошёл к аппарату ЭЭГ, чтобы завершить его работу и сохранить записанную информацию. Быстро сделав всё, что требовалось, Дима снял с себя шапочку с датчиками и вернулся к девушке, чтобы снять датчики с неё. Он склонился над Ринко и вдруг, благодаря какому-то интуитивному чувству, понял, что она уже пришла в сознание и просто лежит с закрытыми глазами. Притворяется? Или просто продолжает балдеть?       Он хотел было сказать, что уже знает о состоянии своей подопечной, но потом передумал. Новенькая гамма вызывала у Димы самые тёплые чувства, и он непрочь был ей подыграть. Действуя нежно, так чтобы снятие шапочки больше напоминало ласку, юноша зарылся пальчиками в волосы Футабы и слегка помассировал ей голову. Ринко улыбнулась и открыла глаза.       – Как твоё самочувствие? – спросил молодой человек, хотя его ощущения эмпата подсказывали ему, что она в норме.       – Прекрасно, – промурлыкала студентка. – Ты просто медик от бога, Танукичи.       Дима польщённо улыбнулся.       – Спасибо за комплимент, – сказал он. А пото́м в голову юноше пришла мысль, что его профессию следовало бы назвать по-другому, и он едва сдержал пошлый смешок.       Вместо этого, сняв с Футабы шапочку, он сказал ей с тёплой улыбкой:       – Мне приятно было тебе помочь.       – А мне так приятно было принять твою помощь, – откликнулась она с благодарностью. – Очень-очень приятно. И… никакой пыхопати́и я снова не чувствую.       – Ну… это здорово, – слегка покраснел Дима, смущаясь от своего вчерашнего обмана.       В этот момент открылась дверь в медкабинет. Маганэ и Фува вернулись. Произошло это настолько вовремя, что создавалось впечатление, будто они и не уходили далеко, просто постояли за дверью, ожидая, когда "лечение" закончится.       Ринко едва успела привести свою школьную юбку в порядок, до того как врач академии заглянула за шторку.       – Ну, как там наша больная? – поинтересовалась Маганэ-сэнсэй с интонациями доброго доктора Айболита. – Как твоё самочувствие, дорогая?       – Хо… хорошо, – слегка заикаясь, ответила Футаба, испытав, видимо, короткий испуг, что её застукают за обсценным поведением.       – Мой ассистент справился со своей работой? – продолжала тем временем расспрашивать её доктор.       – Более чем, – осторожно ответила студентка, поднимаясь с кровати. – Всё… теперь нормально со мной. – Она покосилась на свои мокрые трусики, лежащие на полу, на разбросанные носки, и испугалась ещё больше. – Я… пожалуй, пойду.       Маганэ хищно улыбнулась и приобняла её за плечи.       – Ну куда ты пойдёшь, дорогая? Прямо босиком? Давай, приводи себя в порядок за шторкой и выходи. А мы с Танукичи пойдём к моему столу и обсудим пока твой диагноз. И с тобой мне тоже надо о многом поговорить, Футаба-тян. Да не бойся ты так. Разговор будет совершенно дружеским.       Сказав это, Маганэ указала Диме взглядом на прибор ЭЭГ и добавила:       – Прихвати его с собой: я хочу посмотреть записанные энцефалограммы.

***

      Футаба минуты три "приводила себя в порядок", прежде чем вышла в кабинет. Неизвестным осталось, что она делала за шторкой. На то, чтобы надеть носки, туфли и трусики, ну или спрятать последние в школьную сумку, потребовалось бы гораздо меньше времени. Но… возможно, она приводила в порядок и свои чувства, а также выстраивала линию защиты на случай неудобных вопросов.       Собственно, никто её и не торопил. Фува вместе с Маганэ бегло ознакомились с записями ЭЭГ, обменялись несколькими непонятными Диме фразами, состоящими более чем на половину из медицинских терминов, после чего Хёка скопировала новые файлы на свою флэшку и убрала её в сумку.       К тому времени, как "больная" скромно показалась из-за шторки, "медицинская комиссия" из трёх "спецов" встречала её, сидя в офисных креслах. А ещё одно оставалось пустым и было приготовлено для "новенькой".       – Иди к нам, милая, – поприветствовала её Маганэ самым благожелательным голосом. – И ничего не бойся. Из нас троих никто не причинит тебе вреда в плане испытываемых тобой опасений. Мы все в некотором роде в одной лодке и можем стать союзниками, если ты захочешь. А это сулит больши́е для тебя перспективы, в том числе и неограниченный доступ к Танукичи.       Последнюю фразу доктор произнесла с хитрой улыбкой на губах и, похоже, попала ею точнёхонько в цель. Футаба перестала, скромно потупив взор, пересчитывать плитки на полу и оживившимся взглядом посмотрела на Маганэ.       – В каком смысле "неограниченный доступ"? – робко уточнила она, делая вид, что не поняла намёка.       Гамма развратно улыбнулась и ответила:       – В смысле "лечения", милочка. От пыхотоксикоза. Разве не об этом недуге сказал тебе Танукичи?       Ринко кивнула и быстро села в кресло, посмотрев на Маганэ с некоторым опасением.       – Разве это… не противозаконно? – уточнила она.       – О, противозаконно, и ещё как, – заверила её доктор тоном главы местной мафии. – Мы все здесь в некотором роде вне закона, и, вступив в наш клуб, пути назад уже не будет. Так что́ скажешь, дорогая? Хочешь узнать наши секретики и стать нам сестрёнкой или воздержишься от этого и уйдёшь? Вот только в последнем случае пра́ва на незаконное медицинское обслуживание ты лишишься.       «Она что, серьёзно собирается её отпустить?» – изумлённо и немного испуганно подумал юноша.       «Всё в порядке, Дим, сестра верно выстраивает диалог, – ответила ему Хёка. – Дэки в большинстве своём плохо реагируют на давление и угрозы. А Футаба-сан сама по себе ещё и бунтарка. Другое дело – личная заинтересованность и посвящение в тайну. Вот эти вещи её с высокой вероятностью привлекут».       И учёная как в воду глядела. В глазах Ринко разгорелось живое любопытство.       – Я готова, – ответила она, взволнованно облизнув губы и присев в кресло. – Готова вступить в ваш… в наш клуб… Что от меня требуется?       – Для начала выслушать меня, дорогая, – ответила ей Маганэ. – И задать возникшие у тебя вопросы. Ну что, начнём?       – Ага, рассказывайте, Маганэ-сэнсэй.       – Итак, Футаба-сан. Ты слышала что-нибудь о Джеймсе Керише? – обратилась к ней доктор с тем же самым вопросом, что и к Хёке в своё время.       Ринко отрицательно мотнула головой, и Маганэ начала своё повествование о детях Кериша, о том, кем они являются, какими бывают и чем это чревато как в положительном смысле, так и в плане опасности для свободы и жизни. За пять минут доктор в доступной и лаконичной форме изложила практически все аспекты этого вопроса, рассказав не только о дочерях Кериша, но и о катализаторах, а также о том, какими полезными для дэк способностями они обладают.       По окончании этого просветительного монолога возникла пауза в несколько секунд, в течение которой Ринко переваривала полученную информацию, после чего она же эту паузу и прервала изумлённым возгласом:       – Ошизеть! Значит, я тоже дэка?       – Это несомненный факт, – ответила ей Фува своим бесстрастным голосом.       – И я могу всякие разные штуки? – продолжила Футаба уточнять, делая руками жесты, напоминающие магические пассы.       – В будущем точно сможешь, если станешь заниматься и развивать свои способности, – снова пояснила Хёка. – А кое-что менее экстраординарное сможешь уже сейчас.       – Клааааасно! А я кто? Какая дэка? Альфа, бета или гамма?       – Ты гаммочка, – откликнулась на её вопрос Маганэ, – как и я. Но пока ещё первого уровня.       – Мммм, всего лишь эмпатия, – огорчённо вздохнула новенькая. – Я бы хотела быть силачкой. Уж я бы тогда показала соперницам, кто на татами главная.       Тут уже и Дима решился вступить в разговор.       – Можешь мне поверить, Футаба-тян, по сравнению с обычными людьми ты уже гораздо сильнее. Все дэки начиная с первого уровня прибавляют в физической силе. А тебе как джитсеру способности гаммы ещё и в технике помогут. Сама подумай, что́ выглядит круче: тупо завалить противника физической силой или навалять ему изящными приёмами борьбы. Красиво и изощрённо, демонстрируя высокое искусство боя, а не примитивную грубую силу. Твои преимущества гаммы: точность, ощущение пространства, чувствительность к малейшим изменениям ситуации подходят для джитсера как ничто иное. Ты можешь стать непревзойдённым мастером единоборств. И заодно поможешь своим экстраординарным способностям развиться.       – Отпаааад! – радостно протянула Ринко с мечтательной улыбкой. – Хе-хе, значит, я могу и нашу чемпионку Айко забороть?       – В перспективе – почти любую соперницу, – кивнул Дима.       – Ого, даже Анну-сэмпай?       Юноша на секунду замялся с ответом.       – Эм… ну с ней всё сложнее, – сказал он смущённо.       – Нишикономия-сан посещает Ваш клуб? – полюбопытствовала Маганэ.       – Ну, заходила парочку раз побороться. Показала, так сказать, мастер-класс.       – Анна-сэмпай – альфа первого уровня, – пояснила Хёка то, о чём Дима не рискнул сказать. – Ни один сабмишен с ней не пройдёт. Она просто вырвется из любого удушающего или болевого захвата, используя своё превосходство в силе. Так что победить её можно будет лишь по очкам. Да и то, это очень сложно. По большому счёту с любой дэкой бороться будет непросто. Физические преимущества тебе уже не помогут. Рассчитывать можно будет лишь на опыт и мастерство. Танукичи имел в виду соперниц из числа обычных людей. Вот там ты сама для них будешь недостижима.       Футаба выслушала её с широко распахнутыми от удивления глазами.       – Анна-сэмпай – альфа? Серьёзно? Она наша? С нами? Вот это да!       – Анна-сэмпай не знает пока, что является дэкой, – пояснил Дима. – Поэтому не с нами пока. Но… мы над этим работаем.       – Яааасненько, – весело покивала Ринко. – Если кому-то и следует поработать, то именно тебе, Танукичи. Язык у тебя хорошо подвешен, любую девушку можешь уболтать. – И она проказливо рассмеялась, наблюдая за тем, как парень краснеет.       – Всему своё время, – улыбнулась Маганэ-сэнсэй. – Мы обязательно постараемся привлечь Нишикономию-сан на свою сторону, можешь не сомневаться. Но быстро этот вопрос не решается. Всё должно произойти естественным образом.       – Не, ну это нереально круто! – продолжала радоваться Футаба. – Если Анна-сэмпай станет нашей, мы же… нам же… Ух как можно будет развернуться!.. – она замолчала, осмысливая возможные перспективы, после чего внезапно спросила: – А другие дэки, кроме нас и Нишикономии, в Академии есть?       – Скорее всего, – ответила Маганэ. – Только по большей части не инициированные. Как и ты до недавнего времени. Я ведь говорила уже, что Миротворцы собрали всех детей с пропатченным генетическим кодом в разных школах с "высокой моралью", подобных Токиоке. Так что теоретически каждая студентка здесь может оказаться дэкой.       – Потряааасно. А как насчёт инициированных? Как минимум я должна знать, кто может надрать мне задницу на татами.       Дима хотел было ответить, что других инициированных дэк вроде бы нет, но в последний момент вспомнил про Момо.       – Есть одна альфочка первого уровня, – сказал он. – Канэко Момо. Недавно зачислилась в Токиоку. Но ты с ней вряд ли на татами пересечёшься, – добавил он. – Она в начальной школе будет учиться.       – Погоди, – опешила Ринко. – Канэко-кохай – альфа? Серьёзно?!       – А ты её знаешь? – слегка удивилась Маганэ.       – Хе-хе, такая милая тяночка записалась к нам сегодня в клуб. Как было её не запомнить? То есть, она в курсе своей природы и можно с ней посекретничать?       – В школе лучше ни о чём таком не секретничать, – предупредила доктор. – Но да, она в курсе. И она не просто альфа, а весьма опытный оперативник и боец. Так что на татами с ней шутки плохи. Уделает любую вашу одноклубницу.       Ринко заливисто рассмеялась.       – О божечки, – сквозь смех выдавила она. – А девчонки уже устроили с ней дочки-матери. Столько к ней защитниц записалось. Ой, ржу не могу. Её, наверное, это дико веселило. Но она такая лапочка, так искренне благодарила за тёплый приём. А-ха-ха-ха-ха!       – Да, это в её стиле, – улыбнулся Дима.       Отсмеявшись, Футаба перевела дух.       – А что спецагент Канэко забыла в нашей академии? – поинтересовалась она. – Разве у неё не индивидуальное обучение без отрыва от работы?       – Её приставили к нам телохранителем и контролёром от слежки. Я ведь рассказывала уже о "тиграх", помнишь. Пока они, слава богу, не засекли нас, но лучше от этого уберечься, чем отбиваться пото́м.       – Даааа, столько интересных новостей, – с удовольствием призналась Ринко. – И столько перспектив. А эта, как её… Поросль-во-снегу? Она случайно не из наших?       Маганэ с Фувой переглянулись, и зеленовласая учёная ответила:       – Пока нет. Если она и дэка, то вряд ли инициированная. А почему ты спросила?       Ринко смущённо хихикнула.       – Ну, она такая прикольная. Давно хотела с ней познакомиться. Поучаствовать в её акциях было бы очень весело.       Маганэ-сэнсэй подняла очи горе.       – О неэээт, – простонала она, – только ещё одной эрористки в наших рядах не хватало. Да что ж вас всех влечёт-то туда?       Футаба заинтригованно посмотрела на Фуву, пото́м на Диму.       – Ещё одной? – ухватилась она за фразу. – А кто ещё, кроме меня, этим интересуется?       Хёка с бесстрастным выражением на лице указала на Диму.       – С этим вопросом тебе к Танукичи. Он – партнёр этой самой Поросли и её сообщник. К нему и обращайся за знакомством, если так хочется.       – Потряаааасно! – с восторгом протянула Футаба. – Как удачно я сегодня в мед. кабинет зашла! Танукичи, милый, познакомь меня с ней. Пожалуйста. Она ж мой самый большой кумир! Скажи хотя бы, кто это? Она ведь в одной с нами академии учится?       Юноша развёл руками.       – Прости, Футаба-тян, но я сперва с ней должен этот вопрос согласовать. Я могу лишь рассказать ей о тебе, а уж она сама решит, встретиться с тобой или нет. Всё-таки она в рискованном положении находится, чтобы довериться незнакомке. Без обид, ладно?       – О, всё в порядке, я понимаю, – покивала Футаба. – Буду ждать её решения.       Дима пожал плечами.       – А не обязательно ждать, – сказал он. – Хоть мы и работаем с Порослью вместе, имеем схожие цели, каждый из нас предпочитает свои методы. Поросль-во-снегу, она же Голубая Тундра, любит шумные акции, а я считаю, что тихой сапой, не привлекая большого внимания, добиться можно гораздо большего.       – А какие у вас цели? Я думала, что Поросль хочет похулиганить и пошуметь, словить хайп, так сказать, прославиться.       Дима хмыкнул и вздохнул.       – Вот-вот, – сказал он. – Об этом я и толкую. Её методы не самые эффективные и только в заблуждение вводят людей относительно её целей. А добиться она пытается… эм… просвещения молодёжи в запретных вопросах. Точнее, в том, что считается обсценным. А теперь скажи. От кого ты больше узнала и поняла о запретном, от меня или из акций Поросли?       – Хе-хе, от тебя, Танукичи. И узнала, и прочувствовала на практике. Хотя шоу мне тоже очень зашло. Да и весь кавардак, что устроила Поросль, вышел прикольным.       – Ну да, должен признать. Не устрой она мушиное шоу, ты бы за помощью ко мне не обратилась. Так что, как видишь, я поддерживаю её деятельность, пока она приносит пользу для меня.       – Мне кажется, вы хорошо дополняете друг друга, – улыбнулась Ринко. – И мне оба пути нравятся. Я и в твоих акциях готова участвовать, и в её.       Дима вдруг вспомнил о поручении Кадзё и обратился уже к Маганэ.       – Кстати, об акциях. У меня есть одно дело от Поросли, и я хочу посоветоваться, как лучше о нём Кассандре сказать.       – Какое дело? – хмуро спросила доктор. Не нравились ей все эти авантюры.       – Ну, надо сходить в лес, в место, указанное на карте, и забрать из тайника один пор… эээ… запретный журнал.       – Класс! – воскликнула Ринко. – Можно я с тобой?!       – Так стоп, – строго сказала Маганэ. – Ни в какой лес и ни за каким журналом ты не пойдёшь. Это рискованно. Совсем страх потерял? На "тигров" хочешь нарваться?       – Да… не случится ничего такого, не бойтесь.       – Случится или нет – не пойдёшь. Что непонятного?       – Но… как мне тогда выполнить это поручение? Что мне сказать А… Поросли? Что меня доктор не отпускает?       – Ничего говорить не придётся. Просто давай сюда карту – и будет тебе журнал. Люди Кассандры его достанут.       – О, вот как? – обрадовался Дима. – Меня такой вариант устраивает.       – Как скучно, – вздохнула Ринко.       – Не переживай, – хмыкнула доктор, – успеешь ещё повеселиться.       Дима открыл свою сумку, достал из неё карту и передал Маганэ.       – Положение указано красным кружком. Там будет заброшенный дом. Журнал лежит в коробке под кроватью.       – А ты откуда знаешь? – заинтересовалась Футаба.       Рассказывать про аниме юноша не стал и отделался более правдоподобным объяснением.       – Голубая Тундра проинструктировала.       – Аааа, ясно, – кивнула студентка.       Доктор взяла карту и убрала её в свою сумочку.       – Вы карту мне только потом верните, Маганэ-сэнсэй, – попросил Дима. – Ну, чтобы вопросов лишних не возникало.       – Само собой. Вместе с журналом тебе её и отдадут.       – Хорошо. Даже здо́рово.       – Закрыли этот вопрос?       – Ага, – кивнул Дима.       – Тогда, может, вернёмся к нашим баранам? А то уж больно мы отвлеклись на эти ваши дурацкие игры. Кстати, Ринко-тян, – обратилась доктор к своей младшей подопечной. – Тебя больше эроризм интересует или твоё личное развитие гаммы?       – О! Маганэ-сэнсэй, конечно развитие важнее, я всё понимаю… Вот только…       – Что "только"?       – Ну… эта… эмпатия. Она выглядит как-то… бесполезно. Для чего она вообще нужна? Что мне даст способность чувствовать то, что́ другие чувствуют? Чтение мыслей – это гораздо круче. Можно разные секреты узнать. А что даст чтение чувств?       – Ринко, ты просто не представляешь, какой имбой гамма становится на третьем уровне, – возразил Дима. – Трансляция чувств – это что-то. Просто неимоверное оружие. Можно заставить человека испытывать боль, блевать от ужасного вкуса во рту, ослепить его, оглушить, отключив восприятие, даже просто усыпить, вызвав чувство сильной усталости. И всё это будет тебе доступно.       – Погоди-погоди, Танукичи, – перебила его Маганэ. – Не надо забегать так далеко вперёд: и на втором уровне у гаммы масса интересных фишек.       – А каких? – с жадностью спросила Ринко. Рассказ Димы её очень впечатлил.       – Ты будешь чувствовать отношение людей к тебе и тем самым получишь эффективный инструмент власти. Если хочешь стать лидером в любой компании, завоевать симпатии, увлечь, повести за собой – это самое лучшее средство. Тебя никто не сможет обмануть, любую ложь ты почувствуешь сразу. Ты будешь знать, как влияют на чувства людей твои слова, и попадать ими прямо в сердце своим собеседникам. Хочешь стать популярной – это запросто. Прокачай эмпатию, научись ею пользоваться как надо – и ты в дамках. Что скажешь? По-прежнему неинтересно?       – Класс! Просто отпад! – восхитилась Ринко. – А гипноз? Я смогу им овладеть?       – Зачем тебе гипноз? – удивилась Маганэ.       – Она хочет гипнотизировать мальчиков и заставлять их ублажать её языком, – сказала Хёка в своей бесстрастной манере.       Ринко покраснела как помидор, выдав тем самым точное попадание беты в свои намерения.       – Я н-нет… н-не для этого… – заикаясь, залепетала Футаба.       – Сможешь, если сильно захочешь, – перебила её Маганэ. – Эмпатия – это инструмент, а гипноз в твоём случае станет искусством, опирающимся на эмпатию. У каждого человека есть триггеры, ведущие в состояние транса. А эмпатия позволит тебе их найти. Ощущая с её помощью, какие твои действия вызывают транс у собеседника, ты можешь целенаправленно погрузить его в гипнотическое состояние. Не так прямолинейно, как бета, конечно. Но тоже достаточно эффективно. Вспомни, что́ Танукичи говорил тебе про борьбу. Изящные приёмы интереснее грубой силы. С помощью эмпатии ты овладеешь психологическим джиу-джитсу, и сабмишеном в этом случае станет погружение соперника в транс.       – Крууууто, – восхищённо прошептала Ринко. Слова́ Маганэ мотивировали её самым эффективным образом, и Дима подумал, что без психологического джиу-джитсу тут не обошлось. – Я хочу! Очень хочу научиться этому, Маганэ-сэнсэй! Что мне нужно для этого сделать?       – Что, уже не скучно, а? – усмехнулась доктор.       – Нет! Совсем нет, Маганэ-сэнсэй, и простите мне, пожалуйста, мою глупость.       – Ладно, прощаю, девочка моя, – благодушно улыбнулась старшая гамма. – А нужно тебе поскорее продвинуться в своём уровне, чтобы открыть эмпатические способности. И сейчас мы как раз займёмся изучением способов такого продвижения. Хёка-тян? Ты готова показать нашей новенькой основные способы тренировок? – спросила она у беты многозначительно. – Как насчёт твоих запланированных на сегодня экспериментов? Пора бы Ринко познакомиться с вашими с Димой исследованиями и взять некоторые приёмы… запретного джиу-джитсу на вооружение.       На бесстрастном лице Фувы возникла скупая улыбка, выдающая её позитивное отношение к озвученным словам.       – Да, я уже заждалась возможности… поэкспериментировать, – призналась она. – Танукичи, не будешь ли ты так любезен снять с себя всю одежду и голеньким лечь в кровать? У нас с тобой сегодня обширная программа экспериментов.