Carpe Noctem

«Ну и что, если человек, который тебе нравится, оказался женщиной? Что с того, если это немного необычно? Если ты влюбилась в чертового единорога, какая разница! Этого не стоит стыдиться, Гермиона. Это чувство — самый ценнейший подарок, и если кто-то слишком глуп, чтобы это понять, то это их долбаная проблема, ясно?» «Ни на секунду не думай, что я возненавидела бы тебя из-за чего-то настолько прекрасного; я искренне польщена тем, что такая умная юная леди находит меня привлекательной — конечно, я не имею в виду, что ты должна это продолжать: дорогая, я знаю тебя с тех пор, как ты грела свою маленькую попку в инкубаторе, не говоря уже о своей маме, которая отрубит мне обе руки, если…» — Клянусь, Грейнджер, ты просто ящик со странностями, — голос Драко прервал воспоминание. — Извини? — Я просто спросил, не могли бы вы с Уизли назвать своих детей именами моих родителей, и ты согласилась. — Ну, это не такая плохая идея, да? — Гермиона сфокусировала взгляд на парне, быстро наверстывая упущенное. — Твоя мать святая, и я не могу представить никого, кто не хотел бы зваться Нарциссом. — Так ты хочешь мальчика? — Единорога, Драко, чертова единорога будет достаточно. Они вдвоем сидели в уютном купе Хогвартс Экспресса, немного болтая всякий раз, когда мальчику удавалось привлечь внимание Гермионы. Она изо всех сил пыталась сконцентрироваться и не дать своему разуму вернуться к тем летним вечерам, наполненным солеными волнами и неконтролируемым смехом, но это оказалось довольно трудной работой. С тех пор, как она вернулась из Греции, ей не удавалось выбросить Блэр из головы, и она сомневалась, что в ближайшее время чувства пройдут. Ее душевная боль все еще присутствовала, и она ничего не могла поделать, кроме как оставаться сильной и ждать, пока произойдет чудо. — Итак, как прошло лето? — спросил Драко, закидывая ноги на незанятые сиденья рядом с собой. — Думаю, намного лучше, чем мое, — добавил он, заставляя девушку опустить взгляд на свои колени. — Все было так ужасно? — Ты удивишься. Гермиона приоткрыла рот, но потом снова закрыла его. Она не могла избавиться от стыда. Пока она хныкала в уголке из-за безответной любви, мальчику пришлось столкнуться с реальными проблемами, а ей даже в голову не пришло отправить ему письмо с вопросом, как у него дела. — Так-так-так! — дверь в их купе распахнулась, и их глаза обратились на высокую фигуру Блейза Забини. — Да это же наша новая парочка! Нахмурившись, Гермиона покачала головой, переводя взгляд на озеро за окном. Она не была в настроении для его насмешек. — Я уже говорил тебе, — терпеливо начал Драко, словно пытаясь объяснить что-то особенно сложное кому-то особенно тупому. — Я слишком дорожу своей жизнью, чтобы тратить хотя бы секунду на то, чтобы смотреть на твое уродливое лицо, так что сделай мне одолжение и катись к черту! — Не будь таким грубым, Малфой! — Забини цокнул языком, его голос был полон притворной обиды. — Мамочка очень расстроится. — Позволь мне внести ясность, — в голосе блондина появилось веселье. — Я не делаю ничего, чтобы впечатлить свою мать, Блейз, ясно? Я знаю, что это трудно понять, но у некоторых из нас просто нет проблем с мамой. Девушка чуть не подавилась собственной слюной. — Да, у некоторых из нас просто проблемы с грязнокровками, верно, Грейнджер? — Что ты сказал?! — рявкнул Драко, и стало ясно, что Блейз наконец задел его за живое. — Оставь это, — сказала Гермиона, чувствуя, что пора вмешаться. — Получить заключение в первый же день только потому, что кто-то, — она ​​презрительно посмотрела на Забини, — не знает, чем заняться в свободное время, того не стоит. Блейз рассмеялся. — Ребята, послушайте, она ему уже приказывает! — он повернул голову к группе мальчишек, нависающих позади него. Драко вскочил на ноги, обшаривая карманы, но, прежде чем он успел что-то сделать, Гермиона тоже быстро встала, подошла к Забини и вперилась в него пылающим взглядом. — На твоем месте, я бы отступила, прежде чем все узнают, как ты прогуливалась голышом по поместью Малфоев среди ночи, — прошептала она, заставляя его усмешку дрогнуть. Удар. Он смотрел на нее, не моргая, добрых пять секунд, прежде чем развернуться, отталкивая ухмыляющегося Гойла, выглядывающего из-за его спины. Гермиона вздохнула, закрыла дверь и вернулась на свое место. — Я очень впечатлен! — похвалил ее Драко, когда тоже сел, глядя на нее с благоговением. — Ты справилась с таким изяществом шантажиста, что даже мне приходится снять перед тобой шляпу. — О, заткнись! Мне больше интересно, почему Гойл смеялся над тобой. Ты же, ради Мерлина, для него все, так почему он стал волочиться за Забини? — Что ж, ты еще многого не знаешь, — спокойно сказал Драко, осматривая свои ногти. — Ты пропустила всю движуху, так рано сбежав. Гермиона нахмурилась. — Что ты имеешь ввиду под «движухой»? — спросила она, поднимая руку, чтобы защитить глаза от ослепляющих солнечных лучей, падающих из окна, когда поезд неожиданно повернул. — Мне бы очень хотелось избавить тебя от подробностей, но, боюсь, это все достаточно важно, поэтому заранее прошу прощения. Гермиона устроилась на своем месте, выпрямив спину. О чем он говорил? — Помнишь, как тогда заболел этот придурок Забини? Я не знаю, что случилось, но думаю, что он выпил какое-то старое зелье, которое нашел, приняв его за алкоголь. Мать дала ему противоядие, но он все никак не поправлялся, поэтому ей пришлось отправить его домой, — начал объяснять Драко, наконец, полностью обратив на себя внимание Гермионы. — Конечно, она просила его быть благоразумным в отношении твоего пребывания, но ты же его знаешь — первое, что он сделал, когда вернулся, — выболтал все своей драгоценной мамочке, и… ну, дела приняли неприятный оборот. Драко глубоко вздохнул, собираясь продолжить, но остановился, когда продавщица сладостей открыла дверь. — Что-нибудь желаете? — Нет! — он нетерпеливо отмахнулся от нее, заставив женщину нахмуриться. — Ничего не нужно, спасибо! — Гермиона быстро улыбнулась и повернулась к Драко, уже опасаясь того, что будет дальше. Это было достаточно близко к сценарию, который она предположила на балу, когда они спорили о безрассудности их дружбы. Конечно, Гермиона гордилась мальчиком, но было ясно, что такое открытое выступление могло вызвать настоящий переполох в их кругах. Драко подождал, пока старушка перейдет к другому купе, и продолжил. — Итак, слухи начали распространяться, и матери пришлось иметь дело с множеством писем, приходящих от ее фальшивых друзей. Короче говоря, люди теперь избегают ее, моего отца, а теперь и эта группа идиотов начала насмехаться надо мной, — закончил Драко, так, будто ему было плевать. — Надо было видеть, как они шепчутся, когда мы добрались до вокзала. Мои родители не выдержали такого внимания и ушли раньше. Мерлин, им было так стыдно, ты себе представить не можешь! Может, прямо сейчас выжигают мое имя из генеалогического древа. Гермиона молча смотрела на мальчика широко открытыми глазами. — Но почему люди обратили внимание только сейчас?! Мне казалось, они вроде как знали — твои друзья, — она показала пальцами кавычки, — наверняка давным-давно рассказали обо всем родителям. — Вероятно, — ухмыльнулся Драко, слегка взмахнув волосами, — они думали, что я просто притворяюсь твоим другом, чтобы устроить тебе какой-нибудь великолепный розыгрыш, и просто отказывались признавать это для соблюдения драматического эффекта. — Они так думали два года? — Гермиона приподняла брови, словно теряя веру в человеческий разум. Драко пожал плечами. — Что тут сказать, ты знаешь традиции. Если не осталось чистокровных вне семьи, женись на своих кузенах — неудивительно, что они туповаты. Гермиона удивленно раскрыла рот. Он только что сказал что-то оскорбительное о чистокровных? Она посмотрела ему в глаза, не зная, как реагировать, но он избавил ее от затруднений. — Это правда, — продолжал он. — Не могу поверить, насколько я был слеп. Слава Мерлину, все закончилось, и я избавился от этих дебилов. Мне даже все равно, если они будут смеяться надо мной. Я бы предпочел, чтобы они указывали на меня, потому что у меня есть друг-полукровка, чем друг полу-умный. Без обид. Гермиона слегка улыбнулась ему. — Никаких. Я этим горжусь, знаешь ли. Моя бабушка всегда говорила, что полукровки и маглорожденные должны быть по-настоящему особенными, потому что их магия появилась из ниоткуда. — Как бы пафосно это ни звучало, но это прекрасная мысль и… — Драко закашлялся, и его щеки слегка покраснели. — И что? — спросила Гермиона, пытаясь вытащить из него окончание фразы. — Ничего, забудь об этом, — он покачал головой. — Давай, для разнообразия, поговорим о твоем лете. Ты какая-то мрачная, где ты была? В Африке? Он нервно усмехнулся. Было ясно, что он изо всех сил пытался сменить тему этим странным случайным наблюдением, но девушка решила оставить его в покое. Она поджала губы, качая головой. — Нет, я ездила с мамой в Грецию, чтобы навестить нашего друга, — она сглотнула, чувствуя сильный дискомфорт в животе. — У тебя есть друзья в Греции? — Драко приподнял бровь, небрежно показывая Нотту средний палец, когда тот стукнул по двери их купе. — Ну, не совсем, — Гермиона нахмурилась, скрестив ноги. — На самом деле она американка, у нее там только дом. Драко задумчиво кивнул, не обращая внимания на смеющихся зрителей из коридора. — Звучит весело. В следующий раз подумай, как взять меня с собой, чтобы мне не пришлось гадать, что же могло сделать тебя такой… странной. У Гермионы перехватило дыхание. — Прости? — Ну не знаю, — парень пожал плечами, испытующе взглянув на подругу. — Ты выглядишь иначе — и не в хорошем смысле. — Ну спасибо! — Я не это имел в виду, скорее… Ради Мерлина, дай мне хоть какой-нибудь повод не проклясть их! — Драко закрыл глаза, словно молясь, когда взрыв смеха донесся до их ушей. — Что ж, ты можешь получить задержание и тебе придется кормить какое-нибудь существо в Запретном лесу, — ухмыльнулась Гермиона, напоминая о той ночи, когда она впервые спасла его задницу. — Смейтесь сколько угодно, но чертов Филч заслуживает медали. Если бы не он, я бы сейчас находился среди идиотов, потеряв все свои здоровые клетки мозга. — Достаточно справедливо, тогда, может быть, тебе следует получить еще одно наказание, я вижу, это помогает твоему росту. Хотя, думаю, ты должен и мне отдать должное, — сказала Гермиона, задаваясь вопросом, следует ли запереть дверь и наколдовать занавески, но решила, что это, вероятно, принесет больше вреда, чем просто позволить им наблюдать за ситуацией и убедиться, что ничего не происходит. — Ладно, ладно, ты тоже заслуживаешь уважения, но вернемся к моему вопросу. — Ничего не случилось, — ответила она, пытаясь оправдать свою ложь, обнаружив оправдание в том, что между ней и Блэр действительно ничего не было. — Я просто устала, потому что проспала, вот и все. Она пожала плечами, гадая, была ли она честна. Драко был честен с ней, а она — она ​​превращалась в эту лживую машину, которая не знала, когда остановиться — но она не могла просто сказать ему. Сейчас не подходящее время, не подходящее место и, черт возьми, она просто не была готова! — Ой, смотри! Мы скоро будем в Хогвартсе! — быстро заметила она, когда стали видны знакомые места. — Нам нужно переодеться. Можешь поверить, что они пытались продать мне гриффиндорскую мантию у мадам Малкин?! — возмутилась она, обрадовавшись, что есть чем завершить разговор. Они добрались до станции Хогсмид без происшествий — не считая сломанного носа Нотта и пары Летучемышиных сглазов, преследующих Забини и Крэбба в нескольких дюймах. Конечно, Драко получил задержание, но он утверждал, что это стоило каждого слизняка, с которым ему придется разбираться, начиная с завтрашнего дня и до конца недели, включая выходные. — Ты должен был не обращать внимания, как я тебе и говорила, Драко, — Гермиона стиснула зубы, пока они ждали, когда карета отвезет их в замок. — Нет, мне следовало взять больше влево! Так я бы… — О, наконец-то! Ну же, тут холодно! — она прервала его, когда безлошадный экипаж остановился перед ними. Они быстро забрались внутрь, укрываясь от крошечных капель дождя. — Не возражаете, если мы к вам присоединимся? — в открытом окне появилось веснушчатое лицо, и Гермиона сразу узнала черты Рональда Уизли. — Ой, — выдохнул он, когда его глаза тоже отправили в мозг записку о том, кто именно находится внутри. — Без проблем, — ответил Драко, ухмыляясь Гермионе. — Смотри, это твой будущий муж! — зашептал он, быстро наклонившись к ней. — Нет даже через миллион лет, — тихо ответила она, сумев пнуть Драко ногой, прежде чем Рональд плюхнулся рядом с ним и освободил место для другого пассажира — конечно же, своего лучшего друга Гарри Поттера. — Эй, спасибо за поездку! — он поднял большой палец вверх и сел рядом с Гермионой. — Мы не хотели ждать, становилось холодно. Гермиона поджала губы, словно пытаясь улыбнуться. Было странно, что они были здесь после всех этих снов, которые чудесным образом прекратились, как только она добралась до Греции, и снова появилась в первую же ночью дома, приняв довольно неожиданный поворот: в Хогвартсе начался Турнир Трех Волшебников, как и два года назад назад, но с небольшими изменениями — а именно — Гарри стал четвертым участником, что, по ее мнению, было абсолютно нелепо. Все знали, что это противоречит правилам, и Министерство никогда не допустило бы подобного. Никогда. Она развернулась к нему и испытующе посмотрела на тот же шрам, что так долго преследовал ее в снах, даже не осознавая, что, вероятно, действовала слишком смело. Мальчик почувствовал ее внимание, повернув к ней голову и улыбнувшись. — Можно спросить тебя кое-о-чем? — внезапно выпалила она. Может, стоит попробовать. — Конечно, давай. — Откуда у тебя этот шрам? Он похож на молнию. Такие шрамы остаются после сильных про… — Сильными проклятиями, — сказал он, усмехнувшись. — Ну, как бы мне ни хотелось выглядеть крутым парнем, я не могу. — Это, — он отвел челку в сторону, чтобы показать шрам, — это не было вызвано никаким проклятием, я просто родился с ним… не знаю почему. Хотя выглядит круто, правда? Он провел рукой по волосам и немного спутал их, снова повернувшись к Рону, который все это время молчал, как рыба. — Могу я задать еще один вопрос? — она снова заговорила, из-за чего Драко посмотрел на нее странно, но она его проигнорировала. — Ага. — Как зовут вашего дядю? Ей было все равно, что она, должно быть, звучала, как совершенно сумасшедшая, задавая такие странные вопросы, но если мальчик назовет ей имя, это может решить одну или две проблемы. Она не могла знать настоящего ответа, хотя во сне его имя было… — Вернон, Вернон Дурсль, — ответил Гарри, слегка опешивший. — А что? Ты его знаешь? Гермиона застыла, по спине пробежал озноб. — Я… — она закашлялась, быстро пытаясь взять себя в руки. — Нет, совсем нет! Просто я уезжала на каникулы и услышала, как какой-то мужчина говорит о своем племяннике, и мне показалось, что он упомянул твое имя. Он был там со своей женой, Петунией, вроде, и их сыном… — Дадли? — закончил за нее Гарри, и она кивнула. — В таком случае, должно быть, это были Дурсли. Забавные люди, хотя я их на самом деле не особенно знаю. Они не хотят иметь ничего общего с такими, как мы. Он издал смешок, но Гермиона была слишком занята, пытаясь не упасть в обморок, чтобы выдавить фальшивый смешок. — Ой, вот и приехали! — объявил через некоторое время темноволосый мальчик. — Еще раз спасибо, думаю, еще увидимся. Карета остановилась, и он вышел. — Пока, — хрипло пробормотал Рональд, быстро следуя за своим другом. Гермиона тоже попыталась выбраться, но Драко положил руку ей на плечо. — «Откуда у тебя этот шрам? Как зовут твоего дядю?» К чему, черт возьми, это было? — Мне нужно сделать небольшое признание, Драко. — О, только не говори, что тебе нравится Поттер! Черт побери, а я только решил, что Визел — худший вариант из возможных. Похоже, я ошибался. — Разве ты не можешь быть серьезным хоть на секунду? — Я могу. — Спасибо. А теперь давай поторопимся, — она потащила его за рукав мантии мимо последних студентов, задержавшихся в тени большого куста рядом с каретой. — Не подумай, я не жалуюсь, но ты пытаешься подстегнуть слухи или что? — прошептал он, как только она его отпустила. Гермиона бросила на него раздраженный взгляд, но поняла, что он ее не видит. — Послушай, Казанова, ты помнишь, как я рассказывала тебе о тех снах, которые мне снятся почти каждую ночь? — Что такое «Казанова»? — Так помнишь? — Ага. — Ну, я не встречалась с семьей Гарри в отпуске. Я… Они мне снились, — лихорадочно прошептала она. — Тебе снился дядя Поттера?! — Драко, прошу! — Ладно, ладно, так о чем был сон? — Даже не знаю, с чего начать, уже были тысячи снов — это похоже на чертову сюжетную линию, и это сводит меня с ума! Мне снятся сны обо всех нас с тринадцати лет, и я просто не могу понять! Это похоже на какую-то своеобразную параллельную вселенную. Драко вздохнул. — Не волнуйся, вероятно, это просто… — Просто что? — Скорее всего, ничего тревожного, Грейнджер, — прошептал он, пытаясь ее успокоить. — Просто куча, не знаю, куча безумных снов. — Куча безумных снов, говоришь? — Гермиона сжала челюсть. — Тогда пойдем со мной, — твердо сказала она, оглядываясь, чтобы убедиться, что они остались одни. Идея возникла внезапно, как удар молнии, и она была полна решимости сделать это любой ценой. Она схватила Драко за рукав и потащила во двор Хогвартса, но резко развернулась, когда они стали подходить ко входу в замок. — Не знаю, что насчет тебя, но я другого входа не знаю, — указал Драко, идя за ней и хмуро глядя на ворота. — О, их много, — проговорила она, удлиняя шаги. — Поторопись! Она стала спускаться с холма, едва угадывая вдали хижину Хагрида — было уже поздно. — Грейнджер, ты не могла бы объяснить, куда, черт возьми, мы идем? — крикнул ей вслед Драко, но она не ответила, только еще больше ускорилась. Она услышала, как он выругался. Они бежали еще несколько минут, вдыхая свежий запах мокрых сосен, когда Гермиона затормозила, слепо потянув Драко за запястье, чтобы остановить его. — Ты из ума выжила, черт побери?! — прошептал парень, когда понял, где они оказались и что именно перед ними. — Видишь эту трещину, прямо там? — она указала на темную дыру между корнями странного вида дерева. — Мне приснился сон, что прямо под Гремящей Ивой есть проход, ведущий в Визжащую Хижину. — Ради Мерлина! — отчаянно прошептал Драко, закрыв глаза и повернувшись к ней спиной. — Ты… у меня даже нет названия для уровня твоего безумия! Он снова повернулся к ней. — Ты хочешь сразиться с разъяренным деревом, в десять раз сильнее себя, и ради чего? Просто чтобы узнать, есть ли секретный проход, ведущий в хижину с привидениями?! Он повысил голос, не переставая шептать. — Эй, есть здесь кто-нибудь?! Это был просто сон! Под этой проклятой ивой ничего нет! — А что, если есть? — Грейнджер, ты разве не слушала? — Ну же, замолчи! — она прижала палец к губам, потянув Драко за одежду. Он округлил глаза и покачал головой, отказываясь двигаться, но через некоторое время сдался. Его влажная рука схватила ладонь Гермионы, когда они стали медленно приближаться к спящему дереву, стараясь шуметь как можно меньше. Шаг, еще шаг и — треск! — Черт, — прошептал Драко хнычущим тоном, — черт, черт, черт! — Шшшш! — шикнула на него Гермиона, в отчаянии глядя на несколько листьев, сорвавшихся со слегка движущихся ветвей. — Мы не можем его разбудить, иначе мы… — Облажаемся? — вскрикнул Драко, грубо отталкивая ее в сторону, когда дерево внезапно ожило и сильно ударило своей самой большой веткой в то место, где они только что стояли. Гермиона закричала, сильнее сжимая руку Драко, поскольку им пришлось согнуться, чтобы другой толстый сук не ударил их по лицу. — Сюда! — прокричала она, толкая мальчика вправо, но, к сожалению, не увидела длинную ветку, которая ударила его прямо по груди, как хлыст. Гермиона услышала, как он взвизгнул, падая на землю и сжимая поврежденное место. — Драко! — она быстро опустилась на колени, отчаянно потянув его за руку. — Тебе нужно встать, ну же, давай! Ей пришлось отпустить его, и она бросилась в сторону, ударившись спиной о большой заостренный камень. Жгучая боль пронзила ее кожу, наполнив глаза слезами, но она не могла позволить себе обращать внимание на рану. — Грейнджер, ты в порядке? — теперь Драко оказался рядом с ней, поднимая ее на ноги, но тут же оттолкнул в сторону, чтобы увести из-под ивы, в то время как ему самому пришлось перепрыгивать через неутомимые ветви, преследующие его. — Смотри, мы так близко! — закричала Гермиона, заметив дыру всего в нескольких футах от нее. — Великолепно! — даже находясь в опасности, Драко сумел вложить в свои слова некоторую долю цинизмм. Гермиона встала, но ей пришлось быстро опустить голову, чтобы избежать очередного удара. Она поспешно двинулась к мальчику, схватила его за руку и потянула вперед. Неправильный ход. Шуршащая ветка ударила их по ногам, заставив упасть на землю как раз в тот момент, когда ива решила использовать всю свою силу, чтобы раздавить их, как бананы. — Сюда, Драко, быстрее! — Гермиона поднялась на ноги, едва не поскользнувшись. Она неуклюже перепрыгнула через еще одну разъяренную ветку, сделав три шага к поднимающемуся мальчику и была вынуждена почти лечь на него, чтобы увернуться от новой атаки. Драко сделал шаг вперед, и они оба вдруг почувствовали, как их куда-то потянуло — они начали падать. Гермиона врезалась в блондина точно так же, как и в Гарри из ее сна, когда они приземлились на ровную землю. — Упс, прости! — она извинилась, быстро слезла с него и устроилась рядом. Кругом была кромешная тьма, и нельзя было даже понять, где они очутились. Влажный ветерок, сильно пахнущий плесенью, ударил по их лицам, и Драко с отвращением фыркнул. Сунув руку в карман, Гермиона вынула палочку. — Люмос! Слепящий свет залил яму, открывая перед ними длинный туннель и довольно большое пространство прямо над их головами. Этого было недостаточно, чтобы встать в полный рост, но, немного согнувшись, они помещались. — Ха! Я же говорила, что это коридор! — победно выдохнула она, повернувшись к бледному лицу Драко. — Я должен похлопать в ладоши? — прошипел он, радужка его глаз невероятно расширилась. — Ты могла нас убить, понимаешь?! Чертово дерево чуть нас не убило! — Мне очень жаль! — Очень жаль?! Я всегда думал, что ты псих, но никогда не осознавал, насколько! — Драко отряхнул переднюю часть своей мантии и тоже достал палочку. — Слушай, я заглажу свою вину позже. Сейчас мы должны выяснить, действительно ли этот туннель ведет в Визжащую Хижину. Парень чуть не воткнул палочку ей прямо в нос, сердито отворачиваясь. — Ни за что! Ты доказала свою точку зрения — странные сны вовсе не сны. Я тебе верю. Точка. А теперь твой умный мозг должен придумать, как нас отсюда вытащить! — Я пытаюсь вытащить нас, нам просто нужно следовать… — Придумай что-то еще! Гермиона вздохнула, выдергивая влажный лист из его волос. — Послушай, в этих снах в хижине нет привидений! Это просто место, где отец Гарри, Ремус Люпин, Питер Петтигрю, и твой дядя, Сириус Блэк, встречались в школьные годы. Люпин — оборотень, и каждый раз во время полнолуния… — Оборотень! Грейнджер, я тебя прибью! — Успокойся, Драко — люди думали, что здесь обитают привидения из-за ужасающего воя, но… — Ты ведь понимаешь, что вместо того, чтобы делать лучше, ты делаешь все еще хуже с каждым словом, которое вылетает из твоего рта? — Сейчас не полнолуние! — нетерпеливо подчеркнула Гермиона. — Ремус Люпин живет Мерлин знает, где! Может быть, даже не в нашей временной шкале или где-то еще! Лицо Драко, освещенное обеими палочками, какое-то время колебалось. — Хорошо, — наконец согласился он, — но если что-то нас убьет, твоя загробная жизнь будет полным отстоем, я тебе обещаю! Гермиона одарила его легкой ободряющей улыбкой и взяла на себя инициативу. Мальчик все время ворчал, идя за ней, подпрыгивая при малейшем звуке, но, в основном, это были просто крысы, грызущие корни, которые торчали из стен тоннеля. — Чертовы мерзкие существа! — Смотри! Там лестница! — указала Гермиона вперед своей сияющей палочкой, спустя пятнадцати минут ходьбы. В самом деле, впереди была обшарпанная лестница и отсыревшая дверь. — О, слава Мерлину! Они осторожно проверили первые несколько ступенек и, несмотря на жуткий треск, решили подняться к деревянной двери. Обменявшись взглядами, они подождали мгновение и схватились за ручку, нажимая на нее. Комната, освещенная ярким оранжевым светом, встретила их ожидающие лица никем иным, как Альбусом Дамблдором, сидящим в кресле-качалке рядом с уютным камином. Оба застыли. — А, мисс Грейнджер, мистер Малфой, — старик склонил голову, глядя на дуэт невероятными голубыми глазами, и Гермионе пришлось многое сделать, чтобы не закричать. Она прижала руку ко рту, и ее утраченное чувство ответственности, наконец, вернулось к ней. — Что ж? — Дамблдор приподнял свои снежные брови, сжав кончики пальцев. — Весело, правда? Должен сказать, некоторые из ваших прыжков были весьма впечатляющи, мистер Малфой. Гермиона повернула голову к Драко, который выглядел либо потрясенным, либо рассерженным. В этот момент ей было трудно сказать, потому что сама она испытывала схожие смешанные чувства. Этот человек позволил им бороться с безумным деревом и ничего не сделал? Невероятно, но, честно говоря, они это заслужили. — Садитесь, садитесь, — указал он на пыльную кушетку изящным жестом правой руки. Пыль медленно начала исчезать, и, когда они подошли к ней, ткань выглядела совершенно новой. — Не хотите объяснить, что вы делали, бродя вокруг в такой час? Вас даже не было в замке, но все же вы уже успели получить задержание, — он слегка кивнул, глядя на Драко, который, казалось, съежился на его месте — она, скорее всего, тоже, — спровоцировали драку с бедной Гремучей Ивой и попытались улизнуть обратно в Хогсмид. Впечатляет — даже близнецы Уизли не добрались так далеко в свой первый день, но, как я уже говорил, время еще есть, верно? — спокойно выдохнул он, но Гермионе казалось, будто он кричит. На этот раз она сильно облажалась. О чем она только думала? — Мне очень жаль, профессор! — она наклонила голову, не в силах больше смотреть ему в глаза. — Это все моя вина, я втянула Драко в это. — Это правда. Девушка нахмурилась, глядя на светловолосового мальчика. — Но, — медленно продолжил он. — Я беру на себя половину вины, потому что я должен был ее отговорить, но не стал. — Ты пытался, — слабо проговорила Гермиона, моргая, когда первые слезы начали собираться в ее глазах. Разочаровать учителя, не говоря уже о директоре, было ее самым большим кошмаром, который разделяло с ней даже ее альтер-эго из снов. — Нужно было постараться лучше. — О, Драко! — Чудесно! А теперь, если не возражаете, я бы хотел вернуться в Хогвартс. Я все еще чувствую, что хочу съесть еще один шоколадный котелок, — Дамблдор внезапно сложил руки, улыбаясь, и оба подростка посмотрели на него так, будто он выжил из ума. — А что насчет вас? Он медленно встал, возвышаясь над ними, выглядя невероятно впечатляюще с его белой бородой, доходившей до колен, но все же умудрялся звучать как сумасшедший. — Пойдемте! — весело сказал он, уже выходя. — Мы подождем прибытия кареты, — заявил мужчина, покачиваясь на ногах, когда они стояли на дороге, дрожа от холода. Гермиона должна была признать, что была разочарована тем, что директор не воспользовался другим способом доставить их в замок. Она слышала, что у него был феникс, известный тем, что… — О, но где в этом красота? — внезапно спросил Дамблдор, мечтательно глядя на деревья вдали. Самые волшебные вещи часто бывают самыми обычными, — заключил он, и Гермиона яростно покраснела. Она посмотрела на Драко, который бросил на нее взгляд, полный «Беги, черт возьми, этот парень псих», но она прекрасно знала, что тот был полной противоположностью этого утверждения. — О, Мерлин, как же нам повезло, — засмеялся старик, когда из темноты показалась карета и остановилась прямо перед ними. Он открыл дверь, и Гермиона с Драко забрались внутрь, уже во второй раз за вечер. Они снова отправились в Хогвартс, но на этот раз с веселым директором, сидящим напротив них и напевающий мелодию школьного гимна Хогвартса. Всю оставшуюся дорогу никто не сказал ни слова, кроме урчания в животе Драко. Когда они, наконец, прибыли в Большой зал, еды уже не было. — Ну что ж, это прискорбно, — указал Дамблдор. — К счастью, большую часть времени я ношу с собой лимонный щербет. Один он вложил ей в руку, а другую — в руку Драко. — Ну вот, что ж, полагаю, у вас было достаточно приключений на эту ночь. Идите прямо в свои общежития и не опаздывайте завтра утром! — он нахмурился, подняв указательный палец. — Мистер Малфой, я настоятельно рекомендую Вам навестить профессора Снейпа: он скажет пароль, и, пока Вы будете там, также можете согласовать условия вашего задержания. Голубые глаза улыбались. — Что же касается Вас, мисс Грейнджер, — он пошел вместе с ней к лестнице, а хмурый Драко отправился в подземелья. — Полагаю, Вы ищете пароль Venor Floccus. Он подмигнул и, напевая ту же мелодию, оставил ошеломленную Гермиону одну.