Cor numero

— Нет я категорически негодую. Это как нанюхаться кокаина на групповушке, очнуться и понять, что все перетрахались без тебя. Вэгги молча швыряла в мусорное ведро разбросанную по газону бумагу. Листовки, пестрые флажки, конфетти… идея Радио Демона «закончить вечер с огоньком» уже не казалась такой уж неприемлемой. Не сгорит же Отель полностью, так, дворик подпалят, мусор в сажу перетрут, они же не за пироманию же в ад попали, сдержатся… — Даже хуже. Узнать что все вштырились и потрахались, и потом зарезать кого-то успели, а тебя не позвали. …или нет? Вот Ниппти за что попала? Она же ребенок почти. Либо в Небесной канцелярии сидят прожженные сухари, либо жила она… да, с тем самым «огоньком». А ну приют свой подожгла, «очищая». Кто ее знает. Особо упертая обертка намертво застряла в нижней части кованых ворот, и Вэгги, сжав зубы, наклонилась за ней. —…не понимаю, что ты такая спокойная. Сутенер прямым текстом заявил, что в Отель приперся наблюдать за неудачами. У вас как по маслу шло — так он Шпинель подножку поставил! Или он ей «вставил»? — Хватит! — она швырнула подобранное прямо в Даста, жужжащего у нее над ухом уже с полчаса, ровно как Чарли с «объектом одностороннего обсуждения» ушла в магазин. — Чего ты вообще к ней прицепился?! — Интересно же, — в сердцах признался Энджел, распахнув глаза. Поморщился, снял с прически обертку, и, игнорируя сдавленный вопль Вэгги, кинул на пол. Пригладил торчащие пряди. — Не ври, тебе тоже. — Они ПОДРАЛИСЬ, ЭНДЖЕЛ! ПОДРАЛИСЬ! Вэгги, закрыв себе рот, быстро оглянулась: нет, Чарли еще не вернулась. Она не хотела это… обсуждать. Все всё поняли, все решили молчать. Потому что если Аластор — который, признаемся честно: держал их на плаву — к насилию прибегнул, то он читай нарушил условия своего… «добровольного найма». Чарли придется с ним расстаться. Она лишится весомой доли поддержки. Мочить посторонних одно, но Шпинель-то постоялец. Несмотря на провал презентации, восемь из десяти демонов пришли из-за его давления. Один забрел по ошибке, а второй пришел поглумиться и попялиться на Даста. Чарли не знает как выбирать «выгодный» вариант, она не в отца. Чарли выберет Шпинель, и… — Все у тебя подрались, — скучающе протянул Энджел. — Ты просто мужиков ненавидишь. А с ними не только «драться» можно. А еще много интересных вещей… — Разговор окончен. Надеюсь ты понимаешь, — она сдернула с руки грязную перчатку и, с размахом, кинула в закатывающего глаза демона, — Что поднимать эту тему с Чарли не стоит. И вообще, если бы не ты, может презентация бы выстрелила. На этот раз Энджел летящее в его прекрасную голову — поймал. И даже не выкинул на покрытую мусором лужайку. А протянул обратно ей. — Ты сама знаешь, что нет. Вэгги бы возмутилась снова, но… Фанат Даста хотел в Отель только из-за последнего. И лез к нему активно. И Энджел был в восторге, конечно. И то, что он в итоге сам надавал ему по морде за нелестные высказывания о Чарли и ее цели — это глупо, но по-своему благородно было. Потом, правда, в драку втянулись все окружающие… Она молча забрала перчатку. Желание продолжать разговор отпало полностью.

***

Шпинель запихнули в душ — с водой. ВОДОЙ. — потому что потеки варенья по всему телу это «негигиенично», это противно, и потому что Аквамарин… тьфу ты, Ниппли — рвалась помочь ей. Ладно бы с тряпкой и пшикалкой какой. Нет, в тщедушных маленьких ручках было нечто, похожее на напильник, и Шпинель здраво рассудила что до схлопывания в форму камня ее это не доведет, но ощущений доставит множество, и вряд ли радужных. Потому заскочила в ванную без лишнего возмущения. Кто же знал что оттуда такое польется — фу. Свита Синей, конечно, любила плескаться, и Розовая не пренебрегала, но Шпинель предпочитала горячий пар или излучение. Вода это для красоты и для Алмазов, короче. А если и купаться — то в бассейне, а не под жиденькими ржавыми струями. — Они же в курсе, что ресурсы планеты ограничены и тратить ее на свои недолговечные мерзкие тела — это нерационально? — сплюнула, когда в рот залилось. Хвосты стали мокрые, и голову неприятно тянули вниз. — Что? — приглушенно донеслось из-за двери. — Шпинель, плохо слышно! Полотенце? — Не надо. Шпинель вылезла на битую плитку, закрутилась, выжалась как могла, и стряхнула лишнюю влагу. Покосилась на лежащий у ног — в зоне досягаемости на всякий пожарный — реуниватор. Ручку его печально оплетали такие же алые липкие потеки. Возможно драться прямо там не было такой уж прекрасной идеей, как показалось на первый взгляд. Лишь бы не закоротило чего, — не рискнув совать свое единственное оружие под струи воды, Шпинель мочит висящую рядом тряпку и кое-как обтирает его. Не шик, конечно, но… Ну класс — она так торопилась сложить его обратно в компактный вид, что в стыке застрял обрывок обертки. Судя по рисунку «клубники» — прямиком из кладовки. — Я слышала брызги! — Ниппти, нет, это неприлично! — Впусти меня, пока эта дура не разнесла и ванную! Она даже потолок умудряется пачкать! ПОТОЛОК! Шпинель, перекосившись, быстро окидывает комнату взглядом, но ничего и близко похожего на утилизатор не находит. В панике (верещит мелочь так, что проекция ошибками идет) сует размокшую бумагу в карман. Потому что дверь распахивается, с треском врезавшись в стену, и Чарли виновато улыбается из коридора — маленький демон буквально ворвалась внутрь, и с воплями принялась отдирать ванну от джема. Хороший был. Потому что оттирается хреново. — Думаю нам лучше ей не мешать, — одними губами сообщает ей Магнэ и за руку, на цыпочках, уводит наружу. За спинами — остервенелые звуки уборки. — И вообще не появляться ближайшее время в поле зрения. Лучше… пошли лучше в магазин. Все равно кладовку вы с Ала… кладовка прогнила и совершенно-точно-и-не-подозрительно-рухнула-сама, ха-ха! Да. Точно. — Точно, — натянуто улыбаясь, подтвердила Шпинель. Хорошо что органики не совсем тупые. Но иногда плохо. Местный «супермаркет» — чем бы это ни было — находился в двух кварталах от Отеля. И представлял собой куда менее грандиозную постройку — стекло, бетон, люминесцентная надпись с явно сдыхающими лампами. Граффити. Разруха, грязь, все как всегда. Внутри, однако, горел ровный белый свет, и полки были забиты товарами. То есть выглядело место куда более прилично, чем снаружи, и Шпинель удивилась было — но ее представления о бытии орагаников (худшей их части) не пошатнулось. Потому что в противоположном конце зала шла драка за пакеты, у касс матом ругались с кассиром и между собой, а проходящий мимо мелкий демон, отдавив ей ногу, споро закидывал под куртку все с прилавков. Фух, никакого расхождения с их «в аду худшие из худших». А то еще информацию обновлять, переосмысливать. Белым пятном — и в выявленной аудитории индивидов, и вообще — впереди маячила Чарли. Плечи у нее то и дело сникали, но девушка, что-то сама себе выговаривая, продолжала играть в «у меня все отлично и даже лучше». Самоцвет косится на наклейки на продуктах. Деньги, оборот, ха. Нравится же низшим формам усложнять себе жизнь. Однако, вспомнив сколько всего было в разрушенной кладовке, в желудке неприятно закопошилось — как будто проглотила что мерзкое. Знакомое такое чувство… а-а! Да это же вина. — По поводу той подсобки… — Ничего-ничего! Все равно нужно было ремонтировать то крыло! — Магнэ открыла какой-то стеклянный шкаф и закинула в тележку Шпинель пару пачек мороженного. Потерла подбородок, размышляя, а затем загрузила еще с десяток. Оу. Теперь понятно почему в холодильной установке в Отеле все было им забито. Вроде, когда-то Шпинель читала про строго сбалансированное питание для органиков — Розовая хотела завести в сад пару видов, но не сложилось — и что при отсутствии упомянутого баланса им будет плохо. Вплоть до летальных случаев. Будем надеяться, что Демоны устроены несколько иначе, — сглотнула, посчитав упаковки. Сверху опустилось еще ведро. Чарли исчезает за поворотом, а Шпинель разглядывает пестрые полки. Откуда в аду товары? Как и кто производит? Глядя на их инфраструктуру снаружи, и не подумаешь что кто-то умудрился наладить производство и поставку. Вэгги упоминала что в аду есть своеобразная «Элита», и каждый могущественный и все-такое занял определенную нишу. Даже Даст был причастен — его босс отвечал за порноиндустрию, а ближайший партнер-знакомый босса — за телевидение в целом. Значит и за продукты кто-то отвечает. Интересно. Пестрые обертки натолкнули на мысль. Все равно кружить по залу было скучновато — колесо у тележки заедало и оно мерзко скрипело, Чарли имитировала приступ энтузиазма, хотя у глаз залегли печальные тени (провал презентации был все-таки фееричным), встречающиеся на пути демоны только плечами толкались, да скалились. Она кое-как вытащила уже подсохшую этикетку из кармана. И сравнила со стоящими на полках. Этот язык настолько примитивен, что становится сложнее Высших постулатов Алмазов — который, на минуточку, декларировали на старом языке первого и второго поколений — чистый, почти машинный код (Такой же был выгравирован внутри самоцвета). Ничего лишнего, строго, понятно. А тут… пф. Закорючки какие-то. Структура простая, но систематика так себе. Зачем звуки, которые не проговариваются вслух? А шрифты? Они этим разнообразием цвета и курсива что, всемирный голод остановить пытаются? Шпинель качает головой. И, в очередной раз заметив мелькнувшую среди полок Чарли, закусывает губу…

***

Презентация прошла, и аудиторию составляла не только их компашка неудачников, что уже можно было бы считать успехом. Если бы среди пришедших не нашелся знакомый Даста. Милование молниеносно переросло сначала в конфрантацию, а затем и полноценную перестрелку. Повальную. …Вэгги следила за Энджелом — чтобы не приспичило тому еще пообщаться с фанатами, и окунуть репутацию Отеля в дно Марианской впадины, а Аластор ушел «выносить мусор». Шевелящиеся останки тех, кому презентация не понравилась и они посмели свое мнение высказать. Чарли не возразила — вряд ли заметила — сидела, облокотившись спиной на тумбу, и вчитывалась в свой текст «пять пунктов, в конце рай». Искала недочеты, пыталась понять почему все снова не так. Может быть, плакала — Шпинель не уверена. Она и подошла так, приличия ради, отразила пару шальных пуль — пластика тела все еще позволяла. Только она решила, что Принцессе лучше побыть одной, как та выскочила из своего уголка «печали», схватила ее за руку — это входит в привычку — и провозгласила поход в магазин. Где они сейчас и убивали время. Причем не в самом переносном смысле. Чарли выныривает из-за полки, пряча глаза — кто-то из посетителей тыкал в нее пальцем. Она улыбалась и махала рукой, словно давним знакомым, но Шпинель успела заметить — ответные ухмылки не были и каплю похожи на что-то дружелюбное. Она скалит зубы сама, и отпускающая шальные шуточки двойка торопливо уходит — слухи об очередной психопатке из Отеля уже просочились. Как и слухи об их очередном провале.