Не в деньгах счастье

Обычное "Привет, как дела?" вырвало Эрика из очередных мучительных мыслей о Яне. Отчего-то увидев имя друга, он сразу почувствовал себя куда лучше, чем пару минут назад, когда всё тело ныло и болело, в голове бегали мутанты-тараканы и стучали тысячью молоточков по черепу, от чего глаза, давно не знавшие слёз, вдруг стали красными и влажными. — Саня! Ты мне нужен! — Эй, бро, неужели ты изменил своё отношение ко мне? Мне радоваться, или как? Весёлые нотки в голосе Сашки к концу предложения стали теплыми и в то же время настороженными. — Саня, мне так херово. Ты не представляешь, хочу сейчас же сдохнуть. — Эрос, я буду через пять минут. Не вздумай умереть, пока не простишься со своим лучшим другом. Через семь минут в дверь Копыловых стучали и звонили так, словно от этого действительно зависела чья-то жизнь. Эрик щёлкнул замком и тут же почувствовал, как его тело сжали сильные Сашкины руки. Голова упёрлась в плечо, затем в шею, но легкое покусывание уха тут же вывело Эрика из меланхолии в агрессию. Ожидая удара, Саша напрягся и, когда получил тычок в бок, только сильнее притянул к себе друга. — Ну ладно-ладно, прости, — отстранился, и первый пошел на кухню, — Давай что-ли чаю попьём… английского. Надеюсь, ты привез? — Пошли, будет тебе английский чай с булочками. — Ну, и? — Саша потягивал ароматный напиток с ванильными булочками и рассматривал отрешённое лицо друга. И ему всё тяжелее становилось держаться как ни в чём не бывало. Хотелось рвануть на себя, крепко обнять, засосать до крови на губах, забрать вместе с кровью всю боль и печаль, причину которой он естественно знал, и имя ей — Ян Чистяков. — Вы уже виделись? Он тебя отшил? — рука потянулась через стол, но Эрик не позволил к себе прикоснуться, осторожно убрав свою руку под стол. — Мы не виделись. Отец отослал его на время моего приезда. Саня! Это эгоистично с моей стороны просить тебя, но… Прости, я не должен. Забудь. — Вкусный чай. Совсем как в Лондоне. Булочки Виолетта пекла? У неё всегда отлично получалась выпечка. Где она, кстати? — Их с отцом пригласили на Новогодний корпоратив, думаю вернуться под утро. — О! Значит у нас вся ночь впереди, — как мартовский кот, Сашка обогнул стол и в один миг оказался на коленях Эрика, обвивая руками его за шею. — Ты мне — я тебе. Затуманенным взглядом он смотрел в глаза напротив, всем видом предлагая себя здесь и сейчас. — Ты пожалеешь, что делаешь это. Я ведь ничего тебе не дам в ответ, кроме физического наслаждения. Потом будет больно. Очень. Нам обоим. — Плевать, Рик. Я буду любить тебя всегда. Я буду ждать тебя. Только тебя. Саша накрыл губы Эрика своими, тут же проталкивая язык между зубами. Пусть так, пусть это будет украденное, минутное счастье, но оно останется с ним навсегда, сладким воспоминанием о несбыточной любви.

***

— Когда приедет твой малыш? Голова Сашки покоилась на плече Эрика, согнутой ногой он прижимал нижнюю его часть обнажённого тела к кровати. — В детском доме сказали в четверг. — А во вторник ночью у тебя самолёт. Ну и что ты думаешь? — Батя меня убьёт, если я останусь. Мы с ним, как бы договорились, что я оставлю малого, а он ничего ему не сделает, даже будет помогать. Но ты же понимаешь, теперь я приеду только летом, ещё полгода не видеть его и я сойду с ума. Саня — прости!!! Эрик подскочил и взял лицо друга в ладони. По щекам Сашки стекали слёзы. Эрик обнял его и начал качать как ребёнка. Натянул одеяло, уложил и крепко прижал к себе. — Ничего, всё в порядке, — Саня шмыгнул носом. — И нет ничего проще: мы меняем твой билет на пятницу, ты с чемоданом едешь не в аэропорт, а ко мне. Я привожу малого к себе и вы целые сутки выясняете отношения. Если он тебя бросит — ты мой! — Сашка-ты чудо! Я тебя люблю! — Эрик накинулся на друга с поцелуями. — Эй, не шути так, — Саня отстранился, закрывая ладонью рот Копылова. — Ты меня убиваешь таким признанием. — Да ладно, ты лучший в мире друг. И я люблю тебя как друга. Как брата. — Которого потрахиваешь. — Это твоя прихоть. Ты меня вынудил практически. — Но тебе это нравится, не отрицай. «Я бы с большим наслаждением и желанием делал это с другим человеком, но тебе я этого не скажу» — Я промолчу, иначе обижу тебя ещё больше. Всё. Пошли в душ. Есть хочешь? — Как собака!

***

На следующий день, ближе к полудню, Эрик получил смску с текстом: «Как и обещал — всё сделал» и смайлик — палец вверх. С родителями Эрик вел себя непринужденно, разговаривал в основном с Виолеттой, отец часто отсутствовал по работе. Новый год собрались встречать дома, в кругу семьи. Приехала сестра со своим Михаилом, которого так полюбила Виолетта, но мужчинам семьи он пришёлся не ко двору, через чур скромный и жеманный. Накануне праздника Эрика попросили нарядить ёлку. Когда он вытащил ящики с игрушками, подумал, как было бы хорошо это сделать вместе с Яном, увидеть его улыбку, ясные глаза… Звонок телефона прервал тёплые и пока несбыточные мечты. — Привет Эрос! Что делаешь? — заметив, что пауза затянулась, Сашка вздохнул: — Я мешаю? Ты не рад меня слышать?..Я… — Привет, — голос тихий, приглушённый. — Всё нормально, пытаюсь наряжать ёлку. — Хочешь, приду помогу. Я в этом деле мастак, да ты и сам знаешь. Ну, так что? О да, сколько ёлок они вместе нарядили, бегая то к одному домой, то к другому, меняясь игрушками и макушками. Где-то с седьмого класса пыл поутих, и каждый наряжал зимнюю красавицу только у себя, но традиция обмениваться игрушками осталась вплоть до выпускного класса. — А ты свою уже украсил? — спросил Эрик и, когда услышал утвердительный ответ, сказал: — Тогда давай, жду.

***

— Не смотри на меня так. Через два часа, поржав над старыми шутками, вспомнив множество приколов и моментов из школьной жизни, парни сидели на диване и уплетали горячую пиццу, что доставили несколько минут назад. — Ты упрямый. Саш, не проси меня больше быть твоим… партнёром по сексу. Я не сделаю этого. — Ну что ж, надежда умирает последней. Но смотреть-то ты не можешь мне запретить? — Саня откусил кусок побольше. — Вот жмоты! Не могли побольше салями и пеперони положить… Рик, завтра наши собираются, в том же клубе, где и раньше. Я пообещал тебя уговорить. Эрик думал смыться от семьи, и предложение выглядело заманчивым. Однако встречаться с некоторыми «друзьями» ему очень не хотелось. — Даже не знаю. Обещал со своими посидеть, сто лет не отмечали праздники вместе. — Тогда я завтра заеду за тобой после двенадцати? Отлично. Тогда я пошел, пока, — не дождавшись ответа и вытирая на ходу губы салфеткой, он выдернул куртку и выскочил за двери. — Саня, — Эрик сидел с поднесённым ко рту куском, не понимая, что собственно произошло и почему его друг так внезапно выскочил и умчался. А Сашка испугался своего дурацкого состояния в последние дни, когда любой негатив со стороны любимого человека заставлял его чувствовать себя ребёнком, обидчивым и ужасно плаксивым. Выскочив на лестничную площадку и спустившись на пару пролетов он сел на ступеньку и опустил голову. Слезы текли по щекам и ничто их не могло остановить. — Сука любовь!

***

Ночь с 31 декабря на 1 января ребята встречали по домам: Саша подхватил простуду и свалился с температурой 39*, а Эрику пришлось до утра терпеть общество семьи, которая пыжилась, но усердно веселилась. — Как ты? — проснувшись ближе к вечеру в первый день нового года спросил Эрик Саню. — Уже лучше, — голос тихий, с хрипотцой. — Я зайду проведать, через час будет нормально? — Нет, я хочу спать. Прости. — Выздоравливай. И, с Новым годом! Сухо. Коротко. Ожидаемо.

***

Через три дня Копылов собрал чемодан. Время дома тянулось невыносимо медленно. Сашка не звонил. Эрик понимал, что по другому никак, только на расстоянии, чтобы было минимально больно. Сам истязал себя в ожидании встречи с малым, прокручивая что скажет, как встретит, как снова попрощается. Во вторник семья снова провожала своего студента. Отец извинился, что сам не может отвезти сына в аэропорт, на что Эрик улыбнулся и сказал, что не маленький, на такси доберётся. Виолетта хотела проводить, но и тут сын отказался, вспомнив про долгие проводы-лишние слёзы. Забросив сумки в багажник, он расцеловал Виолетту и сестру, сел в машину и сказал водителю: «Аэропорт». За углом стукнул себя в лоб и попросил заехать на соседнюю улицу, мол кое-что забыл. Однако подъехав к дому Сани, расплатился как до аэропорта, улыбнулся и распрощался. Два дня провёл как на иголках. Два дня метался из угла в угол. Два дня и две ночи тупо лежал на кровати, просматривая какие-то фильмы и ненадолго проваливаясь в беспокойный сон. Родителям Саши пришлось долго объяснять, что всё в порядке, просто технические неполадки с родителями, а билеты не поменять и прочую ерунду, порадовало то, что они сами захотели провести несколько выходных за свой счёт у бабушки за городом. В квартире установилась тишина, ибо два лучших друга почти не разговаривали, держались на расстоянии, пересекаясь на кухне или вечером у телевизора. В четверг Саня поехал в детский дом и ближе к вечеру вернулся с Яном.