***
Чимин неслышно вошел в комнату к Хосоку. Тот сидел за столом перед ноутбуком. Помимо экрана, источником света служила лишь тусклая настольная лампа; однако Чимину не нужен был свет, чтобы узнать - человек в комнате один. Вошедший тихо закрыл за собой дверь. - Чем занят? - О, привет, - обрадовался Хосок. - А я думал, что все уехали тусить, и я один - а нет, ты тоже здесь, - весело улыбнулся парень. - Нет, я остался… Плохо себя чувствовал… - Задумчиво протянул в ответ голос. Подойдя сзади, Чимин положил руку на спину Хосока, - тот, кто был внутри, старался прочувствовать крылья. Нужно было в последний раз убедиться, что выбор сделан верно. - Что это? - Выгнулся Хо, стараясь рассмотреть свою спину. - Ой. Да так, ничего, извини, - нервно улыбнулся Чимин, поспешно убирая руку. Чон добродушно улыбнулся, поворачиваясь обратно к экрану. «Вот она, эта мерзкая теплая доброта», - мелькнула мысль в голове Чимина. Он нервничал, опасаясь, что его противник почувствует что-то неладное: почувствует холод, пробирающий до самых костей, режущую злость, которая таится в сердце павшего собрата долгие века и долгие эпохи... Но тот все так же непринужденно сидел на стуле, болтая о какой-то ерунде. Чимин подошел вплотную к спинке стула. Медлить больше было нельзя. Быстро положив одну руку на подбородок сидящего, другой крепко схватил горло. Тот даже не успел ничего понять. Раздался резкий хруст свёрнутой шеи - и голова упала на клавиатуру. «Это было даже слишком просто. Сделать все так быстро и легко, не мучая тебя, не заставив хоть немного пострадать, - но рисковать было нельзя. Лишние подозрения - а тем более, случайные свидетели - были не нужны». Чимин тупо посмотрел на тело и широко открытые глаза, удивленно смотрящие в пустоту. Через секунду – с пугающей легкостью закинул свою жертву на плечо, и невозмутимо вышел из комнаты. Но он был в смятении. «Со смертью одного оборвется и жизнь другого…» Первый был мертв - когда же наступит очередь следующего?.. Но Чимин не чувствовал ничего. «Надо избавиться от тела - не хочу закончить свою последнюю жизнь в тюрьме», - пронеслось в голове убийцы.***
Грубо бросив свою ношу на белый кафельный пол душевой, Чимин опустился на корточки. Нелепо распростертое перед ним тело напоминало больше куклу, чем человека. Парень ухмыльнулся. Протянув руки вперед, без всяких усилий он вжал пальцы в уже остывающую кожу на груди, запустив ладони внутрь так легко, словно сама кожа была сделана из тонкого слоя бумаги; немного усилий – и открытая рана разъехалась до самого живота, раскрывая грудную клетку. На секунду он замешкался - что нужно было делать дальше? Как именно убить создание высшего порядка, он не знал: все, что было известно, - «обретёт силу; получит власть над жизнью и смертью всех созданий, как темных, так и самых светлых, сможет убить душу ангела». Силы хватило - стало быть, сущность этого создания определенно должна была погибнуть. Но изменений по-прежнему не ощущалось. «Ничего не изменилось… Возмездие должно было дать мне покой, почему ничего нет?» - он начинал нервничать. «Может, нужно больше времени?.. Что ж, нужно довести дело до конца, и избавиться от останков».***
То, что прежде было Хосоком, было компактно размещено в большой спортивной сумке. Правда, пришлось разорвать тело на куски, но это не составило особого труда. Стоя посреди ярко освещенной душевой с черной сумкой в руке, Чимин осмотрелся - белые кафельные стены были густо забрызганы кровью, на полу валялись мелкие куски мяса и клочки одежды. «Вроде всё», - быстро пронеслось в голове парня. Вынося сумку к дверям, он щелкнул пальцами; когда вернулся, чтобы принять душ, ванная комната снова была белоснежной и идеально чистой.***
В густой темноте холодной ночи, где-то на окраине, горел большой костер. Рядом стоял человек в черной толстовке; из-под капюшона виднелись только черные очки и поджатые пухлые губы. Куча какого-то тряпья тлела в огне. «Почему ничего не происходит? Я ведь убил его! Уничтожил и тело, и душу. Разве я не должен был уже оставить эту землю? Что не так?» - роились тревожные мысли в голове парня. Он долго смотрел на огонь и думал. Нельзя было бросить дело на полпути - нужно было убедиться, что все следы надежно уничтожены. А во время томительного ожидания Чимин - точнее, тот, кто действовал от его имени - мог все обдумать и попытаться успокоиться. Внезапно в воздухе появился резкий запах серы. К горлу стоящего у костра человека подкатился ком, а на спине быстро проступил холодный пот. «О не…» - О да, - услышал он низкий и такой знакомый голос за спиной. - Тебе страшно? - Спросил с издевкой некто, приближаясь все ближе. - Нет, - твердо ответил Чимин. Раздался мелодичный смех. Ладони парня вспотели в карманах толстовки. - Время не нужно. Как только он умрет, ты будешь свободен… - Говорящий обходил костер вокруг, неспешно шагая по траве. - Разве не знаешь сам? Удивительно, что ты все еще здесь, не правда ли? Я бы на твоем месте задумался. Уж не допустил ли ты… ошибку? - Этого не может быть. Склонив голову, случайный собеседник остановился, глядя в огонь. Сложив руки за спиной и постояв так какое-то время, нежданный гость наконец повернулся лицом. Его озарил отсвет костра: оно осталось прежним - таким же, как и миллионы лет назад, в день их последней встречи. - А ты забавно выглядишь нынче, - со смешком Люцифер сделал пару шагов к оцепеневшему парню. - Но все же лучше, чем в прошлый раз! Мне нравится твое лицо. Красивое, даже слишком - напоминает о прошлых временах. В костре что-то затрещало, и густые клубы дыма полетели прямо в лицо Чимину. Он отвернулся, закашлявшись от отвратительного сладковатого запаха. А когда повернулся вновь, то увидел, что рядом уже никого не было.