Горынычам вход воспрещен

— Твой ход, — я откинулась на спинку стула, внимательно наблюдая за сидевшим напротив Клавдием. Парень почесал макушку, подумал, после чего нерешительно передвинул свою пешку на клетку по диагонали. Злобно хохотнув, я быстро, пока он не успел понять, «съела» две его шашки и торжествующе хлопнула в ладоши. — И остался мой дорогой советник с носом! Обиженно насупившись, Клавдий зыркнул на меня из-под бровей. А чего он хотел? Я столько лет прожила бок о бок с дедушкой, естественно, я превосходно умею играть в шашки! Сегодняшний день, как и вчерашний, проходил необычайно тоскливо. Выход за пределы замка был под запретом, а побродить по коридорам, как мне того хотелось, пока не представилось возможным: из-за объявленного чрезвычайного положения в княжестве буквально каждые десять метров по коридорам стояли стражники, круглые сутки. Чтобы мы с Клавдием не мешали местной власти проводить мероприятия по поимке опасного зверя, а точнее — не путались под ногами, нам позволили посещать оранжерею замка, где мы сидели почти сутки напролет, развлекая себя бесконечными партиями в шашки да рассказами о бурной академической молодости. Только вот сегодня что-то должно было произойти. Это «что-то» я почуяла еще за завтраком, когда увидела необычайно украшенную трапезную, а в коридорах на подоконниках — вазы с цветами. День рождения что ли у кого-то сегодня? Странно, что Арсений не обмолвился об этом. У слуг что-то спрашивать было бесполезно: молчали, преданные, как рыбы, лишь мило улыбались в ответ. Вот это воспитание, а! К слову, об Арсении. На следующий день после вечера откровений министр, оставшись ненадолго со мной наедине, извинился за свою излишнюю болтливость и искренне попросил не давать Ростову понять, что я что-то знаю об их ссоре. Ясное дело, что я не собиралась лезть к Клавдию с расспросами и разговорами, пусть сами разбираются, в конце концов, им под тридцать лет, пора самим разбираться в своих проблемах. Весь день я мучала Ростова вопросами и размышлениями по поводу назревающего события, к которому идет подготовка, на что парень только пожимал плечами. Конечно, я рассказала советнику о подслушанном разговоре, но и он не смог сделать каких-то определенных выводов из слов Ярослава и Арсения. Оставалось только ждать и гадать. Ни правителя, ни Арсения сегодня мы не видели. Мужчины забаррикадировались в кабинете Горыныча, в который то и дело заходили разные люди, а после — выбегали, подгоняемые гневной тирадой Змея. Впечатляет меня такая политика, честно. У такого правителя просто не может быть проблем в княжестве, тут ведь железная дисциплина! Значит, этот случай с непонятным оборотнем — из ряда вон? Интересно… Ближе к вечеру мы с Клавдием стояли неподалеку от кабинета князя, рассматривая висящий на стене огромный портрет. Надпись внизу гласила: «Жестокий Змей Александр Второй». Мужчина на полотне был изображен полубоком, сжимал в руках черный блестящий посох и смотрел… По-звериному. Даже в осанке было что-то животное, как-будто он был готов сорваться и броситься прочь. — Похож, кстати, — задумчиво произнес Клавдий и кивнул в сторону кабинета нынешнего правителя Аргроса. — Чем? — приподняв в удивлении бровь, хмыкнула я, не находя ничего общего в облике мужчины на портрете с Ярославом. — Усмешка такая же, — отозвался Ростов. — Хищная. Переведя взгляд на нижнюю часть лица Змея Александра, едва заметно кивнула. И правда, было что-то общее в искривлении губ предка Ярослава и его самого. Только эта усмешка придает лицу мужчины на портрете выражение злое, дикое, а на губах Ярослава играет совершенно по-другому. Он так усмехается, когда смотрит на тебя сверху вниз с чувством собственного превосходства. Надменно. Грохот внезапно распахнувшейся двери позади заставил нас с советником вздрогнуть и обернуться. На пороге собственного кабинета стоял Змей, держа за шиворот кожаного доспеха очередного бедолагу-воина. В силу разницы в росте ноги парня болтались над полом. — Проследить! И что, что там горы?! С вами лучшие маги княжества, которые идут по следу зверя, что, они не могут вам помочь?! — глядя прямо в испуганные глаза подчиненного, шипел Горыныч. — Могут, наверное, — проблеял парень, забавно болтая ногами в попытке нащупать пол. — Хоть сам седлай коня и рыщи по лесам! — в сердцах воскликнул князь, отшвыривая от себя гонца и шумно переводя дыхание в попытке успокоиться. Сама не понимая, почему, я пыталась поймать его взгляд, чтобы увидеть… Но зрачки Ярослава ничем не отличались от моих собственных, что даже разочаровало. Заметив нас, замерших в ожидании, князь провел рукой по темным волосам, взъерошивая их, и подошел ближе. — Проклятье какое-то на мою голову… Прошу прощения за эту эмоциональную сцену, — вполне искренне извинился Ярослав, а во взгляде зеленых глаз не было и следа злобы. — Поймаем тварь — лично наизнанку выверну. — Охотно верю, — не удержалась от усмешки я, за что получила тычок в бок от Клавдия. — Да бросьте, господин Ростов, — махнул рукой Змей. — Я уже смирился с тем, что в общении с Ириной мне не избежать подобных колкостей. Не успела я ответить, как на лестнице показался неудавшийся гонец, несколько минут назад прогнанный правителем. Заискивающе глядя на князя, парень подошел ближе, и тогда Горыныч заметил его, вновь ощетинившись. — Ну, чего тебе еще? — рыкнул он, вмиг меняясь в облике. — Там, это, — тихо произнес гонец, вмиг теряясь в словах. — Которое? — напряженно поинтересовался Змей, нависая над несчастным. — Приехали… — выдохнул тот. Внизу уже слышался гомон, грохот и заливистый (женский?) смех. Ярослав на миг потерялся, стоял, нахмурившись, а после хмыкнул, машинально поправляя черную рубашку. Мы с Ростовым переглянулись, на ментальном уровне обменявшись недоумением. — Прошу, уважаемые, — уже несся с лестницы сладкий голос Арсения, — наш правитель уже ожидает вас. — Да уж, прямо, — усмехнулся Змей, отступая от нас на пару шагов, — все жданки съел. А в следующий миг мне показалось, что в коридор запустили шутов, так цветасто и несуразно выглядела процессия. Доргачевский, шедший во главе компании, хотя и любил порой поиграть с цветами одежды, сейчас в своей темно-фиолетовой рубашке и бежевых брюках выглядел очень гармонично. Следом за ним, придерживая подол яркого желтого платья, ступала среднего роста девушка. Светлые витые локоны спускались по плечам, обрамляя худое благородное лицо, привлекающее внимание за счет лучистых медовых глаз. В каждом жесте тонких рук, оцепленных браслетами, читалось воспитание, происхождение. Ни одной лишней эмоции, лишь горящий глубинным интересом взгляд. За плечом девушки маячил долговязый щуплый паренёк в ярких белых одеждах. Смотрел он на всех затравленно, как маленький крысёныш, и только при взгляде на шедшую впереди девушку взгляд его прояснялся, светясь восхищением. За этим прихлебаем следовал десяток слуг, собравший в своем гардеробе, наверное, все цвета радуги. — Ярослав, дорогой! — пискнула девица, прикладывая ладони к сердцу, после чего буквально кинулась Змею на шею. Клянусь, я чувствовала, как моё лицо вытягивается в удивлении. На сестру и брата эти двое были похожи как грязь на родниковую воду. Старые знакомые? Любовники? Если так, то почему Горыныч так сморщился, стоило бледным ручкам гостьи обвить его шею? Я перестала понимать происходящее и надеялась, что Арсений, с нескрываемой усмешкой наблюдавший за сценой приветствия, пояснит нам, что здесь творится. — Давай без лишних эмоций, — миролюбиво улыбнулся Змей, мягко отстраняя девицу от себя. — Как скажешь, — отозвалась та. — Позвольте представить вас нашим гостям, — обратился к новоприбывшей горынычевский министр, подмигивая мне. — Клавдий, Ирина, — заметив, как выжидающе мы смотрим на него, Арсений сделал эффектную паузу, дожидаясь, когда девица обернется к нам, после чего продолжил, — это княжна Мерцана, сестра правителя Гардиании Димитрия Алчного. Взгляд глаза в глаза, и меня озарило пониманием — мы с этой мадам подружками точно не станем. Окинув меня взором с ног до головы, Мерцана с презрением изогнула уголки губ, давая ощутить, буквально кожей почувствовать — я ей не чета. Мою персону аж захлестнуло возмущением, но всё, что я сделала, это лишь чуть склонила голову набок, одаривая княжну не менее говорящим взглядом. Меня так просто не задавить. — Договаривайте, господин министр, — произнесла девица, вздергивая подбородок. — И невеста нашего правителя, неподражаемого, великого, мудрейшего из всех правителей… — Арсений, птица-говорун, замолкни, прошу, — хохотнул Ярослав, закрывая лицо руками. — Как пожелаете, Ваше Высочество, — шкодливо улыбаясь, склонил голову Доргачевский. Но меня это шутливое представление волновало мало. За всем этим стояло главное: княжна — невеста Змея. Не-ве-ста. Что же тогда не рад-то он, а? Даже не касается, стоит в полуметре, дистанцию держит. А она так и норовит его задеть, хотя бы пальцем, на что мужчина незаметно для других умело ускользает от неё, закрепив на лице дежурную улыбку. Что-то тут не так. Не клеится эта любовная история. Взглянула на Клавдия, желая хотя бы по лицу парня понять, о чем он думает. Но физиономия советника не выражала ничего определенного, хотя на губах и играла усмешка. Возможно, тоже понимает, что здесь что-то не то. Тем временем Мерцана, Горыныч и Арсений о чем-то беседовали, не обращая на нас никакого внимания. Только когда речь зашла об ужине, Доргачевский вспомнил про нас. Мелькнувшие в разговоре наши имена заставили повернуть головы в сторону гудящей троицы. Арсений и княжна уже были на лестнице, а Ярослав, оттянув воротник застегнутой рубашки так, словно все это время задыхался, направился в нашу сторону. — Ирина, Клавдий, — обратился к нам Змей, разводя руки в доброжелательном жесте. — Приглашаю вас на праздничный ужин, через полтора часа в трапезной. — Опять в платье? — скривилась я. — Тебе не нравятся платья? — искренне удивился Ярослав, даже брови приподнял. — Или с тем, что я тебе тогда выбрал, что-то не так? — Слышали бы вы, Ваше Высочество, как она фыркала тогда, — поддержал разговор Ростов. — Вы сами его выбирали? — влезла я, не давая правителю осознать слова Клавдия. — Лично? — Лично, — усмехнулся Ярослав. — Могу повторить этот подвиг, если нужно. — Нет, спасибо, не утруждайтесь, — выдавила я. — А вообще, можете приходить в том, в чем вам комфортно, — пожал плечами Змей, обращаясь к нам обоим. — Ну, праздник же, вроде как, — настороженно отозвался советник. — При параде нужно быть. — Не такой уж это праздник, — хмыкнул Ярослав, уже удаляясь в сторону лестницы. Я решительно ничего не понимаю. Поэтому, когда Клавдий за руку поволок меня в свою комнату, я даже не возражала, погрузившись в размышления. — Ирка, ау? Чего зависла? — вернул меня в реальность Ростов, устраиваясь на кровати. — Тебя так невеста впечатлила? — Что-то вроде того, — отозвалась я. — Какая-то она… С гнильцой. — Да брось, — отмахнулся парень. — Обычный династический брак. — Чего? — вытаращила я глаза. — Как маленькая, — вздохнул Ростов, сцепил руки в замок и, закинув их за голову, пояснил. — Брак между членами правящих династий разных государств с целью укрепления взаимоотношений между ними. Никакой искренности. Сплошь политика. Вот какого последнего элемента этой проклятой мозаики мне не хватало! Всё сразу встало на место: подслушанный мной разговор Арсения и Ярослава в столовой, где Змей говорил про недавний отъезд, договор, село Нефёдово и то, что его личное отношение к этому не имеет значения. Еще было что-то про отца Горыныча… Ну, теперь понятно, почему Ярослав так шарахался от Мерцаны. А она, казалось, со всей душой к нему… Всё чудесатее и чудесатее. С позволения Горыныча на ужин мы явились одетые прилично, но без лишнего официоза. Явившаяся к моей комнате служанка по приказу правителя проводила меня в гардероб, от размеров которого мне оставалось только раскрыть рот. Полки, которые мне разрешено было просматривать, были забиты новой, только с иголочки, одеждой самого разнообразного кроя. С чего такая щедрость со стороны Змея, мне было не понятно, но не воспользоваться предоставленным шансом — грех. И вот, на мне был темно-зеленый шелковый брючный костюм и не было платья, что значительно улучшало настроение. Не упустила случая и прихватила кое-что для спутника, и теперь Ростов сидел рядом в атласной серой рубашке. За столом нас пока что было всего трое: Арсений присоединился к нам еще по пути в трапезную. Оценив мой внешний вид приятным комплиментом, министр сообщил, что правитель и его невеста скоро подойдут. И правда, подошли. Вот только с появлением Мерцаны в трапезной стало тесно. На девушке было пышное кремовое платье, настолько пышное, что держащему её ладонь Ярославу приходилось стоять на расстоянии вытянутой руки от невесты. Увидев сие зрелище, тихо хихикнула. Получив понимающую усмешку от министра, взяла себя в руки и по примеру парней встала, приветствуя князя. Ярослав выглядел… уставшим. Но при виде нас всё же смог улыбнуться и кивнуть в ответ. Вслед за ними в трапезную по стеночке прокрался прихлебай княжны, щуплый парень, стоявший за её плечом во время сцены приветствия. Его даже не представили, что удивляло. Арсению, лицо которого вытянулось в удивлении, пришлось подвинуться, чтобы Мерцана уселась между ним и Ярославом, рядом со своим женихом. — Правила, — шепнул мне Ростов, увидев мою приподнятую при этом зрелище бровь. Хмыкнула. Ну да. Вот только министр что-то не очень доволен таким положением дел. Сидя между княжной и её крысёнышем, парень взглянул на своего правителя, но тот, устроившись за столом, не произнес ни слова, предоставляя нам свободу выбора темы. Слуги принесли горячее, за едой развился разговор. Как ни странно, говорили о магии. Странно, потому что в этом замке я ни разу не слышала подобной темы. Было очень даже интересно послушать. — Собственно, могу сказать, что магия воздуха, которой мы с господином Ростовым обучались, самая сложная, — говорил Арсений, делая глоток вина под моим пристальным взглядом. — Вода, огонь, земля — это всё видимо и ощущаемо, тогда как воздух мы можем лишь почувствовать, скажем, в порывах ветра. — Но разве помимо основной стихии вы не владеете другими? — взгляд Мерцаны метался от Арсения к безучастному Ярославу. — Владеем, — вклинился в разговор Клавдий, расправившись, наконец, с куриным крылышком. — Только поверхностно, на базовом уровне. Первые два курса идет общее образование, куда входят все стихии, и только с третьего одна продолжает изучаться во всех подробностях. А вы, княжна, разве не учились в ГАМИке? — Училась, — потупила взгляд девушка. — Заочно. — Разве можно овладеть магией заочно? — усмехнулась я, откидываясь на спинку стула. — Без практики ведь никак. — Брат приглашал учителей к нам в замок, — пояснила Мерцана. — Не хотел отпускать меня от себя. — Как же тогда отпустил замуж? — вырвалось у меня, и в тот же момент я почувствовала на себе взгляд Ярослава. Мужчина смотрел на меня искоса, но с легкой усмешкой. Видимо, и правда смирился. — Это было нашим совместным решением, — ответила Мерцана, снова задрав подбородок. — И я благодарна судьбе, что моим женихом оказался именно Ярослав. — Он тоже благодарен, да, Ваше Высочество? — тут же взвился Арсений. Давя смешок, отпила из бокала. Ну, Доргачевский! Откровенно пользуешься положением, так дерзить князю! До меня дошло: мстит. Мстит правителю за внаглую отнятое место. Но Змей, похоже, оценил колкость своего министра и, ядовито улыбнувшись, ответил. — Разумеется, Арсений. А я задумалась. Неужели, Мерцана не знает, что брак — по договору? Димитрий и Ярослав между собой договорились, и, чтобы не расстраивать сестру, князь Гардиании не стал раскрывать все карты. Мне было необходимо убедиться в своей теории, и я, поймав взгляд Арсения, кивнула в сторону сидящей рядом с ним княжны. Пока та пыталась разговорить своего жениха, я вопросительно помотала головой, без слов спрашивая: «Не знает?». «Нет», — был такой же молчаливый ответ. Вот это дела…