Горынычам вход воспрещен

Дорога до замка прошла относительно спокойно. После душещипательного разговора и встречи с русалкой из родных мест я успела успокоиться и настроиться на нужную, рабочую волну. У меня есть ключ к замысловатому замку шкафа в библиотеке, и уже не терпелось окунуться по макушку в чтение запертых таинственных книг. Что до главной причины моих душевных терзаний, то князь по-прежнему выглядел поникшим. При встрече взглядами, конечно, улыбался, но в зеленых глазах застыла тоска. По дороге почти не переставала гладить пальцами серебряное кольцо, присланное дедушкой. Что старый Леший хотел мне этим сказать? На вид — совершенно обычное кольцо, мне по размеру. Гладкое, серое, в крапинку. Может, сила какая в нем? Как бы интересно мне ни было, при князе выяснять предназначение колечка не решилась. Подожду до замка. Ночевали вновь в лесу, на прежнем месте. Елену было негласно решено уложить спать со мной в палатке, а я и не была против. Девушка почему-то смущалась разговаривать со мной, как и с князем. Зато с Ростовым щебетала, не переслушаешь. Когда я, уже устроившись на ночлег, тихо поинтересовалась, в чем причина её стеснения, услышала следующее: — Вы такие сильные, что ты, что Его Высочество, — восторженно прошептала Елена. — Его я даже побаиваюсь, а тебя… Тоже, немного. Вы же вместе вообще тьма. — Тьма? — усмехнулась я. — Ну, не победить вас, — попыталась объяснить выражение девушка. — Батька мой так говорит. А правда, что у князя невеста стерва? — А ты откуда такие подробности знаешь? — я даже на локте приподнялась, так интересно стало. — Ой, к нам же, как туман сгинул, иногда заходят соседи теперешние. Сказывают, что сестра Димитрия это, Мерцана, склочница ужасная. — Не врут, не врут, — только и смогла сказать я. — Как он с ней жить будет? — задалась вопросом моей жизни соседка по палатке. — Ума не приложу. — Так, сплетницы, цыц! — шикнул на нас Ростов из соседней палатки. — На весь лагерь курятник развели. Нам только и оставалось, что хихикнуть и притихнуть. Хорошо, что князь свою палатку ближе к семеновой поставил, в противоположном краю лагеря. На следующий день в дороге решали, что будем делать со сбежавшим волколаком. Змей предложил, похоже, единственный выход: вновь объединить наши с ним силы и искать колдуна в мире “между”. Как-то нехорошо растягивается эта история, а неуловимость оборотня наводит на упаднические мысли о том, что мы можем его вовсе никогда не поймать. Ничего, в замке вдохновлюсь открытыми книгами и с новыми силами обращусь в поиски волколака. Почему-то я считала это важным — найти его. Ощутила почти физическую боль, когда при въезде в ворота замка обнаружила на крыльце Мерцану. Лучше бы это были те упыри из Пещеры бесов, целое стадо, вот честное слово. Девица выглядела посвежевшей и отдохнувшей, видимо, общество брата и родные места и правда пошли ей на пользу. Возле невесты князя стоял его министр, что кинулся к нам чуть ли не с распростертыми объятиями. — Живы! Все! И даже больше, — он удивленно воззрился на Елену, робко выглядывающую из-за спины Клавдия. — Барышню нашли где-то. Дайте догадаюсь, от Змея Горыныча её спасли? — Если быть точнее, сам Горыныч участвовал в её спасении, — хохотнул Ярослав, спешиваясь с Амира. — Это Елена, будет работать в моем замке. Прошу любить, жаловать и не обижать. Позови Дарью, пусть проводит девушку и расскажет, что да как у нас. Елена, ведомая старшей служанкой, ушла, с открытым ртом разглядывая двор и сам замок, и я осталась без какой бы то ни было поддержки. Казалось, от колючего взгляда княжеской невесты кожа на мне натурально плавилась. И чего я, спрашивается, струхнула? Отвыкла от нее, наверное, за то время, что она гостила у Димитрия. А военное положение между нами никуда не делось. Ну, ничего. Я сильнее. Вдохнула-выдохнула, вскинула голову и ответила ей холодным взглядом. — Ярослав, дорогой! — пискнула она, повиснув на шее Змея, едва мы подошли к крыльцу замка. — Я так скучала! — О, а я-то как скучал, — усмехнулся Горыныч, для вида похлопав Мерцану по плечам. — Давно вернулась? — На рассвете. Я приехала, а тебя нет, — завелась та. — От Арсения узнала, что ты с гостями своими драгоценными на другой конец княжества помчался ни с того ни с сего. Зачем, интересно? — Дела государственной важности, — мило улыбнулся ей Горыныч, пытаясь протиснуться мимо девицы в спасительные стены родного замка. — Очень государственные, очень большой важности. — Не много ли эти проходимцы знают о твоих делах, м-м? — не унималась будущая княгиня. — Мне кажется, даже я знаю меньше, чем они. И смерила меня и Ростова таким презрительным взглядом, что я дернулась было глаза ей выцарапать, но советник вовремя схватил меня за локти. Это не укрылось от князя, который не смог сдержать усмешки. — Дорогая, меньше знаешь — крепче спишь, не раз уже тебе говорил, — вывернулся Змей, все-таки проскользнув за спину невесты. — Гости мои драгоценные, жду вас на ужине, как обычно. Так мне захотелось гадость сделать этой пакости, аж руки зачесались. Вовремя вспомнила, что её выводит из себя, и поспешила вслед за князем в замок. Догнала Ярослава в паре шагов от его кабинета и замерла напротив. Главное, не натворить и не наговорить лишнего. Особенно теперь, когда все так сложно и болезненно. — Ваше Высочество, — обратилась я к венценосному, затылком чуя прожигающий взгляд Мерцаны, что следовала за мной по пятам, — что насчет нашего общего дела? Когда сможем приступить? — Ты помнишь, что я обещал с тобой сделать, если еще раз услышу это “Ваше Высочество” из твоих уст? — взгляд князя стал теплым и игривым. — Надеюсь, не забыла. Что до общего дела, то, думаю, завтра и приступим, после завтрака. — Отлично, — улыбнулась я, прекрасно понимая, как дорого мне и ему обойдется это “дело”. Будет невероятно тяжело ощущать его так близко, буквально в своей душе, но не иметь возможности вновь открыться полностью. А уж о том, что с моими чувствами творят его глаза и улыбка, можно и не говорить. Нужно время. А где его взять? Направляясь в свою комнату, чтобы разобрать вещи и привести себя в порядок, ожидаемо была остановлена будущей княгиней. Я была морально готова к разговору с ней. Как и задумала, моя краткая беседа с князем привела девицу в бешенство. — Воспользовалась моим отъездом и повисла у него на шее, да? — шипела она, своим напором заставляя меня отступать в затемненную часть коридора. — Не быть тебе княгиней! Это моё место, в роскоши и любви! А твое — в яме выгребной! — Твое место, — размеренно начала я, словно Родьке объясняла, куда можно гадить, а куда не следует, ибо чревато гневом дедушкиным, — и правда, в роскоши. Только на подступах к этой самой яме, с лопатой в руках, по уши в ночном “золоте”. Один твой язык поганый чистить не перечистить. А теперь, позволь, отойду, а то ты настолько на своем месте, что аж дышать трудно. Духи у Мерцаны действительно были отвратительными. Едкие, неприятные, как она сама. Не успела я и шага сделать в сторону, как девица схватила меня за руку. — Не получишь ты его, — начала она, злобно улыбаясь. — Свадьба совсем скоро, а на женатого запрыгнуть — грех. Тебя уничтожат. — А ты уверена, что Ярослав женится на тебе? — приподняла я бровь. — Не заметила я, чтобы он горел желанием. За время нашей поездки ни разу о тебе не вспомнил, имени не произнес. Ни когда у костра с ним вдвоем сидели, ни когда у озера стояли, красотами любовались. Нет тебя в его сердце. Вырвала свою руку из её хватки, развернулась и ушла. Слышала только, как завыла Мерцана от бессилия и злобы, да стук каблуков вглубь по коридору. Я бы с огромным удовольствием оттаскала её за волосы за одни только слова в свою сторону, но нужно постараться быть выше этого. Иногда слова ранят больнее, а если они подкреплены мимолетным разговором с улыбками и переглядками, то саднить будет долго и ощутимо.

***

— Объясни ты мне наконец, что задумала-то? — допытывался Ростов, пока мы шли в библиотеку. — Открыть шкаф и добыть книги задумала, — хитро глянула на него я. — С дуба упала, Ирк? — искренне изумился советник. — Это же опасно. Князь явно поймет, что что-то не так, раз сам заклинание накладывал, да и Захар там… — Захара отвлечь легче, чем Пепла сахаром соблазнить, — отмахнулась я, осторожно заглядывая в двери библиотеки. — А князю сейчас ой как не до наших с тобой шалостей. Это было правдой. Как и подозревала, после нашей с Мерцаной стычки в коридоре девица перешла в активное наступление. Уже на ужине она завела речь о подготовке к свадьбе, да так активно, что Змея натурально перекосило. Он всеми правдами и неправдами пытался отложить сие знаменательное событие, вот только невеста было настроена чересчур решительно. Разговор за ужином перешел в выяснение отношений в кабинете князя, где они и сейчас пылко “обсуждали детали счастливой семейной жизни”, как нам пояснил усмехающийся во все зубы Арсений. Пару слов о Катерине, и Захара из библиотеки как ветром сдуло. Вместе с Клавдием прошерстили полки в поисках книг, внешне похожих на те, что стоят в запертом шкафу. Из найденных отобрали четыре наиболее подходящим и вскоре замерли напротив причины моей головной боли. В самый последний момент в душу закрались сомнения: а получится ли? Вдруг имя матери князя — не то слово, что нужно для открытия замка? Что мы будем делать, если мои надежды не оправдаются? — Я полагаю, не просто так ты с князем по ночам да темным уголкам ущелья шушукалась, — тихо произнес Клавдий. — Узнала имя его матери? — Ты не представляешь, как дорого оно мне обошлось, — протянула я, загоняя вновь проснувшуюся боль подальше. — При случае расскажу. — Давно хотел поинтересоваться, что у вас с ним за отношения такие странные, — отозвался Ростов. Оставила его слова без ответа. Мы с Клавдием, и правда, в последнее время мало общались. Все закрутилось, волколак, поиски, погони, князь… Нужно будет обязательно выделить вечер и поговорить с Ростовым по душам. Ему тоже есть что мне рассказать, чувствую. Одна Елена чего стоит. Девушку я, кстати, с момента приезда видела всего один раз, мельком, когда она пробегала мимо в компании еще двух служанок, которые что-то быстро ей объясняли. Я верю, что у нее все получится и она сможет помогать родителям. Протянула руку к запертому шкафу, мысленно успокаиваясь и настраиваясь на нужную волну. Пришлось подумать о Змее, чтобы проверить, отзывается ли магия замка на мою магию. Отозвалась: под пальцами ощутимо потеплело. Теперь самое главное. — Василиса, — тихо, но четко произнесла я, прикрыв глаза в страхе не увидеть изменений в устройстве замка. Пару секунд не происходило ровным счетом ничего. Я уже успела отчаяться, когда советник вдруг так тряхнул меня за плечо, что я чуть не упала. — Открылось, Ирк! Открылось! — Клавдий был вне себя от счастья. Улыбка сама растянула губы. Получилось! Мы на шаг ближе к нашей цели! Стеклянные дверцы шкафа плавно отошли в стороны, открываясь, и мы не стали терять времени. Схватили желанные книги с полки, быстро засунули туда их замену: если не присматриваться, не отличишь. Внезапно встал вопрос о том, как закрыть злополучный шкаф. Недолго думая, решила рискнуть и произнести дорогое князю имя еще раз. Сработало, раздался тихий щелчок, и шкаф закрылся. Отправив меня с книгами в комнату, Клавдий остался дожидаться Захара, потому как нельзя было оставлять библиотеку без присмотра. До своей опочивальни добралась без приключений, даже не встретила никого, что было настоящим чудом. Так и подмывало открыть и прочитать священные книги княжества Аргрос, но я держалась и ждала Ростова. Вскоре он явился, запер за собой дверь моей комнаты и нетерпеливо уставился на стопку книг на столике. Мне понадобилось чуть больше времени, чем Змею, чтобы зажечь свечи, но Ростов неожиданно пришел на помощь: очевидно, самостоятельное изучение магии огня не проходит даром. — Я сейчас лопну, — прошептал он, когда я, выбрав из четырех томов первый, положила его перед нами на стол. — Открывай давай. Красивая узорная обложка с витой надписью “История великого княжества Аргрос” по центру привлекала внимание, а красный язычок закладки манил открыть книгу и погрузиться в чтение. Не смогла удержаться от соблазна, и спустя пару минут мы с Ростовым окунулись в историю Аргроса. Первые две книги действительно оказались летописью вверенного Горынычу княжества. Оставшиеся же два талмуда были пусты. Очевидно, предназначались они для записей последующих поколений князей. Довольно-таки скоро совместное чтение первой книги нам изрядно наскучило, потому как там рассказывалось о знаменитом переделе территорий, в ходе которого моему дедушке ничего не досталось, и о последующем становлении правления рода змеиного. Мы с Клавдием решили разделиться: я осталась с первым томом в руках, Ростов же взялся за второй. Просматривали страницы по диагонали, через строки, ища одно-единственное слово: “Искра”. Не прошло и часа чтения, как я аж подпрыгнула в кресле, в котором развалилась в процессе поглощения информации. — Клавдий, нашла! — пискнула я, чертыхнувшись и чуть не свалившись на пол вместе с драгоценной книгой. Ростов тут же оказался рядом, своим хвостом загораживая мне страницы. — Да уйди ты, я прочитаю вслух! Отпихнув советника, поставила свечу поближе и принялась озвучивать написанное предками Ярослава. — “Средоточие огня живого и чистого, в камень священный обрамленный, от касания носителя природной силы да засияет в сердце Аргроса, княжества великого, Змеями оберегаемого”, — вдумываясь в каждое медленно прочитанное слово, четко произнесла я, не отводя взгляда от исписанной ровным почерком тонкой страницы. — Вот, собственно, и всё. — Всё?! — заслушавшийся Ростов никак не ожидал такого скорого финала и недоуменно заморгал, после чего сунул свой советнический нос в книгу, что лежала на моих коленях. — А ну, дай, сам посмотрю. — Да пожалуйста, — фыркнула я, обидевшись на его недоверие. — Как будто мне есть смысл что-то не дочитывать и скрывать от тебя. Прошло пару минут, и разочарованный Клавдий вернул мне книгу, уселся на край моей кровати и призадумался. — “...засияет в сердце Аргроса”, значит, — протянул он, почесывая макушку. — Осталось найти это сердце, я правильно понимаю? — Именно. Плёвое дело, да? — усмехнулась я. — “Носитель природной силы” — это ты собственной персоной, так? — больше для уточнения поинтересовался парень. — И снова в яблочко, — кивнула, в который раз недоумевая: “Почему я?”. Устало протерла глаза. Все-таки день был насыщенным, а вечер и вовсе сыпал эмоциями. Необходимо было отдохнуть, а завтра с новыми силами браться за мозговой штурм, поиски волколака и Искры… Сама не заметила, как задремала прямо в кресле. Ростов, усмехнувшись, снова взялся за вторую книгу, в которой пробежал взглядом уже больше половины. Неожиданно для него она окончилась. Скользнув взглядом по последним строкам, советник широко раскрыл глаза и потормошил меня за руку. — Чего? — недовольно буркнула я, с трудом открывая глаза. — А теперь ты послушай меня, — произнес Клавдий. — “Я, новый правитель Аргроса, клянусь жить и действовать только во благо своего народа и защищать его от любых опасностей. Голова моя будет свежа, а сердце чисто от корысти и алчности. Правление моё будет справедливым, мой народ не будет знать бед, горя, войн и голода. Клянусь не повторять ошибок своих предков и достойно воспитать наследников трона”. Глаза мои так и не открылись, и перед внутренним взором я видела Ярослава, будто бы он сам произносил эту клятву. Когда Ростов замолк, пришлось пересилить себя и разлепить веки, и тут же мне под нос ткнули открытую на последней странице вторую книгу. Недоуменно воззрилась на советника. — Ты же все прочитал, чего надо? — На подпись посмотри, — усмехнулся парень, и я послушно опустила взгляд вниз, на последние строки. После текста клятвы, выведенного чуть заостренным почерком, действительно значилась подпись, от которой мурашки пробежали по моей коже. Кровавый Змей Ярослав Первый