Горе

       А вы любите танцевать? Просто отдаваться музыке, забывать обо всем и двигаться под громкий ритм? Раньше я думала, что это слишком глупо и нелепо. Раньше. Могла выйти на танцпол лишь тогда, когда вокруг толпились незнакомые люди, закрывающие меня своими телами. А сейчас без всяких мыслей весело скакала по комнате, подпевая и кружась с Деймоном. Да, ни я, ни вы не ошиблись. Мы танцевали. Сначала я не знала, зачем он поманил меня в свою комнату. Потом заиграла музыка, Сальваторе сделал глоток виски и позвал танцевать. Рок с прерывающими его старыми песнями, что навевали настольгию. Иногда, позволив мелодии воспроизвестись лишь на несколько секунд, Деймон ставил звук на паузу, проверяя, угадаю ли я. Мы смеялись, обнимались и глупо вальсировали. Было совершенно плевать на то, как же это выглядело со стороны. Нам хорошо. Здесь и сейчас, верно? Я вновь повторяла это себе. Зашторенные окна создавали в просторной комнате приятный полумрак, который быстро расслабил меня и позволил откинуть всякие стеснения. В первые минуты мне показалось такое деяние слишком странным, но Сальваторе даже не дал мне шанса возмутиться и увел в танец. Улыбался. Да и я тоже… Я никак не могла поверить, что выражение «хорошее настроение» могло задержаться у меня на два дня. Вдвоем пропадали в какой-то веселой эйфории, прибавив громкость. Он то ближе подходил ко мне, то внезапно отскакивал и разрешал мне кружиться, держась за его ладонь. Двигая бедрами, нескладно прыгая на месте и смеясь, я отключала голову, забывая про всякие мысли и заботы. Деймон почему-то всегда знал, что мне нужно. Шок от увиденного в доме Энзо? Дела отца? Легче простого… Музыка, танцы — и вот я снова счастлива, не засоряя свой разум этими незначительными проблемами. Весело. Уютно. Невероятно круто быть рядом с ним. В какой-то миг я перешла последние грани и уже мотала каштановыми волосами, цепляясь за плечи Деймона и выкрикивая слова из текстов песен. Спонтанная идея парня, которая помогла мне удержаться в том самом состоянии, когда мне вовсе не хотелось плакать или грустить.        — А это специально для тебя. — усмехнувшись и обведя меня чуть прищуренным, пылающим синевой взглядом, хрипловато проговорил Деймон. Заиграла новая мелодия, к которой я внимательно прислушалась, а потом подскачила, взвизгнула и тоже заулыбалась.        — «Pretty woman», да? Из «Красотки»… — озвучила я свой вариант, предельно точно зная, что дала правильный ответ. Сальваторе согласительно кивнул мне и, аккуратно приобняв меня за талию, стал двигаться вместе со мной под музыку. Он тихим, бархатистым голосом подпевал и заставлял меня улыбаться. Впрочем, у него неплохо получалось… И все-таки было это смешно и забавно. Дурачился, принял наигранный образ харизматичного мачо и приподнял меня в воздух, из-за чего я начала недовольно пищать. Он поспешил поставить меня на ноги, а я шутливо толкнула его за то, что он слегка напугал меня. Снова смех…        — И ты тоже красотка. — поиграв бровями, чарующе произнес он. Я театрально закатила глаза и под уносящую меня музыку заскакала по комнате. Глупо, да. Но мне было слишком весело, чтобы останавливаться и смущаться. Отпустила ситуацию и наплевала на все. Может, хотя бы сегодня мне удастся это?        — А знаешь, — отозвалась я, ненадолго призадумавшись. — Если учесть, что фильм про шлюху… Это не комплимент.        — Мелкая, блин… — недовольно процедил он, а я ликующе лыбилась и своими движениями подманивала его к себе. Деймон сразу понял скрытый намек и приблизился, обняв мои плечи. Комнату опять накрыла волна смеха, когда мы увлеклись жалким подобием твиста.        Еще некоторое время мы тратили энергию на танцы, пытаясь развеселить друг друга. Завлекали в объятия, отступали, вслушивались в текст и кричали невпопад. Прошло, наверное, пара часов. Может быть, больше… Нам начинала надоедать домашняя дискотека, что отняла уже все силы и вымотала нас, поэтому Деймон сделал музыку тише. Вдвоем завалились на кровать, таращась в потолок. Помню, что однажды уже делали так, пропадая в своих мыслях и подчиняясь собственной лени. Тяжело дышали и все еще смеялись. Мелодия тише, сердцебиение быстрее, улыбки шире. Сальваторе удобнее расположился на кровати, приподнявшись на локтях, и уставился на меня.        — Что? — непонимающе спросила я, почувствовав внутри какое-то странное тепло от того, что Деймон так пристально и нежно смотрел на меня. Смущение? Желание? Черт знает. Я усмехнулась и придвинулась к нему, играясь с краем воротника его рубашки. Как маленький ребенок возилась на кровати и довольно улыбалась, мотая свисающей с кровати ногой под музыку.        — Ты действительно заставляешь меня делать какие-то глупости. — прищурившись и чем-то озадачившись, произнес Деймон, рассматривая меня. — Я всегда делаю то, что хочу… Какого черта я хочу с тобой танцевать и встречать рассветы?        — Ну… Ты недавно хотел снять мое платье. — добавила я, дразня его и хитро улыбаясь. Он тяжело вздохнул и отвернулся, а внутри меня что-то затрепетало. Я осеклась, осознав, что сказала, и потупила взгляд. Да уж… Мысли вереницей закрутились в моей голове, вынудив вспомнить о том моменте в машине. Стало теплее во всем теле. Черт. Наступила неловкая тишина, которую я поспешила прервать. — А ты когда-нибудь жалел о чем-нибудь? — задала я вопрос на отвлеченную тему, и Деймон, нахмурившись, снова уставился на меня.        — А ты?        — Да.        — Пятиконечная звезда. — хамовато ответил он, и я изогнула бровь, не понимая такой его серьезности. — Нельзя жалеть о том, что уже сделано. Это лишено смысла. Будет бесить, давить, но… Ничего не исправить.        — А если… Жалеть о том, чего не случилось. Что тогда? — не унималась я. Возможно, уже начинала раздражать Деймона своим странным допросом, но он не подавал виду и охотно отвечал. Кэр уже бы давно перевела тему, Мэтт бы промолчал, а Тай мог и послать… Но это Сальваторе. Тот самый мечтательный романтик, о встрече с которым так давно мечтала… От такого осознания не смогла сдержать улыбку, которая совсем была неуместна в нашем разговоре.        — Тогда… Это нечто, которое не произошло, спасло тебе жизнь. Кто знает, к чему бы это привело… — задумчиво смотря в потолок и перебирая пуговицы на манжетах своей рубашки, произнес Деймон. — Почему ты спрашиваешь? Моя любимая рубрика вопросов от Елены Гилберт, да? — после этих слов он заметно повеселел и ухмыльнулся.        — Пятиконечная звезда. — едва сдерживая смех, его же фразой ответила я. Сальваторе вскинул брови, округлив глаза. Он не ожидал от меня такого, а я ехидно захихикала, начиная бояться его неоднозначную ухмылку. Деймон смотрел на меня, явно что-то замышляя, и я медленно поползла по кровати в сторону, вызывая у него смех.        — Ох, мелкая, и нарвешься ты когда-нибудь… — с притворной угрозой произнес Деймон, с веселыми чертиками в глазах таращась на меня, и закусил губу. Во мне снова пробудилась удивительная смелость, благодаря которой я продолжала задираться и опять ближе придвинулась к парню.        — А что? Отшлепаешь? — хихикнув, бросила я.        — Отшлепаю. — моментально отозвался Деймон и резко смолк. Он понял мою издевку и уже осознал, что случайно произнес нечто неоднозначное. Я уже не могла унять смех, и Сальваторе, дабы проучить меня, несильно шлепнул меня по заднице. Это было неожиданным, и я взвизгнула, кинувшись на парня с щекоткой. Он пытался отбиваться, но я парировала в этом милом бою, быстро перебравшись на его сторону кровати и сев верхом на парня. Честно, я сделала это без какой-либо мысли. И только потом додумалась, что делать этого не стоило. Зависло неудобное молчание, когда мы вдруг остановились и перестали лупить друг друга. Неловко… Я уже собиралась слезть с него, отворачиваясь, чтобы Деймон не увидел мои порозовевшие щеки. Однако Сальваторе не дал мне уйти и лишь резко притянул меня на себя, соединив наши губы. Еще один пылкий, дикий поцелуй… Отрывались друг от друга только для того, чтобы сделать жадный глоток воздуха, а потом снова сближали лица. Трепет растекся по всему телу, и я вздрогнула, когда теплые ладони парня стали гладить мою спину. Слишком жарко где-то внутри… Деймон опалил мою шею своим шумным дыханием, а потом вновь подхватил мои губы своими. Его руки медленно сползали ниже, а мне совсем не хотелось убирать их с себя, и я лишь плотнее прижималась к парню, который мучал меня то приторно-нежным, то требовательно-страстным поцелуем. Зарываясь пальцами в его волосы, я выгнула спину, не вынося столько взрывающихся эмоций. Каждая клеточка моего тела была нагрета до предела, и Деймон своим языком, которым провел по моей нижней губе, лишь усугубил мое состояние. Крепче прижимал меня, настойчивее гладил спину… А мне становилось до жути плохо и хорошо, из-за чего я заерзали верхом на нем. Черт. Так неправильно. Знаю. И все же… В голове кольнуло что-то… То ли страх, то ли волнение… Я остановилась, отцепляясь от Сальваторе, а он смотрел на мое лицо затуманенными голубыми глазами, в которых опять была та соблазнительная похоть… Хотел. Черт. Он и правда хотел этого, а сейчас остановилась я сама. Чувствовала кое-что очевидное, но неловкое, сидя на нем… И это вынудило слезть. Едва сумев отдышаться, я откинула назад свои волосы и обхватила голову руками. Я готова. И не готова. Я так долго ждала, когда это случится, а теперь, получив отличный шанс, дала заднюю. Испугалась и отступила. Дура. Деймон как-то властно взял меня за плечи и оставил на шее легкий поцелуй, горячим дыханием проложив дорожку до ключицы. Что он творит? Серьезно? Или это очередной розыгрыш? Я шумно выдохнула и позволила ему развернуть меня к себе, покрывая мою шею уже влажной дорожкой поцелуев.        — Дей… — тихо прошептала я, он усмехнулся, не отрываясь от моего тела. Но… Я резко отпрянула от него, не в силах унять просто безумное стучание сердца.        — Мистер Сальваторе, Лили зовет Вас. Она ожидает внизу. — отворив дверь одновременно со звуком стука, отчеканила Викки, заглянув в комнату. Ее обеспокоенный, громкий голос перебил музыку. Девушка оглядела взлохмаченного парня, который уничтожающим, крайне недовольным взглядом прожигал вломившуюся работницу, а я лихорадочно расправляла платье. Черт. Тысяча раз черт. И тысяча чертей. Казалось, что я взорвусь от этой паники. Инфаркт гарантирован. На моем лице наверняка проступили красные пятна, и я пыталась скрыть свое его за спадающими на плечи волосами. Спутанными волосами… И жарко, и стыдно, и страшно.        — Я понял. Свали. — огрызнулся Деймон, закатив глаза, и Викки быстро унесло прочь. Вдох. Выдох. Я покосилась на парня, который разглядывал меня и что-то увлеченно обдумывал. Прищурился. — Я… Сейчас… Надо идти. Вроде. — сипло и несвязно проговорил он, так и не сводя с меня своих покрытых дымкой страсти глаз. Не зная, что нужно сказать ему, я просто молчала. И зачем только опустила глаза ниже его ремня… Чееерт. Я мысленно пнула себя. И скинула с обрыва. А потом подожгла. Чисто физически… Это нормально. Но мне стало хуже прежнего, и красным отныне было, наверное, все мое тело.        — Ага. — и что? Ага? Это все, что ты можешь произнести, Елена? Отстой. Деймон еще с минуту тупо таращился на меня, закусив губу, а потом поднялся с кровати и направился к выходу из комнаты. Я будто бы чувствовала, что сейчас нельзя было это делать…        Теперь во мне поселилось незаменимое, «любимое» любопытство. Почему Лили позвала к себе сына? Была версия, что она хотела вывести его на беседу. А, быть может, что-то стряслось. Причем, вторая версия была более правдоподобной. Я тоже поднялась на ноги, сделав глубокий вдох и попытавшись немного успокоиться, а потом неспешно покинула комнату, намереваясь тоже отправиться на первый этаж. Преодолев лестницу и холл, я смогла немного проветриться и очистить мысли. Мне всего семнадцать, а самочувствие было на все семьдесят. Головокружение, проблемы с дыханием, жар… Хотя сомневаюсь, что такая старушка могла бы вызвать подобную реакцию у Деймона. Вот же черт. Идиотка. Но… Черепашки. Как же сразу не вспомнила! Милые зеленые черепашки… Об этом и нужно думать, чтобы не упасть в обморок и не проклясть себя.        — Что вы спорите? Надо просто съездить в офис! — вспыльчиво пробурчал мой отец, который, ссутулившись, сидел на диване в гостиной. Я прошла к ним, оглядывая трех чем-то разгневанных и занятых людей. На серьезном лице отца проступала пугающая злость, и он нервно стучал пальцами по подлокотнику.        — Но как это вообще случилось? — Лили, чей голос дрожал от тревоги, мельтешила у окна и прикрывала лицо рукой. В ее глазах, наполненных слезами, застыло отчаяние.        — Наверное, есть камеры… Я не понимаю, причем тут я, черт возьми. — вмешался в их диалог Деймон, который сидел рядом с моим отцом. Он только в этот миг заметил мое присутствие и притих, отведя взгляд и откинувшись на спинку. Я тоже не смогла больше смотреть на него, ощущая предательскую дрожь. Даже колени подкосились… Да уж. Поплыла.        — Что произошло? — боясь помешать этой группе мозгового штурма, осторожно поинтересовалась я и прошла к Лили, которая платком вытирала слезы. Не хотела проявлять слабость, но была не способна сдержать свои эмоции.        — Позвонили из офиса. — мрачно сообщил отец.        — Это так ничтожно… — подхватила его слова женщина, глянув на меня. — Сказали, что сейф был взломан. Там были ценные бумаги и крупная сумма денег. Документы остались, но… Некоторые договоры повреждены, а денег нет… Не знаю, кто бы мог это сделать… Сегодня там оставалась только моя помощница. Но… Она не могла. Господи, за что… И как теперь? Если с договорами проблема, а еще и деньги…        — Спокойно. Надо съездить туда и во всем разобраться. Может, Деймон прав. Должны быть камеры. — с особой неприязнью выделив имя парня, сказал отец. Поднявшись с дивана, он подошел к Лили и попытался ее успокоить, приобняв ее, не забывая о приличии. Кому оно теперь нужно… Черепашки. Чертовы черепашки. Я невольно глянула на Сальваторе. Голубоглазый дьявол. Пристально таращился на меня. Мне пришлось отвернуться первой. Тихие всхлипы опечаленной Лили оказали на меня влияние, и мне стало ее жаль. Сликшом много неприятностей и боли в жизни этого человека… Как знакомо.        — Это… Так низко… Кто? Кто мог такое сделать? Словно хотели прибавить мне проблем… — огорченно пролепетала женщина, чью искреннюю грусть я видела впервые. Отец свел брови, разгневанный всей этой ситуацией.        — Поехали. Узнаем, что там. Потом вызовем полицию, найдем камеры. Успокойся, мы разберемся. — твердо произнес отец, будучи единственным собранным и хорошо соображавшим человеком в этой комнате. Он переглянулся со мной, стал более серьезным и перестал касаться Лили. Несколько служанок мельтишили по коридору, не решаясь зайти, но были на готове, чтобы помочь. Ну и денек. Я сочувствующе посмотрела на подавленную, растроенную такими вестями даму и отошла в сторону, пропуская ее и папу в холл. Они шли к выходу. У миссис Сальваторе зазвонил телефон, она ответила и скрылась за углом, когда же я подошла к отцу и остановила его, прикоснувшись к плечу.        — Пап, — позвала его я, и он сразу обернулся. Пустой, поистине встревоженный взгляд… Он приготовился слушать меня, но сам все-таки пропадал в своих размышлениях, озабоченный только случившимся. — Будьте осторожнее.        — Конечно. — безэмоционально буркнул он и продолжил идти. Я последовала за ним в холл, наблюдая, как отец помогал Лили накинуть легкий плащ. Вечер уже был прохладным… Махнув им на прощание и не получив ответа, я взглядом проводила уходящую пару и тяжело вздохнула. В моей жизни никогда нет покоя. Вечный переполох. Я и правда тревожилась за отца и его нервы. Было неимоверно жаль миссис Сальваторе. Перестав таращиться на уже закрывшуюся дверь, я двинулась к лестнице, на которой мелькнул силуэт Деймона. Напрягало ли его это происшествие?.. Понятия не имею. Мне хотелось догнать его, поговорить, но меня отвлек тихий голос Викки, которая поровнялась со мной.        — Елена, нужно ли позвонить Коннору? Он взял выходной, а тут такое… Он всегда был хорошим помощником миссис Сальваторе… Звонить? — спросила она. Я не знала, было ли это необходимо. Викки, по всей видимости, тоже была сильно потрясена, и моя словесная поддержка могла бы ей помочь.        — Думаю, ему стоит знать. — чуть погодя, промолвила я и лениво поплелась наверх. В мыслях теперь поселились странные догадки о том, что же на самом деле случилось в офисе. Грабители? Мошенники? Предатели? Меня совсем не касались эти дела, но… Любопытство губит.        Достигнув комнаты Деймона, куда и держала свой путь, я притормозила. Дверь была закрыта. Быть может, он даже захлопнул ее. Спорим, что окна по-прежнему зашторены, а парень пьет виски, стараясь затушить свои эмоции, которые было бы полезно выплеснуть? Лучше не надо спорить… Я знаю, о чем говорю. Приоткрыв дверь и зайдя в темную спальню, я приковала взгляд к сидевшей на краю кровати фигуре Деймона, который крутил в руке стакан с янтарной жидкостью. Напряженный. Но красивый. Смотрел в пустоту перед собой и сразу же поднял льдисто-голубые глаза на меня, когда я присела рядом.        — А почему они позвали тебя? — делая попытку разбить молчание, произнесла я. Деймон, сделавший ничтожный глоток, поставил стакан на тумбочку и грустно улыбнулся.        — Не будем забывать, что всё это мое. — усмехнувшись, ответил он. — Просто совсем мне не нужно.        — И никогда не хотел найти свое призвание? — я задала очередной вопрос, а Деймон уже не смог мириться с моей доставучестью и бросил приглушенный смешок. Взглянул на меня с той же привлекательной поволокой глаз и резко повалил меня на спину, повиснув сверху и вдавив в кровать. Вот и все. Тело снова вспыхнуло огненным пламенем, и я шумно вздохнула, понимая, что Деймон чуть приоткрытыми губами подловил мой вздох и довольно ухмыльнулся. Томным хищным взглядом прожигал меня, тыльной стороной ладони проведя по моей щеке.        — Что ты делаешь?.. — едва найдя силы, чтобы заговорить, я вздрогнула, ощущая на своей коже тепло блуждающей по моему телу мужской руки. От шеи до живота он провел кончиками пальцев по ткани того самого платья, а я поддалась волне мурашек. Хриплая усмешка. Чуть прищуренные ярко-голубые глаза.        — То, что должен. — хриплым шепотом отозвался он. Где-то внизу живота завязался тугой узел, и я впервые ощутила странное, чуждое чувство, которое разрывало меня. Трепет. Словно сотня бабочек внутри меня… Я волновалась. Да. Сбивчиво дышала и нервничала как первоклашка, осознавая, что назад пути не будет. Я хотела. Так долго добивалась того, чтобы Деймон наконец-то повалил меня на кровать и смотрел с такой жадной страстью, мечтая снять с меня всю одежду. Опять вздрогнула. Его рука медленно, еле двигаясь, скользнула под край платья, задирая его и вырисовывая невидимые узоры на моей оголенной, накалившейся коже. Я не смогла сдержать чуть слышный стон, когда Сальваторе припал к моей шее, оставляя поцелуи, которые сильнее разгорячили меня. Если это вообще возможно… Поверить не могла. Тот самый Деймон, которого я желала. Тот самый Деймон, который засыпал меня колкостями и останавливал каждый раз. Тот самый Сальваторе, которого я любила. Спускаясь ниже, он дразнил меня, целуя и ладонями скользя по телу. Лишь на секунду приподнял голову и исподлобья глянул на меня, довольно улыбаясь. А меня с ума это свело… Я выгнулась, вздохнула и обхватила его плечи, притягивая Деймона ближе к своим губам. Поцелуй. Непрерывный, дикий, долгий… Он чуть отстранился от меня, а я невольно жалобно проскулила, опять соединяя наши губы. Быть не может… Вдруг миллион сомнений поселилось в моей голове, но все они растаяли, стоило Деймону прикусить меня за подбородок. Настоящая пытка. Мне было трудно понять, как он мог с такой животной страстностью быть предельно нежным и вынуждал меня терять здравый разум. Секс с Деймоном. Начало трясти от этой мысли, и парень будто почувствовал эту мою нервозность, после чего опять поцеловал меня. Но это ничуть не успокоило…        — Ты же не остановишься?.. — тихо, почти неслышно вымолвила я, пальцами сжимая воротник его рубашки.        — Заткнись. — усмехнувшись, прорычал Сальваторе и накрыл мои губы своими, углубляя поцелуй и языком касаясь моих десен. Нереально. И страшно. И хочется. И волнуюсь. Черт.        — Не груби… — почти перейдя на стон, возразила я, что вызвало у Деймона улыбку. Ту самую. Как у Чеширского кота.        — А я люблю грубо. — чарующе произнес он и позволил мне расстегнуть его черную рубашку. Пуговицы с трудом поддавались мне, и я уже лихорадочно перебирала их, желая как можно скорее стянуть с парня эту вещь.        — Я тоже. — сказала я и ногтями провела по его шее. Вскинув брови, он ухмыльнулся и кинул куда-то на пол свою рубашку, которую я наконец-то стащила с его крепкого, разгоряченного тела.        — Тогда мы сломаем кровать. — голос Сальваторе совсем сел. Я вновь притянула довольного, поедающего меня своим хищным синим взглядом Деймона ближе к себе.        — А я сломаю тебе хребет, если не продолжишь. — Деймон засмеялся над моими словами, и в его голосе снова проступил хрип. Еще поцелуй. Нам становилось жарче, и казалось, что наших объятий всегда будет мало. Сжимали друг друга в погоне за большим наслаждением и опаляли своими вздохами кожу… Вдруг Деймон прервал это привычное действие и, ухватившись за подол платья, повел его вверх, намереваясь и вовсе снять. Оно полетело куда-то прочь, а я осталась лежать под Сальваторе в одном лишь белом кружевном белье… Стыд. Сильный стыд завладел мной, и щеки загорелись румянцем. А Деймон, будто издеваясь, нагло разглядывал меня. Хотя… Чего я боюсь? Быть обнаженной перед этим парнем? Я слишком хотела его, чтобы долго смущаться и начать сопротивляться. Но этот взгляд… И похоть, и нежность, и… Волнение? Серьезно? Было удивительным, что сам Деймон не спешил и контролировал каждое касание, боясь сорваться и разорвать мое тело. А я этого так хотела… Сердце неугомонно стучало, но я уже игнорировала это. Парень стянул с плеча лямку бюстгальтера и поцеловал в плечо. Спускался ниже… Я могла в этот миг только слышать характерные звуки этих мелких поцелуев и сжимать крепкие плечи парня.        — Мелкая, расслабься. — прохрипел он. Это волшебным образом подействовало… Приобняв меня, Деймон добрался до застежки чертова бюстгальтера, без которого я предалась изучающему, невероятно довольному взгляду Сальваторе. Его забавило мое стеснение с примесью сильного волнения. А я убить его была готова за такое пытливое сканирование… — Давно хотел это увидеть. — издеваясь, проговорил он, а я царапнула его спину, вынудив Деймона шикнуть и заулыбаться. Теперь его поцелуи имели совершенно другой эффект. Это как… Как… Резко подняться в небо, замереть где-то в воздухе и грохнуться обратно на землю. Тело жгло, я не сдерживала стоны и крепко обнимала Сальваторе. Вот сейчас… Он видел многое. Как прежде точно не будет.        — Дей… — не совладая с собой, простонала я его имя, даже не представляя, что с ним может быть настолько хорошо. Вот же черт. Мой первый раз… Пока он целовал каждый сантиметр моего почти обнаженного тела, я уверенно потянулась к пряжке его ремня. Хитрая ухмылка. Довольный рык. Однако дерзости мне хватило лишь на то, чтобы расстегнуть молнию на джинсах. Деймон полез в карман, и я догадалась о том, что в его руках был необходимый нам метод контрацепции. Боже. Мне опять было неловко…        — Ты доверяешь мне? — прорычав это и шумно выдохнув, Деймон заглянул в мои глаза. Я кивнула. Не знаю, получилось ли у меня, ведь все тело перестало слушаться. Я извивалась, пылала и хотела наконец-то закончить эту сладостную пытку. Отныне парень не отводил взгляд. Я полностью сосредоточилась на голубых, застланных туманной пеленой глазах, хоть и чувствовала, как его рука уверенно и властно гладила мою ногу, поднимаясь к бедру и… Трусики тоже были сняты. Краснее я уже попросту не могла быть. А парень лыбился и насмехался над таким моим смущением. Но я продолжала смотреть лишь на его глаза… Не разрывая со мной зрительного контакта, Деймон по-иному расположился надо мной и развел мои ноги. Наверное, я и правда могла слышать стук наших безумно прыгающих сердец. Сжимая его плечи, я ждала тот миг, который перевернет мою жизнь. Как прежде уже не будет… Мгновение. И я громко вскрикнула, почувствовав Сальваторе совсем близко. Словно я могла ощущать его всего, и мы стали одним целым. Резко вошел в меня, позволил привыкнуть и поцеловал мои губы, едва подавляя свою улыбку. Вовсе не больно… Теперь он мой. Целиком. А я его. И меня все устраивало. Всего один толчок, и он снова остановился, слушая мои тихие всхлипы.        — Тише… Все в порядке… — проговорил он, вплотную прижимаясь ко мне и делая следующее движение. А потом еще. И еще. Осторожно наращивал темп, а я стонала и глупо лыбилась, обнимая его. Добилась этого. Деймон Сальваторе, который двигался во мне и покрывал шею поцелуями… Тот узел внизу стал еще крепче, и теперь незначительный дискомфорт, вытянувший тогда из меня вскрик, сменялся неизвестным для меня ранее приятным ощущением. Сразу смогла расслабиться… Теплая волна. Одна за другой. Что-то невероятное. А Деймон ускорялся, с силой сжимая меня в объятии и издавал хриплые, заводящие меня стоны, изредка заглядывая в мои глаза и блаженно прикрывая свои. Весь мир вдруг обрушился и уже не имел для меня никакого значения. Только Деймон, кровать и это странное, но столь приятное удовольствие. Входил. Выходил. Вдавливал в кровать. Одна мысль, что Сальваторе было очень хорошо в этот миг, поднимало меня куда-то выше небес. Голос срывался от криков, когда парень послал ко всем чертям самоконтроль и уже уверенно обладал моим телом. Наши звуки слились. Наши души тоже. Одно целое на какое-то время, которому я потеряла счет… Не знаю, сколько продолжался этот прекрасный миг, когда сипло рычащий Деймон гладил меня и разрывал на части… Вдруг все чувства разом обострились, и меня сковала сводящая с ума дрожь. Крик громкий. Постель смята. Я прогнулась под нависающими надо мной Деймоном и поняла, что впервые достигла пика. Хватала воздух и цеплялась за чуть вспотевшую, напрягшуюся спину парня. Несколько быстрых толчков во мне, и он, зажмурившись, обессиленно упал на меня, тяжело дыша и до боли сжимая мою ладонь. Два уставших, вздрогнувших тела…        — Я… — подав голос, так и не смогла договорить.        — Тшш… — на выдохе прошипел Сальваторе и оставил легкий поцелуй на моей шее. Вот то самое наслаждение, которое я так давно хотела разделить с Деймоном. Это случилось. Он неохотно переместился на соседнюю половину кровати, выравнивая дыхание и смотря на меня, а я приподнялась на локтях и закусила губу. Так хотелось снова быть ближе к нему… В его объятиях.        — Можно?.. — неуверенно пролепетала я, убрав с лица чуть мокрые, спутанные волосы.        — Ты еще спрашиваешь? — съязвил он, ухмыляясь и рассматривая меня подобно сытому коту. Я, довольная его ответом, быстро придвинулась к нему и улеглась в его объятия, положив голову на плечо парня. Так вот каково это… Быть счастливой.