Горе

       У Кэролайн новая машина. Очень «забавная» новость, если учесть те документы, что я обнаружила в комнате отца. Как такое возможно? Да черт знает… Меня почти тронул инфаркт, когда я услышала это от подруги, начиная лихорадочно прокручивать в голове идеи. Кому обычно дарят машины… Дочери, сыну, жене, другу, любовницам… Нет. Нет. Пожалуйста, остановите шальную голову. Жену и дочь вычеркиваем. Остается лишь один вопрос: Что за %#$*@?! Простите, конечно. Я была поражена настолько, что глаза неестественно выпучились, придавая мне вид жуткий и разъяренный. Прибывая в шоке, я жадно хватала воздух, пытаясь не потерять над собой контроль. А Форбс была прямо передо мной и счастливо лыбилась, пока не заметила мои истинные эмоции. Вся ее радость куда-то мгновенно исчезла, когда она хорошенько разглядела мое бледное как у мертвеца лицо и почти выпадающие глаза. Злость. И недоумение. Чувствовала это каждой клеточкой своего содрогающегося тела. Я никак не могла понять всю эту странную, противную ситуацию. С чего бы вдруг отцу захотелось купить Кэролайн машину? Черт. Казалось, что меня разорвет на части от стольких мыслей и тревог. За панорамным окном еще продолжалась гроза, и мелькнувшая молния стала моим толчком к действию. В подругу полетела подушка. Она взвизгнула, сползла с кровати и с возмущением уставилась на меня. А я приняла боевую готовность и силой ударяла кулаками кровать, выплескивая весь свой гнев. Кэролайн дико испугалась и наверняка подумала, что самое время вызвать экзарцистов и изгнать из меня бесов. А мне хотелось изгнать ее саму. Эти интриги убивали меня, выворачивали наружу мою больную душу и нещадно топтали ее. Хлопая ресницами и недоумевающе таращась на меня, Кэролайн попятилась назад, когда же я подскачила прямиком к ней и направила на нее долгий, суровый взгляд. Ненавижу. Эй, ты там, сверху, вообще с ума сошел? Хватит издеваться. Но тем же временем я взмолилась. Не знаю, что мне могло помочь в этот момент. Все невероятно сильно бесило, и мне выть хотелось. По сути… Быть может, отец просто решил сделать Кэр подарок. И все же. С чего бы?!        — Елена… Что такое?.. Елена… — боязливо отходя в сторону и выставив перед собой руки, тихо и осторожно проговорила Форбс, когда же я подобно маньяку-убийце смотрела на нее полными гнева глазами.        — Убирайся отсюда. Быстро! — истерично выкрикнула я, и Кэролайн даже подпрыгнула от моего неожиданно громкого тона.        — Елена… Ты чего?.. Тебя Деймон не поцеловал, а покусал что ли? — в панике тараторила подруга (если она еще ею была). А я издала нервный смешок. Еще и шутить пытается… Подстава. Очередная.        — Убирайся отсюда. — прорычала я, кивнув ей на дверь. Девушка охнула, сложила руки на груди и упрямо встала прямо передо мной. Невыносимо. Как только мне думалось, что я получаю хотя бы маленькую частичку счастья, всякие планы нарушались грандиозной катастрофой, из-за которой у меня внезапно появлялось желание разнести весь мир в пыль, потом сесть возле этой горстки и плакать. Несправедливо. И так всегда…        — Ты спятила, Елена. Что ты несешь? Ты пила? Курила что-нибудь? Я уже извинилась… — обиженно сведя брови, пропищала Кэролайн, ожидая от меня каких-то объяснений. А они мне самой были нужны… Вот же черт. В венах что-то неприятно начало закипать, разливаясь по моему напряженному телу. Скорее всего, я походила на маленького злобного хорька, готового наброситься с укусами на любого из живых существ. Смешно и грустно. Я не обладала возможностью что-либо сделать, но мучалась от сжигающего меня гнева и горечи.        — Видеть тебя не хочу! Не знаю, что именно… Я нашла документы на машину, которую купил отец! Откуда она у тебя? Хотя… Лучше просто убирайся! Я всю жизнь верила тебе, ты была самой близкой… Как ты могла?! Уходи! — выходя из себя, со всей присутствующей свирепостью прокричала я, указывая Форбс на дверь. А она совершенно не понимала моих слов и глупо таращилась на меня, словно потеряв дар речи. Минута. Две. Я снова кивнула на выход, а Кэролайн шумно выдохнула и покачала головой, начиная смеяться. Смешно? Ей действительно все кажется таким нелепым и смешным? Мне хотелось врезать ей, вложить в удар всю свой боль от пережитого, но я лишь взвыла и закрыла лицо ладонями. И слышала только этот звонкий, искренний смех. Ненавижу.        — Поздравляю. Ты долбанулась, Елена. Прости, но это так. — добавила она, продолжая улыбаться и умиленно смотреть на меня.        — Простить? За что? — вспыльчиво продолжила я. — За то, что предала меня в сотый раз? За то, что плетешь интрижки с моим отцом? Ты гадкое существо… Поверить не могу… Убирайся!        — Тяжелый случай… — уже настороженно проговорила она, стирая с лица раздражавшую меня улыбку. — Елена, тебе бы голову лечить. Тебя так с ума тут свели? Или ты так… Самостоятельно? Глупышка, как ты такое придумать вообще могла? Я и твой отец… Господи-Боже! Мы же не в бразильском сериале, Елена! Ты даже не узнала всего, а уже начала… Да он мне самой как отец! Ты чего! Боже… И смешно, и страшно!        — То есть… Но… — замявшись, едва выговорила я. Теперь совсем ничего не понимала. Зато смягчилась. Ладно, возможно, подруга права, и мне уже пора заглянуть на прием к врачу. Впрочем, встреча с психологом уже послезавтра. — Но… Откуда она у тебя? Неужели Лиз смогла купить? Или ты? Черт. Откуда?        — От верблюда. — ответно обидевшись на меня, ворчливо бросила Кэр и опять плюхнулась на край моей кровати. — Ты даже не дослушала меня… — буркнула она, и я даже немного растерялась. Что ж… Дадим шанс? Дадим. Я тяжело вздохнула и выжидающе уставилась на Кэр, что не смола долго держать маску холодной и непоколебимой обиды. Снова заулыбалась и подсела ближе ко мне, не скрывая блеска своих сияющих от счастья и довольства голубых глаз. — Эту машину мне вообще-то подарил Ник! Глупышка…        — Что?! — теперь мое изумление достигло предела. Я и представить не могла подобный вариант, который только что слетел с уст подруги. Мой отец никак не был причастен к этому… Меня наполнило облегчением и относительным спокойствием. Одно было ужасно: я не продвинулась с мертвой точки и совсем ничего не узнала про его секреты. Зато сохранила подругу. И любопытсво, увы, тоже…        — Да-да! Я тоже удивилась. И… — выдерживая специальную паузу, чтобы больше заинтриговать меня, Кэролайн продолжила свой рассказ. — После бала… Я ведь была пьяна… Я позвонила Нику и решила зачем-то выяснить с ним отношения. Уже не помню, что было, но… Утром он приехал ко мне и подарил машину. Мы вроде как… Помирились что ли… Я, конечно, сказала, что мне не нужна эта машина, заупрямилась… А он оставил ключи и уехал. Позвонил вечером, но я не стала отвечать. Не знаю… Вся эта его мутная история… Но он подарил мне машину, Елена! — выпалила она и завизжала, едва ли ни прыгая от радости. И зачем я только подумала об этом? Кэролайн с ногами забралась на кровать и начала на ней скакать под звук собственных воплей невероятного счастья.        — Может себе позволить. — пожав плечами, отозвалась я. Все нагретые эмоции улетучились. Осталось лишь потаенное беспокойство. Быть может, ситуация с отцом еще хуже. Теперь у меня просто не было никаких догадок… Я направила задумчивый взгляд в пустоту, пытаясь игнорировать писк подруги, и погрузилась в мысли. Гнетущие, надоедливые мысли. О чем думала? Разве вам интересно… Это меня уже бесило. Отец. Трагедия. Деймон. И так по кругу в разном порядке. Я попыталась выкинуть все лишнее из головы и вновь обратила внимание на Форбс, которая уже обнялась с некогда брошенной в нее подушкой. — Так вы помирились или нет?        — Наверно. — неуверенно ответила она и чуть прищурилась, что-то обдумывая. — Я уже делала попытки помириться с ним. У него не было времени. А тем утром… Сказал, что все-таки любит. И у него были какие-то проблемы… Но он ничего не сказал о той своей жене… Как думаешь, она действительно у него есть?        — А ты проверь машину. Если поставил по привычке десткое кресло, то есть. — колко сказала я. Плохое влияние Деймона. Сто процентов. Сначала Кэролайн приняла мою фразу вскрьез, а потом шутливо толкнула локтем в бок.        — А у вас что? Ну… Ты и Деймон? Он так тебя тут… — не успела она договорить, как я перебила ее.        — Ничего нет. — дала я короткий ответ, что совсем не устроило Кэр. Жаждила подробностей. Ладно… Может, хотя бы сейчас у нас есть отличный момент для того, чтобы высказаться? Так давно не было этого доверия и понимания… Ночевки, прогулки, душевные разговоры… Все это было до того, как погибла моя мама. Я вздрогнула. Нельзя снова подпускать к себе слезы. Быстро моргая, я попыталась перевести течение мыслей в другую сторону и поторопилась что-нибудь сказать подруге, чтобы та отвлекла меня. — Мы просто целуемся и веселимся. Любовь для него табу.        — Сразу и не подумаешь… Он так смотрит на тебя… Будто… Будто… — подбирая слова, запнулась она. — Как будто ты для него идол и ребенок одновременно. Да. Вроде хочет тебя, но умиляется.        — Что за бред. — усмехнувшись, отговорилась я. Не лучшей была идея начать тему о Деймоне… У меня, видимо, безобидных тем вообще нет. — Ему не столько нужна любовь, сколько друг. Понимаешь… Ему просто нужен друг, который его поймет. Не Клаус… С ним у него всегда было вынужденное общение. За них все решили родители, и Деймон никогда не выбирал его в качестве хорошего собеседника, который бы понял его. Общие интересы, увлечения… Нет. Они просто росли вместе, все время были рядом.        — Вынужденное общение, говоришь? Родители решили? — пренебрежительно фыркнув, проворчала Кэролайн и покосилась на меня. Только сейчас до меня дошло… Черт. В какой-то степени, это было правдой. Но… Я отрицательно качнула головой.        — Я говорю о Деймоне.        — Все равно уже. — прервала меня Кэр, поднимаясь на ноги и расправляя свои светлые волосы. — Идем чего-нибудь поедим.        В этом вся Форбс. Я привыкла к этому. К ее улыбкам, выходкам, обжорству… Усмехнулась своим же мыслям. Она стала мне слишком родной. Такое ощущение, что уже никогда и никуда мне не деться от нее. Люблю и дорожу. Да. Пускай она подводит меня, иногда попросту забывает про мои переживания… Но благодаря ей у меня есть тот самый человек, которого я всегда могу обнять. Мы поплелись с ней на кухню, попросив повара приготовить нам что-нибудь вкусненькое. Для нас он сотворил невероятную лазанью, поедать которую мы отправились в столовую, смеясь и болтая. Вот. Те же чувства я испытывала тогда, когда Кэролайн помогала мне устраивать ужин для миссис Сальваторе. Мы хохотали, обнимались и проводили время вместе, как в давние времена. Мне этого часто не хватало. На какой-то миг я даже забыла, что злилась на нее. Вся прежняя обида исчезла, не оставив и следа, когда я смотрела на эту знакомую, лучезарную улыбку и понимала, что этот ангел тоже любит меня. По-своему. Обнимались. За разговором снова упомянули ту нелепую ситуацию с машиной, и смеялись так громко и долго… Хорошо. Как прежде. Не было мыслей о горе, не было тревог и слез. Хотя бы на один чертов день я получила подругу. Та Кэролайн, которая скрывала от меня проблемы с Клаусом, куда-то ушла. Взамен я получила веселую девчонку, что смогла вернуть меня на год назад, когда я действительно была счастлива. И даже не осознавала это… Возможно, я не зря игнорировала ее звонки. Она наконец-то поняла, что мне может быть очень больно, и всячески старалась исправиться при помоще собственного позитива. Вынужденное общение… Никогда не откажусь от этой теории. Я не выбирала Кэр, не сходилась с ней в каком-то увлечении. Мы разные. Все решили за нас. Но от этого наша дружба не была слабее. Я люблю ее. Даже такую, какой она бывает не в самых лучших моментах. И опять смеялись. Кэролайн, двигая по столу тарелку, загорелась идеей запрыгнуть мне на спину. Зачем? Мы просто сходили с ума. Она ловко забралась на меня, визжа и хватая меня за волосы, когда к нам вышел Деймон. Насторожившись, он смотрел на нас как на сумасшедших, которые резвились подобно малым детям. Оглядел блондинку с подозрением и привычным холодом глаз, а потом задержал взгляд на мне и улыбнулся. И в эту минуту я смотрела на двух людей, из-за которых у меня появлялись проблемы. Но я любила их. И уже смутно представляла свою жизнь без их четкого, постоянного присутствия.        Дальше безумие перекинулось и на Сальваторе. Мы уже втроем дурачились, обзывались и скакали по столовой. Кэролай уже не терялась перед Деймоном, он не выражал к ней прежней брезгливости. Словно мы тысячу лет знакомы… И я бы все отдала за час такого шумного счастья. Я, подруга и любовь всей моей жизнь. Ой. Хотя… Кого мне обманывать? Я вдруг остановилась, наблюдая за тем, как Форбс пускает в ход ногти, чтобы защититься от не перестающего ржать Сальваторе. Застыла и погрузилась в мысли. Хотелось запомнить такую вот душевную, смешную картину. Возможно, потом меня снова одолеют проблемы и истерики. Но сейчас… Деймон резко переключился на меня, и я, крича и задыхаясь от смеха, бежала от жуткой щекотки, призывая на помощь Кэр. Глупо. По-детски. Но именно такого беззаботного, радостного детства мне не хватало в жизни…        Знаете, я до последнего думала, что это сон. Весь вечер мы провели втроем. Ужинали, веселились, бегали. Говорили о всякой ерунде, подкалывая друг друга. И я впервые увидела того Деймона, который готов приспособиться к моей никчемной, но насыщенной эмоциями жизни. Терпел мою подругу, развлекал меня. Возился как с ребенком. Но я чувствовала себя счастливой. Самое забавное, что после сна это чувство совсем никуда не ушло. Быстро ушла в отключку ночью, проводив Форбс и обменявшись колкостями с Деймоном. Еще смеялись. А теперь я зевнула, откинула одеяло, глянула на вид из окна и поняла, что мне до сих пор хорошо. Тем днем я не застала приезд отца и Лили. Они задержались в гостях. Или еще черт знает где. Плевать. Меня это уже мало заботило. Наконец-то появилось то самое хорошее настроение, которое задержалось чуть дольше часа. Утро было солнечным. Еще вчера громыхала гроза, обещая вот-вот обвалить небеса на землю, а теперь в воздухе застыло тихое, мирное осеннее тепло. Желто-золотистые лучи накрывали просторную комнату мягким светом, и на душе отчего-то становилось удвительно спокойно. Елена Гилберт улыбается, едва успев открыть после сна глаза. Удивительно, не так ли? Но у меня нет претензий. Интересно, сможет ли что-нибудь испортить мне так хорошо начавшийся день?.. Уже готова сделать ставку, что обязательно случиться нечто запоминающееся. Плохое или нет… Понятия не имею. Но не может сегодня все кончиться тривиально. Я в этом уверена.        Кстати говоря, началось все уже нестандартно. Во-первых, вместе с завтраком мне подали доброе лицо отца. Он не был суров и даже спросил, как мои дела. Поразилась его нормальному тону, а мысленно просканировала весь его подозрительный вид. Все-таки тайны оставались неразгаданными. Во-вторых, у Коннора был выходной, и я даже не встретила его на кухне. В-третьих… Отпросившись у отца на «прогулку с Кэролайн», я собиралась отправиться с Деймоном на очень важное дело. Забыла упомянуть, что тем вечером успела поделиться с ним и Кэр переживаниями о скрытности отца. Сальваторе же прокомментировал покупку машины, как «самое отстойное вложение денег Клауса», за что получил смачный, но шуточный пинок от Форбс. И… Тогда Деймон напомнил об уже позабытой идеи. Распечатка звонков. С его слов я узнала, что Энзо (тот навязчивый, но симпатичный друг Сальваторе) некогда выявил интересную программку. Если бы его попросили, то он не отказал бы нам в помощи. Отец звонил какой-то даме. Но какой? Это предстояло выяснить. Я горела от нетерпения поскорее приблизиться к ответам. Деймон предоставил мне довольно-таки крутую возможность внедриться в тайную жизнь отца, чтобы распознать ту неизвестную личность, получавшую пылкие признания. Бррр… Меня бросает в отвратительную дрожь от одной только мысли. И вот, умело солгав отцу и выбив вольную, я вместе с Деймоном отправилась на нужный адрес. Ехали мы недолго, ведь дом находился в том же районе, что и огромный коттедж Сальваторе. Несколько минут двигались по дороге меж редкого леса, тронутого неизбежной желтизной, а потом объехали пару-тройку чужих зданий. Что ж… Я нервничала. И каким бы приятным ни был голос Деймона, отпускающего глупые шуточки по поводу моего платья, я паниковала. Не столько из-за правды, которая вскоре станет мне доступной, сколько из-за грядущей встречи с другом Деймона. Точнее, друзьями. Как выяснилось уже в пути, Энзо и еще несколько парней частенько кутили в одном дорогом особняке. Мне сразу вспомнились слова Лили, которая со скрытой печалью в глазах поведала о проделках пьяного, гуляющего на всю катушку Деймона. Да. Он способен на такое… Но сейчас, в машине рядом со мной, не было и тени его прежней развязанности. Наглая ухмылка безоговорочно выползала на лицо, но… Деймон стал мягче. По-прежнему манил одним своим привлекательным видом. Черная кожаная куртка, лед глаз… Как всегда. А я залипала и давала себе мысленный подзатыльник. Ах да, платье… Он назвал его колхозным. А мне хотелось провалиться под землю. Да что с ним не так? Обычное. Голубое. В цветочек. Но оно явно не нравилось Деймону, и я нервно ерзала на сидении, не зная, как теперь исправить свой внешний вид.        — Но платье все-таки… — снова заговорил он, нахально ухмыляясь, а я недовольно закатила глаза.        — Заткнись. — буркнула я.        — Я бы его снял. — почти шепотом добавил Деймон, показав неоднозначную ухмылку. Он повел бровью, наградив меня прожигающим льдистым взглядом, на что я ответила лишь тяжелым вздохом и отвернулась к окну. Слишком много поездок.        Было чересчур тепло для послелнего дня сентября. Солнце и полный штиль. Черт… Только сейчас я вспомнила, что осталось ровно тридцать суток до неминуемого мероприятия под названием «свадьба». Такие мысли надо бы гнать прочь лопатой. Но я зачем-то вновь погрузилась в собственные раздумия, выпадая из реальности, чтобы безмолвно проклинать обстоятельства. Наконец-то дорога стала тихой. Деймон молчал, словно осознавал, что в момент тщательного обдумывания меня лучше не тревожить. Пара поворотов, торможение… Машина остановилась у высоких стальных ворот шоколадного оттенка, которые сразу же отворились, стоило Деймону махнуть топтавшемуся рядом крупному мужчине. И что же я увидела? Такой же бездушный, громадный дворец, как все в этом элитном массиве. Дом был полностью кирпичным, в отличие от коттеджа Сальваторе, и кое-где проглядывали пластиковые рамы длинных окон. Двухэтажное, широкое строение с необъятной территорией вокруг. До жути правильной формы с ровными углами. Но, как мне казалось, внутри наверняка творилось что-то другое, более развратное и свободное. Логово друзей. Да, богато. Да, красиво. Но все такое чуждое… Мы выбрались из автомобиля на улицу, и я начала разглядывать незнакомый мне дом. Любопытство наверняка читалось по моим глазам. Восхищение? Да. Но умеренное. Все же я успела привыкнуть к модной роскоши, прожив месяц у Сальваторе.        — Да не волнуйся ты так. — усмехнувшись, произнес Деймон, поровняв со мной шаг. Он слегка коснулся моей руки, а потом переплел наши пальцы.        — С чего ты взял? Я в порядке. — отговорилась я, хотя меня пробивала мелкая дрожь. Парень крепче сжал мою ладонь и бросил тихий смешок, глянув на меня с какой-то веселой нежностью, плескавшейся в синеве его глаз. Слабый трепет все же игрался внутри меня. Энзо. Парни. Секреты отца. И это одним разом… Я не пыталась избавиться от руки Деймона, и благодаря ему чувствовала себя увереннее. Как тогда на конюшне. Он рядом… Он. Рядом. Красивый в своем мраке. С улыбкой как у Чеширского кота. Я люблю его. Сильно и бесповоротно.        Преодолев несколько метров до крыльца с кованными перилами и темным козырьком, мы остановились у массивной двери, в которую Сальваторе сильно пнул ногой. Я недоуменно глянула на него, не понимая такого жеста и переведя взгляд на звонок. Деймон лишь хмыкнул, одними глазами твердя мне: «Тебе не понять», а потом убрал руки в карманы кожаной куртки, ожидая какого-либо ответа от жителей. Кипарисы. Мое внимание привлекли аккуратные, напоминающие более замысловатые елочки растения, что рядком располагались вдоль дома. Сто процентов и здесь была куча прислуги. Раз. Два. Три. Дверь со скрипом распахнулась, и я инстинктивно сделала шаг назад, когда на косяке повис незнакомый мне парень с бутылкой рома в руке. Он, будучи перед нами в одних лишь джинсах, еле держался на ногах, криво улыбаясь и пожимая Деймону руку. Я с неким испугом оглядывала такого друга, который вперил свой довольный, пьяный взгляд на меня. Тощий, без кофты, с неприличным беспорядком волос… Ужаснулась при первом впечатлении. А Сальваторе ничуть не изменился в лице, словно бывал тут чаще, чем в родном доме. Кивком поманил меня внутрь, все еще держа мою ладонь и осторожно подталкивая на ходу. Дверь за нами сразу же захлопнулась с тем же противным скрипучим звуком, и я вздрогнула. Рассматривала бежевые стены длинного коридора и поежалась, когда из-за угла неожиданно вышел другой парень, говоривший по телефону и встретивший Деймона радостным гулом. Этот хотя бы одет. Ладно. Озираясь по сторонам, я несмело шагала туда, куда вел меня Сальваторе. Винтовая деревянная лестница, уходящая на самый верх дома, поразила меня своей искусной красотой. Резная. Необычная. Но я быстро отвела взгляд в сторону, когда по ступенькам начал спускаться еще один человек, знать которого мне не приходилось. Он был свежее прежних. Наградил меня свистом, махнул Деймону и, спотыкаясь, направился к выходу. Моя нога никогда бы не ступила сюда, и даже в присутствии брюнета мне сильно хотелась убежать отсюда, спрятаться от всех незнакомых лиц. Звон стекла. Я опустила глаза в пол и обнаружила, что наступила на целую кучку осколков. Снова спасли кеды. Незаменимые. Я переглянулась с Деймоном, который лишь пожал плечами и потянул меня в какую-то комнату. Просторная, залитая солнцем и заставленная мебелью. Диван, стеклянный шкаф, деревянный тяжелый на вид комод, торшер и прочее, что терялось среди излишка борохла. Чересчур дорого для такого места, где блуждают пьяные парни. Да уж.        — Эй! — прикрикнув, Сальваторе схватил с тумбочки картонную коробку из-под сока и кинул в безжизненную фигуру, распластавшуюся в большом кожаном кресле. Я присмотрелась и поняла, что этим парнем и был Энзо, который сразу отошел ото сна и выпрямился. Многодневная щетина и опухшее лицо подтверждали то, что он находился в пьяном забвении не один день. Светло, но тесно и неуютно. Таким и был этот дом. Пахло стойким перегаром и мужским одеколоном. Эти неприятные ароматы, вызывающие тошноту, плотно засели в воздухе, вынуждая меня невольно морщиться и пугаться находящихся здесь людей. Беспорядок. Бутылки, вещи, стекло… Все это смешивалось среди мебели и вони, отпугивая меня. Ужасное зрелище. Бывали ли вы на таких тусовках, где молодые и резвые парни напивались до потери памяти и творили безумные вещи? Я нет. Но лицезрела последствия.        — Вот теперь будет весело… — хриплым после сна, но воодушевленным голосом сказал Энзо, оглядывая меня прищуренным, жутким взглядом. Так смотрят только хищники на свою жертву, желая разорвать ее на мелкие куски. Я благодарила небеса за то, что рядом со мной был Деймон, который крепко держал за руку и разрешал прижиматься к его плечу. Энзо заулыбался, но не была эта улыбка привлекательной, и лишь поселяла внутри меня чувство страха. Он потянулся к кругому столику и взял с него наполовину опустошенную бутылку с алкоголем, начав пить прямо из горла. Одним взмахом руки безмолвно предложил выпивку Сальваторе, но тот проигнорировал его и повел меня к дивану. Ему пришлось стащить с него какой-то плед и пачку чипсов, чтобы мы вдвоем смогли сесть с краю без особого расслабления. Наверное, мое лицо выражало такое пренебрежение и испуг, что я походила на смешную чудачку, потому что Энзо начал угарать. Закурил. Еще глоток. До меня начал доходить запах табака. Совсем другой. Не такой, каким пахли сигареты Деймона. Все чужое и жуткое. Начинала жалеть, что вообще согласилась приехать в это место.        — Как ты? — с безразличием спросил Сальваторе и откинулся на спинку дивана. Энзо сделал затяжку.        — Вчера с Джексоном разбили машину. Там сучка какая-то начала орать, ну он ее и увел. До сих пор не звонил. А он мне задолжал, если что. — с каким-то возмущением ответил Энзо, и я не поняла и слова из сказанного. Их дела. Что ж… — А ты чего? Это кто? Нам привез? — подмигнув мне, закидал вопросами он.        — Нет. Я по делу.        — Вау, Сальваторе… по делу… Выпьешь? А зачем я спрашиваю? Вот скажи, малыш, зачем я его спрашиваю? — обращаясь уже ко мне, произнес парень, заставив меня ближе подсесть к Деймону. Его напрягал этот пьяный лепет, я заметила это по заигравшим желвакам и темной дымке, что покрыла его глаза. Энзо взял со столика целую бутылку и подал ее Сальваторе, но тот отмахнулся от нее и вмиг посерьезнел. Другому парню это совсем не понравилось, и он с недовольством уставился на меня. Изучал глазами и смотрел будто насквозь, отчего мне становилось дико неловко.        — Перед девкой выебываешься? — грубо бросил Энзо, потушив сигарету о подлокотник кресла и с презрением посмотрев на меня. Не жилье, а красивая коробчонка пьяного угара, дури и хамства. Я вряд ли сойдусь характером с друзьями Деймона… Подумать только… Он точно такой же, целиком и полностью принадлежал этой компании, но в нем я никак не могла увидеть столько паршивого разврата. Либо любовь слепа, либо Сальваторе мог быть таким же многогранным, как его мать. Я нервно сглотнула, когда Деймон, заслышав эти слова, напрягся и изменился в лице.        — Закрой пасть. — так же недобродушно прорычал он. — Надо номер пробить. Еще можешь?        — Иди нахуй, сука тупая. — вдруг послышалось из коридора, и к этому мужскому голосу примешался звук приближающихся шагов. Уши вянут. Черт. И куда только меня принесло… В комнате показалась новая личность, икающая и наматывающаяся. Светловолосый парень, который сразу же взял со стола бутылку и уселся на край стола. Я обвела его изучаюшим взглядом, чуть насторожившись. Следом к нам пришла и девушка. В красном нижнем белье. Энзо ехидно усмехнулся и с ног до головы рассмотрел эту незнакомку, цыкнув и поманив ее к себе. Она, не думая и минуты, прошагала к нему и забралась на колени. Я была не просто в недоумении… В шоке. Окей. Я погрузилась в серые будни Деймона Сальваторе в дружеском кругу. И да, мне не понравилось.        — Поехали домой. — шепотом произнесла я. Так тихо, чтобы услышать меня мог только Деймон, который отрицательно качнул головой и положил руку на мое колено. Спокойнее. Но волна мурашек, пробежавшихся по телу, быстро вывела меня из нормального состояния.        — Ну? Можешь или нет? — снова спросил Сальваторе уже более твердым тоном, и Энзо, неохотно оторвавшись от девушки, которую до этого целовал, озадаченно приподнял брови.        — Могу. Только девчонку мне оставь. — буркнул он в ответ, и Деймон закатил глаза. Энзо опять засмеялся. Приглушенно и противно. Шутки? Я их не понимала. Испуганно жалась к Сальваторе, который слегка приобнял меня и подарил такое необходимое чувство безопасности. Он не обидит. И защитит. Вдруг к Энзо пришло какое-то озарение, и он ударил рукой по креслу. — Я вспомнил… Сестричка твоя, да?        — Да. — это слово больше походило на недовольный рык. Напрягся сильнее. В этот миг мы будто спасали друг друга: Деймон успокаивал мои нервы, а я усмиряла его злость. Возможно, и ревность…        — Так я твою сестричку не обижу… Да, малышка? Как тебя зовут-то? — он обратился ко мне, поедая глазами. Я растерялась. Не знала, что ответить. И надо ли отвечать вообще. Я переглянулась с Сальваторе, который едва ли не выпускал пар из ноздрей подобно разъяренному быку, которого дразнили красной тряпкой. Сжимал кулаки. Закусывал губу. Достаточно еще одной такой провакации, и он сорвется…        — Я уже сказал. Закрой пасть. — процедил сквозь зубы Деймон, и я вздрогнула от его резкости. Уже винила себя за эту дурацкую идею накопать что-то на отца. Любопытство губит. На этот раз не только меня. Энзо убрал с лица жуткую улыбку, отогнал от себя девушку в белье и снова припал к бутылке спиртного. — Пробей номер. И все.        — Да чего ты, блин… Сделай уже. — пробурчал светловолосый парень, который до этого молчал и пил. Мои глаза стали разбегаться, и я не знала, на чем сосредоточиться. Бутылки? Незнакомые парни? Полуобнаженная незнакомка? Разбросанные вещи? Тлеющая сигарета? Порочная грязь. И во мне бурлило неистовое желание уйти прочь, чтобы больше не видеть всего.        — Хорошо. — протяжно вымолвил Энзо, шикнув, когда алкоголь опалил его горло. — Но при одном условии. Я хочу веселье. Орлянка? На окно. — он, видимо, что-то предложил Деймону. Парень безоговорочно понял и тяжело вздохнул. Каждый, кроме меня, в этой комнате понимали смысл произнесенных слов. Другой парень восторженно загудел и присвистнул, метнувшись в коридор, чтобы позвать других. Я ничего не понимала и могла лишь наблюдать за тем, как Энзо и Сальваторе прожигали друг друга долгими взглядами, в которых читался вызов. Азарт. То, от чего Деймон никак не мог отказаться. Мое сердце забилось чаще посылая неспокойные удары в виски, и парень словно уловил мою тревогу, повернувшись ко мне и склонившись над самым ухом.        — Все хорошо. — заверил он меня, напоследок проведя рукой по моей спине, за которую слегка придерживал меня все это время. От его слов мне стало хуже. Эти двое что-то замышляли, и я приметила новые лица, появившиеся в комнате. Звон бутылок, чьи-то вопли. Что мне предстоит увидеть? Кто ж знает… Я сложила руки узлом, оглядывая окружающих. Кто-то включил орущую, не имеющую смысла в своих текстах музыку. Страх начал набирать обороты, когда Деймон поднялся с дивана, скинул с себя куртку и протянул ее мне, коварно ухмыляясь стоявшему теперь напротив него Энзо. Я затаила дыхание. Чувствовала каждое биение сердца… И понимала, что голова начала кружиться от волнения.        — Да!        — Начинайте уже!        — А Деймон снова в деле!        — Сальватор, давай уже выбивай!        Радостные и громкие вопли слышались отовсюду. За одну лишь минуту комната успела оживиться и наполниться людьми. Их можно было бы выстраивать в ряд от самого пьяного до более менее здравомыслящего. Неразборчивые крики перебивали грохот музыки, и казалось, что я вдруг уснула и видела кошмар. Я вновь перевела внимание на Деймона. Серьезно? Я вслух чертыхнулась и обхватила голову руками. Что вообще происходило? Энзо вытащил из кармана монетку и, что-то жестом показав Деймону, подбросил ее в воздух, ловко поймав и рассмотрев выпавшую сторону. Орел. Он провел ладонью перед собой, как бы показывая всем достоверность спонтанной жеребьевки, и мне лишь оставалось гадать, что же будет дальше. Хитрая ухмылка. Насмешливое отчаяние в голубых глазах. Все стало очевидным. Деймон. Столпившиеся позади меня люди стали повторять его имя, кто-то закашлялся. Я поразилась тому, сколько же народу вмещал в себя дом. Никак не могла сообразить, откуда столько их набежало… Внутри меня что-то екнуло. Ничего хорошего. Нервно кусала губы и пристально смотрела на Деймона. Он усмехнулся, забрал у Энзо монетку и одним движением руки кинул ее куда-то в сторону.        — Таковы правила. — довольно проурчал Энзо, сжимая в руке почти пустую бутылку. Он опрокинул ее в себя и выжидающе уставился на Деймона. А он… С каким-то странным сожалением глянул на меня и… Равнодушие. Надел пугающую маску холоднокровия, отвернулся и двинулся к окну под веселые крики. Черт. Надо было что-то делать… Но я и пошевелиться боялась. Столько людей. Столько загадок. Высокий, крупный парень подошел к окну вместе с Сальваторе и открыл створки. Сразу залетел прохладный ветер с примесью осенних запахов. Неприятная дрожь прошлась по моей кожи, и я закрыла рот ладонями, чтобы не закричать, когда Деймон одним прыжком взобрался на подоконник и подошел к самому его краю. Психопат. И таких целый дом. Мне хотелось завизжать, но мне было сложно сделать даже вдох. Замерла на месте и округлила глаза, таращась на окно. Толпа притихла. Энзо, пьяными глазами бегая по комнате, криво улыбнулся и прошел к Сальваторе. Его темный силуэт виднелся в оконном проеме. На самом краю… Видела, как носки его ботинков выглядывают за подоконник, и каждый орган внутри меня сжался до боли. Что он творит? Спор? Пари? Игра? Неадекватно…        — Пацаны, — хрипло пробормотал Энзо, стуча бутылкой по окну, чтобы обратить на себя внимание. — Кто повторит… Плачу тысячу баксов. Нет. Три. Три тысячи баксов. — торжественно заявил он. Меня бросило в холодный пот. Я подскачила с дивана и бросилась к окну, но какой-то незнакомец остановил меня, больно сжав запястье. Пройти мне не дали.        Деймон медленно и осторожно стал опускаться на колени, собираясь сесть на край подоконника. Снова гул. С предельной аккуратностью парень расположился посреди подоконника, спустив ноги и оперевшись руками об рамы открытого окна. Он примерился, устроился удобнее, опустил руки, подвинулся направо, налево и, мельком глянув назад, тихо кашлянул. Его фигура была на грани от того, чтобы полететь вниз… Но самым волшебным образом Сальваторе держался, и высокий парень поднес ему уже тлеющую сигару. Вот и весь фокус. Смертельный номер. Ужасные люди и ничтожные забавы. Деймон принял сигару, медленно поднес ее к губам и сделал долгую затяжку, выпустив облако едкого дыма. Он немного подвинулся, и теперь была видна лишь его широкая спина, напрягшаяся под тканью черной рубашки. Теперь все лезли ближе к окну, окружая сидящего Деймона, который сильнее затягивал сигару, почти ничего от нее уже не оставив. Энзо улыбался и ничего не говорил. Его веселило происходящее, и мне становился этот человек еще противнее. Один из присутствующих, постарше других, с испуганным и сердитым лицом, вдруг продвинулся вперед и хотел схватить Деймона за рубашку, чтобы вернуть того в комнату. Но и ему помешали.        — Что за глупости! Он уже упадет! — истерично выпалила я, наконец-то вернув себе голос. Меня трясло от представленной картины.        — Чего орешь? Испугаешь, он убьется. А?.. Что тогда?.. А?.. — с наглостью в своем тоне возразил Энзо, близко подперевшись ко мне и обдав вонючим, проспиртованным дыханием. Деймон обернулся, поправляясь и опять оперевшись руками. Сигары уже не было. Он докурил, концерт окончен. По моему телу бежали разряды электричества, больно пробивая меня и вынуждая сбивчиво дышать. Сальваторе перекинул ногу, намереваясь залезть обратно в комнату, и двое подоспевших к нему парней помогли спрыгнуть с подоконника. Все кончено. Не самым печальным образом. Но меня разрывало от возмущения, злости и страха. Мое сердце металось в груди, и первое, что я сделала… Бросилась к Деймону и крепко обняла его. Сильные руки обвили мою талию в ответ, и только после этого я смогла унять предательскую дрожь.        — Похвально, брат. За тебя. — на мгновение подняв бутылку вверх, Энзо залил остатки алкоголя в рот. Омерзительный тип. Хотелось кинуться на него с кулаками, но я сдерживала себя и ближе прижималась к Деймону.        — Ну? — с легким наездом произнес парень, только что совершивший трюк, который вызвал восхищение среди толпы. Энзо, отдав уже опустошенную бутылку стоявшему рядом типу, прошел к комоду и взял с него ноутбук. Мне еще было не по-себе от увиденного. Он сидел ведь на самом краю… Безумцы. Выпустив меня из объятий, Деймон прошел к Энзо, заглядывая с ним в ноутбук, и поманил кивком меня.        — Какой номер? — буркнул парень с темной щетиной, что-то увлеченно печатая. Я достала телефон, набрала номер отца и неуверенно протянула его Энзо, который минутным взглядом просканировал цифры и торопливо ввел их. Началась какая-то загрузка, высветившаяся на экране. Время томительного ожидания. Оглядевшись по сторонам, я не увидела ничего нового и лишь осознала, что однообразные басы музыки вызвали у меня головную боль. Деймон молчал и пялился в ноутбук, всего на миг переведя взгляд в сторону. — Готово. — наконец-то сообщил Энзо, вальяжно сидевший на краю комода. — Ну… Левый номер. Он не зарегистрирован. Есть по факту, но не числится в базе.        — А местонахождение? — подал голос Сальваторе, нахмурившись и посмотрев на меня. И чего он ждал? Я совсем не разбиралась в этом… Энзо изрядно меня раздражал. Своим видом, лицемерным выражением лица, развязанностью и тоном голоса. Будто он хозяин мира. Сидел, шатаясь от своего опьянения, и с презрением таращился на меня. Хотелось уйти. Невыносимо хотелось. Но я надеялась на Деймона и пыталась перенять его спокойствие.        — Это уже другие условия. — сипло усмехнувшись, отозвался Энзо, еле удерживая ноутбук на коленях. До жути противный… Плюнуть в него или пнуть?        — Да иди ты к черту. — со всей неприязнью в голосе выпалила я и двинулась к выходу. Мое терпение было на исходе. Мы ничего толком не узнали, а Деймон повиновался прихотям этого мерзавца, охотно издевающегося над всем пьяным стадом. Оставаться там дальше я не собиралась. Если Сальваторе хотел продолжать эти бессмысленые игры… Пускай. Я же целеустремленно направлялась прочь из этого дома, проходя мимо толпившихся людей. Едва пробилась через эту вопящую, движущуюся стену и с подогретым раздражением вылетела на улицу. Претит такое общество. Тошнило от этой вульгарности и хамства. Нет. Это тоже не для меня.        — Елена… — послышался голос позади, когда я уверенно направлялась к машине, игнорируя всякие попытки идущего следом Деймона остановить меня. Вдыхала кислород полной грудью, пытаясь стереть из памяти те раскрасневшиеся наглые лица и спиртную вонь. Сердце бешенно колотилось, отбивая ненормальные ритмы. — Куда ты, мелкая? Чего психанула?        — Отвали! Это… Это дурдом какой-то! Я не собираюсь ради чего-то унижаться перед этим Энзо! Кто он такой? Что из себя возомнил? Иди пляши под его дудку, а я подожду тебя тут! Это… Сумасшествие… Они пьяные и неадекватные… Зачем ты полез в это чертово окно? Это безумные поступки, Деймон… — сорвалась я на крик, не давая парню возможности коснуться меня.        — Нет, Елена. Безумным поступком было то, что я подпустил тебя к себе, рассказал очень многое, а потом еще и поцеловал. Это безумно. А мои друзья и их веселье… Обычная тусовка. Думаешь, я делал это впервые? Я тут. Живой и здоровый. Черт возьми, я ради тебя делал эти глупости, чтобы узнать про номер твоего долбанного отца. И чего ты психуешь? — тоже повысив тон, возразил Деймон. Он пылающими синим пламенем глазами смотрел на меня, утаивая злость и какие-то неразгаданные мною чувства. Каждая мышца в его теле была напряжена, когда он так стоял передо мной и объяснялся, прожигая взглядом.        — Они… Ты… Ты не такой ведь. Они противные, но… Ты хороший. Правда. Не знаю, почему иногда ты становишься засранцем… Но ты хороший. — проговорила я, немного смягчившись и нервно сглотнув. — Ты ведь заботишься обо мне, носишься как с ребенком… Остальным плевать. Я тебя обожаю за это. Ты другой.        — Меня многие обожают. — усмехнувшись, сказал Деймон. Вся его пылкая эмоциональность резко остыла, и он, ухмыляясь, подступил на шаг ближе ко мне.        — Не так, как я… — и кто бы говорил о безумстве. Я, сказав это, вдруг бросилась к Деймону и поцеловала его. В этот миг больше всего хотелось ощутить его губы и тепло крепко сжавших меня рук. Он никогда бы не отверг меня… Я обвила его шею руками, сжимая воротник его черной рубашки и всем своим телом прижимаясь к парню. Наш поцелуй уже был таким правильным, словно мы целую вечность были вместе. Его губы захватывали мои, вынудив меня издать тихий стон, и я уверенно сплела наши языки. Сальваторе что-то приглушенно прорычал и, обхватив мои плечи, еще крепче держал меня, будто бы я убежала… Страстно, дико… Все свои эмоции я направила на слияние наших губ, и только это голубоглазое существо, чьи ладони уже скользили по моей спине, спасало меня. — Пожалуйста… Поехали домой… — едва сумев оторваться от него и тяжело дыша, умоляюще прошептала я. Заглядывала в его голубые глаза, которые горели все той же страстью, и понимала, что хочется вновь накинуться на него. Деймон неохотно ослабил хватку и позволил мне отстраниться. Он и правда другой. Плохо верится, что ему удавалось находить себя в той жуткой компании, которая вывела меня из себя… Он другой. Я уже тысячный раз безмолвно повторяла себе, что поехали в этот дом мы зря. Ничего не выяснилось. Я лишь тревожилась за Деймона и злилась на Энзо… Вот и все. А теперь Сальваторе стоял напротив, лыбился и с умилением смотрел на меня, готовый вот-вот рассмеяться. А я боялась за него. Впервые чувствовало такое волнение, что сковывает тело и отнимает голос.        — Поехали. — сдался Деймон, и мы вдвоем прошли к машине. Домой. В этот миг я поняла, что могу назвать тот самый коттедж Сальваторе домом. Во-первых, там безопасно. Во-вторых, там всегда был Деймон. И ничего больше не надо… Я по-немногу успокаивалась. Да и поцелуй вывел лишние эмоции. Теперь мы удалялись от этого сборища, которое манило к себе Деймона и портило его.        Та же быстрая дорога. Только вот мысли уже были другие. Я смотрела на сжимающего руль парня, чей сосредоточенный взгляд был устремлен на дорогу. И думала. Много думала. Об отце. Все так же смутно и неясно. Ничего нового узнать не удалось. О том обществе. Скверное, если быть честной. Подобное, только худшего статуса, я видела в «Кайсе». О Деймоне. Он-то и занимал всю мою голову. И сердце. Уже не представлялась мне жизнь без него.        Вернувшись домой и пройдя в холл, я сразу столкнулась с Лили. Она решала свои важные дела по телефону и направлялась в гостинную, показав мне короткую, добрую улыбку. Сальваторе шел следом за мной, и женщина поспешила отвернуться, прибавив шаг. Между ними холод. Никакого просветления… Впрочем… Неудачный опыт говорил мне, что повторять попытку их примирения не стоило. Миновав лестницу, я уже собиралась уйти в свою комнату, но Деймон, неоднозначно улыбаясь, потянул меня за руку к себе. Мы теперь шли к нему. В это мрачное царство темных оттенков…        — Что ты удумал? — тихо смеясь, спросила я, но Сальваторе лишь приложил палец к губам, призывая к молчанию, и осторожно подтолкнул в свою комнату.