Как быть

— Герм, что он имел в виду? — Гарри въелся в лицо девушки пытливым взглядом — Гарри, ты что, всерьез принял слова этого гаденыша? — вот бы голова так не болела и могла соображать быстрее. Гермиона прикоснулась рукой к виску, переводя молящий взгляд на Джинни, та мгновение сканировала ее, и все-таки микроскопически кивнула. — Зай, ну ты чего? Неужели огневиски выжгло тебе мозги? Он же стебался! Ты представь, Малфой и Гермиона! –Джинни очень натурально рассмеялась. Гермиона нервно вторила подруге. Гарри еще полминуты сверлил взглядом подругу, потом пожал плечами. — Нда, смешно и вправду. Герм, у нас сейчас трансфигурация, что делать то? — Гарри вроде бы поверил, и Гермиону затопило чувство вины. Меньше суток назад она самозабвенно отдавалась во власть их заклятого врага, бросила Рона, а сейчас ведет себя как невинная овечка. Но если Гарри, или еще хуже Рон узнают, что происходит в башне старост — жди беды. Как же быть? Малфой, видимо, взял в привычку намекать на их странную связь при любых случаях. Друзья ее не поймут. Да она и себя не готова понять. Малфой подлый, трусливый хорек, но она тянется к нему. Почему именно он? Сейчас Гермиона ловит на себе кучу взглядов, но именно его глаза ищет в толпе. Как это возможно? Чувство гадливости к самой себе затопило ее. С этим надо что-то делать. Она запуталась из-за Роны. Рон… Как он встретит друзей сегодня? Голова болела нещадно. Так, больше не пить с Уизли. -Джинниии, а может у тебя есть? — голос такой жалостный и в глазах золотые горы. — Неа, Герм, сама мучаюсь. –Джинни, закусила губу, понимая, как мало сегодня будет от них толку на занятиях. — Может, не пойдем? — С ума сошла? Я же староста школы! Да и ты староста факультета…- Гермиона первый раз пожалела о своей должности. — Отлично, я не староста! — Гарри завалился на диван, бесцеремонно толкая ногами Грейнджер. — Давайте, давайте! Пиши там аккуратно, Герм, мне потом списывать же. Девушки переглянулись, не веря, что он серьезно, но Поттер действительно решил сегодня не пойти. Он немного поворочался, устраиваясь поудобнее на диване, в гостиной старост, и закрыл глаза. — Я тебе припомню это, Гарри Поттер! — Но голос Джинни выдавал, что она не обиженна, скорее в нем сквозило недоумение. — Я в душ и бежим! — легко сказать бежим, Гермиона с трудом поднялась с краешка дивана, куда ее сдвинул лежащий Поттер.

***

      Северус Снегг с вопросом смотрел на Макгонагалл, сидящую за столом, в своем кабинете, но директор если и заметила этот взгляд, вида не подала. Снегг, обвел глазами ненавистный кабинет, который так много знал его эмоций. А ведь большинство людей были уверенны, что Северус Снегг напрочь лишен их. Он и сам не мог понять почему так ненавидит это место, но именно здесь он чувствовал себя слабым, уязвимым. Здесь он принимал важнейшие решения в своей жизни, здесь задавал вопросы, которые зачастую Дамблдор оставлял без ответа, здесь с ума сходил, от невозможности защитить учеников в прошлом годы, чувствовал через толстые стены, ненависть которая сочилась из многих глаз учеников и учителей. Да, определенно он ненавидел это место, и Макгонагалл это знает, но все же второй раз за не полные сутки она его позвала. Вопрос зачем? И почему тянет время. Где-то в душе шевельнулся страх, возможно стало известно решение по делу Драко, но ведь обещали дать мальчику шанс. Снегг нервно почесал запястье. Директор тут же встрепенулась, пытливо уставившись на сидящего напротив человека. Вопрос в глазах Северуса стал еще очевиднее, он даже позволил своим бровям, неслыханная роскошь, слегка приподняться, выражая удивление. — Ну? — Спросила Макгонагал, почти копируя выражение Северуса. — Что ну? — не понял профессор. — Как давно Ваша метка стала беспокоить вас? — с выражением, как- ты -еще -не понял-о-чем –я, спросила Минерва. Удивление Северуса достигло предела, он мгновение смотрел на директора, а потом без слов опустил взгляд на левую руку, правой задрал рукав. Теперь оба смотрели на слегка порозовевшую кожу. — Она и раньше чесалась, когда стала пропадать. — но прозвучало как-то не уверенно, как будто Снегг только сейчас осознал, что действительно, метка чесалась пока становилась светлее, но вот уже много недель от нее не было никаких импульсов. Макгонагалл уловила сомнение в словах Снегга и он это понял, что ж придется размышлять вслух. — Да, вы правы, какое-то время все было тихо, но сегодня…- Снегг запнулся, — то есть еще вчера, да, точно, еще вчера снова пошел зуд, но как Вы догадались? — Пару недель назад, Грейнджер и Малфой отличились, в плохом смысле этого слова, и мне пришлось вызвать их сюда. И я заметила, что мальчик так же несколько раз касался левой руки, в месте, где находилась метка, — директор на последних словах смущенно опустила глаза, говорить про такое, не вызывало у нее восторга. — И вчера я обратила внимание на Ваше поведение. Я точно знаю, что у всех известных, эм… последователей темного лорда метки побледнели и перестали после этого причинять какое-либо беспокойство. Вот и была удивлена. — Вы поделились своими наблюдениями с министром? — делано-безразлично задал вопрос Северус, а сердце пропустило пару ударов, а потом понеслось галопом. — Нет, за кого вы меня принимаете, Северус. — Минерва раздула свои точенные ноздри и поджала тонкие губы, от чего они стали еще тоньше. — Что бы тут же вас обоих утащили на выяснения? Но мне бы хотелось знать, есть ли повод беспокоиться… Какое-то время Снегг молчал. Макгонагалл даже показалось, что она уловила в его глазах отголосок страха, но возможно ей только показалось самой, она точно была напугана. — Но с ним же вы это обсудили? — Снегг не назвал имени, но было и так понятно, кого имеет в виду профессор. Оба покосились на спящего в золоченной рамке Дамблдора. — Нет, вы же знаете, что будить их теперь можно только в крайних случаях, — недовольно передернула плечами. Действительно какая глупость, сколько вопросов можно было бы решить с его помощью. — Я не знаю, что ответить. Метка молчала до вчерашнего дня…- замолчал, как бы обдумывая дальнейшие слова. — но, если учесть, что у Драко она ожила еще пару недель назад… Нет, даже не знаю, что могло спровоцировать это.  — Северус, но ведь это не может быть… Ну то есть, он же мертв, да? — Макгонагалл с надежной уставилась в темные радужки бывшего пожирателя смерти. С нетерпением, и еще большим опасением, ожидая ответа. Снегг опять ответил не сразу, задумавшись над ее словами, но все-таки покачал головой. — Он определенно мертв. Иначе не осталось бы тела, как в прошлый раз, когда он… — Тут выдержка изменила ему и голос дрогнул, и боль, казалось излучалась даже в дыхании, сбившемся, участившимся. Минерва поспешно кивнула. — Конечно, конечно вы правы, — затараторила, не давая ему закончить, — но что-то же ее спровоцировало. — Я бы попросил дать мне несколько недель, чтобы понаблюдать за, так сказать, тем как все будет протекать дальше. — Вы поговорите с Малфоем, расспросите? Снегг кивнул и встал. — Буду держать вас в курсе, и прошу Вас, давайте оставим это пока между нами.       Спускаясь в подземелья, Северус напряженно думал, есть ли повод вообще беспокоиться, не было ли это преждевременной паникой. Возможно, метка реагировала только на эмоции, как старые шрамы на погоду. Ведь пока общего между этими явлениями было волнение, злость как Драко, так и самого Снегга. Но тут же возникла мысль, что волнения хватало и раньше, чего стоили дни, когда Драко был под арестом, когда казнили Люциуса, да и содержание Нарциссы под стражей тоже спокойствия не добавляли, так почему именно сейчас? Быть может дело в самом Хогвардсе, ведь именно здесь был повержен темный лорд. Как жаль, что он не может поговорить с кем-то у кого еще есть такая метка и кто не находится в этих стенах. Любые контакты с пожирателями запрещены. Конечно, можно получить разрешение, но тогда придется ввести в курс посторонних, и паника точно начнется, а Малфоя младшего точно снова упрячут под стражу. В любом случае, Снегг принял решение пока повременить и ничего не говорить Драко. Мальчику и так хватает переживаний.