Как быть

Гарри вновь усмехнулся, покачал головой, все еще продолжая улыбаться и покинул башню старост. Впервые его отношение к напыщенному слизеринцу, изменилось на шестом курсе, после случая в туалете. Тогда Гарри застал Драко плачущим, что не помешало им чуть не поубивать друг друга. Сектусемпра, что применил Гарри на Малфое, чуть не стоила тому жизни, и Гарри чувствовал вину. Вина же заставляла думать, анализировать всю ситуацию в целом. Наверное, именно поэтому Гарри перестал считать Драко исключительно отрицательным персонажем в своей жизни. Не ясно, как бы сложилась жизнь самого Поттера, вырасти он в таких условиях. Ну, а после того, что он слышал на астрономической башне, к чувству вины, добавилась и жалость. Сложно представить в каком страхе и вечном подчинении жил Малфой, сначала перед отцом, потом перед Редлом. Было интересно, если бы Гарри тогда, еще на первом курсе, пожал руку Малфою, изменились бы их отношения? Кто бы на кого повлиял? Как только стало ясно, что перед судом предстанет вся семья Малфоей, Гарри твердо решил помочь Драко. Нет, он не забыл, сколько гадостей тот сделал за прошедшие годы. Но каждый имеет право на прощение. Вот, например, Дадли. Все детство они ненавидели друг друга, а сейчас он скучает по двоюродному брату. Все лето они вместе приводили дом, на площади Гриммо, в порядок. Дадли впадал в такой восторг от любой волшебной вещи и искренни пытался поддержать Поттера после пережитых ужасов. Выяснилось, что Дурсли поощряли сына на негативное отношение к Гарри, так они надеялись заглушить волшебство в племяннике, глупость полная. Но все же они не отдали его в приют, и принимали каждый раз на каникулах, тем самым оберегая его жизнь. Как и Снегг. Всю свою жизнь он посвятил одному делу. Защитить жизнь сына Лили. И защитил. Но, это не мешало ему быть полным козлом в обращении с Гарри. Нет плохих или хороших людей. Гарри решил присмотреться к новому соседу Гермионы, особенно теперь, когда ему показалось их отношения стали меняться. Рон Уизли пришел на завтрак одним из последних, хмуро окинул зал, отметил, что Поттера нет. Зато сестрица и Гермиона тут как тут. Злость снова заскреблась где-то в районе желудка. Две идиотки. Предательницы. И Гарри предатель. Он всегда выбирал Гермиону. А Рон всегда был запасным. Всего лишь другом знаменитого Поттера или лучшей ученицы школы, даже просто братом тех классных близнецов Уизли, да и другие братья затмевали его. И сейчас, когда он наконец получил заслуженное внимание они бросили его. Тоже мне друзья. Гарри должен был радоваться за друга. Да и Гермиона могла бы так не напирать на него. Но нет, их устраивает больше Рон, которому хорошо и в тени. К черту их. И Уизли направился в другой конец стола, к Дину и Симусу. Ни Гермиона, ни Джинни не посмотрели на него, когда он проходил мимо. Это еще больше выбесило парня, ну он им докажет, что и без них проживет, и без них он тоже личность и многого стоит. Гермиона по звуку шагов за спиной поняла, что совсем рядом прошел Рон. Она так хорошо знала, эти слегка шаркующие, шаги. Девушка жутко испугалась, вдруг он прям здесь устроит скандал. Но парень прошел мимо. — Слушай, Джин, пошли отсюда, Рон пришел. — трусливо прошептала Гермиона. — Давай, если ты уже доела, конечно. — Джинни тоже не хотелось сейчас общаться с братом. Голова все еще болела и ругаться было бы просто пыткой. Девушки посидели еще пару минут, для маскировки и покинули большой зал. У Гермионы сейчас был урок защиты от темных сил, чему она была рада. У Снегга, и Рон, и Гарри садились на задних партах, поэтому она уверенно заняла первую, под самым носом профессора, логично предположив, что Рон к ней не присоединится. Как оказалось, зря переживала, за целый день Рон так ни разу и не подошел. Зато на каждой перемене исправно проводил время с Падмой. Жаль, что нельзя так запросто выкинуть из сердца человека, она приняла решение головой, но душой страдала, намеренно избегала свирепых взглядов Рона на уроках, и еще больше на переменах, когда он был не один. Нужно как-то отвлечься, стучало в голове. В виде прекрасного отвлекающего момента предстал известный блондин. Драко тоже кидал на нее взгляды, она видела, но виду не подавала. Наломала дров. И что с ним теперь делать? Зачем он смотрит на нее? Неужели ждет объяснений за произошедшее вчера? Ну это же глупо, понятно же — просто застал врасплох, опять. Слабовато для отмазки, конечно, но другого объяснения у нее для него нет. Переживет. Как только закончились уроки, Гермиона направилась в библиотеку. Там она сможет развеется и еще раз привести мысли в порядок. Драко, откинувшись на спинку кровати, наблюдал как одевается Ханна. Такая правильная. Красивая, умная, сдержанная, страстная. Наверное, у них могли бы сложиться отношения. Спокойные, размеренные, без глупых истерик и подозрений, немного скучные. Правильные отношения. Драко редко встречался, у себя в постели, с одной и той же девушкой больше трех раз. Ханна была тут в четвертый. А первый месяц учебы даже не закончился. К большому сожалению Драко, этот раз станет последним. Он заметил, как засмущалась девушка, когда увидела, в гостиной, Поттера. Вспомнил, что ни разу не согласилась прийти сюда вместе, всегда находила отмазки, что придет попозже. Да и сами разговоры на людях быстро закругляла. Драко неприятно поморщился. Она стыдится его. Бывшего пожирателя смерти. Стыдится своих желаний. Надеется скрыть, что спит с ним. Как бы в подтверждение его мыслей, девушка робко спросила: — Как думаешь, Гарри расскажет кому-нибудь про нас? — Тебя это беспокоит? — равнодушно поднял бровь, а внутри ревет ураган злости и обиды. — Ну, не хотелось бы сплетен, сам понимаешь… — Что я должен понимать? — старался говорить равнодушно, вроде получалось. Вот оно врожденное аристократическое спокойствие. Ханна замялась, доказывая, что Драко прав. — Думаю, тебе пора. — поторопил девушку, отведя взгляд в стену. Через минуту он услышал, как слегка скрипнула, закрытая за девушкой, дверь. Драко прикрыл глаза. Когда-то он был самым завидным парнем. Девушки вылизывали его взглядами, гордо вышагивали рядом, если он позволял. А сейчас? Приходят украдкой, и также украдкой сбегают. Странно, что он раньше этого не заметил. И Ханна была не одна такая. Вспомнил каждую. Быстро свернутые разговоры, поздние приходы и просьбы проверить гостиную, чтобы на Грейнджер не нарваться. Еще бы мантию у Поттера одолжили, дуры набитые. Драко резко встал, волком заметался по комнате, чувствуя себя униженным, прокаженным. Все не так. И в этом виноват отец. Он разрушал их жизнь. В стену полетел подсвечник, так не вовремя попавшийся под руку. Драко привык быть в центре внимания, привык к поклонению и зависти, которые всегда сопровождают богатых и успешных. Даже ненависть и страх были для него отрадой, ведь вызывать в окружающих такие сильные чувства могут только сильные люди. Слабых презирают и стыдятся. Вот прямо как его сейчас. К такому открытию он был не готов. Сам великий Гарри Поттер оправдывал его в суде, Скитер порядком обогатилась, выпуская статью за статьей, которые Малфои заказывали у нее, в глупой надежде обелить хотя бы сына. Черт, он понимал, что встретит ненависть, но стыдиться его, Драко Малфоя… — Да, пошли они все. — саданул кулаком по стене. — Чертовы лицемеры. Все, кто сейчас был искренен в своих действиях, это как не смешно, были слизеринцы. И как тут теперь оправдать ожидания комиссии, если с тебя презирают парни с других факультетов и девушки стыдятся общаться на людях? Злость затопила Малфоя, затуманила мозг, хотелось догнать Эббот и высказать ей все, и желательно унизить, прижать к стене, пройтись губами по шее, запустить рукой между ног, почувствовать, как она потечет и отшвырнуть от себя, доказывая, что он честнее, лучше, чем она и другие, он не стыдится своих желаний, не пытается быть кем-то другим на радость обществу. Он всегда настоящий. Он не притворяется и не будет. Плевать, что на кону его свобода и возможность быть с матерью. Он не станет лицемерить как эти… Они понятия не имеют, через что он прошел. И он прав, всегда. Письмо матери тому доказательство. На минуту сердце сжалось, ведь Нарцисса ждет его, надеется… Но в конце концов она поймет, он просто не мог потерять себя окончательно. Утро не принесло облегчения, Драко почти не спал, злясь на весь мир, который не мог его ни понять, ни принять. Жутко бесили почти не слышные шаги в спальне Грейнджер. Еще она, легкая добыча, если они одни и полный игнор при других. Дура. Ненависть к ней напрочь вытеснила мысли о том, что она ему всегда нравилась. Сейчас он ненавидел ее по новой. Каждый сантиметр ее кожи, каждый вьющийся волосок, каждое дыхание и больше всего ее запах. Вчера Драко не пошел на ужин, просто не мог заставить себя увидеть всех этих уродов. Не смог принять душ, Гермиона опередила его, или он вновь позволил ей сделать это, а потом вспомнил, что не хочет больше ее запаха. Совсем. Он больше ни посмотрит ни на кого, кроме слизеринок, ни станет пытаться стать своим для других. Они не нужны ему. Повязал галстук, гордо вскинул подбородок. Он Малфой, пора бы вспомнить об этом. Пока собирался с мыслями и силами, пропустил и завтрак, желудок недовольно заурчал, схватив со стола яблоко, пошел на уроки. Сегодня первым были заклинания. С гриффиндором. Войдя в класс, Малфой окинул скучающим взглядом собравшихся, отметил, большинство в сборе, свободных мест почти не осталось. Блейз уселся за одну из задних пар с Симусом, Драко усмехнулся, вот кто сейчас на волне популярности, но тут же отметил, что друг лишь вскинул в приветствии руку, но не поспешил к нему, а так и остался сидеть с Финниганом. Боковым зрением заметил, как Парвати оценила его, но тут же потупила взгляд, стоило слизеринцу прямо посмотреть на нее. Снова усмехнулся, все правильно он вчера прикинул. Сучки. А вот и главная из них, сидит с Долгопупсом и что-то втолковывает последнему, даже носа не повела в сторону Драко. Лохматая как обычно, надо бы расческу ей подарить, может дойдет, что хоть иногда можно и потратить время на внешний вид. Но сознание тут же подкинуло воспоминание, как он зарывается рукой в ее волосы, такие мягкие, густые. Пахнущие полевыми цветами с ноткой сирени. Встряхнул головой выкидывая не нужные мысли, возвращаясь к ненависти, скривил презрительно губы и прошел к последней свободной парте, не хотелось ни с кем сидеть, раз уж Блейз не доступен. Демонстративно развалился на стуле, медленно и лениво стал копаться в сумке, доставая учебник. — Давай-ка покомпактнее сидеть будешь, блондинчик. — рядом на парту плюхнулась черная сумка, а следом на стул опустился вечно взъерошенный Поттер. — Поттер, тебе, что мест мало? — Нет, а ты, что против? — Гарри зевнул, запустил руку в волосы, еще больше взлохматив их. — Да нет, что ты, всю жизнь мечтал посидеть рядом с избранным! — Ну вот, наслаждайся, и не утомляй меня, хотя бы ты. — Гарри потянулся к сумке, готовясь к уроку. Малфой недоверчиво посмотрел на соседа. Поттер сам, по своей воле, уселся с ним. Его рыжий дружок игнорил Поттера, также как Грейнджер игнорировала Драко. Интересно. Гарри, по сути, мог сесть с любым, и никто бы против не был, кроме Малфоя естественно. Вот только и Малфой оказался не против. Ему было любопытно, зачем? Флитвик отвлек от дальнейших размышлений, заставляя погрузиться в учебу. Драко всегда нравились заклинания. Следующие две пары были с когтевранцами и Драко сидел с Блейзам, который объяснил, что с Финниганом нужно было обсудить, что случилось между тандемом Поттер-Уизли. — Ну и? — Малфой вопросительно посмотрел на друга. — Поттер принял сторону Грейнджер, в соре между бывшими влюбленными, и сломал Уизли нос. — Да ну нахер, тогда понятно, что за пьянка была у нас, в гостиной, вчера. — Так, что Грейнджер свободна, дерзай, сынок, — Блейз подмигнул другу. Драко скривился, — Нет, спасибо, я увечными не интересуюсь. — Ой, ли? Что случилось-то? — Просто мозги на место встали, сам дерзай, а я воздержусь. — Надеюсь ты глупостей не наделаешь? — Блейз строго смотрел на Драко, — ты же помнишь наш разговор? — Только не начинай! Все я помню. — Драко раздраженно передернул плечами. И направился в большой зал, обедать.