Десять Граней: Иной мир (Том 1)

«Сагрдут-эль-Драгомаул, наша обитель... Никто из нас и помыслить не мог, что однажды тебя не станет. И вот, в один ужасный день это стало реальностью. Клянусь духами наших предков, во имя всех тех, кто лишился из-за катастрофы всего, Идущие обретут новый дом». Цигмокс Имя и фамилия: Цигмокс. Раса: Идущие. Национальность: отсутствует. Пол: отсутствует (бесполый). Возраст: 587 лет. Сексуальная ориентация: отсутствует (Идущие размножаются почкованием). Род деятельности: 1586-й каган Идущих; поиск нового дома. Способность/артефакт: ??? Биологические родители: Асгерс. Дополнительные возможности: псионика. «Ностальгия означает тоску по тому, что так далеко от нас, по тем мирам, которые нельзя объединить, но это также и тоска по нашему родному дому, по нашей духовной принадлежности.» А. Тарковский       Дом, милый дом. Как же сладок был воздух Родины… Но именно что был. Наш дом, Сагдрут-эль-Драгомаул, больше не существует. Климатическая катастрофа погубила целую планету. Моря и океаны вышли из берегов, пробудились вулканы, начали бушевать сильнейшие ураганы и землетрясения… Наши города были полностью уничтожены. Сагдрут больше не пригоден для жизни, увы. Никто так и не понял, чем были вызваны все эти природные бедствия: то ли изменением магнитного поля планеты, то ли вспышками звезды. Но так ли важно знание причин? Нашего дома уже нет и этого не изменить.       Казалось бы, нет понятия проще чем «дом». Но так ли легко объяснить, что это такое на самом деле? Ведь дом у каждого свой и более того — каждый даже воспринимает его по-своему. Для кого-то это место, в котором он родился и вырос. Для кого-то дом там, где любят и ждут. А у некоторых его и вовсе нет.       «Каган, при всём моём уважении, мы лишь зря теряем здесь время! К чему нам все эти поиски, если можно просто вторгнуться в Глаидор?» — Это раздался в моей голове голос Кларенбалда. Именно он убил того красноволосого глаидорца, замышляющего нечто недоброе со своим миром.       Нам, Идущим, не нужны слова для общения — мы все связаны телепатическими каналами. К голосовым связкам прибегаем лишь для переговоров с чужаками, поэтому большинство из нас говорит достаточно тихо и неразборчиво.       В голосе Кларенбалда слышалось отчётливое негодование. Очень немногие могли так открыто и безнаказанно сомневаться в моём мнении и он был в их числе. Однако я не спешил с ответом. В который раз окинув взглядом лежащую передо мной каменистую равнину с бушующим на ней грозовым штормом вперемешку с кислотным дождём, я глубоко вздохнул и тут же поплатился за это — из-за постоянной грозы воздух здесь насыщен азотом, голова мгновенно начала кружиться. Я сам даже чуть пошатнулся и солдатам пришлось подхватить меня за плечи. Мда, всё же этот мир определённо не годится для жизни. А жаль, я и Круг Шаманов возлагали на него большие надежды…       «Терпение, друг. Пока у нас ещё есть варианты для заселения, необходимо рассмотреть их. Наше вторжение в Глаидор непременно принесёт множество жертв — как с нашей, так и их стороны. Лучше избежать их, если это возможно. Глаидор следует оставить на крайний случай.»       «Но каган… нет, Цигмокс. Неужели ты забыл клятву, что мы принесли всем погибшим во время катастрофы?»       Я вздрогнул, поняв, о чём говорит глава внешней разведки… нет, мой друг Кларенбалд. После всей этой катастрофы мы поклялись, что как можно быстрее найдём новый дом для нашей расы. Чтобы у нас появилось будущее. Чтобы наши дети могли расти и радоваться каждому дню. Чтобы у всех нас была надежда.       «Кларенбалд… Я помню нашу клятву. Ты же знаешь лучше всех, что найти новый дом для Идущих — моя главная мечта и я ни за что не отступлю от неё. Тем не менее, если следовать твоей логике, получается, что должны умереть ещё больше Идущих? Зачем? Кроме того, глаидорцы тоже не виноваты в случившемся. Они, как и мы, хотят жить, любить, развиваться. Разве честно обрекать их расу на такие же страдания, какие довелось пережить нам?»       «Цигмокс, ты… эх.» — Похоже, ему толком нечего было возразить, хотя и очень хотелось.       «Я прекрасно понимаю твои переживания, мой дорогой друг. Но до тех пор, пока ситуация не стала критической, более разумно обойтись без лишних жертв. У нас ещё есть время в запасе, поверь.»       «Хорошо. Склоняюсь перед вашей мудростью, каган». — Излишне официозно, как мне показалось, ответил Кларенбалд и больше не выходил на связь.       Обернувшись к своей свите, я отдал команду: «Эта планета не подходит для заселения. Возвращаемся в Междумирье! Нам предстоит ещё много работы.»

***

      — Уху-ху, какой ты упитанный стал, Барсик! Вот это у тебя пузико… — Ворковала над своим питомцем Оливия, когда наша команда отдыхала в одной из общих гостевых комнат отеля. За их игрой наблюдали Янок, Маргарет и я. Кэтлин сначала в который раз пыталась нарисовать Хлою, но в конце концов плюнула на это занятие и принялась читать какую-то книгу об экономике. Примерно тем же занимался и Юлиан (Но его книга была о тёмной магии. Кажется, что-то про некромантию). С интересом заглянув в неё через его плечо, Маргарита села рядом и они стали читать вместе, против чего Юлиан вовсе не возражал. Джейсону надоело скучать одному в своей комнате, поэтому пришёл к нам. В данный момент они с Фрэнком в полголоса обсуждают самый вкусный алкоголь, который им обоим довелось попробовать. Джулия снова пропадала непонятно где. Возможно, в их с Юлианом комнате. Странная она какая-то… Приехала в элитный отель и практически постоянно сидит в одних и тех же четырёх стенах. Надо бы потом расспросить о ней Юлиана.       — Мяу!       — Ха-ха, он говорит, что ты его достала. — Захихикал друид, внимательно глядя на кота. Сам кот смотрел на него не менее внимательно.       — Чего?.. Вы так шутите? — Удивилась его хозяйка.       — Нет, конечно. Ты думаешь, я, верховный друид, не понимаю языка животных?! Подобное для меня сущий пустяк. Кстати говоря, знали ли вы, что проворачивать подобные фокусы позволяет псионика?       Все находящиеся здесь изумлённо уставились на него. Что он только что сказал?!       — Да-да, не удивляйтесь. Многие обычные заклинания по своему принципу действия перекликаются с псионикой. Например, общение с животными — это псионика. Маг соединяет свой разум с сознанием животного, пусть оно и довольно примитивно. Вообще, любые заклинания как-либо взаимодействующие с разумом или сознанием, используют пси-энергию.       Вот это да… Получается, каждый маг немного псионик? Воспользовавшись замешательством Оливии, Барсик совершил резкий рывок и выбрался из её хватки, затем уселся возле камина, задрал заднюю лапу и начал облизываться.       — Вот видишь. — Прокомментировал Янок и вдруг обратился ко мне: — Кстати, ты вроде как недавно создал себе фамильяра. Покажешь?       — Да, конечно. Марти, сюда! — После небольшой золотистой вспышки возник он сам собственной персоной. Увидев его, Барсик тут же перестал умываться, встал в «боевую стойку» и недружелюбно зашипел. Хех, Марти ведь по сути относится к собачьим. Да и обычные животные не слишком-то жалуют магические сущности.       — Гав, всем прривет! Вы звали Марти, хозяин? — Пролаял он, бодро виляя хвостиком.       — Хм… — Янок задумчиво что-то промычал, с немалым любопытством разглядывая моего фамильяра. Марти вопросительно склонил голову набок и поджал хвост. Он что, его боится?.. — Весьма любопытно. Ты же ведь не так прост как кажешься, верно?       — Гав?.. — Практически проскулил в ответ Марти.       — «Не так прост»? — Недоумевающе переспросил я. — Ну в каком-то смысле, да. Он же фамильяр высшего класса.       Янок ничего не ответил, а только перевёл свой пристальный взор с лиса на камин. Через какое-то время достал из набедренной сумки цветок ностальгии и вновь начал его нюхать. Он довольно часто это делает. Сам цветок, кстати, застыл будто стеклянный. Похоже, старикан наложил на него какое-то изумрудное заклятие стазисного поля, чтобы он не завял.       — Кстати, я слышал, что вы нашли какое-то редкое волшебное растение. — Вмешался Джейсон. — Это оно и есть?       — Ага. Хочешь понюхать? Бери, не стесняйся. — Поощрительным тоном предложил Янок.       — Эээ, а он точно безопасен?.. — Неуверенно пробормотал Джейсон и взял цветок, поднеся его к носу. На его лице отразилась сложная смесь эмоций из удивления, радости, тоски и сожаления.       — Что учуял? — Поинтересовался Фрэнк. — Небось, какое-нибудь вино со своей Родины?       Помрачнев лицом, Джейсон молча вернул цветок и вышел на балкон. Мы с Фрэнком переглянулись и решили последовать вслед за ним.       …А он тем временем курил, облокотившись на перила и стряхивая пепел вниз. Стоп, а с каких это пор Джейсон, который всегда следил за своим здоровьем, начал курить? Как-то я пропустил этот момент.       Услышав наши шаги, он обернулся и ответил на мой немой вопрос:       — Недавно. Из-за нервов. Быть герцогом непросто… Мне больше нравилась работа Стража Баланса.       — Ну уж извините, что пришлось у вас эту должность отобрать. — Проворчал я, но не слишком агрессивно. Никогда бы не подумал, что однажды начну ему сочувствовать… — Так что ты там унюхал?       Сделав очередную затяжку, Джейсон глубоко вздохнул и медленно произнёс:       — Запах домашних пирогов. Свежескошенного сена. И дым от костра.       Я думал, он пояснит что это значит, но нет. Вот и думай, что под этим подразумевается…       — Ты вспоминаешь о своей Миранде, я прав? — Тихо спросил Фрэнк, тоже закурив. Ну, а я чем хуже? Тоже к ним присоединился.       Джейсон аж вздрогнул. Ого, так он угадал! Вот что значит — проницательность во всём, что касается женщин.       — Да. — С нескрываемой горечью в голосе ответил Джейсон. — Каждый день о ней думаю. Может, и следовало бы забыть, но не могу. Просто не могу! Вообще-то говоря, однажды мы пообещали друг другу, что если вдруг кто-то из нас умрёт, то другой не будет посыпать себе голову пеплом и постоянно жить в одиночестве, найдёт себе пару и будет счастлив. И похоже, это будет единственным данным ей обещанием, которое я нарушу…       «Однако эти запахи навевают воспоминания не только о Миранде, но ещё и о Родинии, родном мире. В последнее время я всё чаще вспоминаю её...»       — Ты никогда не изменял ей?       — Нет, конечно! Кодекс чести паладинов: настоящий воин света всегда верен своей любимой. Даже после смерти Миранды, мысль о том, чтобы быть с другой женщиной, вызывает у меня лишь омерзение.       Докурив, Фрэнк отошёл чуть назад и укоризненно покачал головой.       — Не понимаю я тебя… Чувак, что ты так зациклился на одной бабе? Понятно, что ты её любишь и всё такое. Но намеренно обрекать себя на одиночество — та ещё глупость. Ты посмотри вокруг — столько красивых женщин, а ты всё о своей Миранде твердишь. Знаешь, есть такая полезная штука, называется «двигаться дальше». Попробуй, тебе поможет.       — Нет, это я никогда не смогу понять человека, который меняет женщин, словно перчатки. — Злобно огрызнулся Джейсон.       Однако Фрэнк, которого это ничуть не задело, лишь отмахнулся.       — А, фиг с тобой. Может, у вас это и считается правильным, но в Глаидоре свои моральные нормы. Вот ты, Максим, наверняка прекрасно понимаешь, о чём я говорю.       — Я? — Меня очень удивил этот неожиданный поворот в разговоре.       — Ага. Вот у тебя, по сути, есть целый гарем: Маргарита, Оливия, Маргарет…       — Тому, кто пытается плыть на трёх лодках одновременно, не удержать равновесия. — Неодобрительно проворчал Джейсон, которого мы просто проигнорировали.       — И не у тебя одного так. На любого хоть мало-мальски симпатичного или по крайней мере обаятельного мужика девки буквально вешаются. Но это ладно, я подозреваю, что и в ваших мирах такое происходит. Что самое интересное — зачастую претендентки даже не конкурируют друг с другом, а пытаются соблазнить свой объект обожания вместе! Как думаешь, почему?       — Это… хороший вопрос. — А ведь и правда, почему так происходит? У меня на Земле подобные ситуации крайне редки, в то время как здесь такое встречается сплошь и рядом.       — А вот я тебе объясню, почему. Дело в том, что в Глаидоре представительниц прекрасного пола гораздо больше, чем мужчин: примерно 63 на 37 процентов соответственно. Я конечно в биологии не силён, но у меня есть вот какая догадка: из-за нехватки мужиков, в процессе эволюции у них в голове сложился некий механизм, подавляющий собственное эго. То есть, подсознание заставляет их мириться с конкурентками, иначе придётся в 45 лет жить с кучей кошек. Хотя, есть и третий вариант: некоторые от безысходности становятся лесбиянками и бисексуалками… Лишь редким счастливицам удаётся заполучить себе мужчину в полное и безраздельное пользование. Вот так вот.       — Ого… так вот оно что! Вы как всегда невероятно мудры, сэнсей!!       Что ж, звучит довольно логично. Это действительно многое объясняет.       — Ха-ха, учись пока я жив, парнишка! — Посмеиваясь, Фрэнк потянулся к удачно стоящей на тумбе неподалёку бутылке вина, но я перехватил его руку и укоризненно пробормотал:       — Не-не. Ты же завязал.       — Вот значит, как ты решил отблагодарить меня за лекцию, засранец?! — Горько вздохнув, Фрэнк всё же сдался и недовольно забубнил: — Эх, не надо было к вам присоединяться… Сдох бы от цирроза печени, так и хуй с ним. Зато счастливый и с бутылкой в руке.       — Извините, я случайно подслушал часть вашего разговора. — Все мы обернулись к источнику этого голоса. Юлиан. — Наверное, не стоило мне вмешиваться… Но меня заинтересовала смерть твоей возлюбленной, Миранды. При каких обстоятельствах она умерла? Ещё раз извиняюсь, что лезу в личное дело… Просто меня удивило, что при наличии хрустальной магии кто-то вообще может умереть в бою с концами.       — Да нет, ничего. Она погибла от ран, нанесённых ей Адалардом, дух которого живёт в Рубине. Их невозможно вылечить. Её тело также не поддавалось воскрешению.       — Хм, понятно… А ты пытался вернуть её? Искал способы воскресить?       — В смысле? — Джейсон недоумённо уставился на Юлиана, бесстрастно ожидающего ответ. — Я же сказал, что те раны было невозможно исцелить. Миранда мертва, навсегда.       — Глупец. — Неожиданно произнёс Юлиан с какой-то жутковатой ухмылкой, играющей на его губах. — Значит, ты любишь её недостаточно.       — Что ты сейчас сказал?? Это я-то люблю Миранду недостаточно?! — Лицо Джейсона уже ощутимо так побагровело от злости. Мы с Фрэнком напряжённо переглянулись и едва заметно кивнули друг другу. Если что-то пойдёт не так, нужно быстро разнять их драку.       — Да, именно так. Моей милой Флориан тоже уже нет на свете и я перерыл горы литературы по некромантии, просил помощи у всех чёрных магистров Орды, даже воспользовался кое-чем из Апокрифа! И я всё ещё не собираюсь останавливаться на достигнутом. Если придётся, я пойду по горам трупов за секретом воскрешения давно умерших! Самому дьяволу в глотку залезу! А всё потому, что для меня нет ничего ценнее на этом свете, чем милая Флориан. А ты лишь ноешь и не делаешь ничего! — Заявил Юлиан, обвинительно наставив на него указательный палец. — Мне даже никакого цветка ностальгии не надо: я и без него скажу, что мой дом там, где есть Флора.       — Что?.. То есть, я правильно понял: ты готов пойти на любую низость ради своих интересов?!       — ДА! Всё что угодно, любые средства. Ведь оно того стоит в любом случае. — Невозмутимо пояснил Юлиан, горделиво скрестив руки на груди.       — А, ясно. Вот она, настоящая сущность ониксовых. Эгоистичные животные, которые думают лишь о себе. — Презрительно сплюнув через перила, заявил Джейсон.       — «Настоящая сущность»?! — Похоже, терпение Юлиана лопнуло, но он хоть не бросался с кулаками, и на том спасибо. — Да что ты вообще знаешь о нас?! Старик говорил верно, многие заклинания действительно связаны с псионикой. И знаешь, какие школы имеют наибольшую связь с ней? Ониксовая и алмазная! Вам, придуркам, мозги промыли пропагандой: дескать мы, такие злые и страшные, вызываем демонов, мертвецов и прочих тварей, чтобы мучить людей. Ничерта подобного! В Орде не нанимают ангелов потому, что мы вызываем нечисть как собственных ФАМИЛЬЯРОВ и полностью контролируем, дабы не дать им творить всё, что вздумается. Оникс и Алмаз — это две стороны одной медали. Только если вторые видят лишь возможность уничтожить, мы видим ещё одну: управлять! Именно мы, ониксовые, всегда выполняем самую грязную и неблагодарную работу не щадя себя, а на нас все смотрят свысока, как на дикарей. Некромант может не только поднимать мертвецов, но и упокаивать их. Демонолог не только вызывает демонов, но и берёт под свой контроль. Тьма не равно зло, как и Свет на равно добро. Мой отец придерживался Света, а в итоге чуть не погубил Глаидор!       — А кто твой отец? — Поспешил спросить я, пока Джейсон не заехал ему по роже.       — Мой отец — верховный понтифик Джонасон II. И я благодарен Матиасу из Глаидор-альфа за то, что он прирезал его как свинью. Этот человек утратил права на существование после всего, что натворил.       — Жаль, что ещё и тебя не прирезал до кучи. — Прорычал Джейсон, сжав кулаки, и ушёл, сильно толкнув его плечом.       — Ты наступил на его больную мозоль… — Со вздохом заметил Фрэнк.       — Да? Какая жалость. Надо бы потом извиниться и подарить букет цветов. — Глумливым тоном ответил Юлиан. Однако его глаза были опасно прищурены. Кажется, Джейсон тоже ощутимо задел его.

***

      Итак, что мы имеем. Мастер-Ювелир утратил контроль над Глаидором в следствие учинённой Матиасом катастрофы. Это раз. Кэтлин стала Подмастерьем. Это два. В Глаидор вот-вот должны вторгнуться Идущие. Это три. Максим и ко ищут способ вернуть всё как было. Четыре. На сцену вышел Юлиан со своим Апокрифом. Пять.       Как же эти чёртовы бараны-Идущие бесят! И чего им не сиделось в своей помойке?! Нет, в чужие миры лезут. Они портят мне все планы… Когда начнётся вторжение, искать во всей этой суматохе Опал будет ох как непросто. Даже мне.       Рано или поздно компашка Стража Баланса всё-таки поймёт, что именно им нужно делать. И тогда тоже начнут охотиться за Опалом. Мне необходимо опередить их, если хочу заполучить власть над Глаидором. Опал — это один из артефактов силы Мастера, одиннадцатая псевдогрань, олицетворяющая псионику. «Псевдо» — потому что в отличие от обычных Граней, не относится к магии вовсе. Помимо Опала, существуют ещё несколько артефактов силы… Увы, пока я не знаю, что они из себя представляют и где искать. И эти олухи сто процентов захотят собрать их все, чтобы вернуть Мастеру контроль над Глаидором. Но я не дам им это сделать. Глаидор будет моим!       Именно об этом я думала, оказавшись наконец в фактическом плане и разглядывая распростёршуюся вокруг пустыню. Что ж, теперь и Глория Вознесённая вступает в игру.