Десять Граней: Иной мир (Том 1)

      — Что?       — Что?       Мы с Оливией секунд пять молча смотрели друг на друга, пытаясь понять, что вообще происходит.       — Ты разве не оставляла кота у Эласа? — напряжённо спросил я.       — Нет, конечно! Нас же похитили, когда мы не были ни на каком задании. С чего бы мне отдавать Барсика ему?       Я рванул обратно в дом. Это какой-то бред!.. Кого я тогда забрал у Эласа?! Когда я обнаружил Барсика (второго?..), он невозмутимо вылизывался, лёжа на моей кровати. Это он — сомнений быть не может. Абсолютно идентичный кот. Меня прошиб холодный пот. Я схожу с ума? Может, его вижу только я?       — Оливия, подойди сюда! — крикнул я вниз.       Она тут же поднялась, держа в руках какую-то бумажку. Кэтлин с Барсиком следом за ней.       — Чего?! Эм... Что за чёрт?       Едва увидев друг друга, оба кота громко и яростно замяукали. Барсик резко выпрыгнул из рук Кэтлин и метнулся к своему двойнику. Яркая вспышка холодного изумрудного цвета, хлопок.       — Глазам своим не верю... Какого дьявола тут происходит?!       Вместо двух Барсиков остался один, но с заметно потемневшей шерстью. Теперь она больше чёрная, чем бурая. В остальном "новый" Барсик совершенно ничем не отличался.       — Ох. Я ничего не поняла. Мне кажется, нужно показать его кому-нибудь во дворце, кто хорошо разбирается в магии, — высказала неожиданно дельную мысль Фелиция.       — Да, согласна, — кивнула Оливия. — Кстати, когда заходила в дом, заметила письмо в почтовом ящике. Ни за что не угадаете, от кого.       — И от кого же?       — От Эшли. Просит меня срочно прийти к ней, как только прочитаю. Также попросила прийти одной. В крайнем случае — взять только тебя, Максим.       — Хм... Чего там такого срочного, интересно?.. Фелиция, отнесёшь Барсика во дворец, пожалуйста? А мы с Оливией пока навестим Эшли.       — Рада помочь, — легко согласилась Фелиция и взяла Барсика на руки. Котяра не сопротивлялся. Оливия, не ожидавшая от этой стервы такой покладистости, бросила на неё удивлённый взгляд, но промолчала.       — А я тогда проведаю Эласа. Может быть, вместо него тоже был какой-то двойник?       — Да, Кэтлин, это было бы кстати. Что ж, у всех нас есть дела...       По пути в детективное агентство мы с Оливией рассказали друг другу, что с нами произошло после похищения.       — Ты убила... саму себя?       — Формально — да. Ну, я думаю, в этом был некий символизм. Дескать, больше всего я боялась причинить кому-то вред, и... тогда я словно убила часть себя. Ту добрую пацифистку Оливию, которой я была когда-то, — мрачно произнесла она, не отрывая взгляда от земли. — Теперь, возможно, мне будет куда проще отнять чью-то жизнь.       — Стой, — Оливия остановилась, и я заключил её в свои объятия. — Я понимаю, это очень тяжело, особенно для такого мягкого человека, как ты. Если тебя это гложет — выговорись мне. Я помогу.       — Я знаю, Максим. Я знаю, — нежно прошептала она. — Не волнуйся, я приняла свою новую сущность. Ведь всё это не просто так. Мы уже не в Глаидоре. Не взяв в руки оружие, я больше не смогу защитить вас. К сожалению, не со всеми людьми можно просто договориться. И если передо мной встанет выбор, чьей жизнью пожертвовать — вашей или врагов, которые хотят вас убить... я не колеблясь выберу второе. Вот и цель нашего путешествия. Как было условлено в письме, Оливия постучала четырежды с небольшими паузами. Дверь чуть-чуть приоткрылась, и я заметил в полумраке знакомый рыжий локон.       — Вы одни? — подозрительно спросила Эшли.       — Да.       — Слежки не было?       — Вроде не... — пробормотал я, оглядываясь.       — Звучит не очень-то убедительно! Ладно, заходите.       Едва мы с Оливией переступили порог, Эшли тут же захлопнула за нами дверь, закрыла на все замки и повесила все цепочки.       — Эй, к чему такая секретность? Ты совершила что-то незаконное?       — Не совсем. Скоро вы всё поймёте. Проходите пока в гостиную.       Не совсем?.. Пожав плечами, я пошёл за хозяйкой. Меральда Вайнер, глава жандармерии, чей портрет по-прежнему висит в коридоре, будто бы смотрела на меня ещё более грозно, чем раньше.       Я плюхнулся на удобный диванчик, Оливия рядом со мной. Эшли — напротив. Мне кажется, или круги у неё под глазами стали только больше?..       — Сразу к сути. Оливия, до меня дошла информация, что ты овладела Укротителем Невзгод. Это правда?       Оливия встревоженно кивнула.       — Тогда вам обоим нужно знать, что совсем недавно дезертировали Куларион и Куоси.       — Чего?! Почему?       — Официальная версия — они были агентами некоего "недружественного государства".       Настоящая же причина совсем иная. На самом деле, предатели — не они, а Фанг. Это он предупредил шайку Амброзеуса о готовящемся нападении.       — Тварь! — в гневе я грохнул кулаком по столу. Если бы не он, Маргарет бы, возможно...       Оливия успокаивающе положила ладонь мне на плечо и мягко надавила. Это привело меня в себя.       Поверить не могу. Фанг всегда производил впечатление "своего парня", которому можно доверять. И снова у меня в ушах эхом прозвучали слова Лилит: «Друг может оказаться врагом, а враг — другом»...       — Куларион это понял, спросил у Даниэлы, где он, и, не получив ответа, решил отыскать его сам. Куоси неожиданно вызвалась отправиться вместе с ним — он и согласился.       — А откуда ты знаешь, Эшли? — поинтересовалась Оливия. — И как всё это относится к вопросу про меч?       — Вот тут-то и кроется вся загвоздка. Начну немного издалека. Вам известно, кто такие Ала-Анир?       Впервые слышу. А вот Оливия, похоже, в курсе.       — Да, нам рассказывали на лекциях истории. Двенадцать хранителей Великого Леса, которыми становятся только прославленные эльфийские герои.       — Верно, но это не всё. Помимо защиты Леса, они также напрямую подчинялись носителю Укротителя Невзгод. Ала-Анир — не профессия, не наследуемый титул, не врождённый талант. Их не назначают и не выбирают. Это, как бы сказать... духовное призвание, наверное.       — Подожди. Ты хочешь сказать, что Куларион — один из таких Ала-Анир?!       — Именно. Честно говоря, я сама не до конца понимаю, как именно эльф становится им.       Но факт есть факт. Я поняла это, увидев начавшие расти у Кулариона рога и едва заметную татуировку на лице — неизменные атрибуты Ала-Анир.       Изумлённая Оливия взяла со столика стакан воды и отпила. Это что же получается, Куларион теперь, фактически, правая рука Оливии?!       — Окей, но зачем тогда Куларион сбежал из Хартлэнда? — спросил я. — Разве он не должен всюду сопровождать носителя меча?       — Я так подозреваю, Оливию есть кому защищать. Перед Ала-Анир сейчас стоит задача куда важнее — найти отколовшийся клинок Укротителя Невзгод. Лишь с ним меч обретёт полную силу.       — Но тут возникает ещё один момент — раз меч так важен, почему бы просто не рассказать обо всём Садриэль или Даниэле? Мы бы могли искать клинок все вместе. Прежде чем отвечать, Эшли зачем-то оглянулась по сторонам, словно мы стоим на улице и нас кто-то может подслушать, а не сидим у неё дома. И лишь затем сообщила полушёпотом:       — Цельный Укротитель Невзгод обладает чудовищной силой и способен даже пошатнуть власть владычицы.       — Как твои раны, Уго? — доброжелательно спросила Даниэла.       — Зажили на следующий день. Всё хорошо, спасибо.       Впечатлённо покивав, Всеблагая сделала шаг в сторону и запустила руку в карман — за ключами от огромной двустворчатой двери. Уго имел в виду, что зажили на следующий же день после той провальной операции. Убить мага воды бета-потенциала — ой как непросто.       Хотя однажды кое-кто почти добился успеха.       Двери раскрылись внутрь, гостеприимно приглашая войти.       Их ждали. Вокруг парящего в центре помещения, окутанного бледно-синим огнём гигантского кристалла, стояли: владычица Садриэль, Азраил, (внезапно) Джозеп Волмаут, носящий полностью закрывающую лицо маску; незнакомый, низкий и сухонький лысый мужичок непонятного возраста; молодая темноволосая женщина в струящемся синем платье (это Жестокий Самум, что ли?); заведующий Имперской Библиотекой Адриан Флайшер и... некий зверолюд. Увидеть в таком месте даже шефа "Вкусных историй" было не такой уж и дикостью в сравнении с этим.       Собственно, его расу выдавали торчащие из-под специального капюшона зверолюдей уши да хвост, полностью заплетённый бинтами. Лицо также целиком закрывала маска. Любопытно. Если тот мужичок — наверняка директор Тайного Надзора, и его маскировка даже здесь вполне понятна, — тогда это что за чудо?       Неприятный холодный свет от кристалла неравномерно освещал лица собравшихся, создавая таинственную и слегка жутковатую атмосферу.       — Итак, теперь все в сборе, исключая Меральду Вайнер. Она выполняет моё поручение и не может присутствовать здесь. Сегодня мы принимаем в наши ряды нового участника. Да будет Абсолют мне свидетелем!       Синий огонь вокруг кристалла на несколько секунд окрасился розовым — и вновь вернулся к бледно-синему.       — Я свидетельствую, что этот мужчина силён, отважен и умён, а его верная служба и беспримерный героизм доказывают приверженность нашим идеалам. Вы согласны, Цикады?       — Согласен.       — Согласен.       — Согласен.       — Согласна.       — Согласен.       — Согласна.       — Протестую, — вдруг заявил зверолюд совершенно бесцветным, обезличенным голосом. Все уставились на него. — Он носит проклятие Владыки Безумия. Можем ли мы в полной мере доверять ему?       — Протест отклонён. Я лично позаботилась о том, чтобы проклятие было наглухо изолировано. Ещё возражения?       Зверолюд недовольно цокнул языком, но всё же пробубнил:       — Согласен.       — Все собравшиеся здесь Цикады готовы доверить тебе свою жизнь и даже душу. Готов ли ты, Уго Санти?       — Готов.       — Готов ли ты изо всех сил сражаться во имя общей цели?       — Готов.       — Готов ли ты пожертвовать всем ради общей цели, если того потребуют обстоятельства?       — Готов.       — Готов ли ты ради общей цели своими руками убить Абсолюта, если представится возможность?       Уго вздрогнул всем телом. Он не ожидал подобного, хотя и представлял, что его ждёт на посвящении нечто экстраординарное. Но чтобы настолько?!       — Уго? Повторяю вопрос: готов ли ты своими руками убить Абсолюта, если представится возможность?       — Д-да. Готов.       — В таком случае отныне ты — Ночная Цикада. Да будет Абсолют мне свидетелем! Ради общей цели!       — Ради общей цели! — хором повторили все остальные собравшиеся, включая Уго. Кристалл снова загорелся розовым огнём. Видимо, это означает одобрение.       — Теперь коснись кристалла ладонью.       Сглотнув слюну и ожидая вообще чего угодно, Уго сделал несколько шагов вперёд и приложил ладонь к кристаллу. Она тут же потонула в бледно-синем огне, но было совсем не больно. Было...       Никак.       В следующее мгновение он обнаружил себя лежащим на полу и смотрящим на безумно высокий потолок. Где-то там, в невообразимой вышине, поток синего пламени истончается, касаясь кончиком купола.       Вид перегородило лицо Волмаута.       — Ты как, парень? В порядке?       — Я... да, — Уго сел и отрешённо уставился в пол, пытаясь переварить увиденное. — Есть ли у нас хотя бы малейший шанс спастись? Это не выглядит как угроза, с которой могут справиться такие жалкие существа вроде нас. Даже если они боги.       — Не знаю, — честно, без наигранного оптимизма ответил Волмаут. — Но пока мы не опускаем руки и держимся, мы должны продолжать бороться. В этом и состоит весь смысл нашего общества.       — Да... Я понимаю, — Уго поднялся при помощи протянутой руки Волмаута. — Тогда давайте работать ради общей цели вместе!