Заунывные полуночники

Пробуждение было болезненным и таким же неотвратимым, какой неотвратимой бывает заря нового дня после самой длинной ночи в году. В висках било набатом, и от одной лишь попытки собраться с мыслями мучительно раскалывалась голова. События вчерашнего вечера вставали перед внутренним взором как чёткие черно-белые колдографии — зелье, ужин, виски, Поттер… Поттер и слишком отчётливые воспоминания о его неловких горячих губах на голой коже… Возбуждение, обоюдное желание… Мерлин бы побрал этого неуёмного Поттера. «Не перекладывай ответственность, Северус» — обречённо напомнил внутренний голос. При мысли о том, что Поттер, Мерлин его раздери, всё ещё в этом доме, спит на злосчастном диване, Северус лишь издал короткий измученный вздох и с тоской всмотрелся в яркую зарю за окном. Внутренние противоречия — спускаться вниз в гостиную или малодушно дождаться, когда Поттер благоразумно исчезнет из дома сам, — были прерваны: снизу донёсся негромкий разговор. Один из голосов принадлежал, несомненно, Поттеру. Во втором Северус с тихим ужасом узнал тягучие интонации Люциуса Малфоя. Варианта не спускаться ему не оставили. Поттер в обществе Люциуса Малфоя в его собственном доме — сложно было представить, чем это всё могло обернуться. Зеркало в ванной красноречиво сообщило о вчерашнем времяпрепровождении, а антипохмельное легкомысленно хранилось в лаборатории — Северус даже толком не мог припомнить, когда в последний раз ему настолько отчаянно требовалось данное зелье, как в эту самую минуту. Оставалось только надеяться, что Малфой этим утром не проявит излишней наблюдательности. Напрасно, конечно… Северус спустился по лестнице в гостиную, наглухо застёгнутый в привычный сюртук. Люциус скользнул по нему мимолётным взглядом, цепко выхватывая все детали, и вернулся к разговору с Поттером. Поттер в растянутых домашних штанах и футболке с коротким рукавом с ногами сидел на диване, тщетно пытаясь привести в порядок растрепанную шевелюру. Футболка задралась, обнажая поджарый живот, а Поттер, ничуть не смущаясь, продолжал непринуждённый разговор с Малфоем. Разговор на французском — мгновение спустя осознал Северус. Малфой, казалось, ничуть не был смущён, что перед ним сидит расхристанный Поттер, и что-то вежливо и небрежно отвечал. Ещё спустя мгновение до Северуса наконец дошло, что Малфой, должно быть, по-прежнему видит перед собой не Гарри Поттера, а слащавого миловидного Этьена Тома. Под пристальным взглядом Северуса Люциус тут же подтвердил его догадку: — Твой милый ассистент впустил меня в дом. При слове «милый» Люциус не преминул смерить Поттера оценивающим взглядом, на лишнюю долю секунды задержавшись взглядом на полоске голой загоревшей кожи между штанами и задравшейся футболкой, и лишь после этого повернулся к Северусу. — Совы перестали летать, Люциус? — И тебе доброе утро, Северус. Поттер, не будь дураком, при этих, казалось бы, невинных фразах вдруг напряжённо замер, подобрался и тут же принял благоразумное решение удалиться с места начинавшей разворачиваться на глазах битвы. Ловко спрыгнул с дивана, прошлепал мимо них обоих босыми ногами, на короткое мгновение задержался возле Люциуса и невинно поинтересовался: — Эспрессо без сахара, месье Малфой? Люциус ответил короткой снисходительной улыбкой: — Буду весьма признателен, Этьен. Снейпа при этом Поттер нахально проигнорировал и скрылся в кухне. «Ты за это ответишь» — пообещал сам себе Северус. Как только дверь за Поттером захлопнулась, Малфой наложил на гостиную заглушающие чары. Потом, мгновение поразмыслив, добавил еще и чары, отвлекающие внимание. Утро вмиг перестало быть томным и явно не сулило ничего хорошего. Молча наблюдая за Малфоем, Северус дождался, пока тот закончит с заклинаниями, и следом сам наложил на дверь ещё пару дополнительных. Уверенности в том, что Поттер не узнает суть предстоящего разговора, тем не менее, не было, так что оставалось надеяться лишь на поттеровскую порядочность. — И кто бы говорил мне о паранойе, Северус… — Чем обязан? Увы, Малфой не уловил намёк или же предпочёл его проигнорировать, что было, конечно, более вероятным: — Такой милый мальчик, Северус. Я вижу, вы поладили… Справляется с обязанностями? «Ты даже представить себе не можешь…» Не дождавшись ответа, Малфой отошел к камину, с интересом отмечая полупустую бутылку хелмсдейлского виски на полке. Задумчиво покрутил виски в руках, внимательно изучив этикетку, и снова повернулся к Снейпу. Молча в немом вопросе поднял брови. Вот что мешало ему не заметить? — Рождественский подарок, — устало пояснил Снейп. — А ты полон сюрпризов, Северус, — с многозначительной ухмылкой прокомментировал Малфой. — Люциус, право слово… У меня раскалывается голова, антипохмельное, как назло, хранится не в доме, а «моего милого мальчика», как ты его назвал, того и гляди замучает любопытство за закрытыми дверями. И если ты не против, я хотел бы узнать причину твоего визита в это столь неподходящее рождественское утро. — Ну раз так, Северус… Малфой смиренно вздохнул, опустился в кресло, взглядом предложил Снейпу занять место напротив, намекая тем самым, что их ждёт весьма обременительный и нелёгкий разговор. — Так уж получилось, что следующий проект, о котором я писал тебе ранее, требует теперь особой срочности. — Люциус, я только закончил Виггенвельд, провёл бессонную неделю в лаборатории и, вот честно, предпочёл бы хотя бы короткое время провести в спокойном безделии, если ты не против, конечно. — Я, конечно, не против, Северус. Боюсь, правда, что у английского Аврората другие мысли на этот счёт. — Ты не мог бы сделать мне одолжение и отправить английский Аврорат в пешее путешествие куда-нибудь на край света, Люциус? Уверен, тебе это по силам. — Несомненно, более того, я бы сам с превеликим удовольствием лично показал им этот самый путь, но, боюсь, только не тогда, когда глава Аврората лично и ещё парочка малоприятных сомнительных типов поджидают тебя возле твоего родового поместья, Северус. Во Франции, Северус… — Люциус устало сжал пальцами переносицу, как будто и сам едва верил в собственные слова. — Я считал, что английский Аврорат предпочитает не появляться во Франции? — Я тоже так считал. До вчерашнего дня, буквально. К счастью, за порог поместья они не рвались, но ты был чертовски прав, настояв на Непреложном обете и том, что этот твой дом невозможно обнаружить. Иначе они обивали бы твой порог сейчас. Северус мысленно содрогнулся и смирился с тем, что дело и правда, похоже, не терпело отлагательств. — Что им нужно? — То же, что и всегда. Зелье. Незаконное, конечно, но с проверенным действием. В минимальной дозировке. — А конкретно, Люциус? Малфой набрал воздуха в легкие и на одном дыхании выдохнул: — Империо в форме зелья, жидкая форма, по возможности без вкуса и запаха. Непременное условие — необнаруживаемое с помощью диагностических чар. Малфой прервался на короткое мгновение, потом, скривившись, добавил: — И, по возможности, чтобы воздействовало также и на тех, кто владеет легилименцией. Каждое из этих коротких пояснений из уст Малфоя было как удар под дых. По-хорошему, за такое зелье ему светило пожизненное в Азкабане. По-плохому, впрочем, тоже, особенно если он откажется выполнять заказ. — Отказаться можно? — Если бы было можно, Северус, поверь, меня бы здесь не было бы. — Какой срок? — До конца января, бюджет не ограничен. — Я так понимаю, кому-то в английском Аврорате прищемило хвост? — Ты знаешь, Северус, в таких вопросах я предпочитаю делать вид, что чем меньше знаешь, тем крепче спишь. — Кто в курсе, что зелье буду готовить я? — Глава Аврората, ты и я. Тесная приятная компания, Северус, не находишь? — Избавь меня Мерлин от такой компании. И я не про тебя сейчас, конечно, Люциус. — Прости, Северус. Я правда пытался убедить их отложить проект хотя бы на пару месяцев, но увы. Люциус, конечно, не мог знать, но момент был, на удивление, самый подходящий. Поскольку основной ингредиент для этого зелья как раз легче всего было собрать именно сейчас — в последнюю неделю декабря. Северус до этого самого момента, впрочем, был почти на сто процентов уверен, что он — один из немногих, если не единственный в мире зельевар, который вообще имел представление, как можно приготовить Империо в форме зелья. О том, что визит Люциуса именно сейчас, в столь подходящее для этого время, был счастливой случайностью, Северус не верил. Думать в этом направлении дальше, кому и зачем было нужно именно это зелье и притом именно в его исполнении, он, тем не менее, не хотел. Северус неспешно поднялся, отошел к камину, налил виски себе, второй бокал отлевитировал Малфою. Коротко отсалютовал и пригубил из своего бокала: — С Рождеством, Люциус. За новые свершения. Циничная обречённость горьким привкусом виски осталась на губах. — Это «да»? — А это может быть «нет»? — Держи меня в курсе, хорошо? Я чем-то могу помочь? — Удивительная щедрость, Люциус… Твой эспрессо ждёт тебя на кухне. Малфой поднялся, коротко задержался у двери и с усмешкой бросил: — А мальчик и правда очень славный… — Исчезни, Люциус. Малфой ушел. А Поттер, судя по возне, доносившейся с кухни, имел наглость остаться. Время, впрочем, поджимало. Ингредиенты для Империо ждать не будут, и у него в запасе оставалось всего несколько часов, а потому Поттера спровадить надо было быстро и по возможности прямо сейчас. Зная поттеровское упрямство, Северус, правда, не сильно верил в успех. Поттер, нахохлившись, сидел на кухонной табуретке и молча гипнотизировал взглядом кофейную чашку на столе. Заметив Снейпа в дверях, встрепенулся было, но замер, не решаясь начать разговор. Северус подошёл к столу, спокойно забрал чашку с кофе из-под носа Поттера и коротко бросил: — Поттер, мне надо уехать. Вернешься к работе десятого января. — Но… мы вчера… — Вчера и ты, и я были пьяны, и ты уснул на диване. — Северус. Поттер порывисто вскочил, опрокинув при этом табурет, на котором сидел, сделал было шаг в его направлении, но, споткнувшись, потерял равновесие, загребая в воздухе руками. В последний момент Северус предотвратил это позорное падение, схватив Поттера за плечо. — Ты когда-нибудь убьешься, Поттер, — коротко выдохнул тому в самое ухо. Придерживая Поттера за плечо, нагнулся, чтобы поднять упавший стул, и аккуратно усадил Поттера на табурет снова. — Северус… — в отчаянии начал было снова Поттер. — Сорок лет Северус, Поттер. Прекрати называть меня по имени. Сейчас не место и не время. — Но… — Поттер, еще раз: сейчас не место и не время. Я вернусь, и мы поговорим. Ты понял? Поттер порывисто кивнул, закусив до крови губу и, казалось, смирился. Уходить тем не менее он не собирался и всем своим видом продолжал выражать своё упрямое поттеровское несогласие. Вдруг поморщившись, сжал пальцами виски, закрывая глаза. Северус сжалился: — Антипохмельное в лаборатории. Погаси огонь под котлом слева у входа, законсервируй зелье в котле и убери ингредиенты. Не особо надеясь, что Поттер последует указаниям, Северус отвернулся к плите и налил себе еще одну чашку остывшего уже кофе. Антипохмельное, впрочем, не помешало бы и ему. Поттер завозился, поднялся со стула, уже почти было вышел из кухни, но в последний момент замер на пороге. Явно о чём-то задумался. И вдруг, отставив в сторону всю свою нервозность, как ни в чём не бывало вежливо поинтересовался: — Тебе принести порцию антипохмельного, Северус? — Еще раз назовёшь меня Северусом, Поттер… — угроза сквозила в каждом произнесенном слове. — Ты меня заавадишь, я понял. — Потрясающая догадливость, мистер Поттер. — Так принести? — Поттер! — Уже ушел. На секунду, правда, всё же задержался, пристально уставившись на Снейпа немигающим взглядом. К гулу головной боли спустя мгновение добавилось нестерпимое покалывание. Чёртов Поттер. Секундная заминка, резкий выпад вперёд. Снейп схватил Поттера за ворот футболки и, резко оттолкнув того к стене, устало выплюнул: — Ещё раз посмеешь полезть ко мне в голову, Поттер, Авада покажется тебе спасением. — Но тебе… — Но мне что, Поттер? Понравилось? Ты это хотел узнать? Сделай одолжение, в следующий раз имей смелость спросить, а не лезть в голову! Поттер виновато опустил глаза, тихо вздохнул и, видимо, решил в кои-то веки не испытывать терпение и, наконец, действительно ушел. На сборы у него оставалась пара часов. Карты, провизия, маггловские деньги и экипировка. Оборотное зелье, аппарация, Лютный переулок, несколько не самых приятных встреч, и, как результат, незарегистрированный портключ в кармане. Назад он вернулся затемно. Дом встретил тёмными провалами окон и сумеречной тишиной. Оставалось сменить одежду и забрать из лаборатории несколько зелий на случай… На случай, если что-то пойдёт не по плану. Он хотел было оставить записку для Малфоя с инструкциями, что делать, если вдруг он не… Коротко взвесив все за и против, Северус отбросил минутный приступ малодушия и вышел в лабораторию. Всё было готово. Из лаборатории пахнуло стылым воздухом. Коротким движением палочки он зажег единственную свечу у входа и открыл дверцы шкафа, где хранились зелья — болеутоляющее, восстанавливающее, кроветворное — походный набор из прошлого, которое, судя по всему, так никогда и не оставит его в покое. За дверью шкафа что-то звякнуло и упало. Молниеносное движение, выпад вслепую (зелья он умудрился вернуть перед этим на полку, не разбив при этом ни одно из них) — и вот кончик палочки уткнулся кому-то в подрагивающий кадык. Не убирая палочки, Северус захлопнул ногой дверцу шкафа, чтобы увидеть и обезвредить, наконец, противника… — Какого хрена, Поттер! — выплюнул он зло, когда увидел, кого он вот-вот собирался проклясть. Поттер молча таращился на него, беззвучно открыв рот в изумлении, и даже не пытался защититься. Ошеломленно уставившись, Поттер разглядывал его с каким-то благоговейным ужасом и одновременно неприкрытым интересом. Ах да. Северус успел сменить извечный сюртук и мантию на маггловскую походную одежду. Узкие штаны, высокие ботинки на шнуровке, легкая на вид, но теплая всесезонная горная куртка со светоотражающей полосой. Вместительный туристический рюкзак на спине. Северус не был уверен, как именно он выглядел во всей этой дурацкой маггловской одежде, но шокированный вид Поттера говорил о многом. — Закрой рот, Поттер. Он нехотя убрал палочку и сделал шаг назад. — Что ты здесь до сих пор делаешь? — Я собирался уйти, честно. Выпил антипохмельное, погасил огонь, убрал ингредиенты, как ты велел, присел отдохнуть — и заснул, — повинился Поттер. Портключ в кармане куртки вдруг нагрелся, готовый сработать в любую минуту. Времени оставалось в обрез. «Зелья, только не забыть зелья» — напомнил себе Северус, потянувшись за флаконами. Поттер неотрывно продолжал следить за ним взглядом. Идиотом Поттер не был и наверняка сообразил, что за зелья Снейп бережно упаковывает в рюкзак. Плевать. Портключ вот-вот активируется, и со всем этим он разберётся потом, когда вернётся. Если вернётся… — Какого чёрта здесь происходит, Снейп? — вдруг требовательно спросил Поттер, сделав порывистый шаг к нему. — Не сейчас, Поттер. — Но… — Если я не вернусь десятого января, сообщишь Малфою. Портключ задрожал, Северус обхватил рукой горячий металл, и в самый последний миг он почувствовал, как Поттер в рывке преодолевает расстояние между ними и одновременно с ним хватается за портключ. «Идиот…» — пронеслась в ту же секунду уже ставшая привычной мысль. Мысль оборвалась, так и не воплотившись в словах, когда портключ резко выдернул их обоих из лаборатории и закрутил в вихре, перенося на многие тысячи километров на север.