Заунывные полуночники

Приготовление Империо по стечению обстоятельств требовало от Северуса минимального участия в процессе. Ему лишь необходимо было оставить заунывники в едва теплой воде на медленном огне на три недели. Слезы медленно прореагировали с соком заунывников, которые почти растворились за этот срок, и двадцать дней спустя всё, что ему осталось сделать — нагреть воду, в которой раньше плавали соцветия, до кипения, выпарить слезы, конденсировать в новый сосуд и закупорить при комнатной температуре. Для конечной цели требовалось лишь многократно разбавить слезы водой в нужной пропорции. Всё было просто, изящно и даже отчасти красиво. Конечное зелье имело вид воды, вкус воды и запах воды. Не меньше и не больше. Идеальное Империо. Закупоривая готовую прозрачную жидкость, он совершенно некстати вспомнил, при каких обстоятельствах готовил это зелье в прошлый раз. До этого он брался за изготовление жидкого Империо один-единственный раз в жизни. Тёмный Лорд, вернувшийся к жизни на холодном кладбище Литтл-Хэнглтона, призвал Северуса к себе вскоре после первого сбора Пожирателей смерти. Метка на руке после возвращения бывшего хозяина к жизни горела огнем почти беспрестанно, не давая отдыха ни днем, ни ночью. Возможности отказаться от визита не было. К тому же он и не искал этой возможности, ведь Дамблдор целиком и полностью выступал за то, чтобы Северус без лишней задержки ответил на вызов. Тёмный Лорд в первые недели был крайне слаб и уязвим, его новый внешний вид наводил оторопь даже на самых верных и искушенных его последователей, ведь многие из них знали и помнили, как выглядел Том Риддл в самом начале своего могущества. Северус не соврал бы, если бы сказал, что в стане Пожирателей не было прежнего единства и многие были совсем не в восторге от новой встречи с хозяином. Тёмный Лорд, впрочем, чутко уловивший привкус смятения на той самой первой встрече со своими приспешниками, не стал медлить. Дождавшись, когда же Снейп перестанет, наконец, сопротивляться вызову метки и явится к нему на поклон, он встретил его щедрой порцией Круциатуса за промедление и удивительно ненавязчивой просьбой изготовить для него зелье-Империо, которое можно было бы выпить, не заметив при этом вкус зелья, и которое не требовало бы постоянного магического усилия, в отличие от традиционного заклинания Империус, для которого нужна была изрядная магическая сила. Сила, которой, на тот момент, Тёмный Лорд, очевидно, не располагал. Северус отчетливо помнил то ощущение полнейшего опустошения, которое накатило на него в директорском кабинете, когда Дамблдор, выслушав его доклад о визите к Тёмному Лорду, загорелся, словно елка на рождественской ярмарке. Слова до сих пор эхом отдавались в голове: «Чудесно, Северус, просто чудесно. Идеальная возможность вернуть себе расположение Тома». Дамблдор до последнего называл Тёмного Лорда исключительно по имени, что бесконечно раздражало Северуса. Наверное, оттого, что осознавать, что ты с завидной постоянностью корчишься на полу от Круциатуса, до крови прокусывая губы и пуская слюни, по вине какого-то там Тома, было куда болезненнее для собственного самолюбия, чем когда того с придыханием страха называли «Тот-Кого-Нельзя-Называть» или с подобострастием — Тёмный Лорд. Как бы то ни было, узнав о его желании заполучить Империо в виде зелья, Дамблдор разве что не хлопал в ладоши от предвкушения. Впереди Северуса ждали летние каникулы, отсутствие вечно галдящих студентов в Хогвартсе и Запретная секция библиотеки, по велению Дамблдора предоставленная в его полное распоряжение. К сентябрю зелье было готово. Новая встреча, собравшая практически всех до единого Пожирателей смерти, была ознаменована поднятием бокалов с вином за новые свершения их великого повелителя. В каждом из бокалов находилась лишь капля нового зелья, но клятва «навечно служить верно, не отрекаться от Тёмного Лорда, нашего могущественного повелителя, даже под страхом мучительной смерти» сделала свое дело. Лишь единицы из сторонников Тёмного Лорда могли впоследствии объяснить сами себе, почему настороженность и недоверие, вызванные возвращением хозяина, в одно мгновение сменились слепой преданностью и покорностью. Снейп поднял бокал со всеми, стоя по правую руку от него, и вместе со всеми произнес клятву. На тот момент он даже не знал наверняка, сможет ли сопротивляться действию Империо, но Дамблдор настаивал, что шанс вернуть доверие Риддла, несомненно, того стоил. На удивление, ему повезло — собственные слезы, ставшие основой для зелья, наделили его иммунитетом создателя.

* * *

Северус с легкостью смог оставить приготовленное зелье без присмотра в лаборатории, тем более, что внимания теперь требовали более неотложные дела. Например, отсутствие шрама на шее рисковало стать малоприятной проблемой, если Малфой вдруг решит неожиданно навестить его снова. Вечно заматывать шею платком Северус считал дурацкой идеей — он не прятал шрам до этого, не станет прятать его отсутствие и теперь. На ум приходил лишь магический артефакт, который сможет создать перманентную иллюзию наличия шрама на шее. Ему однозначно стоило снова наведаться в Лютный. И кроме того, полупустая полка с самыми разными вариантами Оборотного недвусмысленно намекала на то, что пополнить запасы ему стоит в самое ближайшее время. Торговец в полуподвальной темной лавке, скрытой от любопытствующих чарами отвлечения внимания, долго торговался, настаивая на запредельно высокой цене. Северус сбил цену за артефакт, который представлял собой тонкое серебряное кольцо, ровно в два раза, расплатился наличными галлеонами, которые Люциус оставил на проект Империо, и аппарировал из тихого закоулка назад во Францию. Без промедления надел кольцо на безымянный палец, в нетерпении стремясь вернуться в дом и проверить у зеркала, работает ли артефакт так, как было обещано продавцом. На ступеньках дома обнаружился Поттер — сосредоточенно читал, уткнувшись носом в какую-то книгу и бессознательно ковырял носком ботинка землю, пачкая собственную обувь. Приближения Снейпа он, похоже, даже не заметил и только услышав шорох шагов по гравийной дорожке, поднял голову. В упор уставился на Снейпа с нечитаемым выражением лица, дожидаясь, когда же Снейп подойдёт ближе. Книгу Поттер демонстративно держал перед собой на вытянутых руках, так что прочитать название не составило труда: «Запрещенные растения в Тёмных искусствах и где их найти» — истертая золотая надпись вязью вилась по кожаной обложке. Однако… Северус ровно до этого момента не без основания полагал, что в магическом мире остался один-единственный экземпляр этой книги и что тот надежно спрятан в Запретной секции Хогвартской библиотеки. Получалось, впрочем, что нет. Надо было не забыть потом спросить у Поттера, где он её раздобыл. Сейчас ему явно не дадут возможности задать этот вопрос. Северус прошел мимо, поднялся по ступенькам, проигнорировав возмущенно молчащего Поттера. Едва он успел взяться за ручку двери, как Поттер подскочил следом, больно схватил его за плечо, с силой развернул к себе, вынуждая посмотреть в глаза. Снейп на короткое мгновение оказался зажат между Поттером и дверью — от Поттера волнами шло тяжелое, едва сдерживаемое напряжение, воздух искрил магией, и рискни один из них вытащить палочку в этот момент, Северус не осмелился бы предположить, чем это молчаливое противостояние закончилось бы. Северус нырнул под руку Поттера в сторону, с легкостью высвобождаясь, а точнее вытекая, как ртуть, из жесткой хватки, сделал предостерегающий шаг в его сторону, вытаскивая из рукава палочку, но тут же благоразумно направил ее вниз и отбросил в сторону. Поттер проследил за его движениями неотрывным взглядом и молниеносно сменил позу, подобравшись, как хищник, готовый к нападению в любую секунду. Именно в этот короткий миг Северус с обезоруживающей ясностью осознал, что, реши Поттер напасть, он с ним не справится. Не сейчас, когда внутри Поттера клокотала яростная магия, рискуя вырваться наружу в любую секунду, сметая всё на своем пути. Приняв в одночасье решение, что лучшая защита в данном случае — это нападение, Северус сделал резкий выпад вперед, схватил Поттера за кисть, резко вывернул тому руку, принуждая нагнуться, толкнул лицом в землю, и, не отпуская руки, тяжело навалился сверху. Поттер затравленно дышал, не оставляя отчаянных попыток выбраться. Улучив момент, ударил ногой, попав ботинком по лодыжке. Северус, чертыхнувшись, заломил вывернутую руку выше, Поттер застонал от боли, но наконец-то прекратил свои бессмысленные попытки освободиться. Прижимая Поттера коленом к земле и все еще удерживая его руку в неестественном положении, Северус с трудом выровнял дыхание и по слогам проговорил: — Поттер, сейчас я тебя отпущу. Ты медленно перевернешься на спину, отбросишь палочку в сторону и предъявишь, наконец, словами через рот свои претензии. Кивни, если понял. Северус ослабил хватку, дождавшись резкого кивка от Поттера, отпустил руку и убрал колено. Он чувствовал себя словно безумец, который открывает клетку перед свирепым хищником, запертым внутри, не позаботившись при этом о путях отступления. Поттер медленно перевернулся на спину. Сжал кулаки и, сверля его взглядом, с усилием подчинил себе разбушевавшуюся магию. С трудом поднялся, сел, подтянув колени к груди, опираясь спиной на закрытую входную дверь. Задышал размереннее, медленно моргнул, вытер тыльной стороной ладони пот со лба и, наконец, не сводя с него взгляда, зло бросил: — Что ты приготовил из заунывников? Ну наконец-то человеческое общение. Северус не помнил, когда в последний раз он был так счастлив услышать от Поттера вопрос. Не сводя с мальчишки взгляда, он присел, на ощупь подобрал валяющуюся на земле книгу и подтолкнул её к Поттеру. Поттер книгу подобрал и снова напряженно уставился на Снейпа. — Поттер, не изображай из себя большего идиота, чем ты есть на самом деле. Если ты за три недели сумел отыскать нужную книгу, сумеешь отыскать в ней и ответ на собственный вопрос. Вперёд. Поттер подчинился, открыл книгу на нужной странице и хрипло начал читать: «Заунывники — невысокие магические растения с бледными соцветиями, исчезающий вид. Произрастают в холодном климате вдали от населенных пунктов, встречаются преимущественно на севере Шотландии, Финляндии…» — Поттер прервался и продолжил скользить глазами по строчкам, читая про себя. Найдя нужные строки, возобновил чтение: «Питаются слезами волшебников, расцветают ночью. Контакт с соцветиями приводит к временному лишению воли. В отличие от других растений, способны воздействовать и на тех магов, которые владеют легилименцией…» — Поттер помолчал и прочитал последнее примечание: «Противоядие не обнаружено». Закрыл книгу, едва слышно неверяще проронил: — Это Империо?! — Умница, Поттер, мозги в твоей голове всё же отыскались. Поздравляю, — язвительно протянул Северус, скрывая за насмешкой нервное напряжение. Поттер снова вмиг подобрался и его магия, уже почти успокоившаяся, снова взметнулась, стремясь прорваться наружу. Северус тяжело выдохнул: — Поттер, уймись. Поттер взорвался, с силой припечатал по словам: — Какого хрена ради этого долбаного Империо… Северус не выдержал, раздраженно перебил: — Какого хрена ты оплакивал своих мертвецов, да, Поттер? Поттер отшатнулся, словно Снейп со всей силы залепил ему пощечину. — Какого хрена ты чуть не загнулся, Снейп… Ради какого-то долбаного Империо… поверить не могу. Поттер уронил лицо на руки, сложенные на коленях, не в силах больше на него смотреть. Получи, Северус, такая мысль тебе не приходила в голову? Что все светопреставление из-за чего? Из-за тревоги за него? Такого поворота событий он уж точно не ожидал. Поттер, так и не отняв рук от лица, глухо прошептал в растерянности: — Ты сварил Империо против меня, Снейп? Одной единственной фразой Поттер вывернул всё наизнанку, принуждая его к оправданиям… к объяснениям. Немыслимо. Снейп нагнулся, подобрал брошенные палочки, подошел к Поттеру вплотную. Тот попытался было отшатнуться, но не успел. Северус сжал его плечо, потянул наверх, за собой и глухо произнес: — Пошли в дом. Осточертело стоять на ветру. Поттер с неохотой поднялся, но всё же проследовал за ним. Снейп, не оглядываясь, прошел в гостиную, подошел к каминной полке, налил на один палец виски себе, и столько же Поттеру, протянул тому бокал и взглядом указал на кресло: — Садись, разговор будет долгим. Сам он занял кресло напротив, задумчиво перекатывая янтарную жидкость в бокале. Поттер поколебался ровно одно мгновение, но все же прислушался и тяжело опустился в кресло. Поморщившись, отхлебнул виски, сползая в кресле еще глубже. Судя по виду, Поттера крыло откатом за неконтролируемый всплеск собственной магии. Еще минут двадцать-тридцать он будет кротким и послушным. Стоило использовать подвернувшуюся возможность. — Это зелье приготовлено по заказу, насколько мне известно, не против тебя. Впрочем, внутренне Северус признался самому себе, что ему, собственно, вообще мало что известно. Поттер, разглядывая что-то в собственном бокале, понуро спросил: — Малфой совсем охренел давать тебе такие заказы? Это могло бы быть даже трогательно — то, как горячо Поттер переживает за него. Если бы не было так обременительно. Северус пару долгих мгновений обдумывал, стоило ли рассказывать Поттеру, и потом, всё же решившись, добавил: — Заказчик не Малфой… Поттер вскинул голову и вопросительно уставился на него: — А кто же? Снейп вздохнул, отпил маленький глоток виски: — Английское министерство. Поттер, затравленно на него глядя, дернулся. Было заметно, что он в первые пару секунд отказывался поверить в то, что только что услышал. — Особым пожеланием было, чтобы зелье воздействовало и на легилиментов. Тебе это о чем-то говорит, Поттер? Поттер, пребывая всё в том же состоянии заторможенности, медленно кивнул: — Кто-то точит зуб на меня… или на тебя, Снейп. Бинго. Поттер, несмотря ни на что, всё еще что-то соображал. Северус не спеша допил свой виски, отлевитировал пустой бокал на полку и так же ровно продолжил: — К счастью для тебя, Поттер, и для меня, в приготовленном зелье основной ингредиент — твои и мои слезы. И я могу с почти стопроцентной уверенностью утверждать, что зелье ни на тебя, ни на меня не подействует. Поттер ему, похоже, верил. Медленно кивнул. Северус, удерживая на себе всё пристальное внимание Поттера, спокойно добавил: — Однако исключать такой возможности всё же нельзя. Чтобы знать наверняка, надо испытать зелье. Согласен? Скривившись, он тут же подумал, что проще, конечно, сказать, чем сделать. Фактически он предлагал Поттеру выпить Империо и сдаться ему на милость. Поттер откашлялся и уточнил: — Как оно действует? Ты знаешь? — Да, Поттер, знаю. Вопрос «откуда» так и остался незаданным. Похоже, к Поттеру полностью вернулся контроль над самим собой. И правда, мальчишка подобрался, сосредоточился и приготовился слушать объяснения Снейпа. — Действие строго ограничено по времени, через полчаса или час максимум эффект проходит сам по себе. В этот промежуток времени маг теряет возможность сопротивляться воле другого мага и будет слепо подчиняться приказаниям, произнесенным вслух. Но властью обладает только тот маг, который знает, о том, что ты принял Империо. Пока всё понятно? Поттер кивнул, обдумывая полученную информацию. Северус, пристально следя за ним, продолжил: — Чтобы сопротивляться действию зелья, ты должен не сопротивляться. Мальчишка бросил на него удивленный взгляд. — Да, Поттер, важно ощутить, как зелье заполняет тебя, лишает тебя силы воли, прочувствовать его действие, ощутить эффект, поддаться, чтобы в самый последний момент обмануть и сбросить с себя морок Империо. Поттер сел в кресле прямо и застыл, осмысливая сказанное Снейпом. Допив залпом виски, твердо, с нажимом произнес: — В одиночестве я это зелье пить не собираюсь. Северус, застигнутый врасплох, вопросительно изогнул в немом вопросе бровь. — Да, Снейп. Один я это пить не буду — или ты составляешь мне компанию, мы одновременно принимаем зелье и выясняем в ближайший час друг на друге, какой эффект оно имеет и на меня, и на тебя или ты отсылаешь зелье Малфою, как и собирался, и будь что будет. Поттер ставил ему условия. Загонял в угол — без возможности выбора, без возможности отказаться. Брал на слабо. Он не мог ему этого позволить. — Хорошо, Поттер. Жди здесь. Он вернулся из лаборатории с двумя стаканами воды и флаконом с приготовленным зельем и на глазах у Поттера добавил в каждый из стаканов по капле, демонстрируя прозрачность своих намерений. А то с Поттера станется решить, что он его обманывает. Один стакан с Империо Северус протянул Поттеру. Тот зелье забрал и с любопытством поднес стакан к глазам, разглядывая жидкость на просвет. — Это вода, Поттер, в которой есть капля твоих и моих слез. Не передумал? Поттер мотнул головой и залпом выпил воду. Снейп, помедлив секунду, последовал его примеру. Каждый из них замер в своем кресле, что стояли друг напротив друга. Снейп старался прислушаться к себе, понять, ощущает ли он хоть какой-то эффект. Поттер, судя по задумчивому виду, занимался примерно тем же. Пока Северус не чувствовал ровным счетом ничего и спокойно обратился к Поттеру: — Ты первый. Прикажи мне что-нибудь. У тебя двадцать минут. Поттер кивнул, задумался, после чего небрежно бросил: — Приготовь мне кофе. Северус на крохотный мимолетный миг ощутил порыв подняться с кресла и отправиться на кухню. Зачем — он не совсем понимал. В голове текли вязкие неповоротливые мысли. Он уже привстал было с кресла, но в последний момент ухватился за подлокотники. Сел обратно. Воспоминания о том дне, когда в первый и единственный раз пил это зелье, стоя по правую руку Тёмного Лорда, были весьма смутными, но он совершенно четко помнил, что вот эта вата в голове, которая сейчас коконом обволакивала мысли, тогда точно не ощущалась. В этот раз что-то было по-другому. Стоило ли начинать нервничать? Собравшись, он четко произнес: — Поттер, ты теряешь время. Кофе я тебе готовить не собираюсь. К тому же ты его все равно не будешь пить. Сообрази что-нибудь поинтереснее. Желательно то, чего ты действительно хочешь. Поттер, которого уже, похоже, тоже накрыло действием зелья, утратил свою былую резвость и, медленно роняя слова, произнес: — Расскажи мне… Северус раздраженно прервал его и с нажимом сказал: — Поттер — то, чего ты действительно хочешь… Слова дались ему с трудом, противиться действию зелья стало сложнее. Накатила волна удушливого жара, который заполнил внутренности, поднялся к лицу вверх. Северус в попытке справиться с ним, расстегнул на рубашке верхнюю пуговицу, откинулся в кресле назад, силясь совладать с действием зелья и не спуская с Поттера пристального взгляда. Он заметил, что Поттер тоже раскраснелся, щеки залил лихорадочный румянец. Вдруг Поттер переменился в лице, заскользил по нему цепким взглядом, остановился на расстегнутой пуговице и хрипло прошептал: — Разведи ноги в стороны, Северус. В голове что-то взорвалось, посылая вспышку острой головной боли в виски. «Поддаться, Северус, тебе надо поддаться словам Поттера» — настойчиво шептал внутренний голос, взывая к благоразумию. Он машинально развел колени в стороны, с благодарностью ощущая, как головная боль отступает. Поттер подался в кресле вперед и хищно впился в него глазами. Закусив губу до крови и не выдержав борьбы с самим собой, приказал снова: — Расстегни ширинку. Рука против воли дернулась вниз, повинуясь желанию Поттера. Тот, едва дождавшись, когда молния скользнет вниз, жестко потребовал: — Оближи пальцы… — с хриплой заминкой, — и приспусти белье. Северус поднес ладонь к лицу, разглядывая ее с отстраненным интересом. Разум отказался от последней попытки сопротивляться. Он машинально облизал губы, медленно погрузил большой и указательный палец в рот и, плотно обхватывая их губами, перевел взгляд на Поттера. Тот следил за каждым его движением — руки, до боли сжимавшие подлокотники кресла, мелко подрагивали. Поттер развратно приоткрыл рот, на лбу выступила испарина. Северус медленно приподнял бедра, приспустил брюки вместе с бельем. Поттер, издав какой-то задушенный звук, с трудом проговорил: — Дотронься до себя. Скользкие пальцы обвили колом стоящий член. Северус откинулся на спинку кресла, провел ладонью по стволу. Наблюдающий за ним Поттер хрипло выдохнул. Рука скользнула вверх, вниз, наращивая темп. Он закрыл глаза. На секунду застыв и не открывая глаз, он жестко приказал себе остановиться. Но тело не хотело подчиняться и виски пронзило острой болью тут же, стоило ему прекратить движения. Северус через зубы резко вдохнул и толчками выпустил из легких воздух. Он… не. будет. дрочить… на глазах. у Поттера. В голове взорвался огненный шар, застилая закрытые веки кровавой пеленой. Ослепленный болью, он зло выплюнул: — Вставай, Поттер. Поттер издал разочарованный стон и медленно поднялся. — Иди сюда. Поттер сделал нетвердый шаг к его креслу и Северус, сам не веря собственным словам, приказал: — На колени, Поттер. Поттер замер на секунду, с силой зажмурил глаза, скривившись, — стремясь воспротивиться действию зелья, — но потерпел поражение и покорно опустился перед ним на колени. Северус потянулся, зарылся рукой Поттеру в волосы на затылке, жестко прижимая его голову ближе и, не отводя взгляда, надсадно выдавил: — Возьми в рот. Поттер, взирающий на него снизу вверх, подчинился. Медленно закрыл глаза, открыл рот и вобрал в себя головку члена. Застыл. Северус надавил на затылок. — Давай, Поттер. Мальчишка дернулся, попытался взять член глубже в рот и неумело засосал, стараясь не подавиться. Прошелся языком по стволу, выпустил член изо рта и вскинул на него взгляд, полный внутренней борьбы. Северус, теряя последние крохи контроля над собой, сжал волосы на затылке сильнее и направил член в восхитительное тесное тепло. Толкнулся раз, другой, третий. Губы обхватили ствол сильнее, засосали с удвоенной силой. Оргазм накрыл его душной волной и он содрогнулся, выталкивая из себя вязкие капли. Поттер, сглатывая, поперхнулся и попытался дернуться в сторону, но Северус всё еще крепко удерживал его за затылок, не позволяя отклониться. Долгое мгновение спустя они оба синхронно вздрогнули — крупная дрожь прошлась по телу, означая окончание действие Империо. В голове моментально прояснилось. Северус опустил на Поттера тяжелый взгляд — губы распухли, из уголка рта стекала белая дорожка. Поттер, встретившись с ним взглядом, порывисто вытер тыльной стороной ладони рот и в панике отпрянул, стараясь высвободиться из крепкой хватки и отвернуться. Осознание того, что только что произошло, накрыло Северуса липким отвращением к самому себе. Он подхватил сопротивляющегося Поттера под мышки, подтянул к себе вверх, крепко прижимая к себе, обнял и поднялся вместе с Поттером на ноги. Мальчишка, прижатый к его груди, притих, но тут же, не сдержавшись, задушено всхлипнул: «Зелье не подействует, да, Северус?» — и в отчаянии замолотил со всей силы кулаками по его груди. Северус не сдерживал его, не пытался остановить. Вскоре Поттер вымотался и в изнеможении уронил голову ему на плечо. Пытаясь хоть что-то исправить, Северус аккуратно отцепил Поттера от себя, постарался поймать его взгляд и обреченно проронил: — Хочешь, я… Поттер дернулся от фразы, без труда догадавшись, что предложит сейчас Снейп: — Что, Северус, предложишь стереть мне память? Северус медленно кивнул. — Нет, спасибо. Если ты помнишь, на меня не действует Обливиэйт. К тому же было бы жаль не запомнить свой первый минет, пусть и не слишком удачный, — при этих словах Поттер горько усмехнулся. Северус затравленно посмотрел на Поттера, последняя фраза с трудом добралась до шокированного разума. Он что, никогда не… Слова, сказанные Поттером, плохо соотносились с тем, с какой уверенностью действовал Поттер тогда, в ванной, три недели назад. Но сейчас Поттер не врал. Северус обхватил себя руками, надеясь вернуть себе хоть крохи былого контроля, отвернулся от Поттера, шагнул к окну, открыл его и, не оборачиваясь, вышел наружу. Легкий порыв ветра поднял с каменного пола ворох пожухлых листьев, закружив их по террасе. Подойдя к краю, Северус до боли вцепился пальцами в перила балюстрады и безучастно уставился на вечерний пейзаж перед глазами. Догорал последний день января. Поттер неслышно вышел на террасу следом, встал рядом с ним, набрал полную грудь свежего вечернего воздуха. Его пальцы, комкавшие сигарету, мелко дрожали. Поттер попытался поджечь спичку, но руки его не слушались. Не выдержав поттеровских мучений, Северус забрал у того коробок, поджег спичку и, накрыв огонь рукой, поднес его к сигарете. Поттер резко выдохнул, с наслаждением затянулся и, подняв к небу голову, выпустил струйку дыма. Северус отрешенно следил за тем, как медленно загорается и снова потухает огонек на конце сигареты, как дым тонкой нитью поднимается вверх, исчезая в воздухе. — Ты куришь? — неслышно проронил он. Поттер отрицательно помотал головой и неспешно затянулся снова. — Вообще-то нет, Гермиона мне голову оторвет, если узнает. Только когда не могу успокоиться по-другому. Хочешь? — Поттер протянул ему зажженную сигарету. Северус пару секунд раздумывал, потом согласно кивнул и забрал из пальцев Поттера сигарету. Поттер, почувствовав тепло его руки, на долю мгновения удержал его за запястье, провел пальцами по внутренней стороне ладони, лаская. Северус не выпустил руку Поттера, невесомо потянул его к себе и качнулся, наклоняясь к лицу. Собрал губами терпкий дым на выдохе Поттера, едва касаясь, провел языком по раскрывшимся губам. Поттер подался вперед, стараясь продлить поцелуй. Северус оторвался, провел пальцем по щеке, неслышно прошептал «мне жаль…» и затянулся сигаретой, отворачиваясь. Так они и стояли плечом к плечу, наблюдая, как солнечный шар лениво опускается за холмы на горизонте. Вдруг Поттер повел плечами от холода и с запинкой тихо сказал: — В конце концов, ты же не знал, что зелье подействует именно так, — на секунду запнулся, и с тревогой продолжил, — не знал же, Северус? Северус повернулся к Поттеру, и, глядя прямо в глаза, так же тихо ответил: — Нет, Гарри, не знал. Поттер выдохнул, отмирая, неожиданно для них обоих добавил: — К тому же я первым начал… Мерлин, с усталостью подумал Северус, Поттер еще пытается его утешать. Невероятно. Он стряхнул пепел, отдал Поттеру недокуренную сигарету и вошел в дом. Поттер докурил и вернулся следом.