who are you?

— Если ты это наденешь, я тебя покусаю. — Ёнджэ придирчиво рассматривал рубашку в его руках. Обычную, непримечательную темно-синюю рубашку. Джебом кинул вещь на пол. Комната была наполнена музыкой и смехом. Он доставал вещи одну за другой и получал возмущенные комментарии Чхве. Вскоре большая часть пола возле кровати была скрыта вещами и Джебом обессиленно рухнул на эту кучу. — Выбери сам, у меня кончились силы. Ёнджэ вскочил с кровати, его розовые волосы качнулись в такт движению, и он направился к шкафу. Подпевая какой-то песне из своего плейлиста, он долго копался в одежде друга и, торжественно хлопнув в ладоши, протянул ему стопку черных вещей. Парень напротив улыбнулся и жестом показал ему на ванну. — Быстро, хочу тебя в этом увидеть. Когда Джебом вышел и посмотрел на себя в зеркало, он подумал, что выглядел хорошо. Даже не так, он выглядел горячо и ему это нравилось. — Я всегда знал, что у меня отличный вкус. — протянул Ёнджэ, подходя ближе и теперь они смотрели в зеркало вместе. Обычные черные джинсы, черная водолазка, сверху черная джинсовая рубашка с коротким рукавом. Сначала ему показалось, что он будет выглядеть мрачно и скучно для вечеринки, но результат его приятно удивил. А потом Чхве прицепил что-то к его ремню. Три серебряные цепочки протянулись вдоль его бедер. — Завершающий штрих и теперь мы готовы! — Как раз вовремя, Марк уже весь телефон мне оборвал. — Ни минуты прожить не может без нас. — Ёнджэ снова широко улыбнулся и протянул ему руку. Когда Джебом переплел их пальцы, он открыл глаза. Комната была наполнена солнечным светом и из приоткрытой двери слышались голоса. Он взял телефон с прикроватной тумбочки: 9:37, два пропущенных от мамы, сообщение от доктора Пак. Она перенесла сеанс на вечер из-за концерта младшей дочери. Джебом быстро набрал маме сообщение, что он в порядке и собирается ещё поспать и, получив улыбающийся смайлик в ответ, встал с кровати. На кухне он нашел Марка, Джексона и Бэма. Первый суетился в попытках приготовить завтрак, пока остальные парни смеялись над ним. — Я не могу готовить в таких условиях. Почему вы смеётесь? Будто вы не знаете, что я не умею! — Марк, не кипятись. — Джебом шагнул в освещённую солнцем кухню и поймал улыбки друзей. Ему грело душу то, что при виде него в их глазах зажигалась та же радость, что и вчера. Искреннее облегчение. — Я абсолютно спокоен, Джебом. — Ага, конечно, у тебя даже лицо покраснело, не злится он. — отшутился Бэм и едва не получил подзатыльник. — Какие планы на день? — Джексон кивнул в сторону Има и тот пожал плечами. Чем он мог заняться? Гулять ему не хотелось и едва ли его тело смогло бы выдержать долгую прогулку. Куда-то ехать тоже желания не возникало, так что Джебом, признаться честно, рассчитывал остаться дома и почитать пару пропущенных лекций или банально посмотреть фильм, один из сотни, что он пропустил. — Думаю останусь до.. — Джинен хочет с тобой поговорить. — Марк не церемонился и сказал это резко и холодно. Он всегда жил по принципу, что пластырь с раны лучше содрать одним резким движением. — Сказал, чтобы зашёл к нему, как проснешься. Он у меня в комнате, можешь сходить, пока я вожусь тут. — Спасибо, эм, тебе не нужна помощь? — У меня вон два эльфа-помощника сидят, справимся. . . . — Марк сказал ты хочешь поговорить. Джебом заглянул в комнату друга и увидел Джинена на кровати. Он всё ещё был в пижаме и под одеялом, но Им понял, что это защитная реакция и попытка окружить себя комфортом. Доктор Пак говорила так, когда он притягивал к себе ноги и натягивал рукава толстовки ниже. — Садись. Да хотел, но вчера это казалось хорошей идеей, а сегодня мне как-то не по себе. — Ты можешь сказать мне что угодно. — Ты правда меня не помнишь? Совсем? Джебом кивнул и заметил, как Пак сжался и прикусил губу. Неожиданно, скрытый в коконе из одеяла и с этим грустным, брошенным взглядом, Джинен показался ему маленьким. Он словно снял маску сильного и несломленного, что так активно демонстрировал вчера. — Прости. — вдруг прошептал парень. Джебом смотрел непонимающе и свел брови. — Я не знаю, что сказать кроме прости. Как правильно извиниться перед человеком, которого ты чуть не убил. — он хмыкнул и отвел взгляд. В комнате повисла тишина, а у Джебома в голове пустота. — Это был не ты, что ты, блять, несешь? — Ты не помнишь, не говори так. — Если я не помню, не значит, что у меня нет головы на плечах! Твой пьяный отец был за рулем и в первую очередь он чуть не угробил родного сына! — Джебом крепко сжал кулаки и пытался не повышать голос. Он не помнил Джинена, но почему-то ему очень не хотелось его напугать. Где-то на подсозонании он знал, что так делать нельзя, что Джинену будет плохо. А вот Пак на эмоции наоборот не скупился, резко подорвался и возмущение не скрывал: — Если бы ты помнил всё, ты бы не был так в этом уверен. Если бы ты помнил ту ночь, ты бы меня не простил. Парень схватил свитер со спинки стула и вышел из комнаты, оставив Джебома наедине с тишиной в голове.