Suspensus

Я потянулся к двери, проворачивая запылившуюся от времени темно-бронзовую, совсем немного потускневшую, ручку. Тяжелая с виду, она легко поддалась, открывая передо мной все такую же темную комнату. Но тут было ощутимо холоднее, чем в коридоре, мне даже пришлось обхватить себя руками. По размерам она была один в один, как моя, совпадала еще и по планировке: большая пыльная кровать прижата к правой стене, а напротив — массивный стол. Разве что здесь на стене около письменного стола висело круглое зеркало. Подходя к нему, я навел фонарик на пыльную отражающую поверхность, искусно обделанную бронзовую раму с причудливыми, все еще чуть блестящими, рисунками. Кончиками пальцев, совсем немного смахнул пыль времени с зеркала, на котором от моего прикосновения тут же осталось три полосы, которые теперь были ощутимо светлее, чем вся остальная часть изделия. Еще раз, наводя телефон на объект интереса, мной было замечено нечто темное и бесформенное прямо по центру помещения. Вздрогнув, я тут же развернулся: первым делом свет фонарика упал куда-то вверх, туда же мой взгляд: вместо люстры, висевшей у меня, на крюке была добротно закреплена плотная веревка, снизу — крепкий морской узел, коим основная часть была обмотана в несколько слоев, а дальше — волосы, профиль, руки и ноги. Висельник. Интерес брал вверх. Делая шаг вперед, я попытался рассмотреть человека, что в полумраке было довольно сложно. Приставив фонарик ближе, мне стало подвластно рассмотреть лицо: абсолютно умиротворенное и спокойное, ужасно бледное, а губы и область вокруг глаз — темно-синяя, шея, прямо рядом с петлей, сгнившего чёрного цвета, местами все еще синеватая, а где-то ярко видны некоторые разорвавшиеся сосуды. И лишь сейчас для меня сложилась полная картина лица. Это я. Сердце перестало биться на секунду. Я моментально рванул к выходу и как только подошел к двери лишь на самую малость ближе, ощутил ужасный холод. Тело сразу покрылось мурашками, а в горле пересохло. Как будто врезавшись в кого-то, была предпринята попытка пробраться к выходу еще раз, но мне казалось, будто что-то сдерживает меня. Развернувшись, я увидел перед собой Ричарда. Он стоял в шаговой доступности к трупу, моему трупу, как бы рассматривая его, обходя со всех сторон. Но его шаги были неслышными. Ричард находился в трех шагах от меня, но я чувствовал, как не могу сделать и шаг к выходу именно из-за него. — Выпусти меня отсюда! — крикнул я, пытаясь двинуться либо к нему, либо к выходу, но меня будто парализовало. Призрак молча продолжил рассматривать висельника, иногда задевая его: приподнимая голову, утопив взгляд на борозде, оставшейся от веревки, приоткрывая веки, поглядывая на закатившиеся зрачки, затрагивая уже синюю руку. — Дай мне пошевелиться, мудак! Пусти меня, в мой чертов год! — резко пытался дернуться нижней частью тела, но ноги были словно приклеены к полу. — Молодой человек, ну имейте вы хоть толику терпения, — на выдохе, но довольно громко ответил мертвец, — К тому же, вы еще не все увидели, — он от чего-то улыбнулся, подходя ко мне. «Насколько же красивая улыбка» — пронеслось в мыслях. Я почувствовал, как мои ноги будто бы освободились от оков и, делая подтверждающий этот факт, шаг вперед, подбежал к двери. Рывком распахивая ее, мне в глаза ударил яркий свет. Прямо передо мной промелькнула женщина в белом костюме, но, продолжая двигаться вперед, я будто бы прошел сквозь нее, не задев вовсе. — Прошу Вас, имейте чувство такта! Конечно, вы не заденете Миссис Холл, но будьте хоть немного осторожнее, — услышал я голос Ричарда за своей спиной. Поравнявшись со мной, призрак демонстративно отдернул на себе черную рубашку, закатывая рукава, оголяя кровавые запястья и темные руки до локтя. — Краткий экскурс специально для Вас по 1935 году, — его лицо вновь озарила улыбка, а сам юноша указал рукой на переполненный людьми коридор. Я огляделся по сторонам: все вокруг выглядело почти так же, как и в 2019, разве что гораздо светлее. Быть точнее, то по самому центру коридора красовалась большая блестящая люстра, светившая настолько ярко, что мне стало резать глаза, а на стене, между дверьми в номера, висели маленькие бра, по тону того же бронзового цвета. Я узнал и эти темно-зеленые обои с золотым рисунком, которые здесь выглядели совершенно новыми, и картины в позолоченных рамках, сверкающие новизной, и ковролин, все еще выглядевший как после покупки, даже при условии, что прямо по нему сейчас щеголяли несколько женщин в туфлях на низком каблуке, увлеченно щебеча о чем-то забавном для них. Я обратил внимание на одежду женщин: все они были одеты в яркие приталенные костюмы, состоящие из юбки, чуть ниже колена, и пиджака, плотно закрепленного широким поясом на талии. У каждой в руке дымилась сигарета, но держали они их на странной черной трубочке, постукиванием по которой легко ссыпался пепел. — Миссис Холл, Миссис Джонс и Миссис Браун приехали в это захолустье лишь на несколько дней, пока их мужья оттачивают мастерство на охоте. Уже успели стать настоящими подругами, разве что понятие «дружбы» включает в себя лишь обсуждение каверзных слухов, — Ричард чуть свел брови к переносице, провожая женщин презрительным взглядом в след, — И обсуждение моей персоны не обошло их следом. Какие только слухи они не собрали. — А было с чего? — спросил я, все рассматривая такой непривычный для меня вид отеля. — Полагаю, вполне. Конечно, будь мое появление в этом месте при других обстоятельствах, так я бы, может, и согласился самую малость поохотиться с их мужьями, но едва ли мне было до этого тогда! К слову, один момент, — он поднял кровавый палец вверх, а потом ладонью указал на выход, — А вот и я. Явился щегол, до чего нервный, будто бы что-то ему подвластно изменить! — мертвец даже почти рассмеялся, но как будто тут же отдернул себя, вновь напуская привычный вид. Я тут же стал посматривать в ту сторону до тех пор, пока моему взору не пристал словно бы другой Ричард. Не могу сказать, что он моложе, выглядит почти так же: те же длинные спутанные черные волосы, те же приятные черты лица, но сейчас его глазницы были нормального цвета, что я смог рассмотреть голубой цвет глаз, который на мертвеце был лишь светлым, почти неразличимым. Его шея и руки не были чёрными, моему взору вместо алой крови предстали аккуратные длинные ухоженные кисти рук. Но, стоит признать, что выглядел тот очень хаотичным, будто бы напуганным: запустив всю пятерню в волосы, тянул себя от корней, морщась при этом; один рукав рубашки был опущен по запястье, а другой же подвернут к локтю; да и в целом под глазами залегли синяки, а зрачки до пугающего сужены. Не замечая проходящих дам, он лишь плечом задел одну из них. — Мистер Олсон, будьте хоть немного почтительным к девушкам! — затрепетали они, как одна, сливая тонкие и писклявые голоса в один бестолковый щебет. — Будьте хоть немного менее болтливы, вас не красит, да и прижимайтесь ближе к стене, сделайте услугу, — кинул молодой Ричард на ходу, пробегая в комнату номер двадцать один. Я бросил взгляд на мертвеца, на что тот лишь приподнял плечи и чуть развел руки по сторонам: — Эта троица все еще мне не импонирует, я прекрасно понимаю себя 84-летней давности. Договорив это, призрак двинулся за своей юной копией к номеру, а мне ничего не оставалось, кроме как последовать в ту же сторону. Прижавшись к стене, мы стали наблюдать за действиями молодого Ричарда: юноша, крепко вцепившись в черную телефонную трубку, попеременно постукивая пальцами по столу, почти кричал что-то в микрофонный капсюль. — Думаю, пора раскрыть все карты, — начал разъяснять призрак, — Ни в коем случае не оправдываюсь, но жизнь — действительно довольно странная и жестокая, порой, до ужасного. И каждому свойственно делать ошибки, самое главное, чтобы они не были роковыми. Я всегда пытался оберегать свою младшую сестру, сказать по правде, так как она была самым дорогим и близким мне человеком. И я просто не мог стерпеть, что родители хотели выдать ее замуж в столь юном возрасте за мужчину, который был старше ее, да почти натуральным старцем! Мало того, даже слепцу было понятно, что он далеко не тот, за кого себя выдает. Натуральный щегол! А еще и тот телефонный разговор… Понимаешь ли, когда мной было услышано, что мою сестру ждет смерть, а брак — это лишь способ получения денег, я просто не мог смотреть в глаза этому проходимцу. Тем не менее, родителями не было принято ни единого действия, чтобы хоть немного проверить подлинность моих слов. Так и пришлось брать все в свои руки. Конечно, я не вершитель судеб, да все и не должно было пойти именно так… Я наблюдал за юным Ричардом, который, закончив телефонный разговор, вцепился руками за голову и громко простонал. Проводя ногтями по рукам, он упал на дубовый стол, а потом секундно вскочил и, одним лишь движением, перевернул его, что массивное дерево тут же с грохотом упало на ковролин. — Я должен был лишь отравить его тихо, незаметно. В конце концов, кто знает, кого еще мог убить этот изверг. Но все пошло совсем не так. Бокал с ядом был выпит сестрой, она не протянула и до приезда врачей, все было так моментально. Я не мог больше смотреть в глаза своей семье, вина чувствовалась слишком явно, съедала изнутри. Пришлось пуститься в бега, но… Вы слышали, полиция близка, а значит, что меня ожидала смертная казнь за убийство. Чувство ответственности за ее жизнь, последний взгляд в глаза родителям после этого — все это нагнетало обстановку, — мертвец замолчал, указывая рукой на молодую версию себя. Тем временем Ричард из прошлого панически, дергаными движениями, связывал тот самый узел для петли. — Поймите правильно, суицид — слабый поступок, но разве был запасной вариант? Знай я, что навсегда останусь в этом отеле, может быть и согласился на казнь, но не в тот момент. Ричард делает первый шаг на стул, как вдруг чувствую, как мертвец толкает меня в плечо: — Вам пора обратно. Настоящее заждалось Вас, да и сколько можно находиться в пыльном прошлом. — Нет, стой, что дальше? — вскрикнул я, чувствуя, что мои ноги вновь не повинуются, против моей воли направляя к выходу. Но призрак не послушал меня. Дверь из номера открылась и я, оглянулся последний раз на то, как молодой Ричард засовывает голову в петлю, а мертвец молча наблюдает за этим. Дверь в прошлое с хлопком закрылась, а вокруг вновь было холодно, сыро и в нос ударил запах пыли. Я огляделся: вновь темный коридор. Доставая из кармана телефон, чтобы включить фонарик, уставился на дату: «04.01.2019 год» Какого черта?! Прошло уже два дня?!