Код безумия

      Сигнал тревоги отрывает Дани от программы, которую никак не удаётся отладить. В последнее время она слишком много времени проводит в мастерских, не говоря уж про год в плену, и слишком мало за компьютером. Навык нормального человеческого программирования утрачивается даже у неё.       Уже на бегу она просматривает подробности. Код жёлтый, значит, ужас-ужас, но не полная катастрофа. Срочный сбор инженерно-технического блока, а не вояк, значит, не нападение.       — Что случилось? — у входа в главный ангар Дани притормозила, едва не врезавшись в полузнакомого техника, выскочившего навстречу, судя по траектории, в сторону складов.       — Оптимус Прайм ранен.       Она кивнула и ещё больше заторопилась. То и дело кто-то из автоботов возвращался на базу, производя впечатление готового развалиться на части. Пожалуй, Оптимус отличался этим даже чаще остальной команды. Но если в этот раз ситуация заслужила жёлтой тревоги…       Внутри царит чётко структурированная суета. Все присутствующие движутся внешне хаотично, но на самом деле каждый знает свою роль. Звучат короткие команды Рэтчета, ему отвечает быстрый, как синяя молния, Джолт, среди инженеров мелькает знакомая фигура Микаэлы. Дани взмахивает руками, обозначая своё присутствие, и приступает к тому, что является её самой сильной стороной — к диагностике.       Всё-таки хорошо, что эта мастерская предназначена для совместной работы мехов и людей. Можно сходу, не тратя времени, взлететь по трапу на ремонтную платформу, пришлёпнуть обе ладони к помятой броне, а потом и гулко стукнуться в неё лбом. Должно быть, дурацкая поза со стороны, но Дани об этом не думает. Главное, что три точки контакта дают наиболее полное восприятие.       Слишком полное. Дыхание перехватывает, приходится потратить драгоценные секунды на то, чтобы убедить себя, что это не её сердце норовит остановиться. Хорошо, что у кибертронцев есть аналог потери сознания, когда, при критичных повреждениях, система самосохранения отключает энергоёмкий процессор, перенаправляя все ресурсы на выживание. Оптимус ничего не чувствует. В отличии от неё. Дани стискивает зубы, привычно подавляет собственное ассоциативное мышление, концентрируясь на чисто технических аспектах.       Множественные мелкие — относительно мелкие, — повреждения она игнорирует, сосредоточившись на здоровенной сквозной дыре в грудной клетке. Удар был нанесён в спину, каким-то массивным холодным оружием. Специфика строения кибертронцев такова, что мечи, булавы, пилы и тому подобное, казалось бы, примитивное оружие в их руках против них оказывается надёжней, чем самая навороченная пушка. Им сложнее пользоваться, но убивает оно эффективней.       Дани даже не пытается сосчитать перебитые кабели, трубопроводы, сломанные шарниры, потерянные детали. Самое главное и самое худшее — задета камера искры. Если бы удар был нанесён перпендикулярно плоскости тела, Оптимус умер бы сразу. Но клинок ушёл наискось, зацепив её, а не разрушив полностью, и это дало шанс.       Рэтчет всё-таки гений. Наложить заплатку на камеру искры в полевых условиях — это всё равно что в полевых условиях провести операцию на сердце. Только благодаря ему лидера автоботов успели довезти на базу живым.       — Это я виноват, — всхлипывает за спиной знакомый голос, нарушая сосредоточенность.       — Сэм, давай потом, — морщится Дани. Лоб и одну руку приходится освободить, чтобы повернуться к нему. Интенсивность ощущений падает, но ей всё равно достаётся достаточно чужой боли.       — Если бы не мои экзамены… И не моя глупость, — парень её не слышит, погружённый в своё горе. — Оптимус защищал меня. Если он умрёт…       — Прекрати ныть! — зло обрывает его Дани, всё же разрывая контакт, думать одновременно в двух разных направлениях слишком тяжело. — Я же рассказывала, они живучие твари. Раз дотащили сюда, всё будет в порядке.       — Я могу что-то?..       — Можешь! — больше всего ей хочется пинком скинуть его с платформы, чтоб не отнимал стремительно утекающее время. И внезапно возникшая идея решает эту проблему. — Тащи сюда свой осколок Всеискры. Может быть, удастся снова его активировать.       — Но ты говорила, только один раз…       — С Бамблби был второй. Два раза из двадцати, десять процентов, годный шанс. Понял, Сэм? Вали!       Избавившись от него, Дани снова прилипает к покорёженной броне Оптимуса Прайма.       Она соврала.       Заплатка Рэтчета — чудо техномедицины. Но это только временная мера. Энергия всё равно продолжает утекать. Рэтчет с помощниками торопятся, но успеют ли они исправить повреждения до того, как её потеря станет критичной?       Дани хмурится и кусает губы. Ей снова страшно. За Оптимуса, и за себя тоже. Почти два года назад, только начиная исследовать Мегатрона, она многое не понимала или интерпретировала неправильно. Но другие гипотезы обрастали подтверждениями. Угасающая искра кибертронца ударит откатом. Сейчас Дани не уверена, убьёт её это, повредит нервную систему или всего-навсего будет очень больно, но мало не покажется в любом случае.       Проще всего разорвать контакт и пойти помогать Рэтчету, как остальные. Но… Просто рабочих рук достаточно. А кое-что ещё умеет только она.       Дани может заставить работать полностью разряженный ноутбук. Минут на десять, не больше, слишком много энергии теряется при передаче. С кибертронцами иначе. КПД, по ощущениям, не просто подбирается к ста процентам, а превосходит их, пусть это и невозможно по всем законам природы. Дани не понимает, почему они ощущаются настолько родственными, не понимает, как естественный электрический потенциал человеческого организма перерабатывается в чистую энергию. Наверное, для этого надо разбираться в биофизике и нескольких смежных науках. А она не учёный, она практик. Она просто знает, как повернуть выключатель.       Опуститься на колени, не прерывая контакта. Так не придётся отвлекаться на положение собственного тела и безопасней падать в обморок, если до этого дойдёт. Со стороны будет выглядеть, как поза глубокого отчаяния, и кто-нибудь наверняка припомнит ей, не в лицо, так за спиной, что предавалась страданиям, когда остальные работали. Не важно.       Ладони горят, как будто прижаты к горячему чайнику. Энергия течёт, расплёскивается по броне, просачивается в кабели. Скорее образы, чем реальный механизм происходящего. Тоже не важно.       Дани больно, и это настоящая боль. Как держать руки поднятыми над головой — в первую минуту легко, во вторую нарастает усталость, к четвёртой хочется завыть. Огромный кибертронец не ноутбук, для поддержания его жизни надо гораздо больше энергии, и высокое качество передачи не поможет. Масштабы несопоставимы, она слишком маленькая и слабая батарейка. Но даже несколько минут, выигранные для Рэтчета и его команды, уже что-то.       Нервный, неровный топот за спиной. Прерывистый шепот Сэма. Дани узнаёт его голос, но смысл слов проходит мимо. Её силы почти исчерпаны, и всё внимание сосредоточено на том, чтобы продержаться ещё чуть-чуть. А потом…       В этот раз нет ничего похожего на первые две вспышки. В этот раз — ровный, постоянный поток энергии течёт, пользуясь её телом, как проводником. Ненамного сильнее, чем отдавала она, зато неиссякаемый, берущий своё начало в бездонном океане.       «Ах ты, сволочь узорчатая», — думает Дани. Теперь она не сомневается, что имеет дело с разумным… чем-то. Резкие всплески энергии могли быть спонтанными. Но не этот точно рассчитанный ручеёк, достаточно сильный, чтобы спасти, достаточно слабый, чтобы не выжечь ей нервную систему. Тщательно маскирующийся под её собственные действия.       Чертовски неприятно чувствовать себя инструментом непонятной могущественной твари. Но, когда на кону жизнь друга, эмоции могут подождать. Дани заставляет себя успокоиться, расслабиться, наблюдать и не мешать. Столько, сколько понадобится, секунды, минуты, часы.       А потом поток иссякнет, оставив ей чувство опустошённости, пакостную слабость и твёрдую уверенность, что всё будет хорошо.