Код безумия

      На базе NEST царил сухой закон, но и среди военных, и среди гражданских сотрудников хватало буйной весёлой молодёжи, которой не требовался допинг, чтобы устроить что-то зажигательное. Поэтому Четвёртое июля праздновали с размахом. Автоботы в человеческой истории не разбирались, но легко заразились азартом своих союзников.       Леннокс, представляющий, с кем имеет дело, категорически запретил использовать в качестве фейерверков боевое оружие. Возможно, впоследствии он об этом пожалел. Человеческая и кибертронская технические бригады состояли из существ, талантливых и не обделённых воображением. Поэтому то, что взрывалось, грохотало, сверкало и на целые минуты зависало в воздухе заставило бы самого унылого скептика поверить хоть в десант сказочных волшебников, хоть в начало Рагнарёка, если бы только в окрестностях базы мог оказаться посторонний скептик. А в существовании инопланетян и так уже сомневались только самые упорные конспирологи.       Но торжественная часть и фейерверки закончились, а народ не спешил расходиться. Лётное поле, временно превратившееся в танцпол, освещали разноцветные прожектора. Из динамиков лилась музыка, развесёлый рок-н-рол сменялся плавными вальсами и наоборот. Кто-то танцевал, исчезали в темноте смеющиеся парочки. На специально выделенной площадке кружились Сайдсвайп и Арси, показывая восторженным зрителям нечто среднее между фигурным катанием, акробатическими танцами и боевыми искусствами.       На траве у края лётного поля растянулся во весь рост Бамблби. У его левого бока, скрываясь в тени, самозабвенно целовались Сэм и Микаэла. У правого, освещённого, спиной к ним сидела Дани с вечным ноутбуком. Она тоже успела немного потанцевать и подурачиться, и теперь отдыхала, то пролистывая новостные ленты и выхватывая взглядом самые занятные заголовки, то любуясь на танцующих автоботов. Обратить их внимание на человеческие танцевальные традиции оказалось замечательной идеей. И ведь сами сколько раз видели, но не догадывались попробовать. Очевидное так легко не заметить. Дани улыбалась, вновь опускала взгляд на монитор. Хмурилась и почти не видела текста.       Срок договора истекал. У неё оставалось совсем мало времени.       А потом к ним подъехал красно-синий тягач, приглашающе открыл дверцу кабины, и она поняла, что успевает. Время пришло.       В свете фар мелькают каменистая земля и сухой кустарник обочин. От базы NEST до ближайших поселений не меньше чем полторы сотни километров. В этой засушливой, неприветливой, всеми забытой местности вряд ли попадётся встречный автомобиль, но Дани на всякий случай расслаблено держит руки на руле. Не стоит пугать людей видом слишком самостоятельного тягача. Оптимус молчит, и она не торопит его, наслаждаясь скоростью и мощью тяжёлой машины, только ей доступным ощущением чужой механической жизни.       Дани понимает его. Хорошо быть Мегатроном — тот не склонен сожалеть о прошлом. Прежние действия оказались ошибочными? Он внесёт в них поправки и продолжит движение вперёд с тем же непрошибаемым упрямством. Оптимусу тяжелей. Он думает о других, и не может не понимать, как дорого стоили его ошибки.       — Спасибо.       — Догадался? — улыбнулась Дани. — Я думала, ты будешь задавать вопросы.       — У меня много вопросов, — подтвердил тягач. — Но я решил, что правильнее будет начать так. Каким-то образом ты вернула нам — нас. С десептиконами то же самое?       — Верно, — подтвердила она.       — И как Мегатрон упустил такую полезную тебя? Или отпустил?       — Снова верно, — ей очень нравится этот разговор, по сути серьёзный, но лёгкий, как дружеская игра в загадки. Им не нужно пыжиться, изображая важность. Зачем бы?       — Значит, отпустил. Если я правильно оцениваю характер изменений, он получил решающее преимущество. Достаточное, чтобы уничтожить нас, несмотря на поддержку людей. Зачем ему снова уравнивать шансы?       — Ему нужен Кибертрон. А для возрождения Кибертрона нужен каждый. Вас осталось совсем мало, а на твоей стороне много ценных специалистов.       — Кибертрон не возродить. Всеискра…       Дани с интересом ждёт, сколько продлится пауза. К чести Оптимуса, совсем недолго.       — У тебя есть основания полагать, что она не уничтожена.       — Верно, — в который раз подтверждает Дани. — Я не полагаю. Я знаю. Во-первых, глупо было думать, что столь могущественный артефакт можно так легко уничтожить. Во-вторых, я её чувствую. За тем осколком, который ты отдал Сэму. За тем, который остался у Мегатрона. Нечто слишком огромное, не поддающееся осознанию, разделённое, но не разрушенное. Во-третьих, она уже несколько раз проявляла себя. Когда помогла мне вылечить Френзи, вернуть голос Бамблби, спасти тебя. Кстати, ты в курсе, что эта штука скорее всего разумная?       — Никто не знает точно, что такое Всеискра. На Кибертроне её почитали, но старались не контактировать лишний раз, жить своим умом. А она в свою очередь никогда не вмешивалась в нашу жизнь, хотя и была энергетическим сердцем планеты.       — Теперь вмешивается, и не стесняется использовать всех, до кого дотянулась. — фыркает Дани, скрывая невольное раздражение. — Кажется, вы здорово её обидели. Один попытался подчинить, другой так здорово спрятал, что аж потерял, а потом вообще решил уничтожить.       — Я идиот, — спокойно соглашается Оптимус. — Если потребуется, сообщу ей об этом лично. Но у меня есть предположение, что сначала её надо собрать. Вряд ли раздробленное состояние естественно для данного артефакта.       — Думаю, об этом надо спросить Сэма. Всеискра сгрузила ему огромную базу данных. Не для того ли, чтобы в ворохе разнородной информации скрыть важную для неё самой?       — Как ты планируешь это узнать? Сэм не способен сознательно использовать эти данные.       — Он способен отвечать. А мы можем задать вопрос.       — Правильно задать вопрос, — смеётся чему-то Оптимус. Тягач плавно входит в поворот, беря обратный курс на базу. — Пожалуйста, расскажи, как всё было на самом деле с твоим пленом и с исправлением наших закоротивших процессоров. Думаю, одними удачными вопросами ты не ограничивалась?       — Нет, — Дани задумчиво гладит руль, живой металл привычно отзывается пальцам. — Вопросы, они уже потом, чтобы заставить оценить ситуацию изменившимся взглядом. А началось всё ещё в моё детство. Я сколько помню себя специфически ощущала любую технику.       …       — Думаешь, вы сможете… хотя бы взаимодействовать? — её рассказ подошёл к концу, а впереди уже виднеются огни базы. — Люди, наверное, не смогли бы. Не после стольких лет и стольких потерь.       — Будет нелегко. Но мы не люди, Дани, хотя и очень похожи. А Кибертрон достаточно ценный приз, чтобы попытаться.       — Будь осторожен, друг. Они сейчас вменяемы, как и вы, но характер не лечится. Пока союз будет необходим, он будет. Но как только Мегатрон решит, что может обойтись без вас…       — Не волнуйся. В любом случае это будет очень нескоро. Сначала надо договориться и собрать Всеискру.       Праздник уже подошёл к концу, Дани не ожидала застать Сэма и Микаэлу на прежнем месте. Но они всё ещё были там, пригревшись у бока Бамблби, который конечно же позаботился о своих людях. Прожектора потушили, оставив только стандартную неяркую ночную подсветку. Микаэла смотрела на звёзды, перебирая волосы Сэма, дремавшего, устроив голову у неё на коленях. Красно-синий тягач остановился, выпустил Дани.       — Хорошая ночь, — в пол голоса заметила она, нахально пристраиваясь рядом с парой. — А меня Оптимус покатал. Так круто, ночь, скорость, дорога при свете фар, — и, не меняя интонации, — Сэм, ты знаешь, как починить Всеискру?       — Соединить два ключевых элемента в присутствии двух праймов, — сонно ответил Сэм. И подскочил, широко распахивая глаза. — Что я сказал?!       — Один Прайм у нас есть, — Микаэла покосилась на Оптимуса и успокаивающе притянула к себе растерянного Сэма. — А где взять второго?       — Так Мегатрон же, — фыркнула Дани. — Лорд, прайм — общем-то, можно считать буквальным переводом. Титул, присваивавшийся лицам со специфическим набором качеств, сопровождавшийся некоторыми специфическими возможностями, завязанными на ту же Всеискру.       Незаметно трансформировавшийся Оптимус кивнул, подтверждая, что её представление в общих чертах соответствует действительности.       — По опыту, знаниям, силе, лидерским качествам он подходит. Характер только паршивый. Но на безрыбье… то есть беспраймье… — Дани душераздирающе вздохнула. — Страшно подумать, как я завтра буду докладывать это командованию.       — Ты не будешь докладывать одна, — сказал своим настоящим голосом Бамблби, о котором все забыли.       — Не будет, — подтвердил Оптимус. — Кстати, о некоторых вещах стоило доложить мне сразу, Би.       — Он не виноват, это мы попросили, — Сэм бросился на защиту смутившегося разведчика. — И докладывать нам тоже придётся. Это же я, получается, с самого начала знал, как собрать эту…       — Заразу узорчатую, — закончила за него Дани и рассмеялась. — Как же я вас всех люблю!       Ей действительно было очень страшно думать, каким будет завтрашний день.       Но пока у неё была эта ночь и верные друзья рядом.       И это спасало.