Живи

      Утром что-то пошло не так. Если точнее, не так пошло всё.       Завтрак подгорел и был безжалостно выброшен, тело ломило, как во время простуды, а голова ныла, хотя видит Мерлин, Гермионе приходилось анализировать куда большие объемы в одиночку!       Сцепив зубы, девушка взяла внушительную кипу газет,отсортированную вчера стопку и несколько книг и отправилась обратно в спальню.       Проходя мимо небольшого зеркала в гостиной, остановилась на мгновение и грозно взглянула на своё отражение: «Не смей киснуть!».       Холодок страха не покидал её души, но Гермиона старательно отгоняла все панические мысли. Она справится и докажет свою невиновность. И последний законопроект, который так отчаянно не нравился старожилам Визенгамота, она составит так, что гоблин не придерётся.       Традиции – это прекрасно, но сколько столетий волшебники будут делать так, как делали их пращуры, совершенно не учитывая ни новейших магических изобретений, ни стремительно меняющегося мира магглов?       Гермиона очнулась от своих размышлений и вчиталась в строчки, на которые таращилась уже с четверть часа. Стискивающие газету пальцы болезненно онемели.       Решив, что чтение на ходу, поможет сосредоточиться, девушка поднялась и стала расхаживать по спальне, вчитываясь в плавающие буквы.       Не получалось. Словно кто-то то и дело одёргивал, отвлекал, хотя сейчас девушка была совершенно одна.       Да…       С тех пор, как Золотое Трио выпустилось, так оно и было. Дорожки старых друзей разошлись, даже несмотря на их весьма тесное общение с Роном…       …о котором она не жалеет, ведь как иначе понять, что вы друг другу чужие? И что не так страшно, когда люди разные, куда страшнее нежелание понять, а не вдолбить своё?       Семья… в таком ключе они друг о друге, кажется, никогда не думали.И когда получилось так, что он стал последним человеком, от которого она попросила бы помощи и от которого ждала бы её?.. И то письмо, без сожалений отправившееся в урну… О да, ведь, Гермиона спит и видит, как возобновить с ним отношения… и тем самым «разрушить репутацию» бывшего парня.       Одна.       Но вот Гарри…       Гарри взялся помогать как-то само собой, будто иначе и быть не могло. А ведь он один из самых востребованных мракоборцев, чьи интуиция и умение справляться с опасностью стала просто притчей во языцех. Великому волшебнику прочат место начальника мракоборческого центра через пару лет, а он... тратит своё время на преступницу.       - Доброе утро?       Вздрогнув, Гермиона выронила газету и отшатнулась от дверей комнаты, на пороге которой стоял Поттер собственной персоной. Сцепила руки, пытавшиеся схватить несуществующую палочку.       - Доброе, - спохватившись, поприветствовала в ответ и глубоко вдохнула, прогоняя острый испуг. Привыкая к тому, что живёшь один, довольно сложно встречать внезапных гостей спокойно. К счастью, адреналин прояснил голову, и с глаза словно спала мутная пелена. Гермиона удивлённо поморгала, но списала всё на усталость.       От позднего завтрака Гарри отказался. Рассказал о визите к библиотекарю, работавшему седьмой десяток и не спешившему не пенсию. Увы, не особо плодотворном. Выяснить обо всех работавших там когда-то сотрудниках удалось. Короткий рассказ о взрывах – да, были, но всё время находилась какая-то причина и виновники. Последние, обычно, таковыми признавались посмертно. А может, и нет, он ведь простой библиотекарь, а не министерский служащий. Ему не положено такого знать. «И, мистер Поттер, вот младший библиотекарь Хигс явно не просто так околачивается в секции запретной литературы…»       …Гарри вежливо откланялся на этом, потому что Хигс был одним из информаторов Министерства по части тёмной литературы, и его подноготную он прекрасно знал.       - Знаешь, что это мне напомнило? – подытожил свой недолгий рассказ мужчина. – Дневник Реддла.       - Появляется безобидная книжка, - подхватила Гермиона, похоже, поняв с полуслова, – и так далее... Но тогда, выходит, она провела в библиотеке очень долго. Кто-то следит за тем, чтобы она не потерялась и не попала не в те руки.       Девушка вдруг осеклась, взгляд её остекленел.       - Не в те руки… - повторила она. – А какие будут «теми»? Что должно совпасть?       Гарри лишь усмехнулся, когда подруга метнулась к своему блокноту и застрочила в нём. До чего же напоминает школьные годы, когда во время чтения одной книги, девушку озаряло по совершенно другому предмету, и она спешила всё записать.       Сейчас стоит загрузить её с головой, чтобы не оставалось времени рефлексировать и накручивать себя. Это с виду кажется, что в голове у девушки одни юридические прецеденты о волшебниках и статьи магических законов и никаких посторонних переживаний, не относящихся к делу.       - А где… - вскинулась вдруг Гермиона. Мужчина безошибочно протянул ей список пострадавших лиц, выудив его из соседней стопки. – Спасибо.       Решив не отвлекать девушку, Гарри тихонько вышел из комнаты. Кое о чём подруге он так и не сказал. Из-за того, что Грейнджер передали ему на поруки и лишили волшебной палочки, вся корреспонденция приходила поручителю. Был в этом плюс: Гарри, наконец-то, усовершенствовал чары по усмирению «кричалок». И количество писем со странным содержимым, которые не пропускал зачарованный почтовый ящик – тоже не актуальная для Гермионы информация.       Не сейчас…       А вот о том, что бывшего адвоката Грейнджер внезапно разбил паралич, и колдомедики тратят немало сил, чтобы Филипс хотя бы дышал, стоит сообщить. Удивительно вовремя возникший недуг ловко вывел из игры человека, который явно знал что-то важное.       И что за улики, о которых говорил Фрэнсис? Мог ли стажёр ошибиться? Могли ли подстроить так, чтобы стажёр это услышал, или попросту не обратили внимания на мелкую, по их мнению, сошку? Из-за официального отпуска ряд допусков Поттеру приостановили, хватит ли уровня оставшихся, чтобы выяснить?        За этими размышлениями его и застала Гермиона, спешившая поделиться новой мыслью.       - Итак, я буду отталкиваться от очевидного. Это определённо не крестраж: действует слишком избирательно, да и библиотека не самое удачное место в плане накапливания эмоций, - Гермиона расхаживала по комнате, рассуждая вслух. – А если судить по предполагаемым жертвам объекта – это группа волшебников обоего пола примерно от двадцати двух до тридцати пяти лет, различного рода занятий и происхождения.       - Не замеченных в применении запрещённых чар и предметов, - вставил Гарри, который успел проверить это прошлой ночью. К счастью, его присутствие на работе круглые сутки давно никого не удивляло.       Кажется, догадка необычайно воодушевила Гермиону.       - Вот именно! Книгой этот объект не является, потому что инвентаризация в библиотеке ежеквартальная, с участием домовых эльфов. Учитывая, что интервалы между происшествиями – от года до трёх лет, можно предположить, что некий артефакт наделён «мерцанием» либо склонен к накапливанию и спонтанному выбросу энергии. Учитывая, что последние восемь лет жертв не было, возможно, объект скопил слишком много сил, поэтому сработал нетипично. Значит, надо его найти, как можно скорее, пока он не так опасен.       - Думаю, его уже нашли, - спустя небольшую паузу произнёс Гарри. – И почти наверняка уверен, что хранится от у невыразимцев.       - Но я в любом случае имею право с ним ознакомиться согласно статуту тысяча девятьсот третьего года, - бодрое настроение Гермионы медленно сходило на нет, - однако учитывая домашний арест и то, что я не помню этого объекта в деле… Не понимаю, - она порывисто схватилась за голову. – Это ведь наверняка подтвердит мою невиновность. Почему артефакт скрыли?       - Например, потянуть время, - предположил Гарри. От его тона Грейнджер стало не по себе. – Сделать так, чтобы никто не стал соотносить прошлые взрывы и найденный предмет, то есть обыкновенную халатность. Дементоры их забери, не отдел магправопорядка, а первый курс Хогвартса! – в сердцах выругался он. – Извини, Гермиона. Надеюсь, я не прав, хотя это многое объяснило бы.       Она слабо улыбнулась, думая, что теперь больше никто не пострадает. Если это действительно артефакт виноват.