Живи

      Метка была почти прежней. «Почти» - потому что успевшая изучить её вдоль и поперёк Гермиона могла с полной уверенностью сказать, что крохотные символы, обозначавшие «дар» и «сосуд», исчезли. Похоже, именно для их появления требовалась уничтоженная ритуалом личная вещь Грейнджер.       К хорошим новостям относился – наконец-то! – возврат волшебной палочки. Её отправили совиной почтой с прилагающимся по такому случаю постановлением. Мистер Гейт в свою очередь известил, что почти наверняка статус подозреваемой с его клиентки будет очень скоро снят, соответственно, как и мера пресечения.       Гермиона на радостях сотворила патронуса, и серебристая выдра принялась выделывать кульбиты вокруг хозяйки, смеявшейся от удовольствия. И даже промучавшие всю ночь кошмары – Гарри несколько раз приходил её будить – не омрачали этого счастья. Как и тот факт, что нахлынувшая эйфория наполовину заслуга магического отката.       Дабы хоть куда-то деть бурлящую энергию, Гермиона исписала несколько листов с пометками по необходимым законопроектам. Правда, терзало её сомнение, что когда она придёт в себя, те листы отправятся в урну.       Но работать над контрзаклинанием в таком настроении было ровно настолько же эффективно.       И – надо отдать должное выдержке Гермионы – при виде Гарри она не бросилась к нему со слезами благодарности, хотя губы девушки то и дело расплывались в широкой улыбке.       Поттер же, глядя на лучащуюся счастьем подругу, не мог не радоваться сам. Даже усталость от муторного многочасового ритуала, не терпящего отступлений, притупилась. Ему вообще не впервой было делать что-то на износ. Сейчас же Гарри был готов повторить ради такого результата.       - Заранее прошу прощения, если сделаю что-нибудь не так, - даже голос девушки звенел.       Но эту «заёмную» эмоциональность надо было плавно свести до нормального для Гермионы состояния, иначе она неминуемо перехлестнёт через край и обернётся депрессией.       - Хочу предложить тебе почти прогулку.       - Почти? – заинтригованно переспросила девушка.       Глаза Гарри блеснули.       - Раз находиться мы можем только здесь или на Гриммо, то просто наколдуем себе объемную иллюзию… и недолго прогуляемся.       - Они очень сложны в исполнении… и понадобится сопряжение с пространственными чарами… - в голосе Гермионы прозвучало сомнение, хотя в голове она уже прикидывала места, куда можно было бы «отправиться». И следующие два часа они с Гарри почувствовали себя настоящими творцами. Устав до такой степени, что некоторое время просто сидели на полу, подпирая друг друга, и переводили дыхание.       Синхронизация иллюзии удалась на славу – впрочем, если они ритуал провели рука об руку, не сбившись, то чему удивляться? – как и прогулка по несуществующему городку, чем-то напоминающему зимний Хогсмид.       Это было похоже на сказочный сон, от которого после пробуждения останется лёгкая дымка сожаления и приятные воспоминания. Может, поэтому Гарри позволил себе видеть чуть больше, чем было в том, как Гермиона ухватилась за его руку, как улыбалась, как смотрела на него. Мысль о том, каково бы всё было в реальности, захватила его.       Задумчивость Гарри и его странные взгляды, которые он, сам того не замечая, бросал на неё, Гермиона списала на своё состояние. Потому что… лучше не придумывать себе лишнего, принимая дружеское внимание за нечто иное. Она просто наслаждалась чудесными пейзажами и приятной компанией, пока усталость не победила.       Девушка заснула, едва добравшись до кровати, на целые сутки без сновидений.       ***       Гарри задумчиво повертел в руках пузырёк из-под зелья, которого осталось совсем немного. Надо будет отослать его Дону: сосуды он зачаровывал собственноручно каким-то хитрым образом и ценил их едва ли не больше, чем содержимое.       Отослать и за приятную для коллеги сумму прикупить ещё зелий. Ведь стоит Гермионе прийти в себя, как она выжмет себя до капли, добиваясь совпадающего по параметрам с меткой контрзаклинания.       Внезапный стук в дверь заставил Гарри застыть на месте, палочка будто сама прыгнула ему в руки.       Короткий пас – и вот он уже в курсе, что за дверью стоит маггл. Мужчина. Не вооружён. Условно безопасен. Самый обыкновеннейший из обыкновенных, если не принимать во внимание того, что он стучится в дверь квартиры, скрытой мощными маскировочными чарами.       Бесшумно подойдя к двери, Гарри наложил одностороннее заклинание прозрачности, оглядел высокую сутулую фигуру явно бедствующего не первый год человека. Грязный и лохматый, с тусклыми затянутыми бельмами глазами.       Последние особенно настораживали, потому что напоминали не о болезни…       Как удобно, что дверь открывалась вовнутрь. Резкий рывок и молниеносное «остолбеней!» сработали превосходно.       Оглядевшись на предмет соучастников и случайных свидетелей, Гарри накрепко запечатал квартиру Гермионы и вместе с пленником трансгрессировал на Гриммо, двенадцать.       ***       Сладко потянувшись, Гермиона открыла глаза. Вот уж точно: чтобы понять, как это прекрасно – быть здоровым и полным сил – нужно как следует заболеть и устать.       А чтобы понять, как не безразличен тебе человек, ему нужно исчезнуть.       «Это очень эгоистично с твоей стороны, - сказала девушка самой себе, занимаясь нехитрой утренней гигиеной, - желать, чтобы он был с тобой постоянно. У него есть своя жизнь, свои заботы. Разве тебе мало того, что он уже сделал?».       Но окончательно погрузиться в пучины самокопания она не успела, потому что предмет её мыслей появился лично.       - Прости, что не предупредил, что ухожу, - повинился он. - Кажется, нашлась ещё одна «ниточка», - и продемонстрировал Гермионе небольшой кристалл, который держал большим и указательным пальцем за острые грани для большей наглядности. Внутри переливался серебристый туман с голубыми искрами.       Девушка неосознанно сделала шаг назад, не отрывая от него глаз, и Гарри спрятал кристалл в кулаке, а потом вовсе отправил в маленький зачарованный чехольчик.       - Сегодня к тебе в гости приходил классический одержимый, - пояснил мужчина. – С человеком всё в порядке. Отдыхает в Мунго.       - Призрак? – будто не веря сказанному, спросила Гермиона. – Но… подожди… Ты уверен, что он не случайно оказался рядом?       - Нет, случайно постучать в эту дверь не может никто, - уверенно ответил Гарри.       Поёжившись, Гермиона нервно огляделась. В маленькой квартире стало очень-очень неуютно.       «Охотник» знает, где она. Знает, и ничего не предпринимает. Просто ждёт.       Шагнув к ней, Гарри легонько сжал плечи девушки, заставив посмотреть на него.       - Гермиона, послушай меня, этот человек сказал, что его отправили сюда, чтобы он нашёл принадлежащую тебе вещь.       - Мы сделали всё правильно, раз преступник забеспокоился, - да что на неё нашло, в конце концов? Появилась такая прекрасная зацепка! Не всякий призрак становится кукловодом и не всякому может навязать свою волю. Слабость – душевная или физическая – для них как приоткрытая дверь… А отличить одержимость от того же сомнамбулизма – задача, посильная не для всех.       К тому же, он может действовать под чьим-то началом…       В голове закрутилось столько мыслей, что девушка коснулась висков, пытаясь ухватиться за, как ей казалось, нечто совпадающее.       - Гарри, - тон Гермионы стал отрывистым и сосредоточенным. – Ты говорил, что в Хогвартсе пострадали теплицы? А какие именно растения?       Мужчина перечислил названия.       - К слову, мята и барвинок росли на входе, а нинелия – почти на другом конце теплицы.       - То есть не было смысла уничтожать, - протянула девушка. – Зато из них можно сделать неплохой оберег от неспокойного призрака. И… там ведь нашли кого-то, так?       - Нет, - нахмурился Гарри, - насколько мне известно. И виновных не установили. Происшествие устранили преподаватели своими силами. Скорее всего, в Хогвартс отправили комиссию от департамента образования, когда всё уже улеглось.       - Но разве не ты говорил про ту девочку? – озадачилась Гермиона, задумалась, припоминая. – О, прости, это был Фрэнсис.       Домовик Флоппи, внезапно появившийся посреди комнаты, здорово перепугал Гермиону. К счастью, он не стал рассыпаться в долгих объяснениях, машинально стукнулся головой о ножку стула в наказание самому себе и, настороженно покосившись на девушку, отдал Гарри два письма, после чего быстро исчез.       Адресованный мисс Грейнджер от имени Министерства конверт тот сразу отдал девушка, а вот второе…       Пляшущие буквы выдавали почерк Хагрида и его сильное душевное волнение.       - Запретный лес несёт потери, - кратко прокомментировал Гарри, слегка меняясь в лице. – Убили единорога. Обескровлен.       Гермиона ахнула, позабыв о своём письме – её вызывали в Министерство.       - Опять?!       - Ну… с прошлого «опять» прошло больше десяти лет… - заметил мужчина. – Я на минутку, черкну коллегам пару строк.       Он вышел из комнаты, а Гермиона обессиленно опустилась на стул. Первой мыслью, конечно, было очередное возвращение Воландеморта. Хотя вот уж чью смерть исследовали вдоль и поперёк, прежде чем констатировали данный факт. Но что если всё-таки… как же Гарри?..       Машинально вскрыв своё письмо, Гермиона извлекла оттуда оповещение о вызове. Но сейчас все её мысли были сосредоточены на другом.