Куколка

По трапу самолета я спускалась, чувствуя полнейшее удовлетворение; двухнедельное турне по средиземному морю удалось на славу и я была переполнена впечатлениями, которыми мне не терпелось поделиться. Стюардесса бизнес -класса, которым я летела двенадцать часов, улыбнулась на прощание и пожелала мне счастливого пути, я же чуть приспустила солнцезащитные очки и оглядела летное поле в поисках машины, которая должна была меня забрать, но таковой не обнаружила. Что ж, не страшно, наверняка опять пробки на переезде, на такси доберусь, даже быстрее будет, чем ждать папиного водителя -как раз попрошу через новый мост проехать, давно хотела посмотреть на наш левый берег с высоты. Поправив на плече ремешок клатча, я прошла в здание аэропорта, зная, что мой багаж папин водитель заберет самостоятельно, и вышла к стоянке такси, привычно отыскивая самую презентабельную машину. Ею оказался «Мерседес» супер -класса и я, приятно удивившись такой удаче, решительно направилась к нему, наслаждаясь прохладным, по сравнению со средиземноморьем, воздухом, который ласкал обнаженные руки и ноги, едва прикрытые полупрозрачным белым платьем в греческом стиле. При виде меня водитель, лениво покуривающий в открытое окно, выбросил сигарету и торопливо открыл дверцу, окидывая меня восхищенным взглядом, уже привычным до такой степени, что и внимания обращать не стоило. Тем не менее я улыбнулась и загрузилась в кондиционированный кожаный салон, отмечая, что для такси машинка уж чересчур хороша. -Куда едем? -уточнил водитель, галантно закрывая за мной дверцу и уделив внимание длинным загорелым ногам. В принципе, я его не осуждала, внешность у меня броская, поэтому чужие взгляды уже давно стали чем -то обыденным. Тем не менее, я настолько устала быть в центре внимания, что в последнее время все чаще подумывала отказаться от посещения бесконечных художественных выставок и дней рождения каких -нибудь винных бутиков, чтобы спокойно осесть в четырех стенах и заняться, скажем, живописью. Да чем угодно, только бы не тратить каждый день по несколько часов на макияж и прическу, чтобы пофорсить в очередном бешено дорогом наряде, которые папа заказывал из -за границы, кажется, килограммами. Пару недель назад я пожаловалась на усталость и была тут же отправлена в круиз, чтобы, вернувшись, с новыми силами окунуться в водоворот светской жизни, от которой, откровенно говоря, меня уже тошнило. -На левый берег, там я покажу. Кивнув, таксист устроился за рулем. Двигатель мягко, совсем по -кошачьи заурчал, и «Мерседес» плавно тронулся с места, постепенно разгоняясь. Я расслабленно откинулась на спинку сиденья и устремилась взглядом на городской пейзаж, так отличающийся от красот средиземноморских курортов. Папа просчитался -после круиза мне не хотелось возвращаться к привычному образу жизни, наоборот, я была как никогда уверена, что хочу на какое -то время со всем этим распрощаться. Приятно, конечно, становиться главной звездой светской хроники, но со временем даже собственная популярность приедается, и я банально хочу тишины и покоя. К сожалению, сомнительно, чтобы папа пошел мне навстречу -у меня сейчас самый брачный возраст, двадцать лет, и папа активно подыскивает мне перспективного жениха, с моим мнением нимало не считаясь. Семейному бизнесу нужен наследник, и так получилось, что я на эту роль никак не гожусь, поэтому выдать меня замуж в ближайшие полгода для папы задача приоритетная. И я даже не сильно против, понимая, что абы кого мне не подсунут, и муж будет как минимум умен и хорош собой, поэтому моя жизнь в финансовом плане обещает совсем не измениться, но все же хотелось бы взять небольшую передышку и сознательно прийти к решению выйти замуж. Возможно, стоит намекнуть папе за ужином, что не стоит гнать лошадей и я в любом случае никуда не денусь, а двадцать лет не самый критичный возраст, можно подождать с этим делом еще немного? Вздохнув, я прикрыла глаза. В самолете, не смотря на всю его комфортабельность, выспаться не удалось, я вообще плохо переношу высоту, поэтому сейчас хотелось принять прохладный душ, переодеться в любимую шелковую пижаму и завалиться в кровать, чтобы к ужину встать отдохнувшей и свежей как майская роза. Мимо нас, внаглую нарушая скоростной режим, промчались несколько полицейских машин, заставляя меня поморщиться от пронзительного воя. -На пожар торопятся, что ли? -с недовольством пробормотала я, доставая из клатча спутанные наушники. -Ох, только бы опять стрелять не начали, -мой водитель сбросил скорость и ушел на второстепенную трассу, -вы извините, конечно, но поедем по кольцевой, так спокойнее. -Стрелять? -удивилась я. -О чем вы вообще? -Да на прошлой неделе такое было, -вздохнул собеседник, с опаской поглядывая в зеркало заднего вида, -как в девяностые вернулись, честное слово. В центре у «Каштана» машину в упор расстреляли, кровищи было ужас. Вроде на бизнесмена какого -то покушались, но ему повезло, в тачке только водитель был, десять пуль в упор, на месте скончался. Я теперь по центру стараюсь лишний раз не ездить, мало ли что. -Кошмар какой, -пробормотала я, понимая, что в свое любимое кафе «Каштан» больше ни ногой, раз там такие страсти творятся. -А полиция что? -Откуда ж мне знать? По телевизору говорят, что все под контролем, но я что -то сомневаюсь. Чертовщина в городе какая -то началась, помяните мое слово. Может и хорошо, что вы за рекой живете, там вроде поспокойнее. -С ума сойти, -я была в полнейшем шоке от полученной информации. Город у нас тихий, даже скучный я бы сказала, и в голове не укладывалось, что в нем может произойти что -то серьезнее, чем дорожная авария с молоковозом, который перевернулся пару недель назад. Перестрелка, подумать только! Мы же не в Москве, честное слово. В кого у нас стрелять? Когда мы выехали на мост, я даже не смогла себя заставить любоваться пейзажем, мысли были заняты совершенно другим. История со стрельбой произвела на меня сильное впечатление и я была намерена использовать это как основной аргумент в разговоре с папой. О каких светских развлечениях может идти речь, если в центре города такой кошмар творится? Максимум я согласна устраивать прием у нас дома, скажем раз в неделю, но высовываться в город лишний раз, даже с охраной, не рискну. -Богатое место, -когда мы подъехали к воротам нашего элитного поселка, констатировал таксист. -Безопасное главное. -Да, вы правы, -кивнула я, выбираясь из машины. -Извините, у нас проезд строго по пропускам, не буду ваше время отнимать, сама дойду. Спасибо, -протянув ему деньги, сумма которых в два раза превышала счетчик, я улыбнулась на прощание и, достав электронный ключ, беспрепятственно прошла сквозь боковую калитку. Вопреки ожиданиям, мне навстречу почему -то не выбежали сторожевые доберманы, которые всегда лежат в тени раскидистого куста сирени, встречая всех, кто пересекает периметр. С другой стороны, поселок у нас хоть и элитный, но заселен процентов на тридцать, кроме нас с папой еще пара семей, которые сейчас гарантированно за границей, кого тут охранять? У всех сигнализация и камеры с видеонаблюдением, даже специальные дроны летают, охране можно и расслабиться в таких условиях. И за что мы парням деньги платим, собственно? Радуясь возможности подышать свежим воздухом, я неспеша направилась в сторону дома, прикидывая, как лучше начать разговор с папой. Разумеется, не с порога, лучше за ужином, и никакой ультимативной формы, просто скажу, что история со стрельбой произвела на меня впечатление и я хотела бы на время уйти в тень, чтобы все это переварить как следует. Надеюсь, папа не решит приставить ко мне телохранителя, это уж будет совсем перебор, хотя я вряд ли удивлюсь. Размышляя таким образом, я свернула за угол и остановилась, нахмурившись. Перед нашим домом стояло несколько совершенно незнакомых машин, причем припаркованы они были таким образом, что создавалось впечатление, что их побросали кое -как, практически внаглую. Во всяком случае, заезжать колесом на клумбу с бешено дорогими египетскими розами было совсем уж необязательно. Кто -то парковаться не умеет, что ли? И, собственно, кто? Расправив плечи, я решительным шагом направилась в сторону дома. Не знаю, что у нас за гости, но за порчу моих любимых цветов придется ответить. У нас редко бывают гости, обычно мы с папой отвечаем на приглашения, поэтому происходящая вакханалия у меня в голове просто не укладывалась. Дом, двухэтажный, из светлого огнеупорного кирпича, окруженный ухоженным фонтанно -парковым ансамблем, уже не выглядел таким уютным, каким я его покинула две недели назад. По крайней мере распахнутые настежь ворота заставили меня притормозить, занервничав. Происходило что -то непонятное и мне это совершенно не нравилось. Машины, коих было три, оказались необитаемыми, а в одной из них на заднем сиденье сквозь раскрытую дверцу виднелся автомат, что мне совсем уж не понравилось. В голове мгновенно всплыли слова таксиста о перестрелке в центре города и отчаянно захотелось развернуться и сбежать, но я этого не сделала -в доме должен был быть папа, как я могла остаться в безопасности, зная, что ему, быть может, плохо? Торопливо достав из клатча шокер, хотя чем бы он мне помог, учитывая, что наши гости могли быть вооружены куда серьезнее, я миновала ворота, настороженно оглядываясь по сторонам, но ничего подозрительного вроде бы не заметила. Кругом стояла тишина, возможно какая -то зловещая, но это было лучше, чем выстрелы или крики боли, поэтому я, приободрившись, двинулась дальше. Движение за своей спиной я ощутила слишком поздно, поэтому среагировать банально не успела. Меня схватили, больно вывернув руку, отчего я непроизвольно разжала пальцы, сжимающие шокер, и развернули лицом к нападающему, которым оказался рослый парень самого угрожающего вида. -Вот так птичка к нам залетела, -с ухмылкой констатировал он, держа меня мертвой хваткой и неторопливо оглядывая с ног до головы. -На шлюху не похожа, больно дорого одета. Кто такая? -Руки убери! -прошипела я, возмущенная и напуганная происходящим. Спасибо, конечно, что за шлюху не принял, но приятного все равно мало. -А то что? -с интересом полюбопытствовал он и демонстративно наступил ногой на жалобно хрустнувший шокер, -ой, я такой неловкий. Так что ты мне сделаешь, куколка, если не отпущу? А я не отпущу, -он подался ближе, отчего мне в нос ударил запах мятной жвачки. -Кончай дурить, что там? -раздался со стороны дома недовольный голос, мужской и незнакомый. -Да девка какая -то. -Так давай ее сюда, Волк разберется. -Окей, -меня отпустили, но бесцеремонно ткнули в спину, -шагай, куколка. И без глупостей, ноги переломаю. Сердце бешено колотилось, но я заставила себя гордо расправить плечи и сделать несколько шагов. Не понимаю я, что происходит, но кажется начинаю догадываться. Папа пару раз упоминал, что у него проблемы по бизнесу, для этого и замуж меня срочно выдать намеревался, а значит, за время моего отсутствия эти самые проблемы возросли. Нехорошо. Впрочем, минуту спустя стало понятно, что «нехорошо» слишком слабое определение, стоило только подняться на крыльцо, стараясь не спотыкаться, так как церемонии со мной разводить никто не собирался, и войти в прохладный кондиционированный холл, еще недавно такой уютный и изысканно обставленный. Мраморная бежевая плитка на полу, изрисованная золотыми узорами в египетском стиле, была засыпана землей из перевернутого цветочного горшка с багровой орхидеей, которую мне в прошлом году подарили на день рождения, доставив специальным самолетом из Аргентины. Цветок, будучи сколь роскошным, столь же и капризным, чья -то нога безжалостно растоптала, и я едва не застонала, увидев останки своей любимицы, которая напоследок наполнила воздух терпко -древесным ароматом. Впрочем, стоило только сообразить, что пятна на кафеле, которые я приняла за обрывки лепестков, являются кровью, как мне резко стало нехорошо, но мой конвоир жестко меня встряхнул, едва ноги начали подгибаться. -Обморок, конечно, дело хорошее, но на твоем месте я бы воздержался. Никто тебя на руки не подхватит и на диван заботливо не положит, так что рискуешь просто упасть на пол, а он здесь, сама видишь, не шелковый. Так что топай вперед, куколка, и без глупостей, не добавляй проблем хорошим людям. Я в полном негодовании обернулась на своего конвоира, ожигая его злым взглядом, но мне ответили издевательской улыбкой и желание отстаивать свою точку зрения резко испарилось. И впрямь ловить не будет, еще и попинает, когда свалюсь ему под ноги. -Насчет хороших людей я бы поспорила, -стараясь не смотреть на пятна крови, все же съязвила я, но развивать свою мысль не стала, так как мы вышли на террасу и пришлось экстренно втянуть носом воздух, чтобы сохранить остатки самообладания. Терраса, уставленная ротанговыми креслами с мягкими бежевыми подушками, была зоной отдыха, с которой открывался вид на фонтан и роскошные розовые кусты, но сейчас меньше всего хотелось любоваться пейзажем. В одном из кресел, закинув ноги в дорогих ботинках на низкий столик из тонированного стекла, сидел совершенно незнакомый мужчина, держа в левой руке сигарету и стряхивая пепел в полупустой бокал коллекционного коньяка, початая бутылка которого стояла на полу. Взгляд его был устремлен в кресло напротив, которое занимал папа, и я в ужасе уставилась на его разбитое лицо, кровь с которого яркими пятнами запачкала еще недавно светло -голубую рубашку. -В чем дело? -с неохотой отвлекся незваный гость от своего увлекательного занятия и, сделав неторопливую затяжку, повернул голову, окидывая меня совершенно безразличным взглядом. -Да вот, в гости заявилась, -разом оробев, прояснил ситуацию мой конвоир, -я подумал, может подружка его, больно выглядит хорошо. Сомнительно, что просто мимо шла, целеустремленная слишком. -Знакомое личико, -меня окинули более пристальным взглядом, отчего я невольно поежилась -не привыкла, чтобы мужчины так на меня смотрели, совершенно без интереса. Точнее интерес был, но без сексуального подтекста, меня словно воспринимали не как красивую девушку, а как нечто, что может оказаться вполне ценным, если найти ему правильное применение. -Кажется, твой портрет висит в кабинете этого упырка? -на папу был брошен пренебрежительный взгляд. Тот дернулся, словно от пощечины. -Волк, я тебя прошу, не втягивай ее в это. Это только между нами, Лера совершенно не при делах, -торопливо заговорил он. Я похолодела. Волк? Тот самый, о котором слухи ходят один хуже другого? Не то чтобы я слишком много знала, скорее ловила обрывки разговоров, но даже этого хватало, чтобы сделать однозначный вывод -от человека с таким псевдонимом стоит держаться подальше, его враги долго не живут, а друзей у него нет. И вообще, весь правый берег, где, собственно, город и расположен, является его территорией. Бред, конечно, но сейчас я начинала понимать, что слухи не так уж и беспочвенны -по крайней мере, человек, который курил и смотрел на меня сквозь облако сигаретного дыма, был вполне реален и явно представлял собой олицетворение слова «угроза». От него хотелось держаться подальше и я даже инстинктивно сделала шаг назад, но наткнулась на грудь своего конвоира и дернулась в сторону, стремясь увеличить дистанцию хотя бы на миллиметр. -Лера, значит. Валерия. Твоя единственная наследница, я прав? -Волк улыбнулся, и выглядело это настораживающе, хотя было произнесено почти игривым тоном. -Что ж, видит Бог, я хотел уже тебя пристрелить за несговорчивость, но ситуация складывается очень даже удачно. В последний раз прошу, подпиши бумаги. Тебе этот завод не уперся никуда, объемы производства почти нулевые, ты же себе в убыток работаешь. А я смогу его вывести на новый уровень, оборудование закажу, всем хорошо будет. Я нахмурилась. Завод, о котором шла речь, не выглядел настолько убогим, каким его описывал Волк, по крайней мере я помню, как новое оборудование туда завезли и установили в прошлом году -была целая официальная церемония, на которую папа взял меня с собой, чтобы я лишний раз поиграла лицом на камеру. С чего Волк убежден, что за несколько месяцев ситуация изменилась в худшую сторону? Или это я чего -то не понимаю? -Мы оба знаем, что тебе нужен не завод, а территория, на которой он расположен, -возразил папа, -именно поэтому ты старательно меня топишь. Думаешь я не в курсе, с чего вдруг у нас проблемы с поставками и экспортом? Да и пара инвесторов не просто так от контракта отказались. Тебя даже не смущает, что этот завод обеспечивает рабочими местами половину нашего города. Что делать людям, если ты сровняешь его с землей? -Ты утрируешь, -Волк поморщился, словно папа бил точно в цель, -я иду тебе навстречу в вопросе, с которым ты сам справиться не можешь. Все твои деньги и акции вложены в этот завод, я предлагаю вполне разумную цену, но ты упрямишься. Почему так? Или тебе уже деньги не нужны? -Тут не о чем говорить, -папа пошевелился и застонал сквозь зубы, видимо, не только по лицу его били, -завод ты не получишь. Я не хочу, чтобы все, над чем я работал всю жизнь, пошло под откос. -Что ж, -Волк хлопнул себя по коленям, -я хотел решить вопрос мирно. -Мирно? -папа закашлялся. -Ты обстрелял мою машину и убил моего водителя! -Виктор мертв?! -я в ужасе дернулась, разом сообразив, что за машину расстреляли в центре города и почему меня сегодня в аэропорту никто не встретил. Некому было встречать потому что. Ноги подкосились, но я заставила себя выпрямиться. Не время сейчас в обмороки падать, хотя и очень хочется. -Так, -я постаралась, чтобы мой голос звучал ровно, -так. Давайте решим вопрос по -другому. -У кого -то голос прорезался? -Волк приподнял брови. -Неожиданно. -Папа, -я втянула носом воздух, -я тебя хорошо знаю, ты умрешь, но завод не уступишь. А я жить хочу и чтобы ты жил. А значит, надо найти компромисс. -Какие мы слова -то знаем, -Волк насмешливо присвистнул. Я его проигнорировала, смотря только и исключительно на папу. Главное вытащить его из этого кошмара, с остальным потом разберусь. -Лера, я тебя умоляю, помолчи, пожалуйста, -папа ответил крайне раздраженным взглядом, призывая меня не отсвечивать и не привлекать к себе лишнего внимания, но я была слишком напугана, чтобы принять его невербальные сигналы. -Да нет уж, пусть выскажется, -неожиданно заинтересовался Волк и одобрительно мне кивнул, -давай, куколка, удиви меня. -Вы должны на мне жениться, -выдала я, без проблем исполнив его просьбу. Волк ошарашенно замер, переваривая услышанное, а потом запрокинул голову и расхохотался. Плечи моего конвоира тоже мелко содрогались, а вот нам с папой было не смешно -я была зла, что меня не воспринимают всерьез, равно как и мои слова, а папа просто уронил лицо в ладони и протяжно произнес всего одно слово: -Дура. -Вот это номер, -отсмеявшись, Волк потянулся за бутылкой коньяка и сделала пару глотков прямо из горлышка. -Зачем, скажи на милость, мне это делать? Мордашка у тебя, конечно, симпатичная, но блондинки не в моем вкусе. Да и лет тебе сколько, куколка, шестнадцать? Не пойми неправильно, но тебе как минимум придется подрасти. Я возмущенно вспыхнула. Интересно, как долго меня будут называть куколкой все, кому не лень? Я что, похожа на безмозглую Барби? Что -то подсказывает, что ответ лучше не знать. -Во -первых, мне двадцать, -проинформировала я, -во -вторых, я вам не куколка, и в третьих, ваш обожаемый завод является моим приданым. Мой муж получит его совершенно без крови, трупов и каких -либо усилий. -Идиотка, -констатировал папа, -клиническая. Ты понимаешь, дура, что ты несешь?! -сорвался он, но мне было все равно, сейчас меня интересовал только и исключительно Волк, который над моими словами определенно задумался. -Клиф, отпусти -ка ее, -приказал он и чужие руки меня держать тут же перестали. Облегченно вздохнув, я прошла к ближайшему креслу и опустилась на мягкие подушки, потирая ноющие плечи. -На законных основаниях, говоришь? Мне кажется, грохнуть твоего папашу все же легче. Или тебя, чтобы он гарантированно пошел на сделку. -Вам крови мало? -я сцепила руки в замок на колене. -Да и папино убийство всколыхнет город, вам нужен такой резонанс? Все от стрельбы в центре еще не отошли. Не лучше ли действовать иначе? -А твое убийство? -уточнил Волк. -Зная папу, ничего вам такой шаг не даст, -внутренне похолодев, отозвалась я, -только хуже сделаете. Так что вариантов немного, точнее всего один. -Ну допустим, -кивнул Волк, -а тебе -то это зачем? -Хочу спасти папу, -откровенно ответила я. -Ты, на минуточку, себя мне в жены предлагаешь, -напомнил Волк, -ничего не смущает? Моя репутация, например? -Ради того, чтобы спасти папу, я выйду замуж за кого угодно, -спокойно, как мне казалось, проинформировала я. -Но в данном случае есть один плюс -я сама выбрала мужа, а не мне его подсунули, да, папочка? -не смогла я сдержаться от язвительного замечания. -Дура, -ничего нового от папы я не услышала. Волк же поднялся на ноги и сверху вниз посмотрел поочередно сначала на папу, потом на меня, явно раздумывая над сложившейся ситуацией. -Я подумаю, -спустя пять минут напряженного молчания, произнес он, - в конце концов, не самый плохой вариант. Клиф, остаешься, присмотришь тут, чтобы эта парочка, воспользовавшись моим отсутствием, дел не натворила. Не сбежала, например. -А если будут прецеденты? -уточнил его ручной бойцовый пес. -Сверни папаше шею. Полагаю, при таком раскладе доченька рыпаться не будет. И вообще ничего не будет, пока я не приму окончательное решение. Не прощаюсь, -с хрустом пройдясь по каким -то осколкам, которые при первичном осмотре я упустила из виду, Волк освободил нас от своего присутствия. Я же не нашла в себе сил даже взглядом его проводить и прикрыла глаза, понимая, что это самый кошмарный день в моей жизни. -Валерия! -гаркнул папа, едва только стих шум отъезжающих машин. Я с неохотой открыла глаза. -Что? -голос звучал надтреснуто, мне разговаривать вообще не хотелось. -Вызови прислугу, пусть уберут тут все, -папа с трудом встал из кресла, держась за левый бок со сломанными ребрами, -а я в кабинет пойду, мне надо подумать и выпить. Но сначала выпить. И не попадайся мне на глаза, пока не позову, -прихрамывая и шипя от боли, он вышел с террасы, оставляя нас с Клифом наедине. Мне подумалось, что головорез Волка стал для меня за последние минуты самой приятной компанией, но я об этом упоминать не стала.