Bleed Me Dry, I Don't Mind

— Это все? — спросил он, осматривая небольшое количество коробок, которые едва занимают половину ее новой спальни. Он ожидал, что переезд доставит больше хлопот, но пришлось сделать только пару ходок, чтобы занести все вещи внутрь. Рей кивнула. — Дедушка отправит кровать на этих выходных, но кроме этого... да, — скрещивая руки на груди, она посмотрела на него, — Разве что мне нужно перевести все книги из дома. Что думаешь? Если мы объединим коллекции, получится маленькая библиотека. Неплохая идея. Он глубоко вздохнул, обдумывая последствия этой и множества других вещей, о которых она говорила с тех пор, как согласилась переехать. Понадобился один академический год, чтобы сообразить, что общежитие не для нее, и принять предложение въехать в его вторую спальню. В любом случае, половину ночей она проводила здесь. Бен не признался, что пустая спальня дожидалась ее целый год. Он держал дверь закрытой, так что она не замечала этого, когда приходила. Тогда Рей упомянула коллекцию книг, и спросила об оттенке новых полотенец (похоже, три полотенца разных цветов не были приемлемым вариантом), и — это поразило его больше всего — она предложила открыть общий счет в банке для оплаты счетов. У него даже был секундный порыв спросить, не считает ли, что они поженились. Он был бы не против. Бен прочистил горло: — Ты хочешь объединить наши коллекции книг? — У нас есть место для книжных полок? Это все, о чем она думала? — Да, давай. — Отлично, — пожала плечами она, — Заберем книги на следующих выходных, когда будем дома на пикнике. Они поместятся к тебе в машину. Он кивнул, не ошарашено, но неуверенно от того, что происходило. Несколько часов спустя, одна вещь пришла ему в голову, и он понял, что у нее нет кровати на следующие четыре ночи. Неудивительно, что она оказалась в его объятиях, положив голову на его грудь и удерживая в руках его сердце. Также, как она проводила несколько ночей в неделю последнюю пару лет. На второй год их совместного проживания они делили все. Продукты, плату за квартиру, счет в банке. Часто они делили даже постель по ночам. Это началось около года назад. Ей приснился плохой сон, и она прошаркала в его комнату, свернулась под боком. А когда они проснулись следующим утром, обнимающие друг друга, это просто... случилось. Между лихорадочными поцелуями и блуждающими прикосновениями они согласились — это ничего не испортит. Они и раньше это делали. Еще один раз ничего не испортит. Это просто удобно. Комфортно, ведь никто из них так и не был ни с кем другим. Это был секс по дружбе с совместным проживанием — так аргументировала Рей. Бен не хотел слушать оправдания для чувств, которые — он знал — у нее были. Вот почему заткнул ее глубоким долгим поцелуем. Тем утром и всеми последующими он просыпался рядом с ней, напоминая себе, что в конце концов она это поймет. Однажды каким-то образом осознает это самостоятельно, так что ему не придется рисковать их дружбой на случай, если она будет слишком напугана, чтобы признать это. Возможно, это глупо, но она была на стадии отрицания, а он упивался страданиями. Но это было нормально. Пока он не поднимал эту тему, все шло своим чередом. Он мог сжимать ее в своих объятиях и забираться в ее постель. Они были вместе даже и без этого разговора. На самом деле, все было отлично. Отлично, до дня, когда он слышит ее смех и удивленный ответ: — Что? Мы с Беном? Нет, конечно, нет. Определенно нет. Он стоит там, в шоке глядит на нее. Как он вообще может справиться? Не позднее, чем двадцать четыре часа назад она была под ним, стонала и бормотала клятвы, сжималась на нем, словно он нужен был ей невероятно близко, пока они занимались любовью. На пике они выдыхали эти слова снова — Я люблю тебя — и теперь... Теперь статус их неясных отношений это определенно нет? Возможно, это его вина. Сложно винить ее, когда сам боишься сказать что-то годами. Так что он закрывает глаза, глубоко вдыхает и начинает думать, как, черт возьми, ему отпустить девушку, которую он любит практически всю жизнь.