Personal Jesus

Мне помнится, что лето девяносто второго вышло несколько странным. Дэйв все больше и больше уходил в себя, а после свадьбы словно вновь исчез с радаров, что никто ничего о нем не слышал. Антон, конечно, тоже подкинул несколько проблем для Холли, когда она попытался ее вразумить вернуться на съемки и переговорить с Дэйвом, чтобы они могли отснять качественный материал того, как им работалось в студии над альбомом, однако она уперлась тогда руками и ногами, не желая возвращаться к группе или же набрать номер Дэйва, чтобы они могли поговорить. Именно тогда они уже жили так, словно они просто сосуществовали друг с другом — он жил в Эл.Эй, она жила то в Европе, то в Нью-Йорке, зная, что далеко не одиноко и ее всегда мог поддержать Дэн во многих начинаниях. У Холли тогда была странная затея заняться благотворительностью, помогая сиротам или же женщинам, которые остались одни с детьми или же малоимущими, что она просила тогда Дэна помочь развить ей данный бизнес. Наверное, Холли хотелось в тот период каких-то крупных перемен, что она даже не собиралась отсиживаться в стороночке и делать вид, будто ее для всего остального мира вообще не существует. После того как она отшила Антона, дав ему грубый ответ, а потом появилась все же в студии, беспокоясь больше всего за Мартина, она тут же поняла, что все это — далеко не ее проблемы. Она могла проявлять заботу, писать им, расспрашивать, но никак не решать их проблемы, беря на себя большую часть ответственности. Если бы она хотела, то поставила бы каждого на свое место, но ей это не казалось чем-то важным или же нужным. Ей тогда сделал Дэн предложение, и Холли, нисколько не сопротивляясь, дала ему сразу же свое согласие. Многие из нас даже спустя годы во все это видели только то, как сильно скучала она по Дэйву, что делала то же самое, что и он, лишь бы привлечь внимание к ее персоне. И уже тогда многие полагали, что этот брак долго не проживет, потому что с такой натурой, как у Холли, мало кто мог ужиться в долгий срок, а еще не переубивать друг друга, пока кто-то начинал выносить мозги. К сожалению, мы все были неправы в этом вопросе. Многие думали, что ее брак распадется еще быстрее, чем брак Дэйва с Терезой, но, она ушла от Дэна лишь в конце девяносто девятого, а потом и вовсе во второй раз вышла замуж, зная давным давно, что Дэйв был женат в третий раз и вряд ли оставит Дженнифер по какой-либо причине. Мы все думали, что тем летом было много предпосылок для того, чтобы они наконец-то мирно поговорили и уже на чем-то сошлись, когда все знали о том, что в одно и то же время они находились в Штатах, однако по факту была лишь очередная ссора, из которой первой ушла Холли под руку с Дэном, громко хлопнув дверью на прощание. У группы был такой потенциал, пока Дэйв и остальные его губили в алкоголе и наркотиках, что все боялись, будто новый альбом станет завершением всей карьеры группы — как быстро они вознеслись до мировой славы, с таким же треском они мгновенно и провалятся, а после… Кто знает. Если бы Дэйв так сильно не усугублял всю ситуацию, то, возможно, Мартин бы так сильно не пил, а Флетч не сидел на таблетках. Группа проходила такой тяжелый этап, что и свадьба Дэйва казалась большим черным пятном на теле группы. Многие считали, что Тереза усугубляла тяжелое состояние Дэйва, что он просто не мог оторваться от иглы, либо в другие дни он просто садился и часами мог рисовать всякие абстрактные картинки, натюрморты или же как ни странно лабиринты, усеянные розами и запахом миллионов атомов веселящего газа. Его глаза блестели неестественно в полутемноте города, он мог часами разговаривать сам с собой, особо не замечая рядом живую компанию тех, кто бы сделал его жизнь лучше и намного полезнее. Все катилось в какую-то беспросветную пропасть, за которой не было ничего, кроме боли и очередного нервного срыва. А ведь они давно могли просто разойтись и жить спокойно, забыв друг о друге. И если честно, то для Холли это не стало бы каким-то сложным испытанием, в отличие от Дэйва, который то и дело пытался показать всем, что ему не безразлична жизнь Холли. Он, словно одержимый, держался прочно за их прошлое и не давал ей сделать и свободного шага даже мысленно, заставляя Холли вновь злиться. Мне тогда все думалось, что они продолжали играть в кошки-мышки, строить из себя белых и невинных, но по факту Холли пыталась сбежать от Дэйва, пока тот снова и снова ее преследовал, не решаясь ее от себя отпустить на совсем. Не удивительно, что во второй половине девяностых только уже сама Холли бегала за ним, пытаясь встретиться с Дэйвом, пока тот налаживал свою жизнь с Дженнифер, которой он так безгранично и сильно доверял. Это была история того, как люди просто не умели отлипать друг от друга, вечно навязываясь, решаясь проверить в паре каждого, даже если в этом нет особой нужды. И сейчас мне кажется, что вели они себя как малые дети, которые вместо бегства могли спокойно сесть и поговорить, но они уходили, а потом вновь сходились на некоторое время. В этом и была вся суть эти странных отношений — досаждать друг другу и видеть в этом чувства. А может быть, их и вообще никогда не существовало, просто они боялись в этом признаться и наконец-то понять, что ничего сильно их и не связывало. В этот раз я не собирался звать к себе Дэйва или же ехать к нему, помня, что у меня нашлось достаточно своего материала, который я успел записать в одном из разговоров с Холли в начале двухтысячных, пока она окончательно не исчезла для всего мира. Я копался в старых бумажках, записках, а также записях, совершенно напрочь позабыв о том, куда я мог все деть и положить. Лишь в памяти всплывало то, что я успел поговорить с Холли на полноценный объем кассеты и даже намеревался в следствие все это опубликовать, но что-то не задалось. А ведь именно эта запись могла многое бы объяснить для нас всех. Холли тяжело вздохнула, когда вновь очутилась в Германии, решив внезапно ворваться в студию и переговорить с Дэниелем и Антоном, но лишь наткнулась на недоумевающие взгляды остальных мужчин, которых между делом запечатлевала камера. Холли юрко проскользнула в сторону рабочего кабинета Дэниела и недовольно скрестила руки на груди, как только дверь за ней закрылась и она уже не особо боялась, что могли бы услышать из ее уст остальные. Волосы Холли в прическе выглядели немного помятыми, лохматыми, а ее глаза горели ярко выраженным недовольством, когда Антон подошел к ней и поцеловал в щеку, заставляя ее сесть в одно из кресел ради долгой беседы. — Лучше бы у тебя была веская причина, по которой ты меня вызвал в Германию. Мой ответ по-прежнему «нет», и я не передумаю резко. Я не собираюсь выматывать свои нервы только ради того, чтобы Дэйв решил наконец-то сделать хоть что-то полезное для своей группы, — Холли скривила губы, пытаясь выдаивать из себя хоть какое-то подобие улыбки, понимая, насколько абсурдно она выглядела в тот момент перед остальными. — Раньше он прислушивался к твоему мнению, и вы были очень близки, — начал Антон, усаживаясь рядом с ней. — Уже нет, как видишь. Во-вторых, для этого у Дэйва есть замечательная жена, которая может поддержать его во всех начинаниях, если уж ей так сильно этого хочется. Но пока складывается ощущение, что весь свой запал она тратит на себя, а не на Дэйва. Я не стану им помогать, Антон. Не хочу его уговаривать и умолять сделать что-то адекватное, чтобы мы с ним поговорили за последние пару месяцев. Он сам себя загоняет в могилу, пока Тереза со всей радостью ему туда подкидывает еще больше поленьев в этот огонь. — Да, но… — Нет никаких «но», Антон. Я больше не снимусь ни в одном их клипе, я не хочу иметь с этим делом ничего общего, дайте мне нормальную в жизнь, в которой я не буду разгребать чужое дерьмо своими же руками. Холли с поднято гордой головой вышла из их кабинета, пересекаясь с Дэйвом, который караулил ее неподалеку. Она лишь закатила глава в очередной раз, думая, будто они снова подерутся, а потом их станут разнимать все остальные, потому что они перешли все рамки дозволенности. Она прошла мимо и очень сильно удивилась, что тот даже не стал к ней подходить, выяснять отношения или же писать ее записку, пока она была так близко и одновременно далеко. Наверное, многое изменилось еще сильнее, потому что в его оказии Тереза заняла довольное высокое место в его жизни, пока Холли продолжала делать вид, что ее все эти праздники особо никогда не волновали. — Так и будем бегать друг от друга? — начал Дэйв, когда Холли собралась пройти мимо и не заговорить с ним вовсе. — Нам не о чем с тобой говорить, Дэйв. Возвращайся лучше к своим наркотиками, натюрмортам и жене, которая прожигает всю свою жизнь в непонятном каком окружении, полном наркоманов. Интересно, ты себе такую жену представлял после того, как я отказалась выходить за тебя замуж? Холли сказала это с таким сарказмом, что многие, кто стоял рядом, просто не могли не вжать головы в свои плечи и спокойно ретироваться на рабочие места. Она ожидала, что будет ссора, стычка, драка, но вместо этого Дэйв ей открыл дверь и пропустил, не заморачиваясь на то, как эту сцену видели все остальные люди. Но как только послышался скрип дерева, Дэйв тут же схватил Холли за руку и прижал к стене, желая все же понять, что творилось в голове у этой женщины. Она противилась, пыталась вырвать запястье из его хватки, однако по его злобному блеску глаз, которые выглядели уставшими и впалыми. Она помнила, что делал с человеком героин, поэтому просто не сдалась, опустив голову в пол, чтобы не встречаться с ним взглядом. Холли нечего было сказать, да и думала она, что все это должно благополучно забыться в прошлом, поскольку теперь у нее началась новая жизнь, новые заботы, сейчас она оказалась востребованной как никогда раньше, а все эти слухи об очередных неоправданных романах лишь только пробуждали у журналистов или именитых фотографов к ней интерес. Дэйв смотрел на нее с долей разочарования и в то же время неописуемого восторга, что она наконец-то находилась рядом с ним, однако вся ее поза показывала ему безразличие, отторжение и явное желание побыстрее со всем разобраться. Дэйв ослабил схватку, делая шаг назад, чтобы она не чувствовала себя такой напряженной и зажатой. — Что ты здесь делаешь? Зачем приехала? — произнес он негромко, внимательно разглядывая ее. — Все считают, что есть еще какая-то надежда, что мы поговорим и все само собой образумится, если между нами наступит хоть какое-то понимание, — пробормотала она также тихо, не собираясь заглядывать ему в глаза. — Я пыталась и раньше это сделать, но ты никогда не слушаешь. Ты витаешь в своих мечтах и до сих пор думаешь, что я вернусь к тебе, но это не так. И никогда так не было. — Тебе не надоело врать?! Я все прекрасно видел каждый раз, когда вы вступали в стачки с Терезой. Не каждая будет драться за то, что уже не ее и то, что ей никогда не было нужно. Ты лжешь мне, самой себе, пытаясь убедить в своем мнении всех остальных. Да, ты можешь считать, что из-за героина я разум потерял, но разве сейчас я не говорю с тобой серьезно, Холли? — Да неужели? А я тебе не верю, с тех пор как ты подсел, мы перестали разговаривать, потом я пыталась тебя образумить, но слишком скоро устала стучаться в закрытые двери снова и снова. Я не могу постоянно так жить, чувствуя себя чем-то сродни обязательства, — Холли подняла голову и скрестила руки на груди, усмехаясь. — И ты никогда бы не смог мне дать того, что делает для меня Дэн. — И что же это такое? — в его голосе тут же послышалось недовольство, а в глазах появился злобный блеск. — Счастье, свободу, возможность любить обоюдно, а не ждать одержимости со стороны, во что в итоге и перешли наши отношения — и мы поставим в этом все точку сегодня. Я не собираюсь помогать ни Антону, ни Дэниелу. Я просто хочу, чтобы вы оставили меня в покое и знали, что пока вы сами себя из задницы не вытащите, так и будете плыть по течению, которое в конечном счете вас никуда не заведет, — Холли собралась уходить перед тем, как она резко потянулась и оставила на заросшей щетиной щеке поцелуй, оставив Дэйва в полном замешательстве. Она потянулась к ручке двери и тут же почувствовала на своей талии ладони, которые с силой притянули ее к себе, и Дэйв сам утянул ее в поцелуй, пока Холли резко не оттолкнула его. — Нет! Иди ты к черту, Дэйв! — она прикоснулась к своим губам пальцами, хотя так долго и не чувствовала его прикосновения на себе, что по этому изрядно скучала. — Холли, я… — Мне все равно, что с тобой творится. И мне также все равно, почему ты это делаешь. Уясни это наконец. Она выбежала из студии, чувствуя, как в ее легких не хватает воздуха, как слезы наворачиваются на ее лицо, но Холли держалась из последних сил, не давая своим эмоциям вырваться наружу. Она устала с этим бороться и не хотела больше лишних проблем — она собиралась вернуться в Нью-Йорк и заняться активно работой, пока все не вышло из-под контроля. Но стоило ей попасть домой, как ее тут же окружили сестры, которые расспрашивали, поедут ли они в ближайшее время в Берлин, познакомятся ли с группой, но Холли лишь пожимала плечами, молча уворачиваясь от вопросов. Лишь только Дэн понимал, что творилось все это время с ней. А ведь он говорил ей не приезжать, не пересекаться с ними — она хотела так отчаянно начать новую жизнь, что сама же кинулась в тот самый старый омут с головой, забыв про новые правила. Однако в то же время он видел, как она светилась от счастья, когда они выезжали куда-то вместе, когда они заказывали ужин на дом или же собирались в компании друзей по работе, собирались на модных показах, на которых Холли обычно всегда что-то комментировал, а Дэн пропускал это все мимо своих ушей. Поэтому он и решил, что покупка кольца и особенного украшения стало бы самым пригодным в данный момент для нее подарком. Он надеялся, что они смогут устаканить эту новую жизнь вдвоем, что она пойдет слепо вместе с ним, потому как между ними было достаточно доверия, в отличие непонятных отношений с вокалистом, который то и дело вел себя как типичный сталкер и пытался разрушить не только свою, но и чужие заодно. Холли сидела с бокалом вина в руках, забыв совсем, что у Дэна давно были ключи от квартиры и девочки привыкли его тут часто видеть, поэтому когда она услышала шорох позади себя и как ладони легли ей на плечи, она немного напряглась, но потом тут же откинула голову назад. Именно тогда, сидя за барной стойкой, они говорили, продолжая разливать по бокалам вино, и Холли начинала постепенно улыбаться, окончательно забывая про поездку в Европу. Она смотрела на Дэна так с надеждой, когда открыто ему говорила про все, что случилось. И в этот момент Дэну казалось, что он поступал совершенно правильно, доставая из кармана коробочку и ставя ее перед ней, совершенно ничего не объясняя. Глаза широко раскрылись от удивления, а рот немного приоткрылся, когда он просто попросил ее выйти замуж и объяснил для этого причины. Холли никогда не думала, что однажды она станет женой или матерью, она не хотела такого будущего, предпочитая жить одним днем, но начало девяностых все так резко переменило, что те темы, которых она раньше избегала, теперь она их рассматривала и пыталась даже их как-то принять. В итоге, новость разошлась очень быстро, когда многие начинали замечать кольцо на пальце Холли, что она просто устала отбиваться от назойливого шептания за ее спиной и очередных поздравлений о скорой помолвке. Разумеется, она знала, что эти новости вскоре дойдут и до Дэйва, который пришел бы в полное замешательство от подобного. Но вместе с этим Холли тут же спросила мнение у Дэна, как бы можно было заняться благотворительностью, чтобы помогать детям и женщинам. Решение было обоюдным, и Дэн носился с документами на организацию фонда, однако в остальном Холли решила полагаться только на себя. Иногда ей приходили на пейджеры сообщения, в которых Дэниел писал об ухудшении состояния Мартина, и Холли несколько выглядела обеспокоенно, но не решила пока никуда ехать. Она и так не очень выглядела решительной, когда видела Мартина в Берлине, но в этот раз она просто сослалась на свою занятость, лишь изредка отправляя на пейджер Дэниелу сообщения, что она всегда поддерживает Мартина. Они готовились к модному показу в Нью-Йорке, поэтому большую часть времени Холли пропадала на мерках и в модном доме, уже зная точное время и место показа. Ее так вдохновляла публика, сидящая на местах, поскольку она давала ей столько бодрости и сил. Многие шептались рядом друг с другом, пытаясь показывать свою заинтересованность нарядами и моделью, кто-то молча завидовал, а кто-то продолжал восхищаться творениями маэстро. Так или иначе, Холли уже давно не появлялась на подиуме, что для нее любое мнение или же шепот был как самый лучший комплимент, который мужчина мог сделать женщине. И кто бы знал, что Дэйв опять появится в ее жизни, как навязчивая муха, которая так и прилетала на сладкий запах варенья и не могла оттуда улететь, продолжая возвращаться снова и снова. Холли прошла мимо него, делая вид, что не замечает его, пока Дэйв не окликнул ее так громко, что все в комнате обернулись, мельком начиная наблюдать за сценой. Многие здесь помнили, что Холли встречалась с Дэйвом в течение долгого времени, но никто не мог поверить, насколько сильно тот изменился. Неудивительно, что Холли и вовсе предпочитала не смотреть на него и изображать полное безразличие. — Последнее, чего я бы сегодня хотела, так это видеть на модном показе тебя, — прошипела Холли, слыша, как ее уже разыскивал Дэн, у которого были прекрасные новости для нее. — К тому же, меняя ждет Дэн с очень хорошими новостями. — Подожди, я хотел бы… — Нам не о чем с тобой говорить, как я уже сказала. Почему ты не можешь просто оставить меня в покое?! Сделать вид хотя бы, что меня не существует? Зачем ты каждый раз так резко врываешься в мою жизнь, если мы уже давно друг для друга все расставили по своим местам? Зачем ищешь именно меня, когда у тебя есть теперь Тереза, есть дом хоть какой-то? — ее тирада еще продолжалась некоторое время, пока она не почувствовала на своем запястье пальцы Дэна, который молча ее просто просил остановиться. — Неужели ты не видишь, что я счастлива, что у меня в жизни все наладилось? Зачем ты продолжаешь это делать?! — Я продолжаю это делать?! Мы не имели ни одного нормального разговора, начиная прямо с начала прошлого года! Ты вела себя слишком странно, а когда я не мог достучаться до тебя, я просто не понимал, что происходило с тобой, — Дэйв тоже уже перешел на высокие тона, несмотря на мужчину рядом с Холли. — Странно? У меня умер брат, друг, я слезла полностью с наркотиков, лишь бы забыть и начать нормальную разумную жизнь, пока ты занимался обратным. Думаешь, мне не было никакого дела до того, что с тобой творилось? Я просто была в ужасе, видя, как Тереза тебя загоняла во все это. Если и хочешь кого-то винить, то не меня. Мне плевать, ясно?! Она выпустила руку Дэна и вышла из комнаты, громко хлопнув на прощание дверью. Дэн лишь укоризненно посмотрела на Дэйва, напоследок говоря ему больше не появляться рядом с ней, если он не хочет, чтобы в это дело сам лез Дэн. Он тоже был влиятельным человеком и мог точно сказать, что в этот раз никаких поблажек или снисхождений по отношению к Дэйву не будет. Он видел, как сильно страдала Холли, стоило только Дэйву приблизиться к ней. Возможно, она до сих пор что-то к нему чувствовала, поэтому ей так сильно не хотелось, чтобы он был своеобразным напоминанием в его жизни. А может быть, между ними произошло еще что-то более ужасное, что Холли не хотела его видеть. Дэн терялся в догадках, ведь он замечал мельчайшие детали в поведении своей невесты. В любом случае, они продолжали играть в кошки-мышки, постоянно встречаясь в таких неожиданных местах, что каждый раз уходила со злостью Холли, наплевав на все рамки общественного приличия. Если эта была одержимость, а не любовь, то он искренне надеялся, что рано или поздно пелена с разума Дэйва сойдет и Холли станет ему неинтересна. Но как уже и говорилось раньше, после этого все к чертям пойдет у Холли. Кто знал при самом первом знакомстве, что эти отношения будут с каждым разом все больше и больше вести их в тупик? Она не могла никуда исчезнуть, где бы его ни было, однако, несмотря на все это, еще была большая возможность налаживать свою жизнь так, как хотелось. Она мечтала о том, что после свадьбы они полноценно переедут в общий дом, а эти квартиры оставят на всякий случай, если будут возникать какие-то трудности с работой. Она считала, что выходить за бизнесмена несколько меркантильно, ведь он богат, но с другой стороны, Холли знала, что в эти времена они были нужны друг другу также, как Дэйв в очень странных обстоятельствах нуждался в ней. И будет ли когда-то поставлена жирная точка во всем этом, еще оставался большой вопрос.