Смерть Дьявола

— Что ты имеешь в виду? В голове Лилит одна догадка сменялась другой. Все, о чем девушка сейчас могла думать — почему? Почему она не догадалась раньше? Все очевидное так просто, но так чрезвычайно важно!!! — У Грея другой тип магии. С его помощью мы сможем сэкономить больше сил и использовать заклинание Призыва Ледяного Демона, когда доберёмся до самого конца. Вероятность того, что демона положит демон же - больше на тридцать процентов. Только, чтобы все сработало, мне нужна твоя помощь, Лексус. — Куда ж я денусь, — хмыкнул парень, скрестив руки на груди, — но хорошо бы знать, в чем конкретно? — В задворках адских врат, — девушка судорожно сжала кулаки, словно воспоминания об этом месте вызывают у неё довольно неприятные эмоции и смешанные чувства, — не имеет значения, хороший ты человек или плохой. Каждый новый уровень, который нам придётся пройти, способен свести с ума человека, чью душу одолевают сомнения. Он смотрел на неё не в силах оторвать взгляд, в котором прослеживались нотки надежды в перемешку с неким разочарованием. Его, кажется, даже не волновали подробности нового плана, обратно, блондину был важен исход. Дреяр прекрасно понимал: если идея окажется неудобоваримой, Лилит забудет о ней, прогонит наваждение и вернётся к изначальному плану, в котором сама девушка прикажет «долго жить». Вот только и другое он осознавал: старшая Фуллбастер — прекрасный интриган и стратег. Она не станет совершать бесцельные поступки. Как ни крути, рисковать — это одно, а поступить необдуманно и напрасно лишиться жизни — бессмысленно и нелепо. Брюнетка же, тем временем, продолжала: — Я очень боюсь, что ребята не справятся с моральным давлением. Каждый из них, конечно, обучен мною защите от вторжения в разум, но поистине сильны духом лишь трое: Нацу, Эльза и ты. Нацу обрёл покой после встречи с Игнилом и войны с Зерефом, Эльза же — бой-баба с жутким, мучительным прошлым, справится с чем угодно, несмотря ни на что. А вот ты — убийца драконов второго поколения, волшебник, дважды наглотавшийся антимагических частиц и выживший после этого. Помимо прочего, ты предал свою семью, но сумел погасить злобу внутри своей души. Ты другой, Дреяр. Она улыбалась. Лексусу показалось, что улыбается она, даже когда ей больно, когда её избивают или избивает она, прямо как сейчас, в самое сердце. Лилит будто бы плевать. Она вроде как тут, но её и нет нигде вовсе. Абсолютная пустота, мгновенная прокрастинация. Сложнее человека он не встречал, но, наряду с тем, искреннее тоже. — Что ты имеешь в виду? — В тебе не осталось сомнения. Ты за многое уже покарал себя, покаялся и простил. В аду оно, знаешь ли, невероятно важно... Ты думаешь, кто-то удерживает души? Кто-то насильно подвергает их мукам и страданиям? Нет. Они сами... Сами не могут простить себе ошибку, гниют изнутри, не в силах принять её. Самых слабых из нас ожидают испытания нашим же грехом, поэтому я проведу финальную тренировку, на которой определю основной состав участников задания. Это слишком серьёзно, чтобы допустить хоть один прокол... И вновь она удивила его. Она так говорит о себе: с таким рьяным упорством и безразличием критикует свои мысли и просчеты. Между тем, Лексус продолжал ее разглядывать. Он и не заметил сразу, но Лилит, кажется, немного изменилась: худенькое, совсем худенькое и бледное личико, какое-то встревоженное. Ее даже можно было назвать жутко надменной, но янтарные глаза были такие ясные, и, когда оживлялись они, выражение лица ее становилось такое доброе и простодушное, что невольно привлекало к ней. В лице ее, да и во всей ее фигуре, была сверх того одна особенная характерная черта: несмотря на свои годы, она казалась почти еще девочкой, гораздо моложе своих лет, совсем почти ребенком, но мигом это чувство пропадало с её движениями и манерой говорить. Лилит вновь напомнила ему Мавис: она все больше походила на неё, разве что была более статной и горделивой. — Умно, очень даже. Намекаешь на то, что не все мы пойдём за тобой? Но что могу сделать я? — По моим расчётам, до конца дойдём только мы двое. — В каком это смысле?! — Лексус аж подпрыгнул, — А остальные помрут что ли? — Да нет же, — успокоила его убийца демонов, — Они, скорее всего, застрянут, останутся разбираться со своими грехами, но только от нас будет зависеть исход. Понимаешь, последний круг — круг предателей... Твоя доля в любом случае выпадает на него. — Но зачем нам на самое дно Ада? — Видишь ли, — Фуллбастер задумчиво опустила голову и присела обратно на диванчик, — Боши на днях сообщила неприятную новость. Люцифер опустился на последний круг. А это значит, что падшие ангелы вот-вот развяжут войну против подлунного мира. Если Люци там — там и Хокори. Он довольно сильный дух. Своей гордыней он способен затуманить разум не только человеку, но даже демону, а рядом с Люци он в последнее время находился почти постоянно... — Как ты его назвала, прости? — бесцеремонно перебил Лексус; он прищурил глаза и надменно ухмыльнулся, — Люци? Девушка не на шутку разозлилась, ведь лицо громовержца оттенила ревность. Конечно, поведение блондина давно дало понять, что он неровно дышит к ней, так же, как и она к нему, но все же... Они лишь друзья, в данное время, в данном месте. Лилит просто вывело его поведение: как он может давать волю эмоциям в такой важный момент?! На кону ведь жизнь всего человечества! — Послушай, Дреяр...— она вновь подскочила с дивана и подошла вплотную к парню, — Оставь свою ревность при себе... Сейчас куда более важные вещи и слова имеют цену, а я в своей жизни за всё привыкла платить, потому и молчу, как правило... В голосе её сквозила злоба, привычное тёплое дыхание словно поледенело. В этот момент Дреяр почувствовал незримую силу, исходящую от его собеседницы. Он словно бы разговаривал с исчадием ада, с самим Дьяволом. Ему даже показалось, что пронзительные глаза Лилит налились кровью, но наваждение ушло быстро, в тот момент, когда девушка отвернулась от него. — Мы давние приятели, как это ни странно, — продолжала убийца Демонов, — Время нас, конечно, отдалило, но уважение никуда не делось. С появлением Хокори все изменилось, но я как сейчас помню, с чего все началось...

FLASHBACK

Солдаты с оружием, торговцы, кучи женщин и детей толпились на перроне, в здании вокзала, поджидая поезд на Шафран или ещё куда, только бы не задерживаться в Раффеле. Конечно, вместо того, чтобы волноваться по поводу того, что случится сегодня, людям было бы полезнее спросить себя, что с ними будет завтра, но случай не тот. Странные вещи происходили в городе более полутора недель. Ряд волнений уже прокатился среди местных жителей, когда сегодня, не далее как в десять часов утра, аварийная служба Раффела объявила о всеобщей эвакуации, всвязи с военными учениями центрального штаба Фиора. Она ужасно рада была, что наконец ушла; пошла потупясь, торопясь, чтобы поскорей как-нибудь уйти у военных из виду, чтобы пройти как-нибудь поскорей эти двадцать шагов до поворота направо в улицу и остаться наконец одной. Семнадцатилетняя Лилит Фуллбастер прибыла в Раффел на последнем идущим в его направлении поезде. В этом городе, как она выяснила, находится самая древняя библиотека на всем континенте, так что именно здесь девушка надеялась найти ответы на все интересующие её вопросы. Вот уже переполненный проспект остался позади, мысли девушки полностью направились к центру — в кладезь знаний Ишгара. Всем известно, как тихи кладбища. Библиотека – самое веселое из них. Тут уж покойники в полном составе: они не сделали ничего плохого, лишь писали... От книги исходит аромат склепа. Вот тут начинается странный процесс, который Лилит называет чтением. С одной стороны, это обретение: она передает свое тело мертвым, чтобы они могли ожить. С другой – это общение с потусторонним миром. Было что-то такое в запахе книг, в аромате чернил, бумаги и кожи, в том, какая пыль в библиотеке, казалось, она даже вела себя отлично от пыли в любой другой комнате, она была золотой в свете свечей, оседая, как пыльца на полированные поверхности длинных столов. Лилит любила книги, окунала свой разум будто тело в горячую ванную, когда перебирала древние страницы. Мнимый смысл её жизни последние годы только в том и заключался, чтобы думать, вспоминать, соображать каждое сказанное слово, каждое обстоятельство. Никогда, никогда она не ощущала ничего подобного. Целый новый мир неведомо и смутно сошел в ее душу. И, уж конечно, она не могла заметить в эту минуту одного незнакомого ей человека, прилежно следившего за ней и провожавшего ее по пятам. Он провожал ее с самого выхода с вокзала. В ту минуту, когда она остановилась у входа в опустевшее книжное здание, этот прохожий, не обходя её, вдруг как бы вздрогнул, нечаянно на лету поймав слова Лилит, сказанные несвязно, себе под нос: «Как у Харона: тихо и пахнет древностью...» Он быстро, но внимательно оглядел её, в особенности глаза чистого, золотого цвета, которые теперь оглядели улицу, явно не замечая наблюдавшего из-за угла незнакомца; потом посмотрел на дом и заметил вывеску, узнав в нем древнее книгохранилище. Всё это сделано было в мгновение, на ходу, и прохожий, стараясь не показать даже виду, вошел в библиотеку, убавив шагу и как бы в ожидании. Он лишь про себя размышлял о том, что образ этот источает до боли знакомую энергию, а догадки о личности черноволосой девушки уже закрались в сознание. «Историю Ишгара» на столе сменила «Античная мифология». Лилит сняла очки ураганного чтения в фиолетовой оправе и устало потёрла глаза. Слова, мысли сотен авторов вырисовывали в голове причудливые узоры и истории. С каждой новой книгой её все больше тяготила эта бытность: разговоры о богах и бессмертии, об их беспорядочных и нелогичных поступках... Быть может, именно в этом Боги больше всего завидуют людям? Возможность умереть, дождаться конца эпохи. Ведь если ты бессмертен, эпоха длится вечно. Именно поэтому среди богов нет героев. Героизм рождается заключительной сценой. — И здесь ничего... — черноволосая опустила голову на стол, захлопнув очередную книжонку. — Иногда ответ в загадке бывает настолько явным, что мы просто его не замечаем. Лилит резко обернулась. От звука его голоса она напряглась и не смогла произнести ни слова, только не отрывала от него взгляда. Сила, которая привела её сюда, теперь притягивала к нему и отталкивала одновременно. Сахарный, мягкий бас будто был следствием высокого содержания яда в мыслях незнакомца. Чего нет в мыслях, того не будет и в глазах. В его же темно-карих глазах — ни толики страха или смущения, лишь уверенность и легкая насмешка. Лилит опустила взгляд с лица брюнета на старомодный, но довольно простой аккуратный фрак, две верхние пуговицы которого были расстегнуты, а из-под чёрной ткани выглядывала белая рубашка. Он будто сошёл со страниц одной из только что прочитанных ею книг. — Разве что ответа нет. — О, — рассмеялся мужчина, — Не бывает безвыходных ситуаций… Тебе просто нужно умереть раньше, чем они тебя убьют. — Неужели так просто? — девушка развернулась к незнакомцу, покинув своё насиженное место, — Просто взять и умереть? — Не трудно попасть на тот свет. Трудно вернуться. Мужчина оттолкнулся от шкафа, на который опирался до этого момента, и подошёл ближе. Теперь Лилит смогла подробнее рассмотреть его лицо: гладкое, цвета топленого молока, с легкой ровной щетиной, оно выражало видимый интерес, вызванный отчасти личностью девушки, отчасти той интимностью, что возникла внезапно и негаданно: — Прошу меня простить, миледи, я не представился. Рем, работник этой библиотеки, я... — Не нужно, — Фуллбастер перебила его, подняв руку, — Ни к чему грешить обманом с утра пораньше. Я прекрасно понимаю, кто ты, так же, как и ты знаешь, кто я. Улыбка на его лице расплылась в волчьем оскале, а глаза как-то безумно округлились. Конечно, он быстро успел разглядеть в Лилит чрезвычайно целеустремлённого и проницательного человека. Но это нисколько не разуверило и не ободрило незнакомца. Если бы даже он убедился, что она является сродни всяким местным дурочкам, то и тогда бы не утихло его беспокойство. До всех этих мыслей, систем, с которыми столкнулся он при встрече с ней, ему никакого не было дела. У него была своя собственная цель. Ему надо было только поскорей и немедленно разузнать: сильна она или нет? — Вы – демон, это я знаю наверняка, — продолжала девушка, — Только вот жизненной энергии человека, чьим телом вы завладели, я не ощущаю... — Удивительно! — незнакомец восторженно хлопнул в ладоши, — Как же! Как же так?! Не думал, что встречу убийцу демонов в такóм месте! Но только вот вы ошиблись, дорогая. Я не демон... Я – сам Дьявол... Лилит не в силах была даже с места сдвинуться. Уж чего-чего, а такого поворота она не ожидала. То ли в силу неопытности, то ли наивности, но новость эта не стала для неё ударом. Сюрпризом? — возможно, разумеется, исключительно приятным. — Не думала, что в такой чрезвычайно приятный день, встречусь со злом во плоти, — девушка присела на стул и указала мужчине на соседний. — Я – зло? — он сомнительно усмехнулся и принял приглашение присесть с таким видом, словно все происходящее неимоверно забавляло его, — Я – справедливость! Я тот, кто пришёл в сей мир, чтобы поддерживать справедливость и защищать слабых... я, конечно, не бог! Но, не думаете ли вы, что именно те, кто противятся богу... они – зло? — Бесспорно, но... В вашем восприятии, добро есть справедливость? Не смирение, как учит земная догматика? — Лилит указала на «Античную мифологию», что так и лежала на крышке темного стола. — Людям приходится подстраиваться под общественную мораль, — мужчина взмахнул рукой, в которой моментально оказался изящный бокал с красным вином, — Божественное провидение должно покарать зло, а если нет, то кто-то должен взять на себя эту роль, — он вновь взмахнул рукой, призвав ещё напиток, и протянул его девушке, — Что, собственно, и сделал ваш покорный слуга. — Так... Как я могу к Вам обращаться? Мужчина приложил бокал к губам и невольно прикусил стекло, словно вопрос этот выходил за рамки дозволенного. Очевидно, убийца демонов ещё слишком юна, чтобы безоговорочно контролировать ситуацию. Он рассчитывал, что она раскусила его, поняла до самого конца, кто он и зачем явился. — Моё имя — Люцифер, и, надо признать, я возлагал на тебя куда бóльшие надежды... — он наконец допил вино и испытывающее воззрился на Лилит, — Сколько у тебя уже печатей? Фуллбастер хотела было поинтересоваться, как он узнал, но вовремя одернула себя, вспомнив, что ведёт беседу с Сатаной. Не мудрено, что ему всё известно, наоборот, даже удивительно, что он проявляет к ней такое участие: — Три, — она так же отпила из бокала, — Минос, Харон и Боши. — Ладно ещё Харон с девчонкой, но этот пафосный извращенец-то тебе зачем? — скептически поинтересовался Люцифер, почесывая щетину. Лилит не ответила. С каждой минутой разговора ей становилось все сложнее: просчитать каждое слово, каждое движение оппонента, да и своё тоже, стоило юной заклинательнице неимоверных усилий. — Мне бы только узнать, — тихо проговорила она, прикрыв глаза, стараясь преодолеть навязчивую головную боль, — Кем я стала после смерти отца? Что делать дальше? — Живи и страдай, — девушка испуганно распахнула глаза, привычный бас сменило жуткое эхо; на месте нового знакомого никого не оказалось, и только пустой бокал на столе был свидетельством его присутствия, — Все, кто во тьме, ищут свет. Но найдя его, они слепнут от его сияния. И они чувствуют боль. Такова истина. Однажды ты сожжешь свои глаза сиянием истины и познаешь вечную тьму. — Нет, Люци, — улыбнулась Лилит, глядя на бокал исподлобья, — Я отыщу свою истину. — Самонадеянно, — эхо усмехнулось, продолжая растворяться в пределах кипы книжных шкафов, — Но что ж... Ты молодая, дерзкая, а с наглостью и детством спорить всегда бесполезно. Удачи, Лилит Фуллбастер...

***

Ветер рвано проникал в уши, немного приглушая шаги гнавшейся за Лилит толпы. И на кой черт её потащило в этот проулок?! Вечерний Шафран славился своими огнями и проспектами, но именно сегодня, в такие дождливые сумерки, фонари приглушили и тьма поглотила улицы уже к двенадцати часам. Девушка, заплутавшая в незнакомом городе, надумала срезать путь до гостиницы через узкий проход между домами, но там её поджидал весьма неприятный сюрприз. Четверо мужчин, которые, конечно, не просто так там стояли! Она могла бы ещё сотни ругательств обрушить на себя, если бы от разъяренных мужланов не пришлось быстро делать ноги. Как назло, именно сегодня она участвовала в одном из уличных соревнований, чтобы выбить немного драгоценных из смельчаков, которые рискнут сразиться с ней. Сил на это ушло довольно много, не хватило бы даже на призыв Боши. Оставалось одно — бежать и не оглядываться. Сколько она уже пробежала? Возможно, половину города! Чувство такое, будто сжимает горло невидимая рука и нет сил сделать вдох. И сердце бьется бешено, и грудь болит, и тело сотрясает дрожь. И хочется одного лишь — вырваться из тяжелых, давящих стен, и бежать, бежать, бежать... Куда угодно, но бежать... О нет, тупик! — Черт! Лилит уперлась руками в противную кирпичную стену. За спиной послышались шумные шаги, а следом – заливистый хохот. Стадо баранов зажало в угол беспомощного ягнёнка. Только хорошо, если бы девушка отделалась обычными ушибами. Её не отпускала мысль, что ситуация чревата потерей достоинства, потому Лилит решила: бороться до самого конца, пусть даже ногтями придётся выцарапывать свою свободу! — Деточка, куда же ты так ломанулась?! От такого лилейного, пропитого голоса тянуло блевать, но Фуллбастер и бровью не повела, хотя понимала, что сил уже совсем не осталось. Самый, по видимому, главный и авторитетный из всей компании мужчина стал приближаться к девушке, протягивая свои сальные руки. Чувство мерзости накатило на Лилит, но отступать было некуда. Она уже готова была нанести удар, как вдруг, сквозь шум бьющихся о тротуар капель, расслышала знакомый голос: — И не стыдно взрослым, здоровым мужикам притеснять столь юное, прекрасное создание? Толпа обернулась на источник звука, а Лилит лишь чуть шире раскрыла глаза. Неясный силуэт выглядывал из-за угла, подпирая собой стену многоквартирного дома. Чёрный смокинг взмок от осадков, но все такая же белая рубашка будто бы и не потемнела вовсе. — Ты ещё кто? — рявкнул рыжий, по виду совсем ещё молодой парень из толпы. — Я? — он все так же насмешливо, как и в их первую встречу, оттолкнулся от стены и приблизился к компании мужчин, концентрируя вокруг себя тёмную энергию, — Я – справедливость... Будто повиновавшись невидимой силе, ливневые капли застыли на месте, сохраняя лишь свою форму, но не направление. Возможно, если бы вам суждено было увидеть чудо в форме преодоления законов физики, вы смогли бы представить лица обидчиков, да что уж греха таить, лицо самой Лилит! Сюрпризы на этом, однако, не закончились: новоприбывший вдруг резко распахнул глаза, что сверкали теперь кровавым светом и направил поток темной энергии на компанию, забившую девушку в тупик. Секунда — на месте мужчин остался лишь пепел. — Нет... Как?... Люци... Люцифер? — Лилит намного заикалась от шока. — Мир прогнил. Отбросы заслуживают смерти, — он потёр виски, приходя в себя, а затем с улыбкой взглянул на девушку, — Не рада меня видеть, королева демонов? — Спасибо, — в горле пересохло, благодарность получилась немного хриплая, но Дьявол энтузиазм Фуллбастер охотно разделил. — Если и дальше будешь попадать в такие передряги, благодарить будет некому, — он самодовольно хмыкнул, — Да и некого! Не надейся, что я буду постоянно тебе помогать. Это был первый и последний раз. — Тем не менее, он был... — подстать Люциферу ответила девушка; он схватил её за запястье, будто бы напомнив лишний раз, с кем она разговаривает, но Лилит так и продолжила улыбаться, — Не внушаешь страха, Люци, даже не старайся! — Не называй меня так... — Как? Люци? — она пропела это имя, нарочно действуя на нервы Сатане, — Я ждала тебя! Просто ответь на мой вопрос, и я отстану, честно! — Валяй, я сегодня добрый. — Можно ли убить Дьявола? — Дьявол - тот же демон, — Люцифер устало посмотрел на часы, а затем вновь на девушку; прошёл целый год с момента их первой встречи, он, надо признать, наблюдал за ней, и тем сильнее нарастал его интерес, чем больше слухов в загробном царстве ходило о таинственной Королеве Убийц, — А с ликвидацией демонов ты, по-моему, справляешься на «ура». — Нет, подожди, — она удержала уже намеревавшегося удалиться Демона за руку, чем доставила ему весьма неприятные ощущения: на запястье появился ожог от конфликта ментальной энергии, — Ещё кое-что! Можно ли заключить с тобой договор? Странно, они стояли молча, лицом друг к другу, и у Лилит возникло ощущение, уже не в первый раз, какой-то необъяснимой близости, не любви, не симпатии, нет. Но соединённости судеб. Словно потерпевшие кораблекрушение на клочке земли... нет, на плоту... вдвоём. Против собственной воли, но — вдвоём. Вместе. — Теоретически, это возможно. Только силы у тебя не хватит: ни сейчас, ни многим позже... Я могу лишь обучить тебя азам. Лилит было обрадовалась, но тут же как-то недоверчиво сникла. В конце концов, она ведёт диалог с Дьяволом, а он, как известно, просто так ничего не делает. Ведь Демоны появляются на свет не естественным путем, а из ненависти и тьмы в сердцах других людей, тогда откуда он? Из рая, как и гласят легенды? Девушке почему-то казалось всё куда более запутанным и сложным. — Зачем тебе это? — Возможно, когда-нибудь мы сойдёмся в схватке. Кто знает, по разные ли стороны баррикад, или в качестве союзников? Сейчас ты известна во всем подземном мире, как культовый Киллер беглых душ. Ты возвращаешь их на место, чему я безмерно благодарен. — Предлагаешь просто помочь друг другу? — Услуга за услугу, — улыбнулся мужчина, — иначе я не делаю, сама знаешь! Ну так что? Иногда лучший способ погубить человека — это предоставить ему самому выбрать судьбу. Но ведь правильного выбора в реальности не существует, так? Есть только сделанный выбор и его последствия. — Согласна!

End of FLASHBACK