13.Новое существо и новые страсти.
3 декабря 2019 г., 19:57
Столько воды утекло с того момента. Все проходило тихо и спокойно, но, как всегда и было, имелись войны за AU, ссоры разных жителей мультивселенной между собой, раздоры и тайны. Мне с Инком казалось, что с моей первой беременности время остановилось на время, создавая благоприятные условия для еще одной родной души, что, конечно, и получилось. Нашему старшему сыну Паперджему уже где-то пятнадцать лет, и с того времени, как мои нити покуксились на его жизнь, прошло пять лет, но никто его не замечал, даже мы, его родители, ни разу не увидели Папера. И все это произошло из-за того, что у него были не мои способности разрушать — Пиджи обладал такой же магией, как и его второй родитель. Я так жалею об этом.
Я проснулся, посмотрев на часы, которые висели на стене и понял, что сейчас, черт возьми, шесть часов утра…***
—Автор, ты дура, в Анти-пустоте нет времени. — Ева вертелась вокруг нее, вынуждая автора погнаться за ней. —Агась, не отрицаю. — Не прерывайте историю, пожалуйста.***
Я так рано проснулся. «Надо разбудить Инка» —подумал я, но как посмотрел на него своими глазищами, так мне как-то сразу расхотелось его будить. Он такой милый! —Хороших снов! —желаю я, уже зная, что сны Инк видит очень редко из-за бездушия, а эмоциональность, как и мое отсутствие гаптофобии, проявляется только по отношению ко мне или к нему. Хотя… В этом есть и плюсы — он не сможет лгать мне, как всем остальным, будет любить меня и чувствовать привязанность, вести себя более связанно, чтобы не чувствовать вины ко мне. В холодильнике я нашел пару шоколадок, и, кажется, остальные пять плиток съел Инк. В последнее время он много нервничает по поводу меня и всего происходящего, часто приходя усталым и выжатым, как лимон. Одна долька спокойно отправилась мне на язык, и я ощутил приятный вкус горького шоколада «Бабаевский», тая от удовольствия. Шоколад — одно из моих любимых блюд, которое могу только обожать. Если бы я не встретил Инка, то вполне возможно сделал бы предложение шоколаду, а не ему. Испуганный художник чуть ли не кубарем прокатился по леснице, беспокойно вертя головй во все стороны. Я вспомнил, что тот всегда просыпался со мной в объятьях, а сегодня не находя меня рядом с ним, страшно разволновался. —П-почему ты встал так рано и не разбудил меня? —Инк потер ушибленное место, захватывая мою ладонь, понимаясь на ноги. —Ох, прости, я не знаю, почему встал так рано. Я хотел тебя разбудить, но ты так мило спал, что мне не захотелось будить моё чудо. —отвечал я. Он сел рядом со мной и обнял, поглаживая по экто-животику. — Очень скоро я буду заботиться не только о тебе, Эррор. —Да. —Как думаешь, Пиджи нормально к этому отнесётся? Я его давно не видел. —Я тоже не встречал Папера. Но скорее всего, он отнесётся к этому нейтрально: ему уже должно быть около пятнадцати лет, а это не возраст для ревности родителей к брату. Как думаешь, он простит меня? —Я-я не знаю. Возможно…? —неуверенно ответил Кики. —Какой же ты все-таки милый, коротышка. Опленил меня своей милотой и «радужностью», заразив ею и меня. —усмехнулся я. —Пойдем завтракать!.. Аргх! Инк, быстрее создай портал к ученому! — я согнулся пополам и еле прокричал эти слова. Инк быстро взял Брумми и открыл портал, схватив меня в охапку, запрыгивая туда. Ох, как я не привык к путешествиям через краску, меня сейчас стошнит! В лаборатории никого не оказалось. — Где же этот кретин? — зашипел я, и мой голос разнёсся эхом по комнатам. Бумаги зашелестели и послышался голос местного Санса — видимо, он услышал мое нелестное оскорбление, отозвавшись на него. —Я здесь! — похоже он выбирался из возвышений записей, отчётов и ещё чего-то важного для него. Ученый запыхался, добегая до нас. —Что произошло? —Кажется, началось. — тихо ответил Инк, успокаивающе гладя меня по спине. —Все будет хорошо, Оши, потерпи. — Ох, черт! Почему так рано?! Я уже и забыл, как все это проделывать. —Быстрее уже! Недо-ученый! —Я вам не акушерка! — Святые тапки! Что же так больно-то! Можешь аккуратнее, мелкий? Твой брат был намного спокойнее! —Похоже, что он очень хочет поскорее родиться, чтобы показать себя своим родителям. —ответил за малыша недо-доктор.Агрх больно. Инк ретировался из комнаты, дожидаясь конца на диване, что уже происходило и в прошлый раз. Я мельком увидел, как маленькая перевёрнутая душа вышла из моего экто-тела, и магия на позвоночнике начала рассеиваться. Крохотное тело скелетика оказалось в руках ученого, и мои мучения наконец закончились. —Как вы его назовёте? —Мы не думали об этом.—я потер затылок, стыдясь такого откровения. —Но сейчас меня интересует его способность. —Это вы узнаете после его десятилетия. — Понятно… —Оши, если тебе стало лучше, пошли домой? — трусишка Инк ворвался в комнату, обнимая меня и разглядывая сына. — Так как вы его назовёте? — Мы потом придем, чтобы ответить на этот вопрос. Дело в том, что у меня было много вариантов имен, но их всех я уже забыл. —рассмеялся художник. Мы попрощались с ним и вернулись домой.***
—Наконец-то мы дома! Куда тебя нести, скажи побыстрее, а то мне ещё комнату ему рисовать. —А-ага. —я немного покраснел, неловко ответив ему, вспомнив, что про комнату у меня даже мыслей не было. И комнату мелкому рисуй возле спальни, ладно! — Хорошо. Покорми его, когда он проснется!***
Инк пытался придумать, как бы оригинальнее обустроить комнату малышу? Перед ним пустая комната. Такая серая и мрачная… Можно добавить ярких цветов, но оставить несколько несколько темных оттенков, чтобы и Инку, и Эррору было тут комфортно, как и малышу. «Так-с, детскую кроватку поставл у нас, а здесь поставлю одноместную кровать. Пусть малыш потом сам выберет цвет постельного белья.А вот тут пусть будет большой шкаф. Письменный стол возле окна создам, там больше света. Можно поставить к углу сундук с игрушками, а на пол поселить зелёный коврик-траву. Потолок я украшу так же, как и небо в Outertale, как было раньше в моей комнате. Эррор хотел поменять некоторые вещи, когда ее увидел. Ну раз так хотел, я переделал. Я уже все доделал и сильно устал! Надо бы отдохнуть."—подумал Инк, посмотрев на потолок, увидев яркую жёлтую звезду, невольно вспомнив о Дриме. Интересно, как он? Ай да ладно, он же сам Позитив, найдёт себе кого-нибудь!***
—Ой, все у кого-то психи пошли по улице гулять. —Ева разлеглась на кресле, чуть ли не задевая ногой автора. —Я что-ли? —Нет, у тебя и так на улице псих живёт. Хватит тебе. —Знаю, знаю, его несколько раз в дурку забирали. Почти соседи. —Может мы наконец закончим сегодняшнее повествование без всяких добавлений? — соавтор копошился в рукописях, исправляя ошибки. —Но так же тем, кто все это читает будет весело! Эти вставки разбавляют атмосферу! —Ладно, все. Я понял вас обеих.***
Инк застал замечательную картину, давно незамечаемую: Они заснули в обнимку, и Эррор прижимал его, как свое сокровище. Хранитель присел рядом с ними, головой дотрагиваясь до плеча Эррора, ложась на него. В Underswap десять часов утра, можно и поспать. Погодите, мне же надо на работу. Хотел бы я устроить выходной сегодня! —Хорошо, разрешаю. —раздался один из голосов в голове Инкуши. — Спасибо, Художник, ты так добр!***
Блу гулял по своей АU после тренировки с Альфис. Он чувствовал на себе чужой взгляд во время всей прогулки, постоянно оборачиваясь, будучи напряжённым. — Не бойся. —донесся голос из-за спины. Блу рефлекторно встал в защитную стойку.—Не стоит драться со мной, Голубичка. Даст смотрел прямо в голубые глаза, теряясь в них. И после очередного помахивания рукой Берри Пыльный наконец очнулся. — Хей! Даст, с тобой все нормально? — А? Ах да, да, все нормально, я просто задумался. А ты вообще молчи! —обратился Даст к воздуху. —Нет! Я не буду этого делать! Не-а! Папс, даже не думай! — Я, пожалуй, пойду. — Нет, подожди! Блу, стой! Остановись, пожалуйста! Я тебе сказать кое-что хотел! — Даст побежал за убегающим Блу. Заинтересованный в словах убийцы, Голубика остановился и повернулся к Дасту. Последний, не успев остановится, упал на него. — Ты чего так резко останавливаешься? Это было неожиданно.— и оба покрылись голубым румянцем. Даст случайно стукнулся зубами об черепушку Блу. Младший обвил его шею своими маленьким ручонками к себе, углубляя поцелуй. Голубоглазый каждый раз вытворял такое при встречи с Инком и Блу, и поэтому ему было ни капельки стыдно: Даст был его гостем, пришедшим прямо к нему. Почему бы не встретить посетителя по-достойному? — Ты что-то хотел мне сказать? — разговор, сильно нужный, заполнил разум скелетов. — Да-да, Блу, это… Я не знаю, как сказать это. — Ох, Даст! —засмеялся Голубика. —Можешь слезть с меня? —Прости. —Ничего. Иди сюда! — DT! Санс подошел к другому, и тот заключил его в теплый объятия. —Нья-ха-ха, я, великий Санс, признаюсь тебе, что ты нравишься мне! — Смешно. — Что тут может быть смешного? —отвернувшись, Блу отошел от него, надувшись. Даст обнял его со спины, от чего младший вздрогнул. —Я хотел сказать тебе тоже самое. —прошептал низкий голос на «ушко». Блуберри состряпал такое милое пошлое личико, что из носа Пыльного полилась кровь. —С тобой точно все в порядке? —Нет! Я просто сумасшедший и злой. Куда же ты собрался? От меня не убежишь. —он наблюдал за тем, как маленький скелет пытается вырваться из его захвата. —Даст, нет! Не надо! Я ведь люблю тебя. —Сейчас тут не Даст! —Папирус! Так ты настоящий?! —А почему бы и нет. —повел руками он. — Верни мне его! —Ты и вправду любишь его? НЬЯ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! — смех сумасшедшего разнёсся на весь лес. —Что с тобой? Блу был очень зол: мало того, что брат Даста захватил разум его друга, сомневаясь в теплых чувствах к нему! Его глаза покраснели. Он набросился на, казалось, Папируса, сломав ему несколько костей. —Я-Ягодка…—прохрипел покалеченный. Голубенький, услышав это пришел в себя. Увидев, что он натворил, все это заставило его шарахнуться от другого скелета. Снег окрасился кровью. —Что?! Эт-то… Сделал я?! Нет как я мог? Даст! Я… Я не… Я не х-хотел! Прости меня, Даст. Я н-не х-хотел! Не хотел! —разревелся Блуберри, размазывая слезы по лицу. — Ничего, я понимаю… Со мной было также. Прости, ягодка, но мне кажется, что ты тоже сходишь с ума. Скорее всего, т-ты был прав — мы похожи. —я… Я схожу с ума…? Нет! Не может этого быть! —Еще как может! —за деревьями появился ещё один Санс, похожий на Свапа. Его полностью пустые чёрные глазницы с очень маленькими красными зрачками устремлялись на него, будто пронзая насквозь. —Прими себя таким, какой ты есть и… УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ! — Нет, я не хочу этого! Я люблю его! Прекрати! Не надо! — Что же ты плачешь? От себя не убежишь, и это — правда жизни. То же самое произошло и с Дримом: он тоже любил, потеряв себя, а Инк пока что держится и пытается скрыть себя настоящего, похожего на меня, но обещаю, наступит время, когда его тело окрасится в цвет вашей крови! Знаешь, Блу, ты такой милый и наивный, что, возможно, даже я не хочу, чтобы что-то такое произошло с моим старым добрым любимым альтер-Голубичкой! Давай, я буду вместо Даста? — он приобнял маленькое хрупкое тело. —Позволь мне УБИТЬ ЕГО! —Нет! Я не позволю тебе убить его! Убирайся! Убирайся! — Блу почувствовал прикосновение. Даст… Он улыбается искренне и так подбадривающе, прибавляя сил. Скелетик в слезах обнял его и воспользовался лечебной магией. Альтер-Блу взревел, исчезая из этого мира, а настоящий потащил Даста к Андайн на лечение. — Не стоит… Я выдержу. Папс поможет мне. Так ведь? —он повернулся в другую сторону. —Да ладно тебе, не будь дураком. — раз не надо к Андайн, значит я вылечу тебя! — Папс поможет! —упрямо отпирался Даст, отталкивая руки в голубых перчатках. — Хорошо. Я, люблю тебя, Даст. —И я тебя, ягодка. — Даст попытался приподняться, но с шумом оседал вниз. — Тебе не стоит сейчас двигаться. —Наклонись, пожалуйста! —попросил Пыльный, и Блуберри послушно наклонился. Он здоровой рукой обхватил его за шею и наклонил ещё ниже.—Ты такой красивый… Надеюсь, я увижу тебя снова. Он отключился, будучи отнесенным Блу в свой дом, где убийцу уложили на кровать, накрыв одеялом. — Отдыхай, друг мой. — и Голубика вышел из комнаты, гася свет.***
— Ох, ещё до его совершеннолетия ждать! — Почему же, милорд? — После совершеннолетия у Грациента откроются все силы, включая магию растворения. —Нужно всего лишь дождаться, милорд.***
—Ого, я не ожидала такого от Блу! Но зачем так делать, Ксюш? —Я — автор, и мне так хочется. Я уже говорила тебе, что я чертов псих, и мне нравится жестокость? Но, как бы странно не казалось, я немного побаиваюсь некоторых моментов в ужастиках. —покраснел автор. —Автор, ты очень жестокий человек. —в голос заявили Ева и соавтор. —Да я знаю. Я люблю в шутку бить свою лучшую подругу, а еще тех, кто лезет ко мне. —От этого все тебя и боятся. —И-и-и-и? —Такими темпами все бросят тебя! —Эй! Обидно было! — Ну прости. Прости, только не плачь. —девушка обняла ревущего автора. —Не трогай меня! —она отмахнулась здоровой рукой. —Ну все тихо. Успокойся! Нет, не пей это! —Она забрала у Инка голубую краску. —вздохнул соавтор, съедающий упаковку из-под булочки с сгущенкой, запивая ее соком «Агуша». —Не надо, Ксюш! Ксюша, нет! Зачем?! —автор выпил весь флакон, разревевшись ещё больше. Ева трясет ее за плечи. — Ксюша! Она согнулась пополам, и ее вырвало голубой краской, смешанной с кровью. —Ксюша, ну зачем ты это сделала? —соавтор исподлобья взглянул на грязный пол, который ему придется убирать, ведь для создания и редакции рассказов нужен порядок. Он пошел за ведром и шваброй, чтобы все очистить. —Нужно было кое-что проверить. —И что ты выяснила? —Ева, я выяснила многое. Полный флакон я смогу выпить, но меня просто вырвет, и я не умру, как Инк. —Ты сумашедшая! —Ты это знаешь. —она вытирает рукой кровь с краской с уголков рта. —Пока! —девушки помахали ручками, уходя по своим делам.
Примечания:
На конце меня понесло не в те дали. Я обещала Даст/Блу, поэтому вот, держите. Части долго не было, потому что она долго сочинялась и редактировалась.
