Яблоко из Гоморры

Надо бы поискать Адама, - предложил Кроули, дожёвывая сэндвич с арахисовым маслом. – Все волонтёры уже вернулись, а его нет. - Надеюсь, с ним ничего не случилось? – Азирафель, как бы он ни был взволнован, не мог отказаться от освежающего лимонада с листиками мяты, который предлагали всем участникам поисков, вернувшимся с задания. Демон хмыкнул: - Уверен в этом на 200%. С этим мальчишкой никогда ничего случается – такого, чего он сам бы не хотел. Бегает где-то. К вечеру точно вернётся. - Ты отвратительный отец! – отбрил его ангел. Сердито вытер ручки бумажной салфеткой и направился вон из штаба, оставив мятую салфетку и пластиковый стакан прямо на складном табурете. Пожав плечами, Кроули взял мусор и выбросил его в урну, после чего поспешил за супругом. Они решили обойти городок по периметру, но сначала проверить собственный дом – вдруг Адам уже вернулся и ждёт их. Надежда на это, хоть и слабая, не оправдалась: ничто не указывало на то, что сын вообще возвращался. - Всё-таки удрал, - с досадой пробормотал Кроули, запирая калитку. Он предпочёл бы провести остаток дня с большей пользой, не занимаясь поисками мальчишки, но Азирафель был неумолим. - Адам – существо, наделённое обострённым чувством справедливости! – назидательно проговорил ангел, озираясь вокруг. – Он не может находиться в стороне, если видит где-то людское горе – ничего удивительного, если вспомнить, кто его Бабушка… Гм, дорогой, а это не его кеды? Конверсы Адама стояли на крыльце у соседей Гарленд. Входная дверь была приоткрыта. - Что он там делает? – светлые брови Азирафеля поползли вверх. Тёмные брови Кроули свелись к переносице. Ничего не ответив, он размашисто зашагал к дому Гарлендов, зная, что ангел последует за ним. Поскольку стучать в наполовину открытую дверь было как-то глупо, Кроули просто зашёл внутрь – тихо, как змея. Азирафель задержался на пороге – ему вот так сразу протиснуться между створкой двери и косяком не позволяла комплекция. Поэтому Кроули первым увидел душераздирающую картину: Моника Гарленд рыдала на плече Адама Янга, а тот, привстав на цыпочки, нежно гладил расстроенную женщину по волосам. - Ну-ну, успокойтесь, Моника, - совсем не детским тоном проговорил Адам, даже не пытаясь отстраниться, - просто поверьте мне. С Люси всё в порядке. Она жива и здорова. Я обязательно её найду и непременно верну домой. Это случится скоро, я обещаю. Вам нужно просто немножко веры… Моника попыталась взять себя в руки. Её рыдания стали тише, она перестала цепляться за Адама и, смутившись, сделала шаг назад. - Ты такой добрый мальчик, Адам, - сказала она, поспешно вытерев рукавом заплаканные глаза, - прости меня за… за эту вспышку. Я со вчерашнего дня не в себе. Бедная Люси… Но и я хороша! К счастью, никто не видел, как я расклеилась… - Дорогой, ну что там? – в нетерпении пискнул Ангел, топчущийся на пороге за спиной у Кроули. Миссис Гарленд тихо охнула и покраснела до корней волос, Кроули широко улыбнулся и сделал реверанс, а Адам закатил глаза. - Добрый день, - поздоровался Кроули, распахивая дверь, чтобы ангел тоже мог войти. – Извините, что без приглашения. Мы искали нашего сына. - А стучаться вас не учили? – спросил Адам, загораживая собой Монику. - А тебя не учили запирать дверь, если уж собираешься делать что-то секретное? – не остался в долгу демон. - Как будто запертая дверь тебя остановит! – чопорно возразил мальчик. - О, узнаю интонации Азирафеля! – восхитился Кроули, продолжая скалиться. – Надо же, ты весь в отца! - Перестаньте оба! – хором сказали Моника и Азирафель. Одинаково сердитыми голосами. Обстановка несколько разрядилась. Миссис Гарленд машинально поправила платье, пригладила волосы и попыталась приветливо улыбнуться. - Добрый день, мистер Кроули. Вы у нас впервые. Мистер Фелл уже посещал меня однажды… - Да? – не слишком приятно удивился демон. - Но сейчас, боюсь, неподходящее время для визитов. Я благодарна Адаму, который пришёл меня поддержать. Что касается вас и вашего… бойфренда, я бы предпочла, чтобы вы посетили нас в другой день. День, когда весь этот кошмар закончится. - Прошу прощения, мэм, - расстроенно проговорил Азирафель. – Мы действительно не хотели вам мешать. Мы пришли забрать сына… - Я не пойду, у меня дела! – отрезал Адам. – Я продолжаю своё расследование. Вернусь вечером. - Но как же обед? – ужаснулся ангел. - Пойдём, - Кроули махнул рукой и взял ангела за локоть. – Я же говорил, что с ним всё в порядке. Адам нигде не пропадёт. - Но ребёнку необходимо полноценно питаться! - Ой, я тебя умоляю! – Кроули заскрипел зубами. – Вечером поест! Или завтра! Или послезавтра! Мальчишка не умрёт с голоду в доме, полном еды. Пойдём, ангел. И Азирафель, глядя на бедную Монику Гарленд, снова залившуюся тихим плачем (она, вероятно, вообразила себе дочь, страдающую от мук голода с какой-нибудь камере пыток), примирительно сказал: - Моя дорогая миссис Гарленд, на вашем месте я бы доверился Адаму. Он, наверное, не самый послушный ребёнок во Вселенной, но если кто-то и может найти бедняжку Люси, то это он. А мы постараемся ему помочь. - Всенепременно! – кивнул демон. *** Кукумбер всю дорогу хихикал – правда, мысленно. Шёл, смотрел себе под ноги и прятал улыбку. Вот остолопы. Вот ослы. Вот лопухи. И это бессмертные, сверхъестественные существа! Кукумбер знал – без особых подробностей, правда – кто достался ему в спутники. А они не знали. Ничего они не знали, не понимали и ничего они не могли: Кукумбер умело отвёл им глаза. Сам он, разумеется, видел каждое движение и слышал каждое слово. Ничего интересного не услышал, но ему и не требовалось. Эти двое, которых собственные коллеги выперли из ада и рая на Землю, никак не могли ему помешать. Они были бессильны перед ним, как человеческие младенцы. И так же наивны. Страшно сейчас даже думать о том, что когда-то Кукумбер сам был хуже всякого младенца. Он был глуп, слеп и ничтожен. Пока он не встретился с… пока он не осознал свою Миссию, жизнь Кукумбера ничего собой не представляла. Он жил, как какой-нибудь овощ с грядки: не имел семьи, не имел друзей, не имел никакой цели в жизни. Никто не замечал Кукумбера, никто его не любил, никто не приглашал домой выпить чашку чая или сыграть партию в крикет. Но теперь всё изменилось! Как прежде уже не будет. И мысль об этом заставляла Кукумбера улыбаться ещё радостнее и опускать голову ещё ниже, чтобы рассерженный демон и взволнованный ангел ничего не смогли заметить. Вечером в штабе волонтёров снова появились полицейские. Усталая и недовольная офицер Прайс сообщила, что следы пропавших девочек всё ещё не удаётся обнаружить. Её слова потонули в гуле возмущения: люди кричали, что полиция просто не хочет нормально делать свою работу, и зачем вообще платить налоги, если они тратятся на содержание такой бесполезной и ленивой организации. - Граждане Лавендер-Хилл! – отчаявшись перекричать возмущающихся, мисс Прайс воспользовалась мегафоном. – Прошу не создавать панику! Поиск будет продолжен завтра утром! - Поиски не должны прекращаться на ночь! – звонкий голос Адама Янга перекрыл даже сипение мегафона. – Вы потеряете время! Адама поддержали многие. Особенно волновались близкие пропавших девочек. Никогда ещё в сонном маленьком городке не происходило событий, настолько сильно напоминающих мятеж. - Полиция не может заниматься поисками этой ночью, - безуспешно пыталась объяснить ситуацию офицер Прайс, - у нас не хватает личного состава. Мы на ногах уже сутки, люди устали. Конечно, если поиски продолжатся силами добровольцев… Она ещё что-то говорила, пытаясь убедить взбудораженную толпу, но Адам не стал слушать дальше. Он тяжело вздохнул и, повесив златокудрую голову, протолкался наружу из человеческого кольца. Всё, всё приходится делать самому. Помощников у него нет. - Дорогой, куда ты? – сбежать не удалось, Адама перехватил Азирафель. Добрые голубые глаза смотрели расстроенно и немного нервно. – Тебе нужно отдохнуть. Жаркое уже томится в духовке, а ещё я приготовил замечательный тминный кекс… - Я должен найти Люси, - Адам не удостоил крёстного отца даже взглядом. - Ну не дури! – Кроули, разумеется, всё это время был рядом, чтобы схватить Адама за другую руку. – Мы все трое чувствуем, что с девчонкой ничего страшного не случилось. Мы бы узнали, если б она… если б её… короче, если б произошла какая-то гадость. Завтра утром мы снова будем искать, клянусь. А сейчас пошли домой, ужинать и спать. Мне-то всё равно, если честно, где ты там болтаешься, но я не позволю тебе нервировать Азирафеля. Адам сделал глубокий вдох, потом выдох через нос, будто собираясь с силами. Потом распахнул глаза во всю ширь и посмотрел сперва на ангела, потом на демона. - Не беспокойся, Кроули, - холодно сказал он. – Просто поверь, что скоро моё поведение станет меньшей из твоих проблем. - О чём это ты? – вскинулся Азирафель. – Ты сказал – впереди проблема? Какая проблема? - Не твоя, - хмыкнул Адам, - а его. Он сам её себе создал. А тебя, Азирафель, мне жаль, если честно. Ты тут вообще ни при чём. Произнеся эти в высшей степени загадочные слова, Адам вырвал руку из вдруг ослабевшей ладони Кроули и побежал куда-то в направлении леса. Вслед ему устремились два недоумевающих взгляда: голубой и жёлтый. - Дорогой, ты хоть что-нибудь понимаешь? – спросил Азирафель. - Нет! – тут же соврал Кроули. Теперь подозрительный голубой взгляд вперился ему в щёку. Покраснев, Кроули отвернулся. - Ерунду болтает мальчишка… - пробормотал Кроули, поводя острыми лопатками. – Ну, чего ты так смотришь? - Да я просто… любуюсь… - Что?! - Твои волосы. Они такие… красивые. Хочется погладить… Можно? - А?! Кроули застыл столбом посреди улицы. Азирафель с рассеянной улыбкой потянулся к нему, будто хотел заключить в объятия, но вдруг моргнул, запылал щеками и отшатнулся. - Прости, - пробормотал он еле слышно. У Кроули язык прилип к нёбу. Он почувствовал, как горит лицо, и сам себе не поверил: неужели он тоже умеет краснеть. Человеческое сердце оглушительно застучало в груди, в горле пересохло. Он закашлялся, чтобы хоть как-то стряхнуть напряжение. - Прости-прости-прости… - продолжал бормотать ангел. Его била мелкая дрожь. Всё это происходило посреди улицы. На парочку стали засматриваться: кто с отвращением, кто с насмешкой. - Пойдём домой, - просипел демон. Ангел кивнул, но не двинулся с места. Кроули пришлось осторожно взять его за локоть, при этом Азирафеля снова тряхнуло, а Кроули снова почувствовал прилив жара к лицу, груди и тому, что ниже. Ох, господи... Торопясь и ни на кого не глядя, они пересекли улицу и почти ввалились в собственную калитку, приветливо скрипнувшую при их появлении. И только в саду, где чары мешали прохожим видеть происходящее, Кроули отпустил ангела, а тот попятился к двери, отчаянно пряча глаза. - Ангел! – слабо позвал Кроули. - Прости, - и через секунду Азирафель исчез. Скрылся за дверью. Демону потребовалось время, чтобы перевести дыхание и остановить расколотившееся сердце. Он стоял посреди своего сада, тупо глядя прямо перед собой. Финиковая пальма нежно тянула к нему свои саблевидные листья, но Кроули было не до неё. Он же… правильно всё понял? Азирафель действительно хотел… этого? Но он не может. Он не может хотеть. Он же ангел. Или… Кроули вдруг стало ужасно холодно, несмотря на жаркий июньский вечер. Это яблоко? Оно всё же сработало? Азирафель начинает осознавать свои истинные желания? Или что это такое с ним происходит? Он стал каким-то нервным… Неужели сила, заключённая в яблоке, как-то влияет на его настроение, эмоции, мысли… меняет его личность… Прекрати! – оборвал себя Кроули. Сказано же: яблоко помогает вкусившему его понять, кто он есть на самом деле. Оно ничего не меняет. Только показывает правду. Если, конечно, тот странный гоморрский торговец не обманул Кроули, рассказывая ему о свойствах яблока… Прекрати, прекрати, прекрати! Кроули силой заставил себя встряхнуться. В любом случае, сделанного не воротишь. А может, всё это ерунда и больное воображение. Азирафель разволновался из-за пропавшей девочки, вот и ведёт себя странно. Яблоко ни при чём. Ему несколько тысяч лет, любое заклятье за то время давно бы прокисло. … - Азирафель? – Кроули постучался в собственную дверь и вошёл, когда ему не ответили. – Всё в порядке? Ангела нигде не было. Покрутившись по гостиной и библиотеке, демон решил подняться наверх, к спальням. Но там тоже было тихо. - Ангел? – он постарался, чтобы голос звучал беззаботно. Азирафель точно был где-то здесь, но не желал отзываться. Из спальни ангела, которой тот никогда не пользовался, донёсся тихий шорох. - Я тебя чем-то обидел? – осторожно спросил Кроули у двери в комнату. За дверью судорожно вздохнули. - Н-нет, - с запинкой ответил невидимый Азирафель. – Прости, я… не готов сейчас разговаривать. - Но с тобой всё в порядке? - Нет! Уходи! Кроули в оторопи отшатнулся. Он уже не чувствовал ни жара, ни холода, один только ступор. Редкое чувство для демона. Он открыл рот. Потом закрыл рот. Он не знал, что сказать. Из-за двери слышалось прерывистое дыхание Азирафеля. Кроули так и видел его: перепуганного, дрожащего, сжимающего голову руками. Не понимающего, что с ним происходит. - Я… кажется, я что-то сделал не так… - пробормотал Кроули. Очень тихо, потому что это был не вопрос. Он сел на пол, подтянул колени к груди, оперся спиной на запертую дверь в комнату Азирафеля и вцепился руками в волосы. И в эту минуту ни одному из них не было дела ни до Адама Янга, ни до похищенной Люси Гарленд.