Яблоко из Гоморры

- Ты это слышал? – спросил Азирафель. Он стоял на верхней ступеньке лестницы в муслиновой пижаме в тонкую полоску, сжимая в руке подсвечник. Кроули, одетый как обычно, коротал ночь на диване в гостиной, в очередной раз пытаясь найти утешение в алкоголе. - Что? – переспросил он, хотя прекрасно понял, о чём говорит ангел. Звук, который они оба услышали, не был звуком в привычном понимании. Не был звуковой волной, колеблющей барабанные перепонки. Это было нечто совсем иное… Но у него был смысл и был источник – конкретное место недалеко отсюда. - Подожди секунду – я оденусь, - велел Азирафель. И точно: через секунду он был уже готов. Кроули молча отложил бутылку. Мысли путались. Он не знал, что сказать, потому что с того самого вечера они с Азирафелем не разговаривали. Даже не смотрели друг на друга. - Думаешь… думаешь, нам следует туда пойти? – демон нерешительно поднялся на ноги. Азирафель, уже взявшийся за ручку двери, обернулся и раздражённо посмотрел на него. - Конечно! Что за вопросы? Там наш сын! - Он сильный, - пробормотал Кроули, сам толком не понимая, почему говорит именно это, - и умный. Позволь ему разобраться самому. - Ты бредишь! – в голосе ангела, всегда таком нежном, послышался металл. - Нет, - Кроули мотнул головой, - поверь мне. Мы там не нужны. Он справится. Должен справиться. Он сейчас намного сильнее, чем… тогда. - Но мы нужны ему! Мы родители! А он ребёнок! – с нажимом проговорил Азирафель и нахмурил светлые брови. - Да пойми ты, - Кроули отчаянно пытался высказать мысли, которые роились в его взбаламученной голове, - мы нужны ему не потому, что он не справится без нашей помощи. А потому что он нас любит. Вот и всё. А в данный момент мы ему только помешаем. Я так чувствую. Лицо Азирафеля на мгновение сделалось злым. Потом встревоженным и несчастным. - Если с Адамом по твоей милости что-нибудь случится… - начал он. Кроули уныло кивнул. Кажется, именно в этот момент он с кристальной ясностью ощутил, что их семейная жизнь дала трещину. И всё из-за него. Только из-за его глупости… Азирафель вцепился обеими руками в волосы и, не глядя на Кроули, отошёл к окну. Около получаса он молча глядел во двор, где ничего невозможно было разглядеть, а Кроули обречённо допивал свой виски. Оба они молчали, и снаружи также не доносилось ни звука. Около четырёх утра начался рассвет, и мир за окном начал оживать. Кроули услышал – теперь по-настоящему – приближающиеся к их дому шаги, много шагов, а Азирафель, должно быть, со своего места у окна видел тех, кто приближается. Всё его тело напряглось. Он бросил на Кроули один короткий радостный и недоумевающий взгляд. - Что там? – одними губами спросил демон. В дверь резко постучали. Залаяла собака. - Иду, - севшим голосом крикнул Азирафель. Он засуетился, стал до боли похож на себя прежнего. Кроули не мигая смотрел, как он распахивает дверь, и как в прихожую вваливается целая толпа: Адам, его собака, пятеро дрожащих всхлипывающих девчушек, хмурый подросток Чари, а также… а это ещё кто такой?! Кроули на всякий случай приготовился отражать нападение. Но незнакомец выглядел слишком жалким, чтобы представлять собой хоть какую-то угрозу. Да, Адам собственноручно привёл в их дом маньяка-похитителя. - Мы вернулись! – громко и радостно возвестил Адам. И – немыслимый для него поступок! – крепко обнял Азирафеля. Ангел застыл, не зная, как реагировать. Его лицо опять стало лицом ангела: мягким, растерянным и счастливым. Кроули сглотнул. - Мой мальчик… - растроганно пробормотал Азирафель, неловко обнимая его в ответ. - Папа Кроули, - Адам обратил свой ясный, сияющий взгляд на демона, - нам всем очень нужен чай, покрепче и побольше. Пожалуйста. - И этому? – Кроули подбородком показал на трясущегося незнакомца. - Считаешь, мы не должны поступать гуманно? – Адам задумался. – Мне кажется, даже убийцам в тюрьме иногда позволяют выпить чашечку чая. Не будем зверствовать. - И то верно, - согласился Кроули. И пошёл ставить чайник. Пока он отмерял заварку, кипятил воду и разливал по чашкам дымящийся напиток, Азирафель развёл бурную деятельность в гостиной. Через каких-нибудь пять минут все девушки были обласканы его нежным вниманием, переодеты (с помощью чуда, разумеется) в мягкие муслиновые пижамы в цветочек и пушистые тапочки, рассажены рядком на диван, и у каждой под спиной была положена подушка. Адам и надувшийся, зыркающий глазами Чари Гарленд разместились на банкетке, причём Адам остался всё в той же одежде, а Чари против своей воли был переодет в пижаму – точно такую же, как у Азирафеля. И не возражал. Между мальчиками пристроился Барбос, умильно выпрашивающий подачку – как будто это не он только что щёлкал громадными клыками, как Цербер из фильма ужасов. Кукумбера усадили отдельно от всех – на пуфик, другой мебели не нашлось. Он съёжился и молчал. Когда все были устроены, Кроули с подносом в руках вернулся в гостиную. 10 чашек из костяного китайского фарфора были до краёв наполнены обжигающим и ароматным чаем. - Эрл грей, - нейтрально пояснил Кроули, останавливаясь перед диваном и опуская поднос так, чтобы каждая девочка могла взять себе чашку. У бывших пленниц все ещё был измученный и очумевший вид, но стараниями ангела они успокоились и порозовели. Смогли, наконец, поверить, что все их муки позади. Эх, бедняжки… Кроули тут же упрекнул себя за излишнюю сентиментальность и сделал мрачно-равнодушное лицо. Но девушки всё равно поблагодарили его с робкими приязненными улыбками. Адам и Чари Гарленд тоже взяли себе по чашке. - Папа Кроули, - полушёпотом спросил Адам, - нельзя ли предложить нашим гостям какой-нибудь еды? - Кексы уже в духовке, - от этого непривычного «папа» Кроули совсем растерялся и стал выглядеть ещё мрачнее обычного. - Нет, не кексы, - Адам серьёзно посмотрел на него, - этот негодяй кормил их одним печеньем. Я думаю, все они мечтают о чём-то более существенном. - Карри? – предложил демон. - Может, суши? – Азирафель, услышавший их разговор, подошёл и встал рядом. - И салат из свежих овощей! – Адам благодарно улыбнулся. - Будет сделано, - грубовато буркнул Кроули. – Ангел, бери свой чай. Азирафель молча взял чашку, так что на подносе осталось только две порции бодрящего напитка. Одна предназначалась самому Кроули, другая… - Бери, - отрывисто скомандовал он, остановившись напротив криминального субъекта, пристроившегося на неудобном круглом пуфике. Кукумбер дёрнулся и поднял голову. На Кроули взглянули глаза загнанного зверя. - Что это? – одними губами спросил злодей. - Чай, придурок! – рявкнул Кроули. Кукумбер поспешно схватил чашку – повиновался приказу, не успев его осмыслить. Он не понимал, зачем его сюда привели и предлагают чаю. Честно сказать, Кроули и сам этого не понимал. - Итак, - взмахнул руками Азирафель, когда все были снабжены чаем, а каждая из девушек (и Чари с Барбосом) получили по свежей булочке с карри, - милый Адам, мы все изнемогаем от желания узнать, что произошло. Как тебе удалось спасти этих невинных малышек? - Да это не я, - Адам даже поморщился, - от меня не было никакого толку. Всё сделали Барбос и Чари Гарленд. Пёс громко гавкнул. Чари от неожиданности выплеснул горячий чай себе на колени и принялся охать. Ангел быстро щёлкнул пальцами, решая проблему. - Да, но я трепещу в ожидании подробностей! Кто стоит за всем этим ужасом? Неужели только он? – и кончик ангельского пальца ткнул в направлении Кукумбера. - Нет, - Адам покачал головой, - это Баал. - Баал? – изумился Кроули. – Я думал, Баал – это Вельзевул. Одно из его имён. Но Вельзевул абсолютно точно не мог в этом участвовать… - Все так думают, - кивнул Адам. - А вот и не все, - хмыкнул ободрённый похвалой Чари, - я вообще понятия не имею, кто эти два парня. - И я тоже! – подала голос раскрасневшаяся Дебби. - А я знаю, - тихо сказала Люси, - это такие древние демоны. Очень древние. - Страшно древние, - Адам ласково посмотрел на Люси, и она вспыхнула. – Они всегда терпеть друг друга не могли. В конце концов Вельзевул одолел Баала и сбросил его в ледяную адскую бездну. Но Баал возродился и потребовал реванша. Он хотел с моей помощью вернуть себе силы, и для того, чтобы привлечь меня на свою сторону, нашёл себе слугу среди людей… Адам вкратце рассказал всё то, что нам уже известно: и про убеждённость Баала в том, что после отказа участвовать в Апокалипсисе Адам утратил своё могущество, и про обряд, который он пытался провести на месте древнего языческого капища («он собирался принести мне в жертву пять девственниц, представляете?»), и про отчаянную смелость Чари Гарленда, и про Барбоса, который сначала привёл Адама на место ритуала, а потом сожрал Баала одним мощным глотательным усилием. - Учитель мёртв? – глухо спросил Кукумбер. Он так и не сделал ни одного глотка из своей чашки. - Нет, конечно. Он снова в аду. И выбираться оттуда он будет ещё четыре-пять тысячелетий. Ты не доживёшь, - безжалостно пояснил Адам. Кукумбер совсем сник. Но теперь он не был невидимкой, все прекрасно могли его разглядеть, чем и занимались с хладнокровным вниманием. Это был обычный, ничем не примечательный мужчина около сорока лет, невысокий, щуплый, начинающий лысеть. С большими руками и довольно высоким голосом. Совсем не привлекательный и даже на вид страшно одинокий. Люси пришлось напомнить себе, что его нельзя жалеть. Если бы их с Баалом жуткий план удался, возможно, Люси и её подруг по несчастью уже не было бы в живых. - У меня тоже остались вопросы, - Адам задумчиво потёр подбородок, - скажи-ка, зачем было придумывать такую сложную уловку с туфлей, брошенной в окно? Если я был вам нужен, почему просто не позвать меня, не поставить в известность о своих намерениях? Нет ведь, устроили какую-то фантасмагорию, а ради чего? Кукумбер посмотрел на него и поджал губы. - Говори! – Кроули хлопнул злодея по плечу, отчего тот едва не уронил чашку. На лице Кукумбера отразилось глубочайшее презрение и ещё что-то, похожее на скорбь. Он скривил рот и аккуратно, тонкой струйкой, вылил остатки чая прямо на персидский ковёр. От этого маленького перфоманса все притихли, лишь Азирафель негодующе заохал. - Потому что ты должен был прийти к нам сам, по своей воле, а не по принуждению, - воздух, казалось, с трудом выходил из впалой груди Кукумбера. – Учитель говорил, что это важно. Я преодолел ваши ничтожные чары и забросил приманку, и это была приманка для тебя. Я знал, что ты догадаешься. А эти два идиота ничего не поймут. - Может, мне тебя посильнее треснуть? – осведомился Кроули. - Не надо, - Адам закинул ногу на ногу, - ну его. - Жаль, что ты тоже оказался идиотом, - Кукумбер с ненавистью сверлил глазами Адама. – В твоём распоряжении были все сокровища этого мира. Любая власть, какую только можно себе вообразить. Любые деньги. Любые женщины. А ты… - Меня пока не очень интересуют женщины, - доверительно сообщил Адам. – А денег мне всегда хватает. Хорошо иметь сразу много родителей! Больше получаешь на карманные расходы. - А ты предал всё то, ради чего тебе было позволено появиться на свет, - Кукумбер не желал вступать в диалог, ему хотелось выговориться. – Ты то ли от глупости, то ли от слабости выбрал жизнь обычного мальчишки. И зачем? Что в ней хорошего, в этой жизни? - Всё, - спокойно ответил Адам. - Ничего! Только работа… и одиночество. И здоровье, которое постепенно покидает тебя, и старость, которая настигает. Вся сила, которой и было-то немного, вытекает из тебя по капле, и ты не можешь это остановить. И всем плевать на тебя. Потому что все вокруг такие же: жалкие, слабые, одинокие, умирающие… - Кукумбер захлебнулся словами и замолчал. Кажется, он только что выговорил свой годовой запас слов. «В чём-то он прав» - подумала Люси. Она до сих пор не догадалась, кто такой Адам, но уже поняла, что и он сам, и его «отцы» - не человеческие существа. После всех событий этой дикой ночи такая догадка уже не выглядела странной. - А кто-нибудь позвонил в полицию? – громко спросил Чари. Барбос гавкнул. - Абсолютно верное замечание, - глядя в стену, отозвался Азирафель. – Я сейчас позвоню. Мой дорог… Кроули, нужно что-то решать здесь. Справишься? Кроули напрягся. Он примерно понимал, что имеет в виду Азирафель, но не знал, как приступить к решению столь деликатной задачи. Решил для начала задать отвлекающий вопрос. - А с этим что? – он кивнул на Кукумбера. - Сдать его в полицию, да и всё! Чего тут ещё думать? – возмутился Чари. - Согласен, - Адам кивнул, - но сначала мы должны его угостить. Да, папа Кроули? Демон замешкался. Сначала ему показалось, что он не расслышал. Потом – что не так понял. Но ясные голубые глаза Адама были чисты и бесхитростны, и они смотрели прямо на Кроули. Он всё знает. Про… про яблоко. Про остатки яблочного пирога в буфете. Но… зачем? - Пап? – настойчиво повторил Адам. - Я, - Кроули нервно схватил себя за локти, - ты уверен? - О чём вы? – Азирафель обернулся к ним, сжимая в руках старинную телефонную трубку. - Хотим, чтобы наш… арестант кое-что съел, - Адам продолжал смотреть на Кроули. Демон понуро кивнул. Сопровождаемый множеством непонимающих взглядов, он прошествовал к буфету, открыл его и извлёк блюдо, накрытое салфеткой. Голова у него сразу же закружилась от сладкого запаха. Пирог, конечно, совсем не зачерствел. Он даже был тёплым. Содрогаясь, Кроули отрезал кусок и положил его на тарелку. Потом протянул тарелку Кукумберу. - Отравить меня решили? – оскалился тот. - Да, - просто ответил Адам. Девочки зароптали. Ещё несколько часов назад они сами были готовы разорвать негодяя на части, но теперь… Зачем, если всё так хорошо закончилось? Пусть с ним разбирается полиция! - Я не буду есть! – крикнул Кукумбер. - Будешь, - сказал Антихрист. – Это приказ. И это действительно был Приказ – такой, которого невозможно ослушаться. Кукумбер побледнел и сглотнул слюну. Кроули знал, что роковое искушение непреодолимо: гоморрское яблоко влекло к себе Кукумбера так же, как когда-то влекло самого Кроули. Оно уже наметило следующую жертву и испускало аромат грехопадения. Пробормотав под нос какое-то проклятье, Кукумбер схватил кусок пирога и стал, давясь, запихивать его себе в горло. Кроули опустил глаза. - Полиция будет через пять минут, - промолвил Азирафель, со странным выражением лица наблюдая за злодеем, пожирающим яблочный пирог. – Кроули, тебе следует поторопиться. Или это должен сделать я? - Я сам, - вздохнул демон. И встал, разминая запястья. Девочки опустили чашки и начали переглядываться. Чари Гарленд с некоторой тревогой посмотрел на сестру. Люси облизнула пересохшие губы. - Что вы собираетесь сделать? – шёпотом спросила она. - Ничего такого, что было бы вам во вред, - успокаивающе ответил Азирафель. И тут Люси осенило. Она поняла. - Вы… вы собираетесь стереть нам память?! – с нарастающей паникой в голосе спросила девочка. Она бросила отчаянный взгляд на Адама. Он горько и виновато улыбнулся. Кроули щёлкнул пальцами.