Имя тебе Вероломство

      С утра пришлось встать пораньше, чтобы успеть быстрее всех привести себя в порядок перед первым учебным днём. Следовало ещё получить расписание дежурств и новый учебный план, но за этим можно зайти чуть позже — после завтрака. Уверена, Макгонагалл не станет возражать, если я немного припозднюсь и не стану тревожить её с утра пораньше.       Гостиная пустовала, и удалось бесшумно проскользнуть в коридор, поймав себя на дурацкой мысли, что я боялась потревожить чужой покой, хотя Малфоя здесь быть не могло. Это, скорее, иррациональный страх перед неминуемой встречей, которую хотелось оттянуть как можно дальше, попутно придумав, как избежать её вообще. Хотя в голову шла лишь идиотская идея, как в старых фильмах: сменить внешность, закутаться в длинное пальто и, обмотав шею и пол-лица вязаным шарфом, не забыв при этом нацепить широкие солнцезащитные очки, первым рейсом покинуть Лондон.       Возможно, я бы так и поступила, если б не друзья, которые больше всего на свете нуждались в моей помощи, особенно — Гарри. Для него этот год тоже будет непростым, да и будущее становилось всё более туманным и оттого тревожным.       Коридоры Хогвартса ещё пустовали, и лишь изредка навстречу попадались ранние пташки. Просыпающиеся фигуры живых портретов потягивались и, широко зевая, желали доброго дня. Мимо уверенной походкой проплыл Снейп, не удостоив и полукивком моё скромное приветствие. Видимо, у него с утра дела поважнее. Было бы весьма интересно узнать его мнение по поводу нашей связи с Малфоем — он вроде приходился ему крёстным.       Хотя какая разница. Что это изменит? И почему я снова думала о нём? Нет. Надо выкинуть всю эту чушь из головы и начинать готовиться к занятиям. Это важнее какой-то связи соулмейтов.       — Ай… — Внезапное столкновение с твёрдым предметом, оказавшимся за очередным поворотом, напрочь выбило крутившиеся в голове мысли, и будь они материальны, то рассыпались бы бисером по каменному полу коридора.       — Осторожнее — сломаешь ещё себе чего-нибудь, — прошелестел бархатистый елейный голос возле уха. Изящная рука крепко придержала за плечо, предотвратив падение.       Взгляд упёрся в форменный значок старосты слизерина, и я уже догадывалась, кого увижу, подняв глаза. В нос ударил приятный запах весенней оттепели и молодой листвы, ноздри затрепетали, и безумно захотелось втянуть чарующий аромат любовной фальсификации. Пошевелиться не было ни сил, ни желания, а некая внутренняя сила, наоборот, толкала в эти цепкие объятия и требовала подчиниться навязанной извне воле.       Такого просто не могло быть, и непонятно, как это происходило. Надо сказать Малфою, чтоб он не подходил ко мне вообще и даже в мою сторону не смотрел. Так было раньше — и пусть останется впредь. Теперь вообще всё напрочь запуталось в голове.       — Ты что, теперь будешь повсюду преследовать меня? Пусти! — Всё же, собравшись с мыслями, я слабо оттолкнула Малфоя, но ледяной взор безжалостно пригвоздил меня к стене. — Дай пройти… — Уверенности поубавилось, и голос ослабел, вызвав у Драко злорадную усмешку, которой суждено не напугать кого-то, а лишь испортить аристократические черты лица.       — Может, всё-таки нормально всё обсудим? У тебя вопросов, что ли, совсем нет, или ты считаешь себя настолько одарённой, что в состоянии со всем разобраться самостоятельно?       Да что тут обсуждать! Просто исчезни, растворись, да что угодно сделай — только не находись так близко.       Малфой явно следовал оттуда, откуда и Снейп, и это довольно сильно настораживало. Что могло понадобиться декану и старосте Слизерина недалеко от директорского кабинета в первый учебный день?       — Угадал. Справлюсь без тебя. Просто исчезни!       — Невероятно, Грейнджер. Ты демонстрируешь прям небывалую самоуверенность и стойкость. — Рука, согнутая в локте, легла на стену рядом с моим лицом, отсекая любую возможность убежать. — Слушай, что с тобой не так, а? Другая бы на твоём месте уже давно прикидывала, сколько ей удастся вытрясти из меня побрякушек или ещё чего. Что там вообще крутится в ваших девичьих головах?       — Ну сожалею — меркантильность не моя черта характера. Это ты привык общаться с подобным контингентом.       Очередная попытка оттолкнуть его привела к тому, что он лишь придвинулся ко мне плотнее. Пришлось повернуть голову вбок, дабы оставить возможность дышать. О том, чтобы дотянуться до палочки, не шло речи. Идиотская привычка носить её во внутреннем кармане мантии сыграла со мной злую шутку. Чтобы извлечь её, необходимо протиснуть руку между телами, а прикасаться к Малфою вовсе не хотелось. Страх, что любое прикосновение к соулмейту отзовётся томительным ожиданием большего, недвусмысленно маячил на горизонте. Один только запах его то ли парфюма, то ли средства личной гигиены уже начинал сводить с ума, заставляя судорожно хватать ртом воздух.       — Тогда, может, ты озвучишь, чего тебе хотелось бы, и мы перемотаем эту затянувшуюся дебильную прелюдию и перейдём в горизонтальную плоскость? Если честно, я бы побыстрее покончил с этим. Это сэкономит нам массу времени и сил. — Взгляд Малфоя стал колючим, почувствовалось раздражение, словно он едва сдерживал агрессию. Гарри прав: он сильно изменился за лето, и мне стоило быть куда осторожнее.       Ход его мыслей был понятен. Любая магическая связь требовала подтверждения и закрепления. Но мне почему-то казалось, что в таком случае нет необходимости спешить и для начала стоило во всем как следует разобраться, прежде чем идти на поводу. Тем более сама мысль о том, что Малфой прикоснётся ко мне, отдавала мерзкой приторностью и вызывала лёгкое чувство тошноты.       — Да кто вообще захочет с тобой спать… И даже если предположить, что мы оба хотим этого, то почему ты вообще решил, что эта связь закрепляется именно так? Может, достаточно дружеского рукопожатия? — С каждой проведённой в близости от него минутой тело начинало пылать и требовать мужского внимания. Становилось душно, а во рту появился привкус горечи от обиды на собственное бессилие.       — Пф… — Раздражённое фырканье потонуло в густоте каштановых волос возле уха. — Грейнджер, не поверишь — да полшколы мечтает стонать моё имя по ночам. Но, как видишь, у меня теперь выбор невелик. — Тёплое дыхание обдало щёку, вызвав внутренний трепет и притяжение, будто кто-то дёрнул за верёвку, закреплённую возле солнечного сплетения. — Как спалось, кстати?       — Не жалуюсь пока… — с трудом удалось сквозь зубы процедить короткий ответ. — Ты не ответил на вопрос.       — Пф… — Очередное заносчивое фырканье вызвало внутри бурю негатива — всё ещё сдерживаемого, чтобы получить ответ. — А по-твоему, для чего нужна эта связь? Чтоб жили мы долго и счастливо, — он попытался в малфоевской манере передразнить всем известное выражение. — Я ещё не видел ни одной пары супругов, которые по ночам обменивались бы дружескими рукопожатиями. Грейнджер, пораскинь мозгами в конце концов, или появление метки вышибло их из твоей головы?       Видимо, решив, что на сегодня обжиманий вполне достаточно и разговор окончен, Малфой отступил на шаг и, сунув руки в карманы брюк, уставился куда-то мне в грудь. Чуть сгорбленные плечи и очередная ухмылка с толикой хитринки во взгляде сделали его похожим на до безобразия довольного всем придурка, в какой-то мере чувствующего себя хозяином положения, которому под силу вершить чужие судьбы и принимать решения. И словно в подтверждение моей мысли последовала очередная ехидная фраза в малфоевском формате:       — Я бы тебе чуток грудь подправил, если честно. Предпочитаю чуть побольше. Но, в общем-то, и так сойдёт, если ты, конечно, сама не хочешь. Скажи, если надумаешь.       Не слишком удивительно. Чего ожидать ещё? Хотя довольно возмутительно. Он говорил так, словно наше близкое общение — уже свершившийся факт. Фамильярность, с которой он позволял себе со мной общаться, вывела из состояния тягучего томления, взбодрив и придав сил.       — Иди к чёрту! Себе увеличивай, если так хочется. — Гневно сверкнув глазами, я молниеносно оттолкнулась от стены и, резко развернувшись, почти бегом продолжила путь до Большого зала.       Громкий смех за спиной эхом разнёсся по коридору. Хотелось поморщиться и, развернувшись, кинуть в Малфоя Круциатусом. Сейчас я была довольно близка к подобному.       Сказать, что не задело ― ложь, но и переживать об этом я не стану. Да мне плевать, что ему там может нравиться. Всем известно, что он придурок. Нет смысла обижаться.       Путь прошёл без происшествий и неприятных сюрпризов, однако что-то по-прежнему продолжало тянуть под ложечкой, словно требуя выхода наружу. Студенты постепенно стягивались на завтрак, и в огромном помещении воцарился гомон десятков голосов, звучащих наперебой. Слизеринский стол уже был забит, как и другие, но отыскать среди толпы платинового блондина не составило ни малейшего труда. Малфой был один такой.       Паркинсон словно паучиха обвивала его плечо, стараясь прижаться как можно теснее, и что-то томно нашёптывала ему на ухо, пробираясь наманикюренными ногтями в отворот его мантии. Малфой загадочно улыбался, не забывая коротко поглядывать в мою сторону — видимо, ожидая бурной реакции на столь наглое поведение другой девушки в отношении избранного партнёра. И как только эта бескрайняя убеждённость в своей необыкновенной исключительности до сих пор не встала ему поперёк горла. А теперь у него была ещё и уникальная метка — будто в поддержку его и так безмерно раздутого эго.       — Вот чёрт! — Из глубокой задумчивости меня вывел недовольный голос Рона и следом за ним плюхнувшийся на скамью возле меня Гарри. — Первый учебный день — и сразу же в расписании урок у Снейпа, — проворчал Рон, протягивая мне лист учебного плана и график дежурств.       — Ты уже был у Макгонагалл? — Раскрывая график дежурств, я постаралась не запачкать лист и не опрокинуть бокал с соком, стоявший возле меня.       — Заскочил к ней с утра. А ты, кстати, утром где была?       Утром? Да, Рон спросил про утро. И что ему ответить? Что обнималась в коридоре с Малфоем? Ну вот опять — взгляд сам собой скользнул на слизеринский стол и получил ответный холодный прищур — мол, смотри, Грейнджер, где ты должна быть, какого чёрта ты ещё не ползаешь у моих ног? Я вновь отвела глаза. Малфой злился. Это заметно. И пусть. Так даже лучше. Лучше, чем когда он смотрел на меня с вожделением.       Лёгкий удар ногой под столом вернул в реальность. Гарри вдобавок слабо ткнул меня локтем, чтобы напомнить, что Рон всё ещё ждал ответа.       Разговор с Малфоем вновь закрутился красочными образами и сумбурными мыслями в голове. Рядом с ним эмоции почему-то скакали в бешеном диапазоне и грозились сделать меня неуравновешенной истеричкой. В один момент хотелось прижаться к нему, а в другой — двинуть посильнее, и это странно.       — Я пораньше проснулась. Не спалось что-то… — Я не желала вдаваться в подробности, да и Гарри особого интереса к беседе не проявлял, занявшись овсянкой и временами так же, как и я, поглядывая в сторону слизеринской платиновой звезды. Малфой, покончив с завтраком, плавно встал с места и с толикой благородства в жестах протянул ладонь Паркинсон, помогая ей подняться.       «Прям сама галантность», — чуть не вырвалось у меня с ехидством, но я вовремя прикусила язык, спасаясь от дополнительных вопросов друзей. Попытка уткнуться в график дежурств позволила бы спрятаться от очередного стального взгляда, брошенного в сторону нашего стола, если б не одна не укрывшаяся от меня деталь.       — Какого чёрта в графике дежурств я нахожусь в паре только с Малфоем?! — Восклицание, по-видимому, прозвучало чересчур громко, и многие обернулись на меня.       Резко подняв голову и найдя в толпе уже у самого выхода из Большого зала слизиринского гада, который, по всей видимости, решил испоганить своим присутствием почти каждый божий день в этом году, я наткнулась на лучащуюся счастьем коварную ухмылку и многообещающий прищур стальных глаз.       «Наслаждайся завтраком, Грейнджер. Победа всё равно будет за мной», — повисло в воздухе, сказанное одним лишь взглядом, почти осязаемым в пространстве. Похоже, я уже начинала догадываться, что его сегодня занесло в сторону преподавательского крыла.       — Дай взглянуть, — попросил Гарри, забирая у меня лист с расписанием дежурств и пристально всматриваясь с колонки. — Тут можно попробовать с кем-нибудь поменяться, не сообщая преподавателям. Попробуй договориться с Падмой. Она сможет как минимум пару раз тебя подменить, а ты подежуришь за неё в другие дни.       — Дай-ка расписание, Гарри, пока Макгонагалл не ушла. Я поговорю с ней.       Уже у выхода через боковую дверь зала мне удалось перехватить декана факультета. Заметив мой вопросительный взгляд и протянутый ей график дежурств, она даже не повела бровью, ожидая, когда я озвучу вопрос.       — Профессор, тут какая-то ошибка. Все пары меняются в расписании, кроме моей.       В ответ — почти недоумённый взгляд, и можно было бы поверить в это, если б не проскользнувшая в нём жалость.       — Мисс Грейнджер, здесь нет никакой ошибки. — И, давая понять, чтобы я следовала за ней, Макгонагалл проскользнула в проход, предназначенный для преподавателей, начиная объяснять по пути суть вопроса. — Вчера мистер Малфой сразу же по прибытии в школу поставил директора в известность о вашем с ним необычном… — Запнувшись на миг, она всё-таки подобрала корректное слово: — Статусе. Должна признать, что внеочередной утренний педсовет, на котором он в качестве подтверждения продемонстрировал метку соулмейта, стал для всех сюрпризом. Я могу, конечно, посочувствовать вам, что ваш избранник Драко, но в силу исключительности данного феномена преподавательский состав вынужден пойти на некоторые уступки в его просьбах, если они не нарушают внутренние правила школы.       — Хотите сказать, что это он попросил исправить график дежурств?       Это можно было и не озвучивать. Из контекста и так было ясно, кто за этим стоит, но всё же хотелось узнать побольше, не тратя массу времени в библиотеке, а Макгонагалл явно была осведомлена в этом вопросе.       — Мисс Грейнджер, вы поражаете меня. Мне казалось, я предельно ясно дала вам понять суть вашего вопроса.       — Вы не сказали мне почему. Я не понимаю, почему администрация школы так лояльна к Малфою в данном вопросе.       Тяжёлый выдох Макгонагалл сопроводил остаток повисшей фразы. Остановившись на развилке коридоров, она пристально посмотрела в моё лицо и, не найдя ни грамма понимания, продолжила:       — Мисс Грейнджер, соулмейты сами по себе исключительное явление в магическом сообществе. Союз этих людей может привести к рождению одарённого волшебника, способного двигать прогресс или выдающегося в иной области. Впрочем, это как повезёт. Может случиться и так, что потомок этой пары и не будет обладать какой-либо исключительностью, но уверяю вас, ни одна чистокровная семья не упустит такой возможности и попытается заполучить в свою родословную от природы уникального мага или ведьму. И для этого есть масса способов убедить особо несговорчивых особ, чем Малфои непременно воспользуются. Я бы советовала вам проявить чудеса гибкости и изворотливости в данном деле, хоть это и несвойственно нашему факультету, но не помешает вам именно сейчас. К тому же директор не проявил каких-либо возражений по этому вопросу. Больше мне, к сожалению, нечего добавить.       Каждое сказанное ею слово — будто вбитый в мою несчастную голову гвоздь. И они все туда же — исключительность, уникальность, предназначение.       — Ещё кое-что, профессор… Если можно.       — Спрашивайте, но поторопитесь — скоро начнутся занятия. — Лицо Макгонагалл напряглось в некой степени раздражения.       Не хотелось задерживать её, но нужно попробовать узнать о сновидениях. Это казалось важным.       — Малфой упоминал о каких-то снах. Я не знаю, о чём он. Может, вам что-то известно об этом?       — Это, скорее, берёт истоки из другой теории, согласно которой появление соулмейтов является проявлением магического баланса. — Недовольно цокнув языком, она всё же решила объяснить суть: — Некоторые считают, что когда в мире происходит дисбаланс магии, например, когда появляются сильные волшебники…       — Такие, как Тёмный Лорд? — не успев попридержать язык за зубами, перебила я.       — Да, например, такие, как он… — подтвердила она. — Они нарушают баланс, в то время как магия сама выбирает способ уравновесить силы. Иногда это случается в виде пророчеств, а иногда — в виде проявившихся соулмейтов, способных даровать миру нового волшебника. И если рассматривать вас с мистером Малфоем в контексте последних событий, то это выглядит, скорее, как проявившаяся в мире своеобразная страховка на тот случай, если пророчество не сбудется. Вы понимаете, о чём я хочу вам сказать? — Многозначительная пауза дала шанс обдумать услышанное. — А сны, о которых упоминал Драко, вероятно, некая система контроля этого феномена, не позволяющая двум избранным свернуть с предназначенного судьбой пути. Хотя мне кажется, что не всё так печально, и даже у магии есть пределы воздействия и правила, которых она придерживается, как необъяснимый для маглов феномен.       — Тогда Малфоям выгодно держать это втайне? Волан-де-Морт вряд ли обрадуется сложившейся перспективе, как и пророчеству, свершение которого он хочет всеми силами предотвратить.       — Я не сильна в тонкостях психологии Тёмного Лорда и его мотивации, но в этом случае всё сложится, скорее, наоборот. Если его борьба против пророчества и уже родившегося Избранного выглядит более или менее уместной, то убийство одного из соулмейтов, союз которых может не сулить ему никакой угрозы, будет выглядеть очередным проявлением трусости с его стороны, и в таком случае вряд ли даже самый недальновидный чистокровный волшебник последует за таким лидером. Я полагаю, что вам с мистером Малфоем ничего не угрожает. Тем более вторая теория никак не подтверждена и вряд ли когда-нибудь станет.       Договорив, Макгонагалл по привычке кивнула, как обычно заканчивала любой из разговоров, и проследовала по коридору, оставляя меня обдумать услышанное. Похоже, даже декан Гриффиндора не сможет повлиять на ситуацию, если уж сам директор стал залогом того, как она сложилась. А поджимавшее время неумолимо подталкивало на начинающиеся занятия, не давая ни единого шанса глубокому осмыслению услышанного.       Первое занятие по рунам не только не дало возможности подумать, но и наградило тонной домашней работы, от чего я встречала ребят возле кабинета защиты от тёмных искусств в слегка очумелом виде.       — Может, не стоило брать столько предметов? — поинтересовался Гарри, отмечая мой внешний вид.       — Уже поздно отказываться. Я справлюсь, лишь бы Малфой не путался под ногами и не мозолил мне глаза. — Словно в противовес моим желаниям мимо в кабинет проскользнула Паркинсон, подтаскивая за руку Малфоя, которому, казалось, не терпелось съязвить что-нибудь едкое в адрес ребят, но, заметив меня, он будто передумал.       Преображённый под предпочтения Снейпа кабинет пугал темнотой и мрачностью изображений, развешанных на стенах. Первый урок он решил посвятить началу тренировок невербальной магии и велел всем разбиться на пары. Уже было предчувствуя упоительную возможность отомстить Малфою за график дежурств, я встала напротив него, но лёгшая на плечо тяжёлая рука оттащила меня в сторону и поставила в пару с Невиллом.       — Соулмейтам нежелательно использовать друг против друга магию, мисс Грейнджер, — безэмоциональным ледяным тоном пояснил Снейп. — Советую не направлять лишний раз волшебную палочку на мистера Малфоя. Мало ли кто из вас после этого станет сквибом, и бог знает что ещё может вылиться из этого необдуманного поступка.       Стоявший в стороне Малфой победно ухмылялся и всем своим видом давал понять, что первая партия за ним. В воздухе словно повисла мысль о необъявленной во всеуслышание войне, в которой я не собиралась уступать ни единого квадратного сантиметра территорий, да и Малфой, похоже, тоже.       Последовавший за этим урок зельеварения тоже не принёс облегчения, в особенности — когда от котла с Амортенцией начало тянуть тем же запахом, что и от Малфоя, стоящего за моей спиной.       — Ну и чем пахнет? — едва слышно шепнул он, склонившись к моему уху и кивая в сторону котла с Амортенцией. — Готов поспорить, что мной.       — Да откуда тебе знать, что я люблю, — тихо огрызнулась я в ответ, стараясь не оборачиваться к нему и не смотреть в сторону котла.       — В том-то и дело, Грейнджер. Что с того момента, как на твоём затылке расцвела метка, магия подтолкнула тебя в нужном направлении, и теперь ты просто не сможешь не полюбить меня, — продолжал соблазнительно нашёптывать Малфой, раздражая не только меня, но и рядом стоящих сокурсников. — А мне осталось только дождаться, когда ты сама сдашься победителю. Уверен, что это случится уже очень скоро.       — И не мечтай, — почти прорычав это, я постаралась незаметно со всей силы пнуть его локтем в живот, но к тому времени Малфой уже успел отойти на пару шагов, оставив в воздухе вокруг меня уже привычный тонкий запах, принадлежащий лишь ему.       Обещанный Слизнортом в случае победы на занятии флакончик «Жидкой удачи» замаячил лучиком надежды на избавление от Малфоя в экстренных случаях. Такое зелье могло бы пригодиться в арсенале против этого зарвавшегося самоуверенного слизеринца, поэтому пришлось бросить все силы на то, чтобы выиграть заветный приз. Конкуренция была высокая, а навыки у многих явно хромали. Но лучезарным мечтам не суждено было сбыться.       Последней каплей в чаше терпения на сегодняшний день стало то, что Гарри благодаря внезапно приобретённому учебнику по зельеварению удалось сварить безупречный образчик Напитка живой смерти, окончательно поставив меня в тупик неизвестными до этого эффективными изменениями процесса приготовления этого зелья. Одним словом, день не задался с самого начала.       Вернувшись в спальню девочек после занятий, я отложила сумку и скинула мантию, присаживаясь на край кровати. Спальня уже была прибранной, а вещи — разложенными по местам. Школьные домовики озаботились даже тем, чтобы с прошлого вечера выпустить из клетки моего кота и накормить его. Рыжий свернувшийся комок шерсти по-королевски устроился посреди постели и даже не соизволил раскрыть глаза, чтобы поприветствовать меня.       — Сдам тебя в кошачий приют, — проворчала я и лишь после этого заметила, как Живоглот сонно потянулся, царапая красный бархат покрывала, и широко разинул пасть, демонстрируя ряд острых зубов. — Так-то лучше. — Переставив кошачьи миски подальше от кровати и попутно прихватив полотенце и сменную одежду, я направилась в Ванную старост.       Мысленно прокручивая в голове информацию, которую мне удалось узнать, я всё больше убеждалась, что Малфой прав и скоро меня потянет к нему сильнее. Тянущее чувство в груди не отпускало с момента нашей встречи в коридоре, а сон, привидевшийся этой ночью, не оставлял сомнений в правдивости его слов. Складывалось впечатление, что магия впрямь задалась целью достигнуть предопределённой судьбой цели, а я всего лишь крошечная песчинка, попавшая в чудовищной силы водоворот.       Ванна с душистыми лиловыми облаками приятно расслабила и сняла напряжение дня, а тёплая вода сморила, погрузив в неглубокую дрёму.       Плеч коснулись прохладные изящные пальцы и слегка помассировали вдоль ключиц, поднимаясь к затылку, вырвав первый тягучий стон удовольствия. Внезапно захотелось почувствовать значительно больше этих нежных прикосновений, поэтому голова склонилась чуть вбок, открывая доступ к плавному изгибу шеи.       Бледная ладонь ловко подцепила немного пены и скользнула вдоль плеча, опускаясь под воду к обнажённой груди. Аккуратные движения пальцев вокруг упругих полушарий доставили небывалое наслаждение, а тёплые губы, едва касавшиеся в интимной ласке чувствительной кожи шеи, пустили электрический импульс вдоль позвонков.       — Скажи… — раздался чарующий голос. — Скажи это… Скажи, что хочешь меня… — соблазнительно прошептали губы возле уха, обдавая приятным теплом.       Платиновая прядь, попавшая в поле зрения, вызвала испуг. Расплескавшаяся по полу вода с пеной и сбитые рукой с бортика флаконы навели беспорядок в Ванной старост. Оглядевшись и отдышавшись, я с трудом пришла в себя, постепенно начиная понимать, что это всего лишь очередной сон — им, похоже, суждено стать куда интимнее.       Хотелось верить, что Малфой испытывал подобный дискомфорт, но по его довольному лицу, которое он демонстрировал в течение дня, я бы сказала, что у него всё в норме, в отличие от меня.       — Чёрт… да почему опять…       Планы на этот год коту под хвост. То, чего я почти достигла — отучиться спокойно хотя бы год, — рушилось и рассыпалось прахом прямо на глазах. А он знал об этом… Точно знал и именно поэтому так ухмылялся в магазине мадам Малкин; поэтому ничего тогда и не сказал.       — Ну не хочу я… не хочу быть соулмейтом…       Брызги вновь расплескались от шлепка ладони по поверхности воды, стекаясь в общую лужу на полу. Русалка на витраже изобразила возмущение и демонстративно отвернулась. Осталось лишь ещё раз пожалеть себя, пока никто не видел.