Там, где будут услышаны молитвы

Ликованию Куросаки не было предела — Ичимару согласился. Обратно в Общество Душ они отправились с помощью Сенкаймона, что открыла девушка своим мечом. В данной вариации врата принимают вид традиционной японской комнаты ожидания, в которую входят через сёдзи. Когда двое вышли из врат, она схватила Гина за плечо, и они появились рядом с бараками первого отряда. Постучавшись в двери, ведущие к кабинету главнокомандующего, они стали ждать ответа. Услышав будничное «Входите», брюнетка открыла дверь, а Ичимару округлил глаза, узнав голос человека за дверью.  — Как прикажешь это понимать, Карин-тян? — потрясенно сказал Шунсуй, увидев молодого человека, что шел позади девушки.  — Это мой новый лейтенант. Знаю, что это весьма нагло с моей стороны, но прошу у вас помощи, в разрешении дела с Советом 46. — капитан склонилась в поклоне, надеясь на содействие. — Прошу простить меня за то, что я выхожу за грани своих полномочий.  — Вы сильно рискуете, Карин. — он посмотрел на нее задумчивым взглядом. — Но я в деле. Такие рискованные поступки в моем стиле. — мужчина слегка отодвинул косоде, показывая небольшой рваный шрам в виде креста. Вот уже больше десяти лет, этот напоминает ему о том, как он заключил в себе ключ от темницы Айзена, в войне с Яхве.  — Тогда, я заполню все нужные документы. Если Вы волнуетесь за мою безопасность рядом с ним, то, — она направила раскрытую ладонь на него. — Бакудо номер 63, — ладонь сжалась в кулак. — Садзе Сабаку. Появились толстые цепи желтого цвета, опутавшие тело рядом стоящего. После девушка подошла к столу и забрала бумаги, которые ей выделил мужчина. Еще раз поклонившись, она снова схватила Гина за плечо и переместилась к своему кабинету. Тот, казалось, вовсе не имел возражений. Как только они оказались там, она вздохнула и перевела взгляд на мужчину. Тот не менял своего выражения лица, и его эмоции были неведомы Карин. И как только он может ходить с прищуренными глазами столь долго? Весьма невиданный талант, делающий его вид не совсем нормальным. Она села за стол и начала заполнять бумаги, по ходу дела спрашивая что-то у него. Что было удивительно, он выдавал все как на ладони. Спустя полчаса с лишним, девушка встала, собрав все бумаги в папку.  — Оставайся здесь, я отнесу бумаги и вернусь сюда с Рангику-сан. — закрыв дверь на ключ, она потерла кулачком грудь от неожиданной боли. На сюнпо она поспешила к Шунсую и отдала ему все, еще раз поблагодарив за помощь. После чего девушка направилась к десятому отряду. На удивление, за километры от него не чувствовался леденящий холод, и офицеры не бегали за своей теплой одеждой. Карин с осторожностью открыла дверь, вспоминая свой прошлый визит. Внутри, на медного цвета диванчике, расположись трое синигами. Хицугая, Мацумото и, вроде как, лейтенант пятого отряда. Последняя, увидев новоиспеченного капитана, встала и поклонилась. На что брюнетка лишь кивнула головой в ответ и подошла к ним ближе.  — Капитан Хицугая, позвольте забрать вашего лейтенанта на некоторое время? — глаза названного округлились.  — Поразительно, не «первоклашка» и не «Тоширо», а капитан Хицугая? — он усмехнулся и перевел взгляд на рыжеволосую. — Иди, но по возвращению тебя ждут отчеты. Закатив глаза, Рангику, под руку с Карин, вышла из кабинета. Капитан восьмого отряда лишь подняла брови, пытаясь переварить увиденное в кабинете.  — Что это было?  — Кажется, у капитана с Хинамори назревает конфетно-букетный период. — ухмыльнулась женщина и тут же прикрыла пухлые губы ладошкой. — Язык мой, враг мой.  — Не переживай, это не мое дело. — брюнетка покачала головой. — У меня для тебя есть сюрприз.  — Для меня? — брови поднялись вверх в удивлении. — Неужели это склад с саке? Карин лишь скромно подняла уголки губ и, схватив женщину за косоде, умчалась в сюнпо. Кажется, у нее это входило в привычку. И чаще всего, она забывала о том, что для кого-то её скорость слегка резковата. Это подтвердила Мацумото, которая при прибытии, отшатнулась назад. Девушка лишь закрыла ей глаза и отворила дверь ведущую в ее кабинет. Слава богу, он был здесь и не пытался сбежать. Куросаки сняла с него бакудо на некоторое время. Увидев вошедших, его ярко-голубые глаза распахнулись, а брови напряжённо свелись у переносицы.  — Рангику-сан, все готово. — брюнетка отпустила ее, а сама прислонилась к стене, смотря на предстоящее воссоединение. Мацумото открыла свои голубые глаза, в которых сразу же накопилась влага, стремящаяся соскользнуть с длинных ресниц вниз.  — Гин… — едва слышный шепот слетел с её губ. Он улыбнулся. — Гин! — уже более громко. Огонек надежды, давно затаившийся в её груди, обжигающе вспыхнул, колыхаясь внутри. Казалось, словно она в очередной раз в своем сне, и это вовсе не реальность. В чувство привели объятия, в которые её вовлек Ичимару. Его руки, поглаживающие рыжие волосы, и запах его тела заставляли всхлипывать, изо всех сил сжимая в кулак белую накидку. Спустя несколько минут, он легонько отстранил возлюбленную от себя и поднял подбородок наверх. Его голубые глаза с непередаваемой горечью смотрели на нее.  — Я скучал, Рангику. Карин решила оставить их наедине, увидев, как намечается что-то важное. Девушка уважала чужие отношения и посчитала некрасивым, оставаться там и наблюдать дальше. У неё была уверенность в том, что мужчина все объяснит Мацумото. Тихо прикрыв за собой дверь, она поежилась от ветерка, что зябко окутал её тело. Близилась осень. Карин прерывисто вдохнула свежий воздух. Глаза цвета грозового неба устало прикрылись, и нуждающийся в отдыхе организм давал о себе знать. Однако, у неё впереди было много дел, не терпящих безделья. Сев у стены, она подтянула колени к себе, положив на них голову. Все равно, в её отряде было пусто, из-за прошедшей войны с квинси. Нужно будет набирать рядовых и офицеров. Девушка не заметила, как уснула, отдавшись в лапы беспрестанной тьмы. В голове ей послышался голос, просящий помощи. «Помоги мне…» — эхом отозвался чей-то тихий голос. Неожиданно, звуки исчезли, а она оказалась в своём внутреннем мире. Что-то вокруг казалось ей чужим. Неподалёку, спиной к ней, сидел её дзанпакто. Что-то в нем было не так. Но что, было совершенно неясно.  — Что здесь происходит? — спросила Карин, оглядываясь вокруг.  — Ничего. Это глупости, которыми ты забиваешь свою голову. — не поворачивая головы, ответил мужчина.  — Чей голос был в моей голове? — тихо спросила девушка, подходя ближе к нему. — Что с твоими волосами? — она отшатнулась, словно поражённая молнией. Кожа её меча стала неестественно белой, а волосы от корней чернели, почти окрасив всю длину его раннее шелковых, голубых волос. Он медленно развернулся. Раздался безобразный хохот.  — Ты. — шокировано прошептала девушка, смотря в желтые глаза. — Кто ты?.. Мужчина окончательно развернулся, давая рассмотреть себя. Половину лица, которую изначально она не видела, скрывала белая маска. В районе лба было два маленьких рога, синего цвета. Под прорезью глаз были хаотичные узоры чёрного цвета. Уголки рта были неестественно подняты, и виднелись острые клыки. В левой стороне груди была зияющая дыра.  — Ты… — голос предательски дрогнул. — Почему ты выглядишь как пустой? — внезапно осознание ударило в голову.  — Наконец-то до тебя дошло? — его голос не был таким приятным, как раньше, а отвратительно резал по ушам.  — Вот почему у меня постоянно были мысли, что ты не мой дзанпакто. — она говорила, едва сохраняя спокойствие в голосе. — Зачем?  — Потерпела бы ещё немного, я бы захватил твоим разумом и все дела. — мужчина раздраженно цокнул. — Но твой чертов меч разрушил все мои планы!  — Мой меч? — она вспомнила голос, просящий её о помощи. — Что ты с ним сделал?  — Ну-ну, не смотри на меня так. — он снова залился смехом. — Вряд ли ты уже увидишь его. — после его фразы, мир вокруг неё начал рухнуть, в прямом смысле слова. Храм за спиной пустого развалился, оставляя за собой клубы пыли, каменные плиты рассыпались на осколки, а приятное небо, цвета раннего рассвета, дало трещину. Деревья, окруженные священными сидэ, падали, тут же ломаясь. Врата тории обратились в пепел. Земля начала дрожать под ногами, и девушка упала на колени. Влага застыла в глазах, увидев как пытается уйти пустой.  — Остановись! — голос звучал сухо. — Верни мне его… — горячие слёзы потекли по щекам, обжигая, словно удар от хлесткой пощечины. «Моя госпожа… Прос…меня…» — услышав бархатный мужской голос, с нотками печали, плечи дрогнули. На недержащих и, совершенно ватных ногах, она встала, бросившись в бег за пустым. С губ слетал шепот «Верни», перерастающий в отчаянные крики. Ноги путались, заставляя спотыкаться и падать наземь.  — Верни…мой меч… — из горла вырывались хрипы. — Мой мир… — она схватила рукой «воздух», и пустой, с оглушительным визгом рассыпался на осколки. Хотелось закричать, но слова отозвались комом в горле. Казалось, словно ей оторвали половину сердца. Земля под ногами окончательно рухнула. Темно-серые глаза, в последний раз обвели свой мир застывшим взглядом.  — Прости… — слетело с ее губ, прежде чем она провалилась во тьму.  — Капитан Куросаки!  — Карин! Голоса, зовущие её сквозь вязкую пелену, никак не желали утихать, и девушка нехотя открыла глаза. Над ней навис капитан Кучики и Мацумото. Оба выглядели слегка встревоженно. Увидев, что та очнулась, рыжеволосая облегченно выдохнула, а Бьякуя вернул себе свой обыденный вид.  — Что произошло? — хрипло спросила Карин, вставая на ноги.  — Вы не просыпались и кричали «Верни». — спокойным тоном сказал мужчина. — Кошмары?  — Хотелось бы… — она резко взялась за сердце, едва не потеряв равновесие от колющей боли. Если бы не капитан шестого отряда, она бы сейчас пластом развалилась под его ногами. Он успел подхватить её за руку и, вернув равновесие, отпустил. И все это с непроницаемым взглядом. Боже, какая выдержка у этого человека. Девушка завидовала. Мацумото же скрылась в сюнпо, сказав что её ждёт капитан. Выглядела она счастливо, хоть это утешало.  — Спасибо за помощь, капитан Кучики.  — Не стоит благодарностей, я просто проходил рядом и услышал крики. — тон слегка смягчился, и Бьякуя окинул её взглядом. — Что ж, тогда я пойду, у меня ещё остались дела.  — Конечно. До встречи. — горло нещадно хрипело, и разговаривать не хотелось вообще. Карин распахнула дверь в кабинет, села на диван и уткнулась лицом в руки, скрещённые на коленях. Несколько прозрачных капель, в полной тишине, звучно капнуло на диван.  — Куросаки? — брови Ичимару поднялись вверх. — Что с тобой?  — Все нормально. — сквозь зубы сказала девушка. — Отдыхаю. С трудом сдерживающая свои всхлипы, отчаянно рвущиеся наружу из груди. Но такая гордая. Не сгибающая спины, несмотря ни на что. Однако, ей хотелось разразиться в громком смехе с этой ситуации. Она думала, как бы на её месте поступил брат. Наверное, улыбнулся бы, сказав «Прорвемся!» Все же, сейчас не было сил поступить также. Для неё случившееся стало сильным потрясением. Столько лет девушка тренировалась с ним, разделяла радость, гнев и печаль, шла плечом к плечу. А он оказался вовсе не тем, за кого себя выдавал. Синигами и духовный меч — часть единого целого. Одно без другого будет чувствовать себя потерянно. Ведь со временем, ты сильно привыкаешь к этой частичке своей души. Слезы давно сошли на нет, осталась лишь жгучая боль в груди, которая вряд ли когда-нибудь пройдет. Будь то хоть целительство Орихиме или лечебное кидо Исане. Вылечить такую рану, не было подвластно никому. Сил мучиться в неведении — уже не оставалось. Усталость в её глазах была столь велика, казалось, взгляни поближе — и она окутает тебя с головой.