Там, где будут услышаны молитвы

День за днем, обыденная рутина по-своему скрашивала дни в Обществе Душ. В последнее время было подозрительно тихо, хотя с одной стороны это должно радовать. Но в таком месте это являлось чем-то вроде затишья перед бурей. Как бы ни хотелось жить в мире, трудности и передряги здесь житейское дело. Это было доказано на вечных проблемах брата, который не раз безрассудно бросался спасать других. После Тысячелетней Кровавой Войны стало понятно, что Ичиго отстранится от дел здесь. У него появилась семья и, совсем скоро, появится ребенок. Сестры Куросаки были рады, что станут тетями. В частности, такую радость испытывала Юдзу, а Карин слегка забавляло такое. Настал этот самый день. Нежданно и негаданно, отовсюду послышались крики Рукии, доносящиеся из бараков тринадцатого отряда. Причем, скорее это были вопли. Кажется, на свет появлялся младший Куросаки. Каких трудностей стоило молодоженам отговорить Бьякую от фамилии Кучики. Очень уж ему хотелось, чтоб это был мальчик, и стал преемником на титул следующего главы клана. Хотя старейшины из клана явно бы не обрадовались тому и взъелись бы на него. Вопреки всем ожиданиям, родилась девочка. Сразу было видно, что глаза ей достались мамины. Такие же большие, и бездонно-черные. Супруги начали спорить о том, какие у нее будут волосы. Рыжие или черные? Более ожидаемым был первый вариант, но эта тема сразу сменилась. Речь зашла о силах, о синигами и о том, в кого пойдет девочка характером. Рукию успешно выписали, и она снова была полна сил. Торжество в честь новорожденного уже было запланировано на следующий день. Глава клана Кучики распоряжался по поводу всех нюансов, согласуя их с младшей сестрой. Дорогие цветы, блюда, украшения. Даже конверт, в который была укутана Рейко, был сшит на заказ искусными портными из окружения знати. Вышитые узоры смотрелись в меру утончённо, прямо в стиле аристократов. Мужчина холил и лелеял малышку больше, чем отец девчушки. Бьякуя нагло забирал её из рук Ичиго, а Рукия лишь посмеивалась с этого. В этот день собрались все. Даже Урахара с Йоруичи прибыли в Общество Душ на пир. Однако, несмотря на такое количество приглашенных гостей, были и отсутствующие. Большим удивлением было то, что на этом празднике отсутствовала старшая из сестер Куросаки. Несомненно, Ичиго был расстроен, даже рассердился на Карин. И все же, парень понимал, без повода его сестра не пропустила бы это торжество. Лишь один человек, лейтенант восьмого отряда, знал где находится девушка. Сказать об этом он не мог, ведь его попросили. Тогда, когда его капитан впопыхах вскочила утром, сказав, что все поняла, мужчина, откровенно говоря, испугался. Куросаки попросила никому не говорить о ней и скрылась из виду, попросив приглядеть за отрядом. Ичимару затылком чувствовал на себе взгляд капитана шестого отряда, но продолжал лукаво улыбаться, беседуя с Рангику. Хотя забирать у неё очередную бутылку с саке было слишком безрассудно. В это же время в лесу неподалеку от шестьдесят четвертого района Руконгая, именуемого Сабицурой, медитировала синигами. Черные волосы были распущены, меч лежал перед её ногами, глаза были умиротворенно прикрыты. Ресницы слегка подрагивали, а губы то и дело поджимались, отражая на лице явное недовольство. Куросаки Карин пыталась настроить контакт с внутренним миром. Прошлой ночью, когда девушка молилась, к ней пришло видение. Оно было настолько очаровательным, что оклематься от него удалось лишь на следующее утро. Необузданный столп огня предстал перед ней, колыхаясь на ветру. Языки пламени украшали ночное небо, заставляя сердце выпрыгивать из груди от такого контраста. Все внутри сжималось, когда огонь подбирался ближе к телу. Однако, что-то не давало ей сделать шаг назад. Уберечь себя от огня. А нужно ли было, и причинил бы этот огонь вред? Эту теорию проверила сама девушка, шагнув навстречу ему. Пламя отдало жаром, но не обожгло ни кожу, ни одежду. Оно словно ластилось об нее, предупреждая о своей безопасности. В итоге, данный случай подтолкнул Карин на один отчаянный шаг. Куросаки положила в большую кучку бревна то, что нашла в лесу, а в руке подготовила легкое заклинание кидо тридцать первого уровня. Из всех оно было самым подходящим. Направив его в бревна, она зажмурилась от вспыхнувшего взрыва пламени. Навстречу женскому телу поддался огонь, обжегший руки. Левый глаз отдавал сильной болью, а сознание её покинуло. Последним, что предстало перед глазами девушки, был силуэт мужчины. Его багрово-алые волосы блестели от света разбушевавшегося пламени, накинутая часть кимоно колыхалась на ветру. Янтарные глаза смотрели на неё с сожалением, а после тоже прикрылись. Прогремел еще один взрыв, но более тихий, однако, всплеск реяцу заставил вздрогнуть каждого. Эта обжигающая сила дошла даже до Сейрейтея, подняв всех на уши. Ичиго, который еще находился здесь вместе с женой и ребенком, подскочил с кровати и выбежал на источник реяцу. Рукия не успела за ним побежать, однако еще один силуэт, что направился туда вслед за мужем, удивил её. Это был глава клана Кучики в одном легком юката и дзанпакто в руке. Многие капитаны выбежали из своих бараков, переговариваясь между собой. Какого же было удивление всех, когда на месте оказалась капитан восьмого отряда без сознания, с ожогами рук и обожженным глазом. Форма синигами местами была обуглена, где-то куски ткани были сожжены в клочья. Капитан четвертого отряда мгновенно проверила пульс и выдохнула, нащупав его. В кругу воцарилась тишина. У каждого были свои мысли на этот счет, и каждый был углублен в них. Ближе всего к девушке находились Ичиго и Исане. Парень сжимал в руках свою сестру, опустив голову. Котецу сочувственно похлопывала его по плечу, приободряя. — Капитан Котецу, как пострадавшая? — отовсюду слышались голоса в перебой, мешая женщине сосредоточиться. — Вы скажете что-нибудь? — Проявите понимание к человеку и дайте спокойно обследовать капитана восьмого отряда. — хладно сказал Бьякуя, стоявший поодаль от всех. — Капитан Кучики дело говорит, — главнокомандующий вышел вперед, — вы мешаете. — Я попыталась направить в нее частичку лечебной реяцу, но, — женщина удрученно выдохнула, — её рейтай отвергает мои действия. По ряду снова прошлись шепотки, перерастающие в откровенное обсуждение. Толпа увеличивалась, ночные зеваки и патрулирующие подключились к этой группе. На плечи капитана Котецу упали осуждения вперемешку с презрением. Личико опускалось ниже и ниже, а губы уже были до безобразия искусаны. Заломанные за спиной пальцы нервно переплетались между собой. Все продолжалось до тех пор, пока не почувствовался предостерегающий всплеск реяцу. Потемневший взгляд Ичиго словно кричал о том, насколько сейчас он рассержен. Взяв сестру на руки, парень исчез в сюнпо, попросив капитана четвертого отряда пойти за ним. Женщина бросилась вдогонку, оставляя толпу недоумевать позади. В палате собрались четверо: брат пострадавшей, она сама и два капитана. К слову, Ичиго сейчас косился на Бьякую, что стоял рядом с ними, направив взгляд на его сестру. Однако, мужчина совершенно не обращал внимания на это, а смотрел лишь на девушку. Девушку, чьи черные, как смоль, волосы, растрепались по чисто-белой постели. Девушку, что напомнила ему свою возлюбленную. Карин увядала на его глазах также, как и Хисана. Вторая смерть на его глазах. И что же, он снова просто молча вытерпит это? Снова оставит ту, что приблизилась к его сердцу так сильно, умирать? Мужские руки сжались в кулак, а костяшки стали выглядеть бледно. Исане в очередной раз проверила пульс девушки и отдернулась, как от резкого удара током. Пульс не прощупывался. Карин не дышала. Ичиго ошеломленно упал на колени, взяв сестру за руку. Кучики до боли скрипнул зубами и растерянно сдвинул брови к переносице. Верить не хотелось. Из-за этой ситуации девушку пришлось подключить к новому аппарату, что лишь недавно был создан капитаном Куроцучи. Тестирование еще не прошло, и риски были высоки, но отчаянье на лице Ичиго вселяло горечь. Все случилось в один миг. Суть аппарата была в том, что через него в тело девушки переливали состав пустифицирующей пилюли, снабжая всплеском духовных частиц. Опасность заключалась в том, что пустой мог завладеть разумом и телом Карин. Эта возможность была совершенно не радостной для Ичиго, который сам прошел через такое. Так как иного выбора не было, все смиренно согласились с капитаном двенадцатого отряда. Ничего не происходило ближайшие несколько часов. — Капитан Куроцучи, когда аппарат начнет действовать? — поинтересовалась Исане, сидя возле койки. — Неизвестно. — мужчина пожал плечами, и нажал какие-то кнопки на мониторе. — Я вам говорил, что это новое изобретение. По моим расчетам это займет день-два. В палате снова воцарилась тишина, а капитан шестого отряда вовсе вышел. Его сознание было сжато в тиски, стальной хваткой цеплялось за остатки самообладания. Внутри все переполнялось разными эмоциями, и Кучики явно не был этому рад. Хладнокровие уходило куда-то на задний план, давая место беспокойству. Направившись в свой особняк, он заперся в покоях, и закрыл все шторы. Лишив себя возможности света, брюнет лег на кровать и закрыл глаза, впадая в болезненные воспоминания. «Бьякуя-сама, я ничем не могу отплатить Вам за любовь, простите.» — бледные женские губы шептали ему слова, ладонью коснувшись лица. «Последние пять лет моей жизни вместе с Вами, были для меня словно сбывшаяся мечта, Бьякуя-сама» — холодная рука, что была сжата в мужской, безжизненно опустилась на пол. — Хисана… — мужчина направил взгляд на свою раскрытую ладонь. — Имею ли я право предавать тебя?