Зона 25 / редактируется

      Джин высадил Юнги возле университета Чимина и поспешил домой. У него не так уж много времени до начала мероприятия, а ещё необходимо купить какую-нибудь безумную, но абсолютно ненужную безделушку в подарок жене мэра, главное, чтобы подороже. Джин заехал в ближайший антикварный магазин и выбрал красивую старинную шкатулку для украшений, инкрустированную драгоценными камнями и золотыми узорами. Жаль, что истинную красоту и ценность этой драгоценности она вряд ли оценит. Бросив упакованный подарок на заднее сидение, вампир наконец-то отправился домой.       Джин потратил практически все своё оставшееся до праздника время, чтобы навести лоск. Он тщательно перебирал свой гардероб, пока его выбор не остановился на костюме глубокого синего цвета, бледно-розовой рубашке и тёмно-синих ботинках. Волнение неприятно сосало под ложечкой, смешиваясь с щекочущим предвкушением встречи. Джин весь день мурлыкал себе под нос всякие идиотские мотивчики и пританцовывал, чем сам себя раздражал.       В условленное время, Ким Сокджин вышел из авто, припарковав его возле отеля, в котором был арендован ресторан. Лёгким движением рук он поправил пиджак и, сунув под мышку подарок, расправил упаковку вокруг букета купленных по дороге цветов, прошествовав внутрь. Как и полагалось, хозяева вечера лично приветствовали гостей.             - Добрый вечер, мистер Ким! - расплылся в улыбке мэр.             - Добрый вечер, господин мэр, - дежурно улыбнулся Джин, пожимая протянутую сухую и жилистую руку не молодого мужчины, а затем повернулся к его супруге, - Вы как всегда великолепны, мадам, - вампир галантно приложился к ручке именинницы, внутренне задыхаясь от едкого, для его острого чутья запаха дорогих, но просто невыносимо вонючих духов. - Поздравляю Вас с Днём Рождения. Думаю, что Вы ещё долгое время будете радовать нас своей, не угасающей красотой.       Женщина кокетливо рассмеялась, принимая из рук гостя цветы и подарок.             - Наслаждайтесь вечером, - улыбнулась она, - и Вы просто обязаны выпить за моё здоровье.             - Всенепременно, - кивнул Джин и поспешил уйти вглубь зала. Подхватив с подноса, проходящего мимо официанта бокал с шампанским, Джин стал неторопливо осматривать толпу, выискивая знакомую светлую шевелюру.             - Господин Кииим! - справа к увлечённому Джину подошёл один из надоедливых стариков элиты этого города, который много лет мечтал затащить первого красавца Кима в свою койку. Но чтобы он ни делал и не предлагал, всегда получал жёсткий отказ. Слишком сильно Сокджин презирал этого старого озабоченного урода.       Вампир медленно повернулся, криво улыбнувшись. Его бы воля, он прямо сейчас оторвал бы голову этому старому извращенцу, с упоением раздавив, как гнилую дыню, чтобы все ее прогнившее содержимое разлетелось по стенам. Слухи о его предпочтениях в сексе разлетались быстро. Многие из его горе-любовников пропали без вести после того, как этот ублюдок развлёкся с ними; кто-то навсегда лишился здоровья, зачастую не только физического, но и психологического; кто-то потерял привлекательную внешность. Однако большие деньги этого упыря позволяли ему отмыться от любого дерьма, оставляя его в высших кругах города. Вампир не мог позволить себе такой роскоши, поэтому приходилось сдерживать свои порывы, раздробить самолично каждую кость этой твари, а потом рвать его по кускам.             - Вы тоже приглашены, мистер Стрейндж? - не скрывая презрения, приподнял брови Джин.             - Как я мог пропустить такое событие? - улыбнулся мужчина. - Тем более, я знал, что Вы тоже будете здесь. Вы один? - сальные, крысиные глазки пробежались по стройной фигуре Сокджина, словно прицениваясь. Вампир скрипнул зубами, чувствуя, как волна гнева поднимается вверх в его груди. - Могу я составить Вам компанию? - крякнув, Стрейндж сделал шаг ближе к Джину.             - Не можете! - раздалось позади старика грубо и очень убедительно.       Джин перевёл взгляд за спину Стрейнджа, встречаясь глазами с разозлённым Намджуном, который буквально расчленил старикашку взглядом. Суженные глаза были налиты кровью и излучали столько ненависти, что даже вампиру стало не по себе.             - Господин Ким здесь со мной, - Намджун сделал шаг в сторону старика, который был ниже его больше, чем на голову.       Блондин слегка склонился и низко пророкотал:             - Я предлагаю вам забыть о господине Киме. Мой Вам совет, Стрейндж, займитесь благотворительностью и оставьте в прошлом все ваши грехи, - Джун хищно улыбнулся, смотря застывшему статуей ублюдку в глаза. - Я давно сдерживаюсь, не заставляйте меня раздавить Вас, как помойную крысу. Думаю, Вы не идиот и понимаете, - Нам расправил плечи, уничижающе смотря сверху вниз, - что лучше разойтись полюбовно.       Стрейндж хотел было что-то сказать, но промолчав, стремительно сбежал, поджав хвост.             - Добрый вечер, Намд... - начал было Джин, но был почти грубо схвачен за предплечье. Намджун молча потащил Джина прочь из зала, не обращая внимания на то, что все высшее общество города наблюдает за представлением, бурно перешёптываясь. Джин молча следовал за Намом, спина, которого была настолько напряжена, что казалось пиджак, точно сидящий по фигуре, вот-вот лопнет. Пройдя через холл, Джун завернул за угол, туда, где находились подсобки и кухня. Толкнув первую попавшуюся дверь, Намджун буквально зашвырнул туда Джина и зайдя следом, плотно прикрыл дверь, просунув в ручку швабру.             - Теперь нам никто не помешает, - констатировал блондин и развернулся лицом к вампиру, освещённому тусклой лампой над головой, болтающейся на проводе.             - Ким Намджун, - спокойно заговорил Сокджин, но Нам, сделав большой шаг, прижал его спиной к стене и обхватил подбородок, смотря в глаза. Горячее дыхание опалило губы Сокджина, и он напрочь забыл, что вообще собирался сказать, полностью сосредотачиваясь на манящих губах блондина.             - Сначала ты треплешь мне нервы, - тихо пророкотал Джун, чеканя каждое слово, - потом пропадаешь, затем появляешься снова, чтобы соблазнить и вновь пропадаешь. И как вишенка на торте, приходишь сюда, не сказав мне ни слова и флиртуешь с этим гребаным старым маньяком. Ты моей смерти хочешь, Ким Сокджин?       Джин оторопело молчал, бегая взглядом по любимому лицу, в попытке насытиться его образом, по которому он так скучал. Запал Намджуна медленно отступал по мере того, как между ними стремительно нарастало уже знакомое обоим напряжение, а взгляд становился более пристальным. Он жадно осмотрел Джина, а затем приблизился вплотную, накрывая невообразимо пухлые вытянутые немного губы своими и несдержанно мыча от удовольствия. Джин облегчённо выдохнул, обхватывая Нама за шею и прижимаясь всем телом, полностью позволяя человеку взять над ним верх.       Неожиданно Джун отстранился, резко опускаясь на колени. Сокджин даже не сразу понял, что происходит, опомнившись лишь тогда, когда тихо брякнул ремень его брюк, и зашуршала собачка, открывая молнию на ширинке. Тёплые руки огладили член через бельё, а затем бесцеремонно высвободили его, оттягивая резинку трусов и подсовывая ее под потяжелевшие вмиг яички.             - Намджун, что ты...?             - Лучше молчи! - вновь грубо оборвал Нам, прижимая его руки по швам. - Если я сейчас это не сделаю, то просто прибью тебя.       Джин закусил губу, подавляя смешок, но уже в следующее мгновение охнул, складываясь пополам и хватаясь за плечи Намджуна, который вобрал в рот полувозбуждённый член, втягивая щеки и зажимая нежную плоть в вакууме своей горячей и влажной полости. Намджун медленно двинул головой, обвивая языком венки, выступившие на стволе, увеличивающемся в размере, с каждым его качком вперёд. Джин судорожно охал, задыхаясь, каждый раз, когда Джун почти полностью вынимал ствол, мягко сжимая зубами основание головки, лаская самую верхушку напряжённым языком. Этот контраст лёгкой боли и сладкого удовольствия, душил в жару наслаждения. Колени вампира подогнулись, и он, запрокинув голову, протяжно застонал, с трудом удерживая мало-мальски вертикальное положение. Нам и сам был уже возбуждён, собственный член давил на брюки. Он смотрел из-под густых бровей, как меняются эмоции на лице Джина, и заводился все сильнее. Ему нравилось ощущение каменной плоти у себя во рту, горьковато солоноватый вкус выделяющейся смазки, оседающий на рецепторах.       Намджун торопливо высвободил свой собственный стояк и обхватил рукой, сжимая кулак достаточно чувствительно, чтобы, не выпуская изо рта возбуждение Джина, гулко застонать и закатить глаза. Блондин неторопливо надрачивал себе, пока самозабвенно вылизывал гладкую бордовую головку, обводя ее по контуру, толкался расслабленным языком в дырочку уретры, широкими мазками спускался по стволу, обхватывая поочерёдно поджавшиеся яички, вылизывая их с пошлым хлюпом, захватывая в плен.       Джин кусал губы, вплетая пальцы в светлый затылок, иногда забываясь, толкался глубже, заставляя Нама отстраняться и захлёбываться. Слюна текла по подбородку Джуна, а Джин стирал ее пальцами, боясь, что тот запачкает рубашку. Намджун ускорился и Сокджин, позабыв обо всем на свете, сжал ягодицы, чувствуя подступающий оргазм. Член, упирающийся в щёку Джуна изнутри, завибрировал, и Джин попытался отстраниться. Но Намджун не позволил, напротив сильнее насаживаясь ртом, на взорвавшийся семенем член, ухватившись за упругую напряжённую ягодицу брюнета свободной рукой. Наполняющая рот вязкая, горячая жидкость стала крайней точкой и в его желании. Нам последний раз двинул рукой на своём достоинстве, потерев головку и кончил, заливая собственный кулак.       Джун тщательно вылизал Джина, блаженно улыбающегося сквозь частые вздохи, не оставив ни единой капли его нектара, а затем поднялся на ноги, доставая из кармана белоснежный платок, протирая им испачканную руку и пряча смущение. Сокджин приоткрывает тяжёлые веки, смотря на то, как человек перед ним осторожно приводит в порядок его и свою одежду, а потом тянет Джуна в свои объятия, глубоко целуя, толкаясь языком глубже в чужой рот и балдея от вкуса собственного семени, оставшегося в уголках губ.             - А ты умеешь удивлять, - растягивает сыто губы Джин, мягко прижимаясь улыбкой к ямочке на щеке, улыбнувшегося в ответ Намджуна.             - Сам в шоке, - выдыхает Нам, подставляясь под нежные поцелуи, скользящие по его шее.             - Пошли отсюда? - Джин резко отстранил мужчину и, схватив его за рукав пиджака, потащил к выходу.             - Подожди, - попытался остановить его Нам, - ты уверен, что это хорошая идея? Мы даже толком не поздравили именинницу.             - Плевать на неё… на всех! - Джин выдернул импровизированный запор из ручки и шагнул в коридор. - У нас есть важный разговор, к тому же твои брюки изрядно пострадали в этой пыли, - указал он на тёмные пятна на коленях Намджуна.             - Мдааа! - присвистнул Намджун.             - Вот-вот, - вампир вновь потянул его за собой, отпустив мужчину только тогда, когда они оказались возле его машины.             - Куда мы едем? - спокойно поинтересовался Джун, когда они, выехав с парковки, оказались на дороге.             - Ко мне, - не поворачиваясь, ответил Джин, - сегодня ты узнаешь кое-что новое. Вполне возможно, что после этого ты больше не захочешь меня видеть.             - Это невозможно, - отрицательно покачал головой Намджун.             - Надеюсь... очень надеюсь, - прошептал себе под нос Сокджин.

***

            - Юнги! - Чимин с разбега прыгнул в раскрытые объятия Юна, обвивая его конечностями и утыкаясь холодным носом в висок. - Ты снова меня не предупредил, что приедешь, - дует он губы, но Мин видит, как счастливо светятся его глаза.             - Сюрприз! - улыбается учёный. - Я надеюсь, тот камикадзе больше тебя не беспокоит? - нахмурился Мин.             - Нет, нет! - отчаянно замотал головой Чимин, опуская ноги на землю, но продолжая прижиматься к Юнги всем телом, держась за его плечи. - Он обходит меня десятыми коридорами. Даже не пересекается со мной в столовой, - смеётся Пак, и Юн не может не ответить улыбкой на этот высокий мелодичный смех.             - Вот и хорошо, - Юнги поддаётся порыву и проводит по волосам Чимы ладонью, возвращая на место поднятые порывом ветра пряди. - Чем хочешь заняться сегодня?             - Хммм... - Чимин задумчиво кусает губы, - может, просто посмотрим вместе фильм? - с надеждой смотрит он в глаза своего парня.             - Как пожелаешь, мой принц, - мягко трётся кончиком носа о щёку блондина Мин. - Тогда пойдём к тебе?             - Эм... но... дядя... - мнётся Пак.             - Не волнуйся. Он сегодня вернётся поздно, - подмигивает ему Юн, - а я хочу побывать в твоей комнате. Или ты мне откажешь?             - Нет, - взволнованно сжимает пальцы на предплечье Юна Чимин, - я не против.             - Тогда вперёд? - Юнги протягивает руку. Пак смотрит на неё всего мгновение, а потом вкладывает свою.             - Только фильм выбираю я! - вскрикивает Чимин.       Лучшее, что могло быть сейчас - это тихий вечер наедине с возлюбленным, прижимающимся к боку и время от времени робко целующего куда придётся, жмурясь от собственной храбрости.

***

      Намджун с интересом осмотрел дом, в котором обитал Сокджин. Он видел его, когда был в этом районе по делам, но впервые оказался внутри. Дом голубоглазого красавца был тщательно и продумано обустроен. Каждый элемент декора подобран с таким вкусом, что общая картина завораживала. Здесь было немного странно, словно опустошённо, но это скорее внутреннее ощущение, которое испытываешь, оказавшись среди всего этого богатства, где-то на тонкой грани между шиком и безвкусицей.             - А у тебя красиво, - не смог не отметить Намджун, озираясь по сторонам, но делая это весьма сдержанно и интеллигентно, - у тебя хороший дом.             - Спасибо, - нервно улыбнулся Джин, следуя по не длинному коридору в просторную гостиную.             - Хочешь выпить? - Джин, понимая бессмысленность своего поведения, все равно оттягивает момент разговора. Ему по-настоящему страшно, что Намджун отвергнет его. И как он умудрился влюбиться в человека, к тому же совершенно далёкого от всего связанного с существами? Будет хорошо, если Джун хотя бы не примет его за сумасшедшего. И, тем не менее, страх сковал желудок и спину, делая все движения вампира скованными и роботоподобными.             - Не нужно, - наконец ответил Намджун, пристально наблюдая за напряжённым Джином, - что ты хотел мне рассказать?       Сокджин указал Наму на кресло и тяжело опустился в соседнее, сжимая руки в замок на своих коленях.             - Прежде, чем я начну, хочу сказать тебе, что я не сумасшедший и все, что ты сейчас услышишь, чистая правда. Это могут подтвердить Юнги, Тэхен и Чонгук.             - Та-ак, - Джун закидывает ногу на ногу, неотрывно смотря на Сокджина. Его губы все ещё алеют после страстных поцелуев, рубашка слегка помята, а галстук ослаблен. И Нам на самом деле хотел бы сейчас закинуть его на плечо и утащить, как говорится, в пещеру. Но то, как эти губы то и дело поджимаются, а брови почти смыкаются на переносице, отрезвляет. - Ты меня слегка пугаешь, - Джун потянулся в сторону Джина, чтобы взять тонкую кисть в свою руку, но брюнет резко поднялся, отходя в сторону и смотря на Намджуна с каким-то сожалением. - Да, в чем дело?! - не выдержал Намджун. - Что ты шарахаешься от меня, как жертва от хищника?       Сокджин как-то странно и долго посмотрел на него, прежде чем произнести.             - Скорее это ты здесь потенциальная жертва, а я хищник, который так долго удачно маскируется под "волка в овечьей шкуре". Настолько долго, что в пору наградить Оскаром.             - Не понимаю, - распахнул Джун глаза, - что за загадки? Говори нормально, - немного неуверенная улыбка все ещё слегка скользила по его губам.             - Я... - Сокджин медленно и глубоко вздохнул, а потом уставился в глаза блондина. - Я - вампир, - чётко и громко, так, чтобы собеседник не мог не услышать, сказал Джин. Если бы он помедлил ещё хоть минуту, то точно бы передумал.             - Что прости? - обалдело переспросил Намджун, даже не зная, как реагировать на услышанное, просто потому, что это какой-то бред. - Что за чушь ты несёшь? Сокджин? У тебя с головой проблемы? Или это шутка такая, не смешная совсем? - Джун дёргано, поправил идеальную причёску, взирая на Джина.             - Ты мне не веришь, - утвердительно кивнул Сокджин, внутренне содрогаясь от предстоящего, но теперь уже поздно отступать, сейчас или никогда. - Я понимаю, что это странно. И возможно, ты не готов, но я обязан открыть тебе этот секрет прежде, чем... - договорить вампир не успел.             - Странно?! - хмыкает возмущённо Намджун, вздёргивая брови. - Это не просто странно, это попахивает психушкой.             - Я покажу тебе, - Джин сделал шаг к Наму, но тот отстранился, убирая руки, которые хотел схватить Сокджин.             - Прекрати! - повысил голос Джун. - Что ты мне хочешь показать? Справку из психдиспансера? Или скрытую камеру? Что?!       Джин закусил губу, но ничего на это не ответил. Да и есть ли смысл попусту трепать языком? Лучше уж показать всю неприглядную правду и покончить с этим сюром. На мгновение он прикрыл веки, слегка запрокинув голову, демонстрируя тонкую лебединую шею, а в следующую секунду, когда мужчина их распахнул, Намджун увидел только тьму, настолько чёрную и бездонную, что если бы он не сидел, то обязательно рухнул бы как подкошенный. Но тьма эта имела багровый оттенок, словно вишнёвый сироп, растёкшийся по чёрной ткани. В довершение, верхняя губа слегка приподнялась, демонстрируя два белоснежных клыка, впивающихся в пухлость нижней створки, продавливая ее.        Вампир бы мог применить свои способности и сгладить правду, чтобы не видеть выражение ужаса, которое сейчас было на любимом лице, но тогда это снова будет ложь. Сокджин хочет другого, он хочет настоящего во всем. Чтобы Намджун принял его по собственной воле, а не под влиянием его чар. Лучше уж пусть Джун откажется от него, но сделает это сам, по собственной воле. Сокджин сможет это пережить, пусть это будет и не просто. Это все равно правильней, чем держать его рядом с собой насильно, внушая чувство безопасности. Никаких фальшивых чувств! Джин слишком дорожит этим человеком, чтобы делать с ним подобное.             - Какого?! Блядь... Что это?! - Джин перевёл на Намджуна взгляд, отчётливо видя своими вампирскими глазами каждую артерию, по которым стремительно понеслась кровь. Глаза блондина округлились до невероятных размеров, занимая почти половину лица. Джин сглотнул и опустил взгляд. Намджун смотрел на него со смешением удивления, непонимания и паники.             - Я же сказал тебе, я - вампир, - севшим голосом повторил Джин. - Я пью человеческую кровь. Я могу убить любого, даже самого натренированного и сильного человека. Я хищник, - в голосе брюнета не было и толики какой-то гордости этими фактами, лишь сухая истина. - Я - чудовище, я - самый страшный кошмар, я - вурдалак. Такие, как я - самый худший из всех, кого ты мог встретить. Это не сказки и не шутка, такова моя истинная сущность. Прости, я не должен был врать тебе с самого начала.       Вопреки ожиданиям Намджун не сбежал, чем был и сам немало удивлён. Он будто бы ещё не до конца верил во все происходящее. Застывшее тело отказывалось двигаться, парализованное смешением множества мыслей и эмоций. Его Джин не может быть вот этим странным существом. Просто не может! Как такое вообще может происходить с ним? Со взрослым человеком, который даже в приметы не верит, не то, чтобы в потусторонних СУЩЕСТВ. Но он верит своим глазам, которые сейчас транслируют ему нечто из фильмов ужасов и страшилок, рассказанных на отдыхе под покровом ночи. Намджун опустился в кресло, под косым, напряжённым взглядом Сокджина и потёр лицо ладонями, в бесполезной попытке стереть увиденное.             - Я не понимаю... Как такое возможно? Кто ты мать твою?! И причём тут Тэхен и Чонгук? А Юнги? Какого хуя тут вообще происходит?! - Джун сыпал вопросами, уткнувшись взглядом в рисунок дорогого ковра на полу, просто не желая сейчас видеть абсолютно не знакомое лицо, к тому же, откровенно говоря, очень жуткое.       Намджуну было страшно, но не на столько, чтобы сбежать. Где-то в сознании ещё оставалась крупица понимания, что это все ещё Ким Сокджин, тот, кто ворвался в его жизнь, словно весенний свежий, но шальной ветер, унося с собой одну деталь - его сердце. Намджун безвозвратно влюблён в Джина, и только это сейчас удерживает его от простого желания врезать этому брюнету и сбежать. Нам никогда не был трусом. Но одно дело, когда твой противник хоть и превышает тебя в массе, но остаётся таким же человеком, как и ты. И поэтому ты имеешь шанс победить, нужна лишь холодная голова и тактика. Совершенно другое дело, когда ты и так проиграл своим чувствам, а теперь тебя медленно размазывают психологически. А делает это тот, кому бы ты впервые в жизни хотел открыться полностью.             - Я хочу все знать, - в голосе блондина звякнула сталь, и Джин замер испуганной птичкой в чужих руках. Смешно сказать, что он - тот, кто находится почти на вершине пищевой цепи, так боится этого человека. Обычного, бесспорно красивого и умного, но все же просто человека. Возможно, было бы смешно, но только не самому вампиру. У него внутри все холодело от мысли, что Намджун настолько спокоен. Слишком спокоен.             - Я все тебе расскажу. Только выслушай, - Джин отвернулся, вернувшись к привычному для всех, человеческому облику.             - Я весь во внимании, - Намджун сложил руки на груди, отгораживаясь от Джина и упорно не смотря на него. Внутренняя дрожь все ещё не улеглась в нем, и лишь мужской стержень не дал проявить слабость в глазах другого.       Сокджин сел напротив, опустившись к ногам Намджуна, прямо на ковёр, подтягивая к себе колени, и тихо заговорил. Он рассказал все, что знал сам и все, что произошло с ними за последнее время. Конечно же, объяснил, что Юн тоже человек, который по воле судьбы был вынужден помогать им. Рассказал о Тэхене и Чонгуке. Мужчина не перебил его ни разу, но чем дальше рассказывал брюнет, тем сильнее хмурился и бледнел Джун. Он ни словом не выдал своих мыслей или эмоций. Когда Джин закончил говорить, Намджун ещё несколько минут молчал, в бессмысленных попытках переварить все услышанное, а потом поднялся, на деревянных ногах и молча ушёл. Вампир бросился за ним, настигая его в мгновение ока, но Джун стряхнул со своего локтя чужую руку.             - Мне нужно подумать в одиночестве, - отрезал он. - Все это какой-то бред. Мне кажется, у меня едет крыша. Для меня все услышанное какая-то ахинея сумасшедшего. И я уже не понимаю, кто из нас больше больной. Я не хочу тебя видеть... Не беспокой меня.       Прямая широкая спина удалялась, пока вовсе не скрылась в темноте. Джин спохватился, что машина Джуна осталась возле отеля, но ведь тот мог вызвать такси. Сокджин поднял глаза к небу, а затем спрятал лицо в сгибе локтя, тяжело выдохнув сквозь сложенные трубочкой губы. Что ж, Намджун хотя бы не послал его сразу, а это пусть и призрачная, но надежда. У него достаточно времени, чтобы ждать вечность, но вот отчего-то сейчас это совсем не казалось чем-то полезным.

***

      Сидя в такси, Намджун пытался устаканить в своей голове только что увиденное и услышанное. Но оказалось, что это почти невозможно. До глубины души реалист и скептик, Джун не мог усвоить весь этот поток непонятной для него информации. Расплатившись с водителем, он покинул тёплый салон. Дом встретил его тихим бормотанием телевизора на втором этаже. И все же более подозрительным был смех племянника, доносящийся с кухни.       И это было странно, потому что Чимин точно должен был быть дома один. Намджун на ходу развязал галстук, резко открывая дверь столовой, заставая немую картину. Чимин хохоча, сидел на столе, замерев с недонесённым до рта бутербродом, а напротив его широко разведённых ног стоял Юнги, который видимо, пытался урвать кусочек из рук Чимина.             - Дядя? - пискнул Пак, а Юнги не двинулся с места, лишь разворачиваясь лицом к Наму и дерзко смотря тому в уставшие и покрасневшие глаза.             - Добрый вечер, - процедил Джун, сверля в Юнги взглядом.             - Дядя, а мы тут...             - Не сейчас Чимин~и! - грубо прервал блондин племянника. - Могу я с тобой поговорить? - перевёл он взгляд на Юнги.       Чимин встревоженно потянулся, хватая своего парня за рукав. Юн, повернувшись к нему через плечо, мягко и успокаивающе улыбнулся, затем возвращая взор к Намджуну привалившемуся спиной к косяку.             - Конечно, - кивнул он, нежно отцепляя пальчики Пака от своего рукава. - Где?             - Иди за мной, - Намджун вышел, направляясь в кабинет. Мин последовал за ним, оставляя взволнованного Чиму одного.