cubitum eamus?

Сегодня Рэй предпочёл отдохнуть в своём загородном доме, пригласив несколько своих друзей, и, если несколько для обычного человека это два-три, то для него это два-три десятка. Я достаточно поздно приехал, поэтому, не имея желания искать своего пьяного друга, расположился на кресле, что стоит около берега озера неподалёку от его дома. Как-то однажды я вытащил это кресло из его дома, обидевшись на Рэя на то, что тот больше предпочитает литературу прошлого века, чем античную и средневековую. Мы очень долго и громко спорили, так что я в конце концов вытащил кресло (правда, это было долго и трудно) на это самое место, на котором я сейчас сижу, наслаждаясь вечерним пейзажем, игнорируя громкие пьяные крики и музыку. — Если ты сейчас не зайдёшь в дом, моя милая нежная катастрофа, то я тебя притащу туда вместе с креслом, — надо мной нависает Рэй, и я бы не сказал, что он пьян. — Раз, два… — Встаю, встаю! Не трогай меня, — резко встаю с кресла и расстёгиваю пальто, наслаждаясь тем, что в эту же секунду ветер поднял подол пальто. — Что будешь пить? — этот вопрос был риторическим, ибо, не успев зайти на террасу, он начал мне что-то смешивать вместе с водкой. — Пей до дна, иначе получишь. — Не буду я начинать с водки, — морщусь, отворачиваясь в сторону, и замечаю приятеля Рэя. — А я был бы не против, — обращает он ко мне, облокотившись о стену около двери. Закатив глаза, выпиваю залпом напиток, и, вытерев рот рукавом шерстяного чёрного пальто, направляюсь к выходу, поддаваясь лёгкому головокружению, перерастающее в эйфорию, но парень преграждает мне проход рукой. Меня моментально бросает в жар, из-за чего приятное опьянение настигает меня сразу же. — Я хочу пройти, — смотрю на него исподлобья, засунув руки в карманы пальто. — Мало чего ты хочешь, — и я чувствую, что он специально не разрывает зрительный контакт. Пожимаю плечами и, нагнувшись, прохожу в соседнюю комнату, в которой слишком много людей, куривших по очереди траву, смеясь, я же стремительно направляюсь к окну, желая его открыть и привести себя в чувство. Усаживаюсь на подоконник, тут же закуривая сигарету. Рэй, размахивая в разные стороны полупустой бутылкой вина, призывает всех сыграть в правду или действие. Удивительно, но все присутствующие в комнате окружили его и стали звать остальных. - А тебе, мой милый мальчик, штраф за опоздание! - приобнимает меня за плечи и ведёт в цент образовавшегося круга. - Снимай своё дорогое пальто, иначе испачкаешь. - Каким образом? - вопросительно поднимаю бровь, на что он закатывает глаза и уже готов был ответить, но его перебили - Ты же не хочешь быть мокрым, так ведь? - поворачиваю голову на источник звука и замечаю каре-зелёный омут глаз. - Не вмешивайся, Фрэнк! - кидает в него пробку от вина. - Ты же не хочешь быть мокрым, так ведь? - Не хочу, - снимаю пальто и вешаю его на спинку стула. - Итак, Джи, ты должен встать на колени рядом со мной и открыть свой милый ротик, - жестом показывает, что ему нужна вторая бутылка вина. - Ч-что? - чувствую, как мои щёки покраснели. Но я всё-таки опоздал, а это вечеринка Рэя, который не любит подобные выходки. Я был готов уже встать на колени, но приятель обошёл меня так, что оказался спиной к Фрэнку, а я, соответственно, лицом. Рэй чуть приподнимает и наклоняет бутылку, я же встаю на колени, чувствуя, как на меня все смотрят, чувствуя, как на меня смотрит он, из-за чего в комнате становится ещё жарче. Расстёгиваю две пуговицы белой рубашки и приоткрываю ротик, смотря на друга. Тот в свою очередь медленно наклоняет бутылку, и я чувствую на своих губах холодную жидкость, которая стекает по подбородку и шее. Не смотри в ту сторону. Не смотри в ту сторону. Не смотри в ту сторону. Кидаю взгляд на Фрэнка, рукавом вытирая с губ и подбородка остатки вина, тот в свою очередь слегла прикусывает губу. Не знаю из-за чего, но в эту секунду мне стало настолько стыдно, что хотелось провалиться сквозь землю. Почему он на меня так смотрит? - Больше не опаздывай. Держи, - протягивает целую бутылку вина. - Залпом! - Я не смогу, - смеюсь и собираюсь уходить, но он меня останавливает. - Залпом! - Рэй, мать твою, давай сюда бутылку и замолчи. Начинаю делать первые глотки под громкое толпы "залпом", стараясь не потерять равновесие. На моё счастье, это длилось не очень долго, и уже через пару минут я поднял вверх пустую бутылку, а мне стали аплодировать. Отдав бутылку незнакомому человеку, направляюсь, шатаясь, к окну, чтобы закурить. Этот путь мне показался долгим, я опирался об плечи окружающих и молился о том, чтобы не упасть или не встретить приятеля Рэя. Нахожу на подоконнике чужую сигарету, закуриваю, облокотившись спиной об стену, и выдыхаю остатки моей жизни. — Хей, кто хочет сыграть в бутылочку, ребят? — Фрэнк входит в комнату с пустой бутылкой, зачёсывая назад свои угольные волосы свободной рукой, ухмыляясь. — Да ты издеваешься, — проговариваю себе под нос и, зажав сигарету губами, направляюсь на второй этаж, захватив с собой бутылку с вином. Я выбрал комнату, в которой обычно ночую, когда мы с Рэем приезжаем сюда. Усаживаюсь на кровать и принимаясь открывать вино ключами от дома, ощущая как пепел с сигареты упал мне на руку, чуть обжигая. Спустя несколько минут напрасных попыток открыть вино, я решил разбить горлышко об батарею и пить прямо так, наплевав на то, что я могу порезаться. Когда я был ребёнком, то уже тогда начал ощущать раздражающую, невыносимую пустоту, сопутствующую сладкую нежную грусть. Мне казалось, что я настолько мал, что не имею никакого смысла и ни на что не смогу повлиять. Время идёт, события происходят, и даже если я смогу остановить очередную мировую катастрофу, то возникнет новая. Я смотрел на свои маленькие руки и понимал, что ничего и никогда не смогу в них удержать. И сейчас, допивая вино, я понимаю, что совершенно ничего не изменилось. Мои руки всё ещё слабые, я всё ещё не могу повлиять даже на самого себя. Мои глаза всё ещё закрыты и мне нужна помощь, чтобы открыть их. — Ты реально откинулся или спишь? — кто-то бьет меня по щекам ладошкой, медленно и лениво открываю глаза и осознаю, что на моих бёдрах сверху расположился приятель Рэя, тихонько покачивая в разные стороны пакетик с маленькими белыми таблетками. — Что ты, блять, делаешь? — смотрю на то, как он начал открывать пакетик, почему-то не желая его скидывать со своих бёдер. — Делюсь химическим выдуманным миром, ты против? — конечно, это вопрос риторический. Он кладёт себе на язык несколько таблеток и запивает их энергетиком, который притащил с собой. — Я тоже хочу, — чуть двигаю бёдрами, привлекая к себе внимание. — Так возьми, — он кладёт две таблетки себе на язык, нависая надо мной, обжигая мои сухие от частых вздохов губы, едва касаясь своим носом моего. — Нет, я не буду это делать, — он приближается ближе, моё же дыхание учащается. Закрываю глаза, нежно проходясь кончиком носа по его щеке, следом едва касаюсь его губ своими, боясь сократить минимальное расстояние между нами. Он почувствовал, что я довольно сильно возбуждён, поэтому полностью расположился на моих бёдрах, создавая едва ощутимое трение. Молю всех богов, чтобы он не услышал мой стон и, весьма резко и неожиданно для него, переворачиваю нас так, что он теперь оказался снизу, прижимаю его руки к кровати и, наслаждаясь его учащённым дыханием, медленно приближаюсь к его губам, специально дразня, и нежно целую, вырывая из его губ стон. Не успел я проникнуть вовнутрь языком, чтобы разделить таблетки на двоих, как ощутил, что сначала снова оказался снизу, а следом резкую боль в спине из-за того, что мы упали с кровати. Языком забираю таблетки, тут же глотая их, принимаясь расстёгивать пуговицы на его рубашке, но он грубо бьёт меня по рукам, тут же прижимая их к холодному полу. Он делает толчок бёдрами, вырывая теперь с моих губ стон, выждав паузу, делает ещё один толчок, принимаясь тереться своим пахом об мой. — Хватит, — вздох. — пожалуйста, — вздох. — Бесполезное слово, на самом деле, — спускается ниже, принимаясь шею покрывать поцелуями, продолжая движения бёдрами. — О нет, нет, — прижимаю его ближе к себе, не сдерживая стоны. — Ты настолько сильно возбуждён, что кажется, будто ты можешь кончить только от таких действий. Как долго ты хотел того, чтобы я сделал это, малыш? — делает паузу перед последним словом для того, чтобы сделать толчок. — Чёрт, остановись, — слышу, как пряжка моего ремня расстегнулась, следом и ширинка, прикусываю губу. — Я хочу, чтобы ты открыл глазки, — послушно выполняю его просьбу и чувствую, как мои щёки покраснели. Не разрывая зрительного контакта, медленно подносит руку ко своему рту, обильно смачивая её слюной, иногда посасывая кончики пальцем, следом, свободной рукой приподняв нижнее бельё, берёт член в руку и сжимает, вырывая из меня громкий довольный стон, закрываю глаза, наслаждаясь ощущением. — Я просил держать глаза открытыми, — открываю глаза, сжимая пальто руками. — Что ты делаешь, чёрт, — шумно выдыхаю. — Тссс. Он начинает медленно двигать рукой, я же сильней сжимаю пальто до боли в руках, когда он начинает ускоряться. Приподнимаю бёдра чуть вверх, двигаясь к нему навстречу, но он сбавляет темп, не дав мне дойти до разрядки. — Ну, пожалуйста, — хнычу, запрокидывая голову назад. Парень ухмыляется и, выждав паузу, резко ускоряется, из-за чего я начинаю стонать так громко, что кажется, меня слышат даже на первом этаже. Толкаюсь бёдрами к нему навстречу и кончаю ему в руку, не разрывая зрительного контакта. Он подносит руку к своему рту и принимается её облизывать, из-за чего по моему телу пробегаются мурашки. — Ты так прекрасно стонешь. Он ложится рядом, после того, как застегнул мои джинсы и закурил, устремив свой взор на потолок, я же последовал его примеру, закрыв глаза, поддаваясь приятному тёплому чувству. В эту самую секунду ощущаю, как огромная эмоциональная волна накрыла меня, топя и не давая возможности на спасение. Я пытаюсь сделать вдох, но вместо этого вода попадает в мои лёгкие, из-за чего начинаю задыхаться. Делаю новый вдох и… — Что вы здесь делаете? — медленно открываю глаза и разглядываю Рэя, стоящего перед нами. — Курим, хочешь с нами? — парень делает затяжку, поворачивается в сторону, выдыхая дым в меня. — Мы собрались жарить сосиски и овощи на костре, если хотите, — делает акцент на последнем слове. — то можете присоединиться, — он уходит, плотно закрыв за собой дверь. — Пошли, — парень резко встаёт и протягивает мне руку. — Почему ты думаешь, что я хочу пойти с тобой? — делаю затяжку, не разрывая зрительного контакта. — Потому что я хочу с тобой пойти. Закатив глаза и потушив сигарету об бутылку, поднимаюсь самостоятельно и выхожу первым из комнаты, даже не убедившись идёт ли он за мной. Меня ещё не отпустило, а холодный вечерний ветер придаёт обстановке вид, будто я в меланхоличном фильме с наихудшей концовкой, в которой останутся живы все кроме главного героя, разумеется. Подхожу к группе людей, расположившихся вокруг костра. Найдя Рэя, стремительным шагом направляюсь к нему, положив руки в карманы пальто. — Я только что был на эмоциональных качелях и благо я не начал блевать, — беру его под руку и чуть увожу в сторону. — Мне казалось, что я откинусь и был уже готов… Ты меня слушаешь? — Да, — жуя жареный баклажан, отвечает. — Ты был на качелях и не блевал. Хочешь? — подносит мне к лицу красный перец. — Ты меня не слушаешь, — кладу в рот овощ и ухожу от него к костру. Найдя среди прочего хлама термос с кофе, наливаю его в крышечку, грея об неё руки и медленно пью, пытаясь не обращать внимание на громкие голоса вокруг меня. Я всю свою жизнь ощущал себя пустым и ничтожным, не способный ощутить всю полноту чувств и эмоций, обжигаясь холодом об чужих людей, а несколько минут назад я почувствовал так много всего, что казалось ещё мгновение и задохнусь. Возможно, причиной тому таблетки, которые я принимаю или дозы алкоголя, с которыми я зачастую перебарщиваю. Сажусь на своё кресло, смотря на костёр и всё ещё продолжая пить чай, пытаясь согреться, рассматриваюсь местность вокруг меня, вглядываясь в темноту в то время, пока она вглядывается в меня, медленно поворачиваю голову в сторону и встречаюсь с глазами цвета ядовитого солнца, наконец согреваясь.

***

Вокруг меня пепельный туман, будто что-то сгорело, будто кто-то сгорел изнутри, больше не в состоянии терпеть. Пытаюсь разглядеть хоть что-то, чтобы мне напомнила знакомую мне местность, да хотя бы за что-нибудь зацепиться, но у меня не получается. Кружусь вокруг своей оси, пытаясь уловить каждый шорох, который становится всё ближе и ближе ко мне — ещё мгновение, и до моего плеча дотронутся. Резко разворачиваюсь и обнаруживаю холодную пустоту, в то же время ощущая, что позади меня разбилось что-то хрустальное, но я не могу пошевелиться, я не могу сделать абсолютно н и ч е г о, потому что оно смотрит на меня, и я ощущаю его взгляд на себе. Моё тело трясёт, от глубокого страха из глаз вытекают океаны печали, и, признаюсь, я не готов к тому, что могу увидеть в любую секунду. Я не выдержу этого. Оно медленно протягивает ко мне свою болезненно-белую руку, пытаясь дотянуться до шеи, закрываю глаза, готовясь к своей участи, ведь закончить свою главу намного эстетичнее среди тяжёлого свинцового тумана. Позади меня издаётся шорох и оглушающее карканье ворона, резко открыв глаза, разворачиваюсь и бегу в неизвестном направление сквозь сатиновое море, слыша то, как оно бежит за мной, почти касаясь своей рукой до подола пальто. оно обязательно меня догонит. оно обязательно меня уничтожит. мне нужна помощь, я не знаю куда бежать. Миллион звуков сливаются в один, закрываю уши ладонями, продолжая бежать. Чувствую, как по моим рукам потекла холодная жидкость, а следом — тишина. Оглядываюсь, пытаясь отдышаться, как внезапно оказываюсь снова от него бегущим. пожалуйста, остановите кто-нибудь это. пожалуйста, сделайте это. оно меня догонит, я чувствую его дыхание на своём затылке. — Ч-что? — резкая вспышка света заставляет меня закрыть глаза. — Ты спал на улице, дружище? Ты укрывался чужим пальто? — Где я? — привстаю, оперевшись на локти, и оглядываю местность. — Я знал, что твоя крыша полетит в ближайшее время, но я даже не представлял, что это будет так скоро, — отпивает пиво из бумажного стаканчика. — Я спал на улице? — встаю, отряхиваясь от сухой травы и прочего мусора. — Чьё это пальто? — в ответ Рэй закатывает глаза и уходит. Оставив пальто на прежнем месте, направляюсь в дом, по привычке засунув руки в карманы пальто, хмуря лицо от слишком яркого солнца. На кухне я не нашёл ничего, что мог бы съесть нормальный человек, который не желает портить желудок, поэтому я направился в зал с едой, которую умудрился найти, и с вином, стоявшем, видимо, всю ночь. Ну, ничего, блевать не так уж и страшно. Сажусь на пол и принимаясь жадно есть, иногда облизывая пальцы, но сколько бы я не ел, у меня не получалось утолить голод. Делаю шесть глотков вина и оперевшись спиной об рядом стоящий диван, закрывая глаза. Чувство усталости не покидает меня с подросткового возраста, поэтому я не обращаю на это внимания. Меня больше тревожит то, что я ничего не помню о ночи. — Я бы тебе не советовал пить это вино, так как вчера кто-то в него высыпал дурь, желая добиться разнообразия, — Фрэнк садится рядом, тоже оперевшись спиной о диван. — Вот же блять, — потираю виски правой рукой, морщась. — Я не хочу, чтобы меня накрыло. — Всего пару минут. Я посижу рядом, чтобы с тобой ничего не случилось. Устало поворачиваю голову в его сторону, улыбаясь, сам не зная почему, и ощущаю, как тёплая волна спокойствия медленно меня накрывает. Фрэнк скользит двумя пальцами от моего колена довольно-таки медленно вверх и стоило ему коснуться моей руки, как я почувствовал приятную волну возбуждения и непонятного чувства, которое до этого я никогда не испытывал. Кладу свою голову на его плечо, всё ещё улыбаясь, и мне так чертовски уютно, что хочется плакать. Закрываю глаза, наслаждаясь этим чувством и его пальцами, которыми он уже гладит мои скулы, а следом целует в лобик. — Знаешь, Фрэнки, я бы хотел отдалиться как можно дальше от общества, сняв в аренду домик на берегу озера, и просто сидеть в кресле, наслаждаясь пейзажем и ни о чём не думать. Представляешь, ни о чём. Словно ты вне времени, словно тебя не существует, словно ты призрак. — Тебя ещё не отпустило? — слышу щелчок зажигалки и то, как он затянулся. — Да, я бы хотел стать никем и ничем, ты прав, — забираю у него сигарету, затягиваюсь, смотря на него. — Тем, чего не существует, понимаешь, - смотрю на его губы и уже знакомое чувство пронизывает моё тело, уже знакомое чувство, будто в комнате невыносимо жарко. — Ребят, будете вино? Оно около твоего кресла в термосе, Джи, — кидает около нас постельный мешок. — Почему ты покраснел, Джи? Снова переборщил с реальностью? — закуривает, направляясь к холодильнику. — Нет, я переборщил… — смотрю на Фрэнка. — переборщил… — Так ты будешь вино или я сам выпью? — поворачивается к нам с двумя бутербродами. — Что ты там говорил? — Я отправляюсь домой, вот что я говорил, — резко встаю и, взяв у него второй бутерброд, направляюсь к своей машине. Пока я ехал домой, туман двигался мне навстречу, постепенно настигая меня. Я включил первую попавшуюся композицию на телефоне, практически не обращая на неё внимания. Я всё думал о том, что слишком уж резко в мою жизнь ворвался Фрэнки, который странным образом появлялся около меня, а я даже этого не замечал. Ощущение, будто я нахожусь во сне, ещё мгновение, и я проснусь, узнав о том, что его никогда не существовала, что это просто единственный прекрасный сон среди многочисленных кошмаров. Что если это тоже кошмар, который развивается значительно дольше?