Если бы

Дэнни долго думал, выпустить ему Поиндекстера во время патруля, после него или вообще утром завтрашнего дня? Все-таки он выпустил его вечером, и сразу же прошел под родительский щит, чтобы не слышать крики назойливого призрака. Незаметно просочившись в комнату, Дэнни взял осколок, посмотрел на него еще раз и, аккуратно замотав его в какую-то ткань по примеру Сэм, положил в рюкзак. Будет не очень хорошо, если Мэдди вдруг захочет убраться в его комнате и найдет эту странную вещицу. Сделав все домашнее задание и дождавшись глубокой ночи, Дэнни заглянул в портал. Пространство все еще едва слышно гудело, но предчувствие Дэнни твердило ему, что опасность отступает. Слышался скрип дверей, а иногда до его ушей доносился чей-то мертвый бессвязный шепот, но смысл слов до Дэнни так и не доходил. Впрочем, он уже привык. Его уже не пугали силуэты на периферии, он не вздрагивал каждый раз, когда чья-то бесплотная рука пыталась схватить его, пронизывая холодом, не оглядывался, когда слышал чье-то тихое фантомное лепетание за спиной. Он быстро вернулся в кровать и вздохнул, смотря на светящиеся бледно-зеленым звезды на потолке. Поиндекстеру недолго свободно летать осталось. Интересно, где спрятались остальные призраки? Может, у Уолкера, или в замке? А может они вообще у Влада, он-то их запросто на свою сторону переманить сможет. Главное не подавать ему эту идею. Дэнни заворочался, устраиваясь поудобней, и совсем скоро погрузился в сон. Утро следующего дня не принесло Дэнни особой радости. Несколько последующих дней — тоже. Всю дорогу до школы и всю после Поиндекстер не закрывал рот, а в школе Мэнсон то и дело спрашивала у него домашнее задание, какой параграф надо законспектировать, благодарно улыбаясь, отдала его тетрадь по истории и зонтик, опять что-то спрашивала и так каждую перемену. На ланче она даже подсела к нему под дуб на пару минут, не забывая о «призрачной» теме. По-моему, Дэнни побил рекорд по выговоренным вслух словам за несколько дней, если считать только последние два года. Джесс как-то слишком широко улыбнулась ему в коридоре, темнокожий друг гота подозрительно активно начал извиняться, Дэнни даже самому пришлось остановить его, когда он случайно — или не очень — наступил призраку на ногу в школьной столовой. Дэнни, на самом деле, немного выпал из реальности от всего этого. Он втягивал голову в плечи и исподлобья оглядывал коридор, вслушиваясь в разговоры вокруг и пробегаясь взглядом по лицам учащихся. Люди перед ним по привычке расступались, но Дэнни все равно чувствовал себя слегка напряженно. Дэш же не изменился ни капли, как и не изменил своим традициям. Он все еще противно тянул его исковерканную фамилию и пытался оставить на ребрах Дэнни еще больше синяков и гематом. Вот тот, кто отличается завидным постоянством. Серьезно, расписание этого парня знал каждый желающий остаться невредимым ботаник. Дэнни входил в их число. Сегодня ему тоже без проблем удалось избежать очередной стычки с Дэшем. Пошел он к черту. По крайней мере, в этот раз. Дэнни лениво зевнул. Сегодня впервые за долгое время на улице было солнце. Под конец дня ему даже стало жарко в его любимой темно-синей толстовке. Он посмотрел в окно. Домашка сделана, в осколке все та же темнота, Призрачная зона все так же молчалива. Даже люди оживились, позабыв о том, что призраки рано или поздно все-таки нападут. Главное, чтобы это помнил сам Дэнни. Кстати, о призраках. Ему бы не мешало слетать в патруль. Фентон потянулся, захрустел пальцами и, хотел было встать из-за стола с тетрадками, как в дверь постучались. — Да? — его голос прозвучал неуверенно. Дверь приоткрылась и в комнату протиснулась рыжая макушка сестры. — Это я. Можно? Дэнни кивнул, все еще растерянно смотря на Джесс. Она вошла в комнату, прикрыла за собой дверь, прошла на середину комнаты и села на краешек кровати, развернувшись всем телом к нему. — Ты что-то хотела? Джесс улыбнулась и легонько помахала рукой. — Ничего особенного, просто пришла немного поговорить, — она опустила голову, слегка закусила губу, но подняв голову, выглядела уже более уверенной. — Я знаю, что в последнее время тебе было нелегко. Не отнекивайся, я не мама. Прости, что не сразу заметила. Она держала на губах подрагивающую улыбку и смотрела куда-то в сторону. Дэнни знал, что Джесс беспокоится за него. Возможно, даже больше, чем мама. Джесс видела, как его достает Дэш, как его обходят стороной, как обсуждают их семью прямо у него под носом, как он все еще обедает в одиночестве. Джесс правда пыталась наладить с ним контакт с год назад, но Дэнни самолично ее оттолкнул. Конечно, не специально. Он ведь тоже любил Джесс. Поэтому он не хотел, чтобы она подходила к нему слишком близко. Так было безопаснее. — Я знаю, что с тобой происходит и ты прав, помочь я вряд ли смогу. Но… ты всегда можешь поговорить со мной. Я пойму тебя. Возможно даже лучше, чем мама с папой. Джесс наклонилась, оперлась локтями о колени, взяла ладони Дэнни в свои и несильно сжала, заглядывая ему в глаза. Дэнни невольно замер от таких слов сестры. — Я просто хочу, чтобы с моим младшим братом все было хорошо. Знаю, сестра из меня никудышная, но все же ты не обязан быть один, чтобы ни происходило, понимаешь? Я рядом. Мама и папа тоже всегда готовы тебя выслушать, но согласись, тяжело пытаться говорить с людьми, у которых на одно твое слово найдется замечание о призраках, — она неловко усмехнулась. Дэнни почувствовал, как губы дернулись в усмешке. — Просто пообещай мне, что если что-то случится и тебе нужна будет помощь, ты не станешь все держать в себе. Для того и нужна семья. Ладно? Дэнни опустил взгляд на колени. Его уже не маленькие руки — парень все-таки пошел в отца — в ее небольших аккуратных ладонях с тонкими пальцами и аккуратными розоватыми ногтями. Он прислушался в себе. Два года было достаточно? Достаточно, чтобы снова пытаться жить, как обычный подросток? Или слишком поздно что-то менять? В голове невольно вспыхнули воспоминания, как Джесс извинялась перед ним ночью, как украдкой поглядывала на него в коридорах, а он делал вид, что не замечал, что ему все равно. Вспомнилась и улыбка одноклассницы, когда она засмотрелась на его печенье. Вспомнилось и само печенье, заботливо разрисованное его матерью, которая, наконец, научилась готовить. Вспомнилось, как она со всей материнской любовью вытирала его волосы, а позже и обнимала, тихо всхлипывая сыну в плечо. Сам еще не до конца понимая, что он делает, Дэнни вынул руки из почти невесомой хватки сестры. В груди поднялось и задребезжало что-то зыбкое, что-то хрупкое, балансирующее на тоненьком столбике единственного пути обратно. Это что-то окатило его и холодом, и жаром одновременно. Сердце медленно и тяжело пульсировало в груди. Он со всей осторожностью взял своими медвежьими руками ее ладони и несильно, но ощутимо сжал. — Хорошо, — негромко ответил он, не поднимая головы. Джесс сдавленно сглотнула и тоже усилила хватку. — Обещай мне, пожалуйста. — Я обещаю, — кивнул Дэнни. Он все-таки поднял на нее взгляд. Джезмин неловко, но радостно улыбалась, смотря на него подозрительно блестящими глазами. — Хорошо. Спасибо, Дэнни. Она поднялась, не отпуская его рук, и мягко обняла его. — Все будет хорошо, — пробормотала она, поглаживая плечо Дэнни. — Ага, — почти неслышно откликнулся тот. Дэнни чувствовал себя маленьким потерявшимся ребенком, каким он был в четырнадцать лет. Чувствовал себя тем девятилетним, который уже хочет поскорее стать взрослым и с притворным гневом отпихивает руки матери от себя. И, в конце концов, он чувствует себя пятилетним крохой, которому хочется улыбаться, играть с друзьями и крепко обнимать маму, вечно дергать сестру за рукава и сидеть на плечах у отца, всматриваясь вперед, не ожидая увидеть там ничего темнее, чем грозовые тучи. Дэнни на секунду прикрыл глаза — всего на секунду — и Джесс отстранилась, все еще любяще улыбаясь ему. Заледеневшую грудную клетку пробивало волной тепла. Не только снаружи — изнутри что-то скреблось наружу, билось о клетку ребер, находя выход лишь во взгляде и подрагивающих губах. Дэнни снова уловил то странное чувство, которое он не мог описать иначе, как словом «жить». Джесс взъерошила его и так непослушные волосы и направилась к двери. Дэнни не отрывал взгляда больших глаз от ее спины. — Дэнни? — позвала она, стоя уже на пороге открытой двери. — Да? — Та девочка… Сэм Мэнсон. Кажется, она хочет с тобой подружиться, — голубоглазый сглотнул. — Дай ей шанс. Она еще раз улыбнулась ему и вышла, не забыв закрыть дверь. Дэнни выдохнул. О боги. Он потер место, где сердце пыталось пробить дыру, и снова повернулся к тетрадкам. За окном щебетали птицы, солнечный свет проливался в комнату оранжево-красным заревом, заставляя пылинки сиять так, словно это были крупицы золота, неспешно танцующих в воздухе, будто в воде. С занавесками играл легкий ветерок, принося отголоски смеха и голосов. Живых голосов, а не шепот мертвецов. Дэнни выставил вперед руку. Солнечное покрывало тут же легло на его руку, согревая фаланги пальцев, делая их цвета раскаленной магмы. Дэнни чувствовал тепло, а не продирающий насквозь холод. Он сжал кулак, смотря на него, будто в первый раз. Нервные окончания одарили его всеми ощущениями, от трения кожи до впивающихся в ладонь ногтей. Он чувствовал, что не бесплотный. Что не может в любую секунду превратиться и отправиться в Призрачную зону, что не может запросто пройти сквозь толщу земли и увидеть чьи-то истлевшие кости. Дэнни вдохнул грудью свежий воздух с ароматом травы, поздних цветов и озона. Теперь чувство не металось по нейронам одинокой мыслью, оно заполнило все его тело, завладело каждым нервным окончанием, каждым органом чувства и каждой частью мозга. На целых несколько минут, на долгие сотни секунд он чувствовал себя по-настоящему живым. Как в беспамятстве он поднял с пола рюкзак, натянул джинсы и белую майку с красным овалом вместо какого-нибудь популярного принта на груди. Закинув рюкзак на плечо, он спустился на первый этаж и сразу пошел к двери. Натянув такие же красные кеды, он слишком уж энергично выпрямился. — Ты куда-то собираешься, дорогой? — выглянула Мэдди в коридор, вытирая руки полотенцем с ручной вышивкой маленьких призраков. — Хочу прогуляться немного. Знаешь, проветрить голову после физики, — дернул плечом Дэнни, стараясь не понижать голос до безразличного и не хмурить брови по привычке. — О, понимаю. Мы с твоим отцом в свое время тоже любили погулять, — она мечтательно возвела глаза к потолку. — Мам, — протянул Дэнни, как маленькие дети морщатся, когда видят воркующих предков. Мэдди негромко засмеялась. — Хорошо, но постарайся вернуться до темноты. Если что-то случится — беги в укрытие или возвращайся домой, мама с папой защитят тебя от любой опасности, — совсем как в детстве вскинула она кулак, уверенно улыбаясь. — Конечно, — чуть улыбнулся Фентон-младший и повернул ручку двери. — Пока, мам. — Пока, Дэнни. Он соскочил с крыльца и, непривычно выпрямившись, зашагал по улице. Дэнни исподтишка оглянулся и, пока никто не видел, нырнул в ближайшие кусты. Перевоплотившись там, он невидимкой взлетел и полетел в сторону парка, сливаясь с ветром. Зависнув у знакомого дерева, он закинул рюкзак в давно присмотренное дупло, повесил на пояс термос и, возвращая себе видимое тело, положил руки на пояс. — Поиндекстер, ты здесь? — А ты соскучился? — тут же выплыл мальчишка из-за кроны ближайшего дерева. — Не особо, — честно признался Фентон. — Ничего не натворил? — Не-е-ет, — угрюмо протянул тот. — Хотя очень хотелось бы. Но в эту штуку хочется еще меньше. Он с отвращением ткнул пальцем в термос на поясе Дэнни. — И правильно. Еще пара дней и вернешься домой. — Так что там, в Призрачной зоне? — тут же «оживился» призрак. — Пока никого не видно, но уже куда спокойнее. Тени уже вылезли, скоро и твои друзья появятся. — Пф, у меня нет друзей среди них, — возмущенно дернул он головой, складывая худые руки на груди. — Ну и хорошо, — хмыкнул Дэнни. — Я в патруль. Если что, я слежу за тобой. — А-а-а, как скажешь, — без энтузиазма протянул школьник, поправляя очки и куда-то лениво плывя. Дэнни в излюбленном жесте выставил кулаки вперед и полетел над городом, осматривая необычно людные улочки. Нет, сэр, ни единого проклятого призрака. Ну, кроме него и Сидни. Но последний, на удивление Дэнни, вел себя неплохо. Пока что. Разве что болтать любит. Пролетая над частными домами, Дэнни рассматривал эти порой огромные и вычурные особняки. Он невольно задрал голову к небу и незаметно для себя остановился. Звезды еще не начали проявляться, но луна уже наблюдала за Землей, слегка приоткрыв глаз-полумесяц. Небо было безоблачным, голубым и безгранично огромным. Иногда Дэнни казалось, что если он хорошо постарается, то сможет слетать в космос и без ракеты, без перегрузок и рисков разбиться. Разве что от усталости, а не от погрешностей в вычислениях и неточностях конструкции корабля. Он снова опустил взгляд на крыши домов. Все это казалось глупым и нелепым. Все эти хлопоты, мнимые обиды и плохое настроение. Разве все это имеет значение, когда они живут в этом мире? Удивительном мире, полном людей, духов, домов, призрачных логов, городов, порталов, полном звезд и экзопланет? Разве так важно расстраиваться из-за потерянной заколки или порвавшейся рубашки? Разве необходимо плакать из-за заваленного экзамена или бросившего придурка? Он снова посмотрел на луну. Дэнни тянуло туда, неважно, как сильно он был привязан к земле, какими цепями его сковывал Призрак. Из этих цепей он смог бы выковать себе крылья. — Привет! Беловолосый вздрогнул. Он и не заметил, как застыл на месте безо всякой маскировки, просто смотря то вниз, то вверх. Он осмотрел окрестности и, никого не увидев, обернулся. Из окна ближайшего дома свесилась знакомая черноволосая девчонка, активно махая ему рукой и широко улыбаясь. Дай ей шанс, отчетливо прозвучал в его голове добрый голос Джесс. Дэнни, глубоко вдохнув и чуть прикрыв глаза, тут же распахнул их и неспешно полетел к Сэм. Почему бы и нет?.. Беззвучно выдохнув, он медленно полетел к окну.

***

Еще несколько дней прошло хорошо. Хорошо для Сэм — без враждебных призраков, ругани родителей, выговора учителей и без осточертевшего дождя. Сэм продолжала свою тактику «школьных мелочей». Медленно, но верно она следовала своей цели. С каждым днем Фентон отвечал на ее вопросы все с меньшим раздражением, и Сэм оставалось только победно и совсем немного жутко смеяться после очередного успешного дня. Такер лишь потирал затылок, криво улыбаясь. Девушка ему все уши прожужжала своими планами и достижениями. Он лишь улыбался и говорил, мол — так держать! — и Сэм пихала его локтем в ребра, чтобы тот тоже присоединялся. Такера пробирала дрожь и он с паникой в глазах пытался придумать хоть что-нибудь, чтобы усмирить подругу. В итоге темнокожий непременно обещал ей, что попытается. Рано или поздно. Когда-нибудь. Это точно. Сэм лишь вздыхала, мягчела во взгляде и тянула свое непринужденное «Ла-а-адно». Такер облегченно выдыхал и с улыбкой продолжал слушать речи подруги. Сэм вернула Дэнни и зонтик, и благополучно забытый конспект. В его тетради не обнаружилось ничего особо удивительного, кроме того, что иногда буквы были чуть волнистые, словно от дрожи. Впрочем, Сэм и не ожидала чего-то особенного от тетради по истории. Так что даже этот маленький факт она засчитала за победу. Как-то после школы она села за свой стол, достала чистую тетрадь и на первой строчке вывела четкую единицу. «1. Биология — его конек». Сэм укусила конец ручки, поднимая глаза к потолку и забавно хмурясь. «2. Физика, химия, математика — тоже». Она честно пыталась вспомнить все, что знала про Дэнни, но даже так она не могла вспомнить что-то необычное. Ну, не считая того, что он — Призрачный Билл. Но записывать это она не собиралась. Мало ли что. Сэм же не настолько глупа и наивна. «3. Не любит светлые яркие цвета». Сэм невольно задумалась. Она видела его пару раз в белой майке, но почти все время он носил темные кофты и джинсы с кроссовками. Гот на всякий случай вывела карандашом вопросик возле цифры «3». Пока что цифра «4» осталась без надписи. У нее уже была пара догадок, но девушка не любила гадать. Она хотела точно знать ответы. Поэтому она спросит у него или в противном случае будет наблюдать. «4. Любимая еда?». «5. Любимый цвет?». «6. Любимая музыка?». «7. Любимое время года?». «8. Любимый предмет?». «9. Любимый фильм?». «10. Любимое мороженое?». «11. Чай, кофе, какао, морс?». «12. Любимая книга?». «13. Любимая игра?». «14. Хобби?». «15. Какого летать?». Сэм зажала ручку между губой и носом и уставилась в свой список. Наверняка не все она сможет узнать, ведь любимого, например, фильма у него может не оказаться. Мэнсон могла бы написать еще много вопросов, но пока что решила остановиться на самых очевидных. Последний вопрос вряд ли относился к подобным, но для Дэнни это не должно быть чем-то необычным. Еще недолго подумав, она записала еще один вопрос: «16. Как выглядит Призрачная зона?». Ей правда было интересно. Сэм съежилась, вспоминая зеленые огни портала, его оглушающий шум и хриплый голос Дэнни. Даже для нее это было достаточно страшновато, чтобы просыпаться в холодном поту посреди ночи. Встряхнув головой, Сэм закрыла ручку уже погрызенным колпачком и поставила ее обратно в органайзер с разнообразными принадлежностями. У нее имелась ручка с фиолетовым минералом на конце, ластик в виде летучей мыши, точилка в виде скалящегося черепа и еще целая куча подобных вещиц. Она откинулась на стуле и захрустела пальцами. Лениво осмотрев себя, она все-таки встала и переоделась в бесформенную фиолетовую майку с огромным пауком на всю спину и пижамные штаны в полоску. Усевшись обратно за стол, она взяла маркер, закрасила уголки обложки тетради, и отложила ее на край стола. Теперь она не потеряется среди одинаковых школьных тетрадей. Девушка спустилась вниз, взяла с собой целую миску фруктового салата и, поднявшись обратно в комнату, села за домашку. Все-таки она твердо решила поддерживать свои отметки на уровне «отлично». Если она хочет изменить мир к лучшему — что практически невозможно, как иногда тактично себе под нос замечал Такер — то она должна справиться сначала со школой. Поэтому гот ну никак не имела права завалить итоговые контрольные. Спустя три часа принятия гранита внутричерепно, Сэм позволила себе перерыв. Она отошла от стола, потянулась, захрустев всеми возможными костями, взяла с полки парочку недочитанных книг и плюхнулась на кресло, которое так и не отодвинула от окна. Складировав стопку на подоконник, она взяла самую толстую из них — Лавкрафта — открыла на нужной странице и погрузилась в чтение, изредка закидывая в рот то кусочек банана, то виноградину. Потратив на это занятие от силы минут тридцать, гот все-таки отложила книгу. Она могла чувствовать, как капилляры в ее глазах лопались от избытка букв и цифр за день, поэтому чтение оказалось не самым приятным выбором для коротания времени. Сложив руки на подоконнике и положив на них голову, Сэм подняла взгляд к небу. Погода сегодня была просто чудесная. Она даже прикрыла глаза от накатившего удовольствия. Легкий ветерок трепал ее темные короткие волосы, птицы что-то беззаботно щебетали, из открытых настежь окон доносились голоса мамочек, шум готовящейся еды, крики детей и веселый гомон телевизоров. Отцы, скорее всего, сидели на диванах, читая газеты, попивая кофе и кидая взгляды на экраны. Призраки не нападали слишком давно, чтобы это могло быть правдой. Но Сэм уже знала правду. Так что она не теряет бдительности, нет. Она лишь дает своим глазам заслуженные минуты отдыха. Снаряжение Фентонов было тщательно упаковано и распихано по карманам рюкзака. Его она везде носит с собой, поэтому лучше варианта и искать не надо было. Мэнсон уже успела десять раз осмотреть каждый болтик в изобретениях, протестировать весь их функционал и запомнить, какая кнопка что может. На дереве, которому не посчастливилось оказаться на их заднем дворе, теперь красовалось небольшое, но четкое округлое и обгорелое пятно. Сэм даже испугалась, что дерево загорится. К счастью, оно лишь начало слегка дымиться. Сэм вздохнула всей грудью и лениво раскрыла глаза. С едва приоткрытых полосок они превратились в почти полностью круглые дыры. Невысоко над домами парил Призрачный Билл, смотря куда-то вверх. На лице гота тут же заиграла улыбка. Надо же, она и забыла, что не видела его в призрачной форме с того самого дня. Она вдохнула в грудь как можно больше воздуха и… поперхнулась. Она хотела окликнуть его по геройскому имени, но вовремя опомнилась. Ни ей, ни ему же не нужно лишнее внимание, верно? Откашлявшись, Сэм попробовала еще раз: — Привет! Она по пояс высунулась из окна и начала неистово махать ему рукой. Призрак опустил взгляд, повертел головой, а потом обернулся. Он сразу заметил ее. Секунду поколебавшись, он все-таки начал плавно спускаться к ней. Она перестала махать уже затекшей рукой и просто начала ждать, не опуская улыбки. Сэм представляла, что он скажет. «Тебе жить надоело?», или «В газету хочешь попасть что ли?». За это время она уже нахваталась подобных фраз от него, этим ее уже не испугаешь. Призрак завис в двух метрах от ее окна и, смотря на нее странноватым взглядом, первым подал голос: — Что-то случилось? Девушка немного удивилась его почти спокойному тону голоса и почти такому же выражению лица. Он все еще хмурился, но далеко не так, как в школе. В школе он выглядел так, будто хочет послать всех куда подальше, будто хочет, чтобы к нему никто не подходил и не разговаривал. Призрак хмурился так, будто правда был готов решить любую проблему, с неким беспокойством и решительностью. — Нет, я просто… увидела тебя, — Сэм вдруг поняла, что вся эта затея была довольно необдуманной. — Ты, наверное, занят. Прости. Призрак продолжал вилять кончиком хвоста, не меняя выражения лица. Он лишь взглянул куда-то в сторону, и снова повернулся к ней. — Нет, не занят, — медленно ответил он. — Кажется, сегодня призраки не собираются нападать. — Тогда… — Сэм быстро отметнула в голове вариант «поболтаем?», вряд ли он считает ее другом, «поговорим?» тоже не подходило, — может, ответишь на еще несколько вопросов? Сэм замерла, смотря во флуоресцентные глаза призрака, что парил выше. Он пару секунд смотрел на нее в ответ, поджал губы, над чем-то старательно размышляя в голове, и вздохнул. — Ладно. Задавай свои вопросы. Сэм тут же улыбнулась и отошла от окна, рукой приглашая его внутрь. — Ты же не хочешь лишнего внимания, верно? — лукаво хмыкнула она. Билл приподнял бровь, и на миг в его глазах читалось удивление. Он что-то тихо пробормотал себе под нос, но все-таки неохотно полетел к окну. Девушка плюхнулась на стул и на всякий случай пододвинула к себе тетрадку с вопросами. Беловолосый вплыл в комнату, то сжимая, то разжимая кулаки и исподлобья осматривая ее слегка готическую комнату. Чего стоила одна огромная кровать с балдахином посередине комнаты. Повернувшись к ней всем, казалось бы, невесомым телом, он завис где-то около кресла и сложил руки на груди, явно стараясь не делать угрюмое лицо. Выглядел он напряженно. — Итак, — бодро начала Сэм, прочистив горло, — Призрачный Билл, почему вы решили стать героем? Дэнни лишь тихо хмыкнул. — Это что, интервью? — снова приподнял тот бровь. — Просто шучу, — хохотнула Сэм. — Но вопрос интересный. Он вздохнул и уставился в пол. Мэнсон его не торопила. — Все это началось из-за меня. Не знаю, что было бы, если бы я не сломал портал, но я сломал его. Поэтому призраки начали нападать на Парк. Я просто устраняю последствия своих же ошибок. Сэм пожевала губы. — Звучит серьезно и как-то несправедливо. Дэнни пожал плечами. — Все честно. — Нет, — снова протянула Сэм. — Ты сам сказал, что умер. Почему ты должен платить за то, что лишился нормальной жизни? Он чуть поднял голову и посмотрел на нее. — Потому что я выжил. Если бы не портал, я бы был сейчас мертв. Сэм поджала губы. Из его уст это и правда звучало вполне логично. Но Сэм знала, что это неправильно. — Ты все равно можешь умереть. Разве призраки не пытаются тебя убить? — На самом деле, нет. Они одержимы другим, я всего лишь помеха на их пути, которую они пытаются устранить. Не обязательно убить. — М-м-м, — протянула Сэм, формулируя новый возникший вопрос в голове. — Кто-нибудь из них вообще знает, что тебя можно убить? Что ты все-таки человек? Он запрокинул голову и слегка оттолкнулся от пола материализовавшимися ногами. — Некоторые знают. На счет остальных не в курсе. — А кто знает? — Поиндекстер, Уолкер, Скалкер, вроде бы Технус, может быть Спектра. Джонни и Китти. Я как-то не думал об этом. Некоторые из них называют меня раздвоенным. — Раздвоенным? — усмехнулась Сэм. — Хотя, вроде подходит. — Ага, — невесело протянул Дэнни. — Слушай, — ее глаза снова блеснули, — а ты не устаешь, когда, ну, долго остаешься призраком? Он слегка наклонил голову, щурясь и чуть морщась. — Не то, чтобы устаю, но… иногда забываю, что это не настоящий я. Из-за этого бывает тяжело вернуться в человеческую форму. — Ты часто мерзнешь? Сэм сама не ожидала от себя этого, но оно как-то само вылетело. Его дрожащий почерк, теплая одежда и вечно бледный вид давали ей повод думать, что с терморегуляцией у него все-таки есть некоторые проблемы. — Да, вообще-то, — пробормотал он, потирая макушку. — Если долго остаюсь призраком, или часто пользуюсь силами. Я почти не чувствую его, но когда… да, я мерзну. — Угу, — кивнула Сэм, мысленно занося в список еще один факт. — Тогда, может, превратишься? Дэнни озадаченно моргнул. — Зачем? — Ну, — чуть смутившись улыбнулась Сэм, — чтобы «оттаять»? — Обычно это занимает несколько часов. Иногда дней, — хмыкнул он. — Да ладно тебе, чего я не видела, — закатила глаза девушка. Когда мучают сомнения или неуверенность, главное не подавать виду, что что-то не так. Поэтому девушка улыбалась в лицо неприятностям, как будто у нее всегда все под контролем. И в итоге, так и выходило. Дэнни на секунду запустил руку в волосы, но тут же выдернул и шумно выдохнул. — Ладно, — брякнул он, тут же вспыхнув голубым. На месте беловолосого теперь был самый обычный черноволосый. Он стал к ней боком, опершись о подлокотник кресла, не опуская рук от груди. — Ого, — усмехнулась Сэм. — Ты сегодня на удивление сговорчивый. С его человеческим телом вернулась и его угрюмость. Он снова шумно вздохнул, морщась и недовольно сверкая глазами. — Я пообещал сестре. — Кажется, я буду должна ей, — хмыкнула брюнетка. — Итак, начнем еще раз. Девушка взяла ручку, закинула ногу на ногу, открыла тетрадь. Первое, что она сделала — яростно зачеркнула третий пункт и переписала его заново. «3. Не любит яркие цвета. Часто мерзнет». — Любимая еда? — Мамина, — еще не понимая, что происходит, ответил Дэнни, удивленно поднимая брови. «4. Любимая еда? Мамина». — Любимый цвет? — продолжила она, записав ответ на четвертый вопрос. — Э-э… Синий? «5. Любимый цвет? Синий». — Любимая музыка? Ну, группа, или, может, песня? — Что ты делаешь? — девушка, наконец, подняла на него взгляд. — Задаю вопросы. — Нет, подожди, ты что… записываешь ответы? — Ну да, — пожала она плечами. — Мне интересно. — Это странно даже для меня, — с сомнением потер он макушку. — Не обращай внимания. Это интервью, — Сэм удивилась, когда поняла, что подмигнула ему. Кажется, Дэнни тоже. Он переводил взгляд с пола на стену и обратно, поджимая губы и не переставая ерошить себе волосы. — Э-э-э… ладно. — Кстати, что именно ты пообещал Джесс? В комнате повисла тишина. Если бы Сэм знала, какой сейчас сумбур творился у Дэнни в голове, она бы не подумала, что он как всегда выглядит непроницаемым. Странно видеть, как удивленное выражение за долю секунды меняется на бесстрастную маску. Тем временем совесть Дэнни боролась с приобретенной социофобией. Он обещал сестре. Возможно, это его последний шанс на нормальность. Он медленно вздохнул и опустил голову. — Я обещал ей, что попробую подружиться с тобой. Сэм ожидала услышать что-то похожее, но не была уверенна, что Дэнни вот так просто скажет это. Она сжала зубы. Теперь главное ей самой не облажаться. — Хорошо. Тогда давай дружить, Дэнни. Кажется, она не говорила этих слов с семилетнего возраста. Когда они там с Такером познакомились? Сэм взяла со стола миску с оставшимся фруктовым салатом и, встав и сделав пару шагов к нему, с улыбкой протянула ему. Дэнни смотрел на нее широко открытыми глазами, закусывая щеку изнутри и изо всех сил стараясь не выдавать панику. Черт, сейчас ему как никогда хотелось провалиться под землю, но даже не в этом была проблема. Проблема была в том, что он мог. Сдержаться было тяжелее всего. Он опустил голову, взглянул на миску, взял из нее виноградинку и, явно выжимая из себя свой максимум, пробормотал: — Спасибо, Сэм. Девушка не сдержалась и радостно хохотнула, широко улыбаясь, не услышав, как его голос дрогнул от напряжения на ее имени. Может, и не так, как она думала, но ее план все-таки привел ее к успеху. Ей надо было бы от всей души поблагодарить Джесс на досуге. Брюнетка не заметила, как голубоглазый чуть не подавился застрявшей в горле виноградинкой.