Что ты видишь в этих желтых глазах?

Невозможно предсказать, когда смерть настигнет нас или кого-то другого. Каждый раз, когда мы расстаемся с кем-то на короткое время, нет уверенности, доведется ли нам встретиться еще раз. Осознание этого может помочь нам перестать цепляться за свои негативные эмоции и как можно быстрее разрешить проблемы, возникающие в отношениях с другими.

      Девушка сидела в библиотеке, собрав руки в замочек. Она нервно постукивала ногой и пыталась привыкнуть к тому, что слышит буквально все. Мэгги слышала, как на соседней стороне улицы женщина попивает коктейль из стаканчика. Слышала поступь шагов каждого человека на улице. А самое главное — биение каждого гребанного сердца. Из-за этого хотелось вырвать себе уши, лишь бы не слышать. Мэгс не могла сидеть на месте. Ходила из стороны в сторону, подходила к окну. Она чувствовала, как на глазах проступают венки, а в зеркале видела свои черные глаза.       Но супер слух ещё не самое страшное. Чувства накатывали новой волной, и каждая была сильнее предыдущей. Они были таким сильными, непривычными. Иногда казалось, что их усилили. Поставили максимальную силу. Боль была равна горю. Страх равен ужасу. Гнев равен ярости. Приходилось бороться с этим одной, сражаться в темноте с собственными монстрами. Было ли страшно? Очень. Но ещё страшнее было поддаться этим тварям. Стать монстром, убийцей, тварью, пожирающей невинных. Но Мэгги отчаянно отгоняла эти мысли и отвлекалась на все, что можно. Приходилось слушать разговор, не предназначенный для её ушей, и начинать пользоваться плюсами своей вампирской жизни. — …Каким я буду лидером, если девчонка не получит наказание? Дающим поблажки одними, а другим нет. Она убила людей, а у меня есть правила, — говорил с полной серьёзностью Марсель. — А не пойти ли тебе нахер, Марсель? Я сказал, что ты к ней даже пальцем не прикоснешься! — прозвучал голос Кола с первого этажа, будто бы он говорил Мэгги прямо в уши.       Девушка поежилась от этих слов, ведь знала, что случается с вампирами, которые не следуют правилам. В лучшем случае ты несколько лет проживешь, если это можно назвать жизнью, иссушенной в бетонной стене. В худшем тебя могут изгнать или убить, но это случалось крайне редко. Мэгги не знала, что с ней может стать, но она была уверена, что её не убьют. Почему-то была такая уверенность. — Нам нужно успокоиться и нормально все обсудить, — услышала Мэгс голос Элайджи, который втянулся в разговор. — Нечего тут обсуждать! Если хочешь тронуть её, то придется пройти через меня! — крикнул младший Майклсон, что от непривычки её уши заболели.       Уж слишком громко они говорили. Мэгги пыталась понять ещё что-то, но голоса смешались, и все кричали наперебой. Пришлось отвлечься на что-то другое. Но тут зазвонил её мобильный, который Кол любезно ей отдал. Девушка за секунду оказалась у тумбочки, где тот лежал. Постояв ещё секунду, чтобы избавиться от головокружения, которое каждый раз появлялось после вампирской скорости, она взяла телефон и посмотрела на дисплей. Эш ждала, что звонить будет Давина или мама, но на экране высвечивался незнакомый номер. — Алло… — неуверенно произнесла девушка, прижимая телефон к уху. — Здравствуй, солнышко. Как тебе вампирская жизнь? — спросил слишком знакомый голос.       Не приходилось даже прислушиваться, чтобы понять, что собеседник едет в машине и усмехается. Слишком знакомый голос, который хотелось бы больше никогда не слышать. Раздражающий еретик, который убил её, при этом обратив. Сумасшедший, социопат, убийца. Можно было подбирать множество слов для его описания. — Кай, — это было единственное, что смогла выдавить из себя Мэгс. — Да, ты чертовски права. Кстати-кстати, ты не задавалась вопросом, почему я не убил тебя? Не убил детей, за которыми шел? — начала опять балаболить еретик.       Эшли, конечно же, задавалась этим вопросом, но именно сейчас он встал на первое место. Почему? Почему отступился от того, ради чего приехал? Не мог же он просто подумать: «В общем, я тут неожидано решил, что не хочу никого убивать. Поехал я отсюда. Надоели вы». — Я вырву твой поганый язык! — произнесла Мэгги слова, которые так и лились потоком из неё.       Как бы её не мучил этот вопрос, ярость внутри неё была сильнее. Она ненавидела Паркера всей душой и готова было оторвать ему голову, и совесть точно бы не мучила её. Она была бы ей благодарна. Ненависть пожирала её изнутри, как паразит, не дающий спокойно мыслить. — Как грубо! Но я позвонил тебе не за этим. Я думаю, твои друзья настолько заняты, что даже не слышат, как ты разговариваешь с тем, кого они ищут по всему городу. Но они никогда меня не найдут, пока я сам этого не захочу. В общем, почему же я оставил вас? Почему не убил всех вас? Я собирался, но когда увидел тебя, я понял, что мне незачем это делать, а в моей голове созрел план… — начал опять балаболить Кай.       Девушка пыталась прислушаться к голосам внизу, но было очень сложно слушать то и то одновременно, поэтому пришлось слушать болтовню Паркера. А тот не переставал болтать, явно насмехаясь над ней. — Я тут подумал, зачем мне растрачиваться сифонами? Ведь мы одни из самых сильных существ. Я решил, пускай девочки живут до 22 лет, а потом убью одну и оставлю вторую. Заберу её и тебя в свой клан сифонов, а пока поищу других, — продолжал Паркер, и если бы ему дали волю, разговор, скорее всего, сошелся бы к мороженному или к чему-нибудь ещё. — Только вот одно «но», Кай. Мы никогда не присоединимся к тебе, — оборвала речь парня Мэгги, полностью увереная в своих словах.       На секунду еретик замолчал, будто бы решаясь ответить на колкость, а может быть думал над тем, как оторвать ей голову. Действия Паркера было невозможно предугадать, в его планах не было логики, но почему-то они всегда срабатывали, если верить словам Кэролайн. Но в чём точно была уверена девушка, что она никогда не перейдёт на его сторону, и что бы он там не замышлял, она всегда будет ненавидеть его. — Мэгги, ты так и не поняла? Я всегда добиваюсь того, чего хочу. Будь уверена, когда придёт время, ты будешь сражаться за меня, а пока я буду превращать твою жизнь в ад просто за то, что ты встала на моём пути. Первый мой подарочек лежит в переулке между кафе, в котором вы так часто сидели с Давиной, и белоснежным домом рядом с ним, — говорил и говорил Паркер, а в трубке можно было услышать, что он перестал ехать. — Что? Я никуда не пойду, там слишком много людей! — возмущаясь, проговорила девушка, сжимая и разжимая кулаки. — Солнце, а ты разве со своим вампирским слухом ещё ничего не заметила? Подойди к окну и посмотри, — приказал парень.       Сначала девушка хотела послать его на три весёлые буквы, но то ли приказной тон Кая так сработал, то ли интерес толкнул на такой поступок. Но она за секунду оказалась у окна и стала осматривать улицу. Каково же было ее удивление, когда там не осталось ни одного человека. Она была пустынная и, будто бы, заброшенная, хотя Эш отчетливо помнила, как пару минут назад тут шагали люди. Она застыла в оцепенении, пытаясь переварить происходящее, а когда решилась задать вопрос еретику, он уже сбросил трубку. Мэгги хотела перезвонить ему и оказалась еще больше удивлена, когда в телефоне не оказалось этого звонка, будто бы его не существовало. Но не могло же это ей показаться. Она же не сумасшедшая.       Девушка решила наплевать на всё, что происходило внизу, и всё-таки пойти туда. Может быть, она дурочка, но тогда ей руководило некое странное зудящее чувство внутри, которое говорило о том, что она должна пойти. Которое говорило, что если она там не будет, то упустит что-то достаточно важное.       Эшлин не составило особого труда вылезти через окно и приземлиться на тротуар. Она прислушалась, будто бы пытаясь уловить движение, но крики в доме были настолько сильными, что её «побег» никто не заметил. Эш решила не искушать судьбу и на вампирской скорости двинулась в сторону кафе. Оно находилось недалеко от дома Майклсонов, в пяти-шести минутах ходьбы, но на вампирской скорости она добежала туда за пару секунд. Это был один из плюсов её нового тела. Вампиризм, конечно, страшная штука, не очень приятная, и не все её выдержат, но он имел свои плюсы, которые немного приукрашали минусы.       Мэгги стояла около переулка, который ничем особо не отличался. Он был тёмный, немного жуткий, но самый обычный. Девушка ещё раз огляделась, пытаясь найти хоть одну живую душу, или услышать биение сердца, но Паркер будто бы расчистил для неё дорогу. Он знал, что она не выйдет, если там будут люди. Слишком большой риск, но раз он пошёл на такие жертвы, значит, там было что-то важное. Ещё оставался вопрос, как он сделал город таким безлюдным, ведь не мог он просто выйти на улицу и закричать: «Эй, народ, уйдите в конец города, чтобы девушка смогла посмотреть на мой подарочек для неё в переулке». Мэгс решила на всякий случай обследовать переулок, мало ли что.       Была ли она идиоткой? Может быть. Потому что она сама не понимала, зачем пошла сюда. Эшли знала, что ничего хорошего её тут не ждёт. Она корила себя за свою глупость и за то, что не сказала об этом хотя бы Колу, но уже ничего нельзя было изменить.       Как только Мэгс фактически оказалась зажатой между стен, в нос ударил запах крови, а дальше последовал крик. Здесь было слишком много крови. Перед ней лежали шесть трупов, а у двух на голове были мешки. Девушка смотрела на линии, которые были отведены от каждого трупа из их собственной крови. Это были буквы, и все они складывались в одно такое знакомое слово. Слово, которое навсегда останется на её руке. Которое будет напоминать о том, что ей пришлось пережить.       «Убийца».       Как же сейчас это слово подходило к её состоянию. Откуда проклятая ведьма могла знать, что на её руках появится кровь?       Мэгс пыталась сдержать внутреннего демона, который учуял запах, но было сложно. Это проклятое существо реагировало даже на кровь трупов, но девушка не бросалась на них, как на скот. Было просто морально тяжело здесь находиться. Ребят, у которых на голове не было мешка, она видела пару раз в жизни. Это была ведьма, затем вампир из шайки Марселя, оборотень из стаи Хейли и Майк. Мальчик, с которым она дружила в институте. Майк был хорошим человеком, который не заслужил смерти, как и все остальные здесь. У них у всех была семья, друзья и долгие годы, но Кай забрал все.       Он был убийцей и социопатом. Он не заслуживал жизни. Но самое главное, что Эш чувствовала вину. Ведь если бы не она, все эти ребята ходили и продолжали жить. Майк бы, как и мечтал, отучился на юриста, остальные, которых она видела пару раз, могли бы построить свою жизнь. Но из-за одного еретика это никогда не случится. Из-за его желания сделать так называемый «подарок», погибли невинные.       Мэгги очень сильно затошнило, и она уже была готова выбросить всё это из организма, но почему-то ничего не происходило. Ей было очень страшно снимать мешки с двух других. Ведь она не могла больше пережить смерти других. Эшли уже потеряла Майка и не хотела больше никого терять, или быть ответственной за чью-то смерть. Но любопытство, крайне ненужное сейчас, всё-таки взяло верх. Она подошла к первому телу и осторожно стянула мешок. От увиденного её желудок свернулся, ведь перед ней лежала Ками. Милая девушка, подруга Клауса, психотерапевт, который помог ей пережить то нападение. Сейчас она лежала мертвая из-за неё. Увидев труп Камиллы, Эшли отчётливо почувствовала вину за происходящее. Ей уже хотелось свернуться калачиком и поплакать. Но ещё страшнее было снимать второй мешок.       Когда она подошла к последнему телу, то сразу же поняла, что это девушка. Одежда показалось настолько знакомой, но Мэгги гнала мысли об этом человеке. Как же больно, оказывается, когда все твои самые страшные мысли подтверждаются. Когда ты понимаешь, что всё, что ты себе нафантазировал за долю секунды, оказалось правдой. Под мешком оказалось настолько знакомое лицо. Давина Клэр, лучшая подруга. Паркер убил и её тоже. Он убил всех её друзей. Больше не было сил сдерживаться, и девушка просто сползла по стене. Эш кричала, заливалась слезами и просила, чтобы всё это было страшным сном. На её душе появилось ещё шесть трупов. Шесть людей, которые не заслужили быть убитыми, потому что она совершила ошибку. Эш поступила с одной стороны правильно: спасла детей, но она подвергла опасности город, и, может быть, её мысли сейчас были непонятными, но девушка знала, что всё-таки виновата она. Восемь людей за одни сутки были убиты. Восемь людей, которые могли продолжать жить и радоваться, но они лишились этой возможности.       Эшлин не знала, сколько она проплакала. В такие моменты мы теряем счёт времени и теряемся в пространстве. Мы не можем сфокусироваться на чем-то одном. Наши мысли беспорядочны, и мы просто не существуем.       Из темного леса девушку вывел настойчивый голос, который звал её. Он был маяком, который помог Мэгс вырваться из небытия. Когда зрение сфокусировалось, она увидела Кола, который был напуган не меньше. В его глазах читался вопрос, который задал бы любой. — Это Кай. Это его подарочек мне, — единственное, что удалось выдавить девушке.       Она уже беззвучно рыдала, а слёзы текли градом по её щекам. Эшли прижалась к первородному, хватаясь за него, как за спасительный трос. Кол обнял Эшли в ответ и ничего не говорил. Он просто давал ей выплакать всё. Майклсон просто был человеком, который сейчас больше всего нужен. Которые не осудит, а просто даст выплеснуть все эмоции. Который не будет говорить сладко-приторных речей, но его поддержка будет куда более лучше. Который понимает, что ты чувствуешь. — Кол, нужно увести её отсюда. Как только разберёшься, приходи сюда, будем решать проблему, — проговорил Клаус, осматривая все тела.       Младший Майклсон понимал, что Мэгс сейчас не в состоянии идти, поэтому он подхватил её и, взяв поудобнее, понёс в сторону дома. Эшли никак не сопротивлялась, она просто позволила себя нести и смотрела в одну точку. Кол понимал, что это её способ забыться, ведь он наблюдала такое уже пару раз. Именно в этот момент она казалась такой хрупкой и беззащитной, хотя обычно она самая жгучая бестия из всех.       Он на вампирской скорости занёс её в дом и понёс в свою спальню. Не класть же её на диван в библиотеке. Его пыталась остановить Хейли, но, увидев на руках девушку, она решила пока что не вмешиваться.       Оказавшись в собственной комнате, он с силой захлопнул дверь и положил хрупкий комочек на кровать. Кол сам не заметил, как девушка провалилась в небытие. Она просто уснула. Сейчас во сне она не чувствовала ничего, и это было пока что самое лучшее.       Первородный заботливо укрыл её одеялом и позволил себе на секунду поцеловать её в лоб. Он сам не понимал, зачем это сделал, но после этого проявления нежности, Кол, как ошпаренный, выскочил из комнаты и вернул свою прежнюю злость. Он отправился к Клаусу, который был готов крушить и метать. А если нужно — разрушить весь город.