Near miss

Арья Он движется и нависает над ней. Она чувствует, что растворяется в нём, и это чувство прекрасно: его губы мягкие и тёплые, а язык сладок на вкус. Он целует её шею и ключицы, пока не достигает груди. Его губы касаются одной из них, руки обхаживают другую. Она вздыхает и проводит пальцами по его волосам, оттягивая чернильно-чёрные пряди. В ответ он прикусывает, заставляя её вскрикнуть. - Пожалуйста, - она звучит жалобно и его рука скользит по бедру, когда она разъединяет ноги. От его жгучих поцелуев кружится голова и Арья чувствует себя так хорошо, так прекрасно, когда он движется и перед её глазами мелькают звёзды. Боги, да. Её голос настолько охрип, что звучит чуждо для собственных ушей. Глаза Арьи закрыты, а голова снова прижата к подушке. Она внезапно понимает, что не может не видеть его лица над собой и резко открывает глаза. Она обвивает ногами его талию, плотнее прижимаясь; слышит, как в его груди зарождается рычание, и это ещё больше её распаляет; она чувствует жар, палящий и необузданный, восхитительное чувство, основанное на этом тепле. Оно растёт, распространяясь до кончиков пальцев рук и ног. Арья задыхается, открывая рот в беззвучном крике, когда... - Чёрт! - девушка клянёт всё сущее, выброшенная из своей мечты. Её разъярённый взгляд натыкается на часы на тумбочке. 6:15. Конечно. Обычно она встаёт в полседьмого, и хотя нет смысла ложиться снова, она всё равно закрывает глаза, почти в отчаянной попытке вернуться в прерванный сон. Очевидно, это бесполезно, и Старк в отчаянии сжимает ноги. Седьмое пекло, думает она чувствуя тепло между ними. Прошло всего около двух минут, и Арья раздражённо перекатывается к другому краю кровати, чтобы открыть ящик и взять вибратор. Минуту спустя она снова видит звёзды. Старк промолилась всю дорогу в поезде, чтобы предательский румянец не расползся по лицу, когда она увидела Быка. Джендри Её губы горячие и влажные, а тело гибкое, словно ива. Она проходится по его груди, прикусывая кожу после каждого поцелуя и оставляя вереницу пурпурных следов. Он стонет, когда она опускается достаточно низко, обхватывая его своими маленькими тонкими пальцами. Его рука путается в волнистых каштановых прядях, аккуратно подталкивая её. Её горло буквально вибрирует, посылая по всему его телу электрические разряды. - Встань, - он хрипло говорит и голос больше похож на рычание. Он хочет увидеть её маленькое гибкое тело, движущееся сверху. Его руки скользят по её бёдрам, животу, груди, сжимая маленькие, идеальные насыпи. Он стонет и чувствует, что сейчас всё правильно. Идеально. Прекрасно. Она прекрасна. Её ногти впиваются ему в спину, оставляя длинные багровые следы, когда она садится на него. Она проводит языком по его уху и шепчет имя, прижимаясь всё сильнее. Он подносит руки к её плечам и притягивает к себе: их губы совпадают так же идеально, как и всё остальное, а её рот - чистая сладость. Она закусывает его нижнюю губу, ворча что-то сквозь поцелуй. Укусы разжигают в нём пламя и ощущения внутри накапливаются, грозясь выйти наружу. И вновь она прокладывает по его шее дорожку из поцелуев, посасывая кожу и зализывая следы. Он снова стонет. Громко. Джендри бодрствует и резко садится, растерянно оглядывая свою комнату. Ещё очень рано, а он уже проснулся, и некоторые его части намного бодрее остальных. - Твою мать, - стонет он, роняя голову на сложенные руки. Ему мучительно тяжело, и этот сон был гораздо более ярким, чем любой другой, который у него был. Он окидывает себя взглядом задерживаясь на гордо возвышающейся крепости ниже пояса. Уотерс взывает к своему воображению и это работает - хотя версия Волчицы из его грёз и была в сотню раз лучше - ибо через несколько секунд он откидывается на подушку, тяжело дыша. - Седьмое пекло, - Джендри проклинает весь свет и думает, что ему определённо придётся избегать её взгляда сегодня утром.