Часть игры.

Пауль провел большим пальцем по краю сброшюрованного эссе - почти двадцать страниц, пятнадцать тысяч слов. Определённым максимумом было двадцать тысяч, так что они уложились, но внутри шевелилось беспокойство, что, когда он получит работу назад, всю исчерканную сделанными красной ручкой пометками Рокенса. Краем глаза он видел руку Оливера, лежащую перед ним на столе. Его собственные пальцы легко, едва заметно дернулись, словно они отчаянно желали переплестись с пальцами Оливера. Они виделись каждую ночь и каждый день, но это казалось недостаточным. Этого и было недостаточно. - Ландерс, вы следующий. Пауль рывком поднял голову, надеясь, что его покрасневшие щеки сочтут результатом включенного на всю мощность отопления. Рокенс кивнул на стопку эссе, лежащую перед ним. Пауль вернулся на место. Когда он опустился на сиденье рядом с Ридлом, тот дернул головой, словно выходя из глубокого ступора. С угрожающей скоростью взгляд его метнулся в сторону Риделя. - Ты же знаешь, почему тебя поставили в пару с этим пидором? - Ридл намеренно задал вопрос достаточно громко, чтобы Оливер его тоже услышал. Пауль резко повернулся в сторону Ридла, заинтересованный его новой теорией, причем явно больше, чем Оливер, который не двинулся и даже не поднял взгляд. - Почему? - тихо спросил он. - Ты единственный, кто не гнобит его так, как он, мать его, заслуживает, - прорычал Ридл, глядя в сторону. Оливер бросил на него презрительный взгляд, но ничего не сказал. Пауль почувствовал себя дураком. Несколько мгновений он в панике думал, что Ридл собирается сказать кое-что другое. Он рискнул посмотреть на Оливера. Было что-то в невозмутимом выражении его лица, что едва не заставило Пауля громко рассмеяться. Оливер совершенно не боялся Ридла, и это приводило Пауля в ужас. Хотя видеть, как Ридл приходит в бешенство от того, что кто-то посмел бросить ему вызов, было восхитительно. Хотел бы Пауль обладать таким же мужеством, как Оливер! Звонок на ланч совпал со скрежетом двигаемых по деревянному полу стульев - все торопились сбежать из класса. Пауль взял с парты пенал и сунул его в сумку. Оливер, сидевший напротив, не сдвинулся с места. Он привык уходить из класса последним. Пауль полагал, что делал он это для того, чтобы не сталкиваться с толпой парней, ненавидевших его еще сильнее, чем прежде, но допускал и другое - что Оливер давал ему время отвязаться от своих друзей и вернуться, чтобы увидеться с ним, не вызывая подозрений. - Эй! - раздраженно окликнул Рокенс, когда первые из поднявшихся ребят уже начали покидать комнату, - Постойте! Вернитесь на минуту в класс! Учащиеся с неохотой вернулись. Рокенс бросил взгляд на нетерпеливые лица. - Директор Бринд хочет всех вас видеть на срочном собрании в актовом зале, - сказал он, понимая, что новость эта никого не обрадует, - Отправляйтесь туда в четверть второго, сразу после ланча. Там будет вся параллель. Немедленно раздались протесты и стоны. Особенно громко выражали свое недовольство Ридл и Эрик. Стоя за ними, Пауль мог слышать, как Ридл наградил Рокенса серией особо живописных эпитетов. - Ну, это не моя идея, - заметил Рокенс, пожав плечами, - Отправляйтесь на ланч. Не опаздывайте. Вероятно, сделают перекличку, так что прогулявших вычислят сразу. Пауль не знал, было ли это пустой угрозой или нет, но понимал, что не может рисковать, дав заметить свое отсутствие. Он не торопился уходить и специально вывернул на пол все содержимое своей сумки, чтобы отвязаться от друзей. Сказав, чтобы его не ждали, он напряженно смотрел, как они исчезают за углом. - Старый добрый Рокенс, - раздалось из-за спины, когда класс опустел, - Как всегда, прикладывает все усилия, чтобы наши жизни строились вокруг его собственных интересов. Пауль рывком обернулся. - Мне бы не хотелось, чтобы ты так не делал. Ухмыльнувшись, Оливер зашагал к нему. - Я тебя напугал? - Ты постоянно меня пугаешь. Не надо было выводить Ридла. Он когда-нибудь тебя прибьет. Оливер пожал плечами. - Кушать хочешь? - Ни капли. *** Оливер направился в актовый зал самым длинным путем. Он незаметно проскользнул в зал и уселся на место. Взгляд его обвел море голов, пока не остановился на темных волосах Пауля, сидевшего между Эриком и Ридлом. Никого из учителей, за исключением смахивающего на кота Бринда. Перед ним лежали странные предметы, больше похожие на мусор. Собрание началось. Голос директора разносился по залу, словно через громкоговоритель. - Если вы в курсе, - начал он напряженно, - У нас в Лептоне дисциплина имеет важное место. Поэтому меня огорчает, что я должен напоминать об этой банальной теме. Приносить в школу запрещенные предметы строжайше запрещено. Но некоторые думают, что им сойдет с рук. Придется повторить. Алкоголь и табачные изделия это неприемлемо! А определенная печатная продукция, - директор замялся и выудил из кучи "улик" помятый, кое-где порванный журнал. Пауль похолодел. В течении нескольких недель он не шел у него из головы. Оливера впечатлила способность Пауля к самостоятельным активным действиям, хотя, вероятно, это был не самый разумный и изобретательный способ от журнала. - Все это противоречит школьным правилам. - Хах, а человеческая природа? - услышал Оливер с заднего ряда, - Как думаешь, чей он? Оливер, не отрываясь, смотрел на Пауля. Тот сидел, не шевелясь. Ридл, сидевший около него, что-то оживленно говорил, но Пауль, казалось, его не слушал. Весь зал наполнился шушуканьем. Оливер знал, что рано или поздно кто-нибудь укажет на него, но ему было плевать. - Тихо! - рявкнул директор, - Это не игра! Заявляю, что мы найдем нарушителей. Разумеется угрозу восприняли скептически. Зал взорвался возмущениями. Оливер сидел тихо на своем месте. - Хотите знать, кому принадлежит журнал? Ридл поднялся с места. Пауль съехал еще глубже на своем сиденье. То, что в направлении Оливера ткнули пальцем не было ни неожиданным, ни нежеланным. Это было неизбежно. - Этому уроду! Вам давно пора выкинуть его из школы! Этот парень - просто псих! - Фишер, сядьте на место! - взревел Бринд, - Для паники нет причин. Ридл плюхнулся на сиденье, издав что-то между шипением и смешком. Пауль не двинулся. Всеобщий гомон понизился до тихого перешептывания. - На сегодня все, - мужчина нервно поглаживал усы, - Все свободны. Оливер ждал снаружи актового зала, пока, одним из последних не вышел Пауль. Он видел, как тот, пройдя немного по коридору, извинился перед друзьями и направился в противоположном направлении. Спустя пару минут Оливер направился следом. Он уже почти дошёл до лестницы, как его резко одернули назад. Он оказался прижатым к ближайшей стене прежде, чем успел среагировать, и сильно ударился затылком о кирпичную стену. Оливер в упор смотрел на Ридла Фишера, чьи пальцы так крепко вцепились в его свитер, что он не мог двигаться. - Добрый день, Рид, - хладнокровно произнес он. На лице Ридла сияло выражение беспомощной ненависти. Казалось, тот не находит в себе способностей выразить, насколько велико его отвращение к Оливеру. - Если ты еще раз перейдешь мне дорогу, - произнес Ридл тихим угрожающим голосом, - Я тебе лично глотку вырву. Усек? Оливер удивился, что Ридлу понадобилось так много времени, чтобы к нему вернулась его агрессивность, но похоже, что с ней на пару пришла и жадность. - Перейду дорогу? - спросил он. Губы Ридла искривили в ухмылке. Челюсть Оливера взорвалась невероятной болью. Он с трудом удержался от крика и попытался прижать руку к кровоточащему рту. Ридл удовлетворенно хихикнул и выпустил из рук свитер Оливера. Зажав рот обеими руками, Оливер смотрел, как Ридл удаляется, не оглядываясь. Оливер поторопился уйти, пока его кто-нибудь не увидел. Холодный воздух обжигал окровавленные губы, но он не останавливался. У своей комнаты он увидел Пауля. - Твою мать, что произошло? - воскликнул Пауль, увидев его. - Ничего, - Оливер прикоснулся к губам. Во рту чувствовался вкус крови. Пауль схватил его руку и убрал от лица. - Какой урод это сделал? Отвечай! Оливер никогда не видел, чтобы тот так разозлился, и даже в своем нынешнем состоянии ощутил внутри восторженный трепет от беспокойства. - Ерунда. Не обращай внимание. Пауль аккуратно провел пальцем по его нижней губе. Когда он отнял руку, палец был в крови. - Я убью его, - рявкнул он, - Убью своими собственными руками! Оливер крепко схватил Пауля за предплечье, пытаясь удержать его, чтобы тот не бросился разбираться, а так же пытаясь удержать себя. - Нель-зя, - Оливер закашлял, - Нельзя, чтобы на нас обращали внимание. Это заживет. Он просто выпустил пар. Пауль уставился на него. В шальных карих глазах боролись гнев и возбуждение. - Вот в таком виде ты БУДЕШЬ привлекать внимание. Оливер собрался с силами и прикоснулся к щеке Пауля. - Но это же не ты притащил его в школу. Пауль мило покраснел. - Но они думают, что он твой. - Ну, и пусть, - мягко сказал Оливер и легко поцеловал Пауля в лоб, оставив еле заметный кровавый след, отчего веки Пауля дрогнули, он явно все еще чувствовал себя не в своей тарелке от такого, - Нам пора в класс. - Да, наверное, - с неохотой ответил тот, - Ты не против, если я приду к тебе ночью?.. - Конечно, - Пауль покраснел ещё сильнее. Они направились обратно к школе и, подойдя ко входу, расцепили руки. Оливер взглянул на бледное лицо Пауля. Иногда лучше, чтобы тот оставался в неведении касательно некоторых вещей. Он поднес руку к разбитым губам. Определённо. *** Паулю требовалось дождаться, пока Эрик не заснет покрепче, но, к счастью, он дрых, как бревно. Пауль на полном серьезе намеревался отыскать Ридла и избить его до полусмерти, но потом (крайне неохотно) согласился со словами Оливера, что это будет глупо и бессмысленно. Ему необходимо было сохранять свою репутацию, все еще только начиналось. Ридл, Эрик и ещё парочка ребят играли за столом в покер. Остальные проводили своё время за просмотром телевизора. Пауль заметил Дина, который сидел в углу и не пытался влиться в атмосферу. Отмахнувшись от зовущих поиграть с ними ребят, Пауль направился к Дину. При виде Ридл он сдерживался, чтобы не подойти и не начистить ему морду. Когда Пауль сел рядом с Дином, тот ничего не сказал и не поднял взгляд. Пауль поерзал на стуле, пытаясь придумать тему для беседы. Запоздало он осознал, что, может быть, навязал свое общество человеку, который ни с кем не хотел разговаривать. Наконец он набрался храбрости и отпустил какое-то глупое замечание о холодной погоде. Дин дернулся на сиденье, как будто до этого он не осознавал, что рядом с ним кто-то был, и повернулся к Паулю. Выражение его лица нельзя было назвать недовольным, но и особо дружелюбным оно не было. - Да, холод собачий, - угрюмо ответил Дин и бросил взгляд на компанию за покерным столом. Пауль посмотрел туда же. Ридл встал и громко заявил, что ему нужно отлить. Пауль вновь себя остановил, чтобы не пойти за ним и не врезать ему хорошенько. Вскоре всплыла тема, затронутая на собрании. - Так как ты думаешь, чей журнал? - спросил кто-то Пауля. - Конечно, Риделя, - прорычал Эрик, - Он единственный пидор в этом сраном месте. Пауль подумалось, что на самом деле это замечание донельзя иронично, принимая во внимание, что «пидор» сидел в это время с ними в одной комнате. - Омерзительно, мать его, - вставил кто-то за столом. - Может быть, этот журнал был куплен в шутку, - попытался встрять Пауль, но, казалось, его никто не услышал. - В любом случае, Ридл хочет преподнести ему хороший урок, - неожиданно произнёс Дин. - Что ты имеешь в виду? - насторожился Пауль. - С его стороны было глупо лезть на рожон. Не стоит задирать Ридла, если не хочешь, чтобы тебе надрали задницу. - Туда ему и дорога, - прорычал Эрик, - Мы будем играть, или как? Кому дело до этого гребанного Риделя. Пауль уставился в пол, ощущая тошноту. Оливер знал на что идет. Он мог справиться с Ридлом. Он доказал, что не боится его. Но у Ридла есть друзья, а у Оливера нет. Пауль вновь съехал на сиденье, прикусывая нижнюю губу. Он надеялся, что всё не упрется именно в это.