Зря говорили: рыжим - удача (с)

Убийцы частенько выглядят дружелюбно ©. Потомки солнца (Descendants of the Sun / Taeyangui Huye)

*** — Прости, — шелеснула Юки, приобнимая своего (так ли это?) мужчину со спины. Она ткнулась носом меж его лопаток, потерлась щекой. Знакомый аромат забил носовые пазухи, толкнулся вниз. Будто бы к самому сердцу. — Я была не права. То, что связывает вас с Алвин, было до меня. А прошлое… стоит оставить в прошлом. Канаме поморщился, повёл плечами и выдохнул. Не её он хотел видеть рядом с собой, совсем — увы — не её. Другую женщину, с иным взглядом на мир, ароматом недорогих, но любимых духов и заразительным смехом. Юки слишком нежная для него, как невинный цветок, слишком… не такая. Знаете, что-то вроде восхитительного ванильного мороженого. Но проблема в том, что Канаме терпеть не может ваниль. И мороженое. — Я был слишком резок, — отозвался Куран, ничуть не сожалея о содеянном. Мысли о том, чтобы оттолкнуть жену, сбросить эти цепкие руки с его талии, крутились в голове, подобно рою пчёл. Сделай это. Ну же. Эгоизм зудел под кожей, словно паразит, требовал действовать/творить во имя себя. Король умер! Да здравствует Король! С любовью, видимо, так же происходит. — Тебе пора уходить, — напрямую заявила Алвин, взглянув на наручные часы. — Уже одиннадцать ночи. Дети спят, да и мне пора. — Я засиделся? Она кивнула согласно и первой поднялась с насиженного места, подавая пример. Канаме в последнее время было слишком много в её счастливой жизни, через край. — Повара приготовили сытный ужин. Знаешь, мне порой кажется, что они думают, — шатенка тихо рассмеялась, — будто мы не едим месяцами. И только они спасают нас от голодной смерти! Попытки готовить самой Юки отбросила еще в первый год их совместной счастливой (тогда ещё) жизни. Горелое мясо и пересоленный картофель быстро отбили интерес Кросс к кухонной плите и кастрюлям. И она взялась за обустройство дома и сада. Получилось… мило. Во всяком случае, в отсутствии вкуса молодую Куран никто бы не обвинил. — Я с удовольствием отужинаю с тобой, — шатен коснулся ладонью крохотных пальчиков Юки, нежно убирая те со своей талии, небрежно скинул с плеч пиджак, бросая его на кровать. Пожалуй, сейчас об одиночестве Древний мечтал как никогда. — Только приму душ и переоденусь. Она прикусила нижнюю губы, сжимая подол тонкого ситцевого платья. Им не о чем было говорить, совершенно не о чем. Слишком разные люди со своим кругом общения и интересами. Такие не ладят, такие держатся подальше друг от друга. — Канаме, — позвала мужа Юки, — я снова пыталась дозвониться до Зеро. — И как успехи? — Он не ответил, — она выдохнула печально, встряхнула волосами и уселась в кресло, безразлично наблюдая за тем, как Древний раздевается. Сколько у них не было секса? У них? Смешно. Только у неё, кого Юки пытается обмануть. Верность в семье соблюдает только она… потому что не хочется быть грязной. Такой же, как Канаме. У супруга красивое тело, но Юки… Юки было плевать. Куран не пробуждал в ней женщину, а она в нём — мужчину. Странное отторжение друг от друга, пустая привязанность и… нежелание делиться своим хоть с кем-то. Эгоисты и собственники. На прощание Браун потянулась к нему, обняла за шею. В знак примирения. Она его почти простила, только шипит надуманно, как требуют социум и разум. А он… — Он никогда не отвечал ни тебе, ни мне, — безразлично отозвался мужчина. — Разве что на приёме Охотников. Глава обязан вести светские беседы с Королём вампиров. Но это же Кирию, у него не получается быть вежливым. Шатен с легкостью расправился с дорожкой пуговиц и стряхнул рубашку с плеч, обнажая подкаченный торс. Он умел красиво преподносить себя. — Почему я не осталась с ним? — она знала ответ на вопрос. — Мы думали, что так будет лучше. — Да… Не любили — думали. «А он… просто её поцеловал». *** Момое прикоснулась кончиком белоснежной салфетки к уголку рта, вытирая остывшие капли крови, и безразлично оглядела «еду». Молодая и прекрасная женщина с первой положительной группой крови оказалась весьма и весьма приятной на вкус. Не хуже её сладкого ребёнка. — Благодарю, Шики, — Чистокровная скомкала шёлковую ткань, бросив ту на стол, и сухопарой рукой пригладила спутанные волосы жертвы. Дань Смерти. — Сожги тело, чтобы хлебные крошки не привели в мой домик злого охотника. Ведьме не нравятся непрошеные гости. Вампирша кивнула безмолвно, сжав запястье девицы, и потянула «ужин» вниз. С глухим шлепком тело упало на пол, подтянув за собой скатерть и редкие столовые приборы из чистого золота. Древняя взглянула на огромные настенные часы и улыбнулась: — Время финала настало… Пора. Момое выудила из крохотной сумочки, подвешенную за ремешок на спинку деревянного стула, прозрачную маленькую склянку, решение всем проблем, и толкнула её вперёд, по ровной поверхности стола. У каждой ведьмы есть зелье на «всякий случай» и нужные слова. Так Ариэль лишилась голоса и жизни. Так Юки Куран собственноручно прикончит самое дорогое, что есть у Канаме. *** Звуки воды неприятно резали слух, пока встревоженная Куран рыскала по карманам мужа в поиске клочка бумаги с адресом ненавистной Алвин. С каких пор ненавис?.. Лишние (такие разумные) мысли потонули за клокочущей в груди яростью. Ох, как же Юки ненавидела Браун, презирала её и… никчёмных бастардов, в чьих венах бежала кровь её мужа. Чистокровная сиганула за дверь, сбегая с лестницы. Алвин была человеком, хрупким и бесполезным. Как, впрочем, и её (почти её) дети. Что стоит ранить их? Убить?.. Дело пары минут. Люди умирают каждую секунду от рук врага или по воле случая. Так кто докажет, что тела в огне были уже мертвыми?.. *** «Она причина всех твоих бед, Юки». — Да. «Не будет бесполезной Алвин, ты станешь счастливой». — Да. «Убей её и этих бесполезных детей. И ты будешь счастлива». — Счастлива. «Верь мне, я вижу будущее».