Любовь по сценарию 3: Таинство.Гармония.Ты

POV Минхо АТМОСФЕРА Sarah Jaffe – Hooray For Love -Минхо? -Да? -…А ты никогда не думал о том, что… Что нам не суждено быть вместе? …? -Почему ты говоришь так? -Между нами столько преград… Сколько бы мы ни пытались все склеить, нам постоянно что-то мешает… Я сидел в машине, прислонившись лицом к прохладному стеклу. Мимо проносились оживленные, солнечные улицы города, люди, чьи лица я иногда мог вырвать из толпы быстрым взглядом, улыбались, и их улыбки были настолько радостные и счастливые, что, наверно, и я должен был улыбнуться им в ответ, хоть они и не заметили бы этого. Но мне не хотелось улыбаться. Когда ты в последний раз улыбался? У меня на душе было слишком пусто для того, чтобы радоваться вместе с ними. Мне не понять их свободы, мне не понять их восторга и воодушевления, которые рождаются в них только от того, что светит солнце. Мне не понять их душевного спокойствия, когда они беззаботно бредут по дорогам своих жизней и совершенно не задумываются об опасностях, которые могут подстерегать их на каждом пути. И мне смешна их печаль, которая терзает их души, когда они проваливают экзамены по вождению, теряют сумки с кошельками и документами или получают табель о сокращении их рабочего места. Мне настолько смешно от этих «проблем», что хочется плакать. Но даже на слезы уже не хватало сил. Когда ты в последний раз плакал? Я выдохнул и, отстранившись от стекла, откинулся на сидение машины. Эти месяцы я живу в постоянном страхе, и одиночество, которое всегда приходит вместе с ним, в моем сердце становится только масштабней и тягостней. Мне кажется, все то, чем я дорожу, ускользает из моих настолько озябших рук, что я боюсь, что не смогу с силой сжать их, когда это будет слишком необходимо. Я выдохся, и это пугает меня еще больше. Я боюсь, что никто не сможет в нужный момент дать мне сильный толчок, чтобы я смог двигаться дальше, как в остановившееся сердце вводят дозу адреналина, чтобы оно снова могло биться. -Минхо? – услышал я голос менеджера с переднего сидения и вздрогнул. -Что? – мой голос, казалось, хрипел. -Как Тэмин? – женщина, столько лет находившаяся рядом со мной и умеющая уловить любое изменение в моем настроении, я знаю, действительно волновалась за меня. -В норме, - ответил я, через силу улыбнувшись. – Все операции позади, и он, кажется, выглядит так, как выглядел всегда. Женщина промычала, и я увидел через лобовое стекло, как она опустила голову и закрыла глаза. Ее длинные каштановые волосы упали с плеч и красивыми волнами спустились на лицо. -Ты хорошо подумал? – спросила она и, повернувшись назад на сидении, посмотрела на меня тревожными глазами. Ее худые, чуть морщинистые пальцы с такой силой вцепились в чехол кресла, что костяшки побелели от напряжения. А я, переведя взгляд на ее лицо, кивнул. -Мне жаль, - женщина поджала губы, дрожащими пальцами забрала прядь волос за правое ухо, оголив сережку на длинной серебряной цепочке, и вернулась на свое сидение. Но мне не было жаль. Я решил. Это единственный выход, который я вижу, иначе вся моя жизнь будет рушиться и дальше. Но я не хочу этого, потому что увидел, наконец, что истинно важно для меня и что я действительно хочу сберечь. Когда через полчаса я шел по длинному светлому коридору, на стенах которого висели портреты знаменитых актеров нашей компании, а рядом с кожаными диванами вишневого цвета в горшках стояли раскидистые кусты роз, во мне не было ничего, что могло бы изменить мое решение. Я давно сделал выбор, и никакие просьбы и уговоры с чей-либо стороны не смогут переубедить меня. -Минхо! – мужчина в черном приталенном костюме и бардовом платке, завязанном в виде галстука поверх белоснежной рубашки, привстал из-за стола, когда я появился в его кабинете. – Здравствуй! Какими судьбами в столь ранний час? Он, выйдя из-за стола, засеменил мне навстречу, и мы, поклонившись друг другу, пожали руки. -Присаживайся, - мужчина, похлопав меня по плечу, предложил присесть на все тот же кожаный диван вишневого цвета, стоящий перед журнальным столиком на низких стеклянных ножках округлой формы. – Может, чай, кофе? -Нет, спасибо, - устало улыбнулся я, присаживаясь на невероятно мягкий диван и покачивая головой в знак отказа. -Неважно выглядишь, что-то случилось? – мужчина засуетился на месте, а затем опустился в кресло того же дизайна, которое стояло по правую руку от меня. Закинув ногу на ногу и сложив руки на колене, при этом скрестив короткие, пухлые пальцы, мужчина заинтересованно посмотрел на меня своими большими черными глазами из-под тонких, как будто выщипанных бровей. -Я… В общем, вот, - я достал из сумки прозрачную папку и, положив ее на стол, пододвинул в сторону мужчины. Тот, окинув содержимое папки взглядом, поднял на меня удивленный взгляд, а затем взял ее в руки и достал оттуда документы, которые я приготовил для него. -Что? – пробежав глазами по строчкам первого листа, мужчина бросил папку обратно на стол и рассмеялся. – Ты что, смеешься надо мной? С чего это вдруг ты решил уйти? -На это есть веские причины, - ответил я сухо, стараясь не смотреть на директора компании, в которой я работал на протяжении долгих лет. Мужчина, нервно задергав ногой, расхохотался во весь голос и откинулся на спинку кресла, раскинув руки на подлокотники. -Это что, из-за твоего романа? Из-за этого ты бросаешь свою карьеру? Да ты с ума сошел! – в голосе мужчины проскакивала такая ирония и издевка, что у меня от злости свело скулы. Как он смеет смеяться над этим? -Я уже решил, - холодно ответил я и, сверкнув глазами, посмотрел на него. – Просто подпишите это заявление и покончим с этим. Я специально ждал этого момента, ведь наш очередной контракт закончился вчера, поэтому сегодня мы должны либо снова продлить контракт, либо закончить нашу историю. Я выбрал второе. Мужчина, хмыкнув, скрестил руки на груди, от чего его пиджак, и так с таким трудом сходившийся на его пухлой бесформенной фигуре, натянулся и вот-вот готов был треснуть по швам. -Минхо, ты такой дурак, - протянул он, смотря на меня с усмешкой. – Вот не 20 лет же, а ведешь себя хуже тинэйджера! – мужчина резко скинул одну ногу с другой и пригнулся ко мне, уперевшись локтями в свои колени. – Ты думаешь, это стоит того? Любовь к мужчине стоит таких жертв?! Да даже любовь к женщине не стоит того, чтобы бросать такую блестящую карьеру! Что есть любовь, Минхо? Сегодня она есть, а завтра ее нет! И что? Вот завтра твой мальчик скажет тебя «се-ля-ви», и что ты будешь делать? Ты будешь рвать на себе волосы и биться головой об стену из-за того, что был так глуп и позволил своему воспаленному от любви мозгу толкнуть тебя на такой самоотверженный поступок! А назад пути уже нет! Никто не примет тебя обратно, если ты сейчас решишь уйти! Я, не выдержав, поднялся с дивана. -Хватит. Просто подпишите, и я уйду. У меня нет времени слушать это, извините. Я уверенно смотрел впереди себя, но краем глаза замечал, как распаленное лицо директора компании покрывается бледными пятнами от злости и возмущения. Не сводя с меня сердитого взгляда, он с рывком взял мое заявление, вынул из внутреннего пиджака ручку и, резко и быстро поставив свою роспись, дрожащей рукой протянул мне лист бумаги. Я, кивнув ему в знак благодарности, принял подписанный документ, собрал все остальные бумаги в папку и, поклонившись директору, который нервно дышал и сопел от негодования и возмущения, направился к выходу. -Но учти, Минхо, - услышал я холодный голос позади себя, когда открывал дверь кабинета, - если ты уходишь, то уходишь навсегда. И не смей потом приползать к дверям моего кабинета и со слезами на глазах умолять меня принять тебя обратно. -Об этом не беспокойтесь, - усмехнулся я и хотел уже было выйти из кабинета, но задержался еще на секунду. – Вы хороший человек. Спасибо, что сделали такую огромную работу для меня. Вы действительно исполнили мою мечту, и я вам за это невероятно благодарен. Но время идет, и в жизни появляются новые мечты, которые тоже хочется исполнять. Сказав это, я повернулся к директору, от всей души улыбнулся ему в последний раз и навсегда скрылся за дверью.