«И красивая роза имеет шипы»

***

Утро Эммы началось с шума в главном зале — прекрасное начало дня. Когда садовница вышла, то все что-то громко обсуждали, жестикулируя. При всём желании, она не могла разобрать среди общих криков чего-то конкретного. — Эмма, дорогая, наконец то ты проснулась! — воскликнула Эмили, обнимая сонную девушку. — И тебе доброе утро. Что происходит? Почему тут так шумно? — А ты не слышала новости? — влилась в разговор танцовщица. — О чем ты? Я вчера поздно вернулась из-за сада, жутко устала и уснула, едва коснувшись подушки… — Вчера вывесили объявление о конкурсе танцев. Участники должны разбиться на пары. Победители будут свободны от игр месяц. — Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Тут явно какой-то подвох, да? Маргарета и Эмили переглянулись, кивнув. — Да, действительно не все так просто. — немного поникнув сказала Зелле, взяв по локоть садовницу. Она повела её к стенду с объявлением. — Читай. — она указала на постер с яркими узорами. Оно гласило, что пара должна состоять из охотника и выжившего. В этом и заключалась первая проблема: охотников меньше, а значит не все выжившие смогут принять участие. Далее говорилось о том, что состязание будет проходить в три этапа — это вторая проблема. Предложенные танцы были не так просты в исполнении, а значит нужно будет потрудиться, чтобы получить такой большой отдых. Ну и по канону запрещалось жульничать, причинять вред своему напарнику. — Теперь понятно, почему все так кричали. Условия, конечно, не из лёгких. Но, думаю, насчёт охотников волноваться не стоит. Ведь все знают правила. — Согласна, тем более, если вдруг кто-то решит нарушить их, то произойдет что-то страшное, как с… — Давай не будем вспоминать плохое, ладно? — её перебила Эмили. — Прошу прощения. Ну так что думаешь, примешь участие? — На голодный желудок плохо думается… — хихикнула девушка. Кратко кивнув, они пошли за главный стол. За столом всё ещё было шумно даже среди охотников. Но были и исключения. Карл сидел с угрюмым лицом, что казалось вокруг него собирались грозовые тучи — дотронься и ударит током. — Ты будешь участвовать в этой глупости? — неожиданно он обратился к подруге. — Ещё не знаю. Почему «глупость»? — Ты права, не глупость и бред чистой воды. Сущность хочет таким образом сблизить нас, видимо, но для чего? Мне противно даже от мысли о совместной работе с моим мучителем. — Эзоп буквально «выплевывал» эти слова, сжимая вилку в руке до напряжения в кисти. — Не могу не согласиться, но всё же… Отдых от всего этого на целый месяц, наверное, стоит того. — Не меняет факта того, что кто-то из них захочет нарушить правило неприкосновенности, кто знает какие беды потом на нас нахлынут? — Не думаю, что кто-то решится на это. Особняк — наша тюрьма, а Сущность надзиратель. Никто не захочет её злить, попадая под «горячую» руку. — Думаешь здравый смысл первенствует над жаждой крови? — Хватит, я хочу спокойно позавтракать, Эзоп. — Эмма уткнулись в тарелку. Фыркнув, Эзоп, откинув вилку, быстро встал со стола и пошёл прочь из зала. В след ему Эмма крикнула: — Надеюсь, ты придёшь меня поддержать на конкурсе, по старой дружбе.

***

Эзоп снова пошёл на полюбившийся балкон, дабы заглушить переживания парой сигарет. Как назло, ветер тушил спички, так и не дав тем возможность поджечь сигарету. Парень, чертыхнувшись, выбросил опустевший коробок. Чья-то рука прикрывавшая огонь подожгла сигарету, которую он держал в зубах. — Спасибо. — не смотря на человека, он закурил. Уже после этого решил узнать его «спасителя». Как и ожидалось, это был надоедливый фотограф. Он смотрел куда-то в даль, руки были заведены за спину. Его длинные волосы, собранные в хвост, отдавали запахом мяты. Голубые, как чистое небо, глаза, выражали небывалое спокойствие. — Снова ты… — выдохнув дым, Карл опустил голову вниз. — Будьте так любезны, mon ami, давайте насладимся тишиной. — не отводя глаз, произнес Джозеф. Не став спорить, Карл поднял голову, смотря туда же куда и фотограф. Понятно, почему он вежливо его заткнул. Пейзаж был и правда красивый. Какое-то время они оба смотрели на безмятежную даль, думая о своем. Эта идиллия сопровождалась лишь небольшими клубками дыма, которые выдыхал бальзамировщик. Внезапно для самого себя Эзоп осознал, что спокоен ровно с того момента, как появился фотограф. Всё напряжение словно испарилось разом. — Почему же вы против танцев? — спокойно спросил фотограф. — Подслушивать не хорошо, знаешь ли. — Вы говорили это достаточно громко, вас не услышал бы только глухой. Карл в ответ хмыкнул. — Считаю это не лучшей идеей. — Ваше право. Снова воцарилась тишина. Но фотограф вскоре спросил: — Вы и правда считаете, что жажда убийства у нас сильнее здравого смысла? — А разве не так? — Разве сейчас мы не наслаждаемся благодатной тишиной вместе? Я не тронул вас за все это время ни разу. Стал бы ослеплённый жаждой крови хищник спокойно стоять рядом с жертвой, не пытаясь прикончить? — Кто знает, может этот хищник выжидает момент. Втирается в доверие. — Mon ami, не так грубо. — Чего ты вообще ко мне привязался? Я могу и правда начать думать, что ты пытаешься втереться в доверие. — Не мне от этого хуже будет. — То есть? Фотограф только ухмыльнулся на это и пошёл прочь с балкона, под оклики бальзамировщика о том, что они ещё не закончили разговор.

***

Закончив с завтраком Эмма отправилась повозиться с цветами, да и просто осмыслить всё сказанное сегодня утром. — Почему так сладко пахнут розы, Принося сумятицу в сердца? Аромат цветов рождает грёзы, Душу будоражит без конца. Сколько шарма, прелести, изыска, Сколько силы в царственном цветке! Лишь шипы — защита зоны риска — Оставляют след свой на руке. Розовый букет прекрасный свежий Восхищает и волнует кровь. Только аромат цветочный, нежный Лишь в саду готов дарить любовь, — произнес тихий и уже привычный голос охотника. — Какой прекрасный стих… — прошептала девушка. — Твоя нежность и забота подарила жизнь этим прекрасным цветам, — присев рядом, произнес парень. — Спасибо… — немного покраснев произнесла та. — Рад заметить, что ты уже не сторонишься меня, — в голосе молодого человека звучала благодарность. Внутри девушки словно что-то зажгло огонь, от чего стало очень тепло. Кратко кивнув, она лишь улыбнулась. — Откуда такие умения? — охотник кивнул в сторону пышно цветущих клумб. — Пока отец не стал одержимым, он учил меня садоводству — это единственная вещь, приносящая мне удовольствие. На время забываю кто я и где нахожусь, — голос был наполнен тоской, вперемешку с горечью. — Мне очень жаль, что такое произошло именно с твоим отцом. Но в то же время, успокаивает тот факт что, ты не теряешь любовь к любимому занятию и, более того, с большим желанием продолжаешь заботиться об этих нежных растениях, — выдержав небольшую паузу, Джек позвал её: — Эмма… — тихо, смотря на прекрасные цветы, стих о которых только что прочел, произнёс, уже не такой и страшный охотник. -Да? — Вудс повернулась к нему лицом. -Думаю, ты уже осведомлена об нововведениях в нашу скучную жизнь. Поэтому, не могу упустить шанс предложить тебе принять участие совместно со мной, — он был спокойным. Даже слишком. — Что? — не поверив собственным ушам, произнесла она. — Эмма, — повернув голову в её сторону, продолжил: — Ты не против поучаствовать в конкурсе вместе со мной? — приглушённый маской голос звучал так…успокаивающе. — Я даже не думала насчёт этого, да и не думаю что тебе будет удобно со мной танцевать, ведь я не умею… — опустив глаза, чуть-ли не прошептала она. — Я не забыл тот танец на балконе, — от его слов она покраснела ещё сильнее. — Ты была восхитительна. Тем более, приз хорош. -Да, приз и вправду хорош. Вам тоже иногда нужно отдыхать… Не думаю что убивать лёгкое дело… — сказала она, и тут же пожалела об этом. — Хах, Эмма, это не ради собственной выгоды. Видеть тебя в подавленном виде, измученной бессонными ночами, это… — он запнулся, но тут же продолжил в более серьёзным тоном. — Будучи небольшим эгоистом, я бы хотел чтобы именно Ты была моим партнёром. Ты нежна, как подобает молодой девушке. Если постараться, то мы сможем выиграть тебе отдых.

Господи, этот голос, звучит так заботливо, даже не верится, что это охотник…

Эмма, может стоит…

— Что же, может и стоит рискнуть, — она мило улыбнулась ему. Не веря в то, что она на самом деле согласилась танцевать с тем, кого боялась больше всего в жизни. — Я приложу все усилия, чтобы не подвести тебя, Джек. Никто не думал и не гадал, но их разговор подслушивал кто-то — никто иной как Карл.