Паршивые овцы

Лето… Как много в этом слове приключений… Первый сюрприз ему подкинул Дарт Марвел — Гарри обнаружил подлянку в тот самый момент, когда открыл чемодан в гостиной Дурслей, чтобы вручить родственникам милые подарки из волшебного мира. — Хос-с-сяин! — Песчинка радостно зашипела из кучи брошенных как попало вещей. Выходит, ситх свалил в чемодан не только носки Мальчика-Который-Выжил. Что началось… Тетя тихо всхлипнула и грохнулась в обморок, дядя Вернон выдал настолько изощрённый монолог в стиле Профа, что стекла задрожали, а Дадли под шумок убежал и вернулся с блокнотом, в который записывал транскрипцию некоторых слов змеиного языка. Ему повезло, что кобра с той памятной встречи в зоопарке привыкла к перековерканному парселтангу и не кинулась на парня, а всего лишь вздохнула и подсмотренным у людей жестом приложила кончик хвоста ко лбу. — Что это она делает, паршивец?! — побагровевший мистер Дурсль самозабвенно брызгал слюной и был настолько в гневе, что уже почти не боялся Песчинку. — Она собирается напасть на Даддерса?! — Ну-у-у, она немножко разочарована. Змеиный язык очень сложный для человека. Дадли хотел с ней поздороваться, но в итоге… кхем… предложил ей сделать гнездо в выгребной яме, — Гарри подставил руки питомице, и она тут же забралась по ним на шею хозяина. — Для змей это очень серьезное оскорбление, но Песчинка уже привыкла к картавым людям. Она понимает, что требовать идеального произношения глупо. — Даже так? — мужчина сурово пошевелил усами и окинул кобру оценивающим взглядом. — А твоя гадина в состоянии понять, где можно ползать, а где нельзя? Раз она уже здесь, пусть приносит пользу — в подвале мыши развелись. Не делай такое счастливое лицо, паршивец. Я всего лишь не хочу раскидывать в доме отраву от грызунов. Пока змея будет отрабатывать свое проживание, ты займешься стиркой на всю семью — я не позволю Петти спускаться в подвал. Усвоил? — Хорошо, дядя Вернон, — Поттер улыбнулся, поглаживая змеиную морду. — Знаете, если бы вы были магом, то явно поступили бы на факультет Хаффлпафф — барсуки очень хозяйственные и практичные. — Поговори мне тут… Неси аптечку, — глава семьи Дурслей поднял упавшую в обморок жену, как пушинку, и понес ее наверх. — Сегодня отдыхаешь, а завтра принимаешься за работу. И чтобы я твоей змеюки не видел, иначе опробую на ней свое новое ружье. — Он нам угрош-ш-шает? — поинтересовалась Песчинка, раздувая капюшон. — Укуш-ш-шу! — Не с-с-стоит. Большой з-з-змей боитс-с-ся за с-с-свое гнездо. — Хорош-ш-ший вожак, — кобра успокоилась. Тетя сильно взъелась на Гарри за испуг, поэтому он занимался не только стиркой, но и уборкой. Правда, только у себя. Каждый вечер миссис Дурсль инспектировала его комнату с белоснежным платочком. Если где-то оставалась пыль — Гарри приходилось начинать уборку заново, и он не спускался к ужину, пока не наведет идеальный порядок. Дарт Марвел коварно дразнил ученика, что теперь ему придется научиться дисциплине, и припоминал залежи носков под кроватью. И этому человеку он одолжил свое тело! — Обмен не оправдал моих ожиданий, — проворчал ситх. — Магии нет, пища не имеет ни вкуса, ни запаха, тело вообще ощущалось бесчувственной марионеткой. У твоей подруги левая рука такая, а я… Только чтение немного умерило мое разочарование.

***

Буквально через неделю муштра стала настолько привычной, что Гарри ни единожды не задержался к ужину — проще ведь сделать один раз хорошо, чем без конца переделывать. Тетя оттаяла, дядя еще раз пролистал альбом с фотографиями столярных «достижений» и поздравил племянника с первым заказом от Малфоев, Дадли притащил целую охапку кассет с новыми фильмами и заявил, что Гарри обязан их посмотреть вместе с ним. Кончилось это не очень хорошо — кузен уже видел несколько ужастиков, поэтому дождался самого напряженного момента… и громко рявкнул, взрывая хлопушку. Гарри от испуга заорал, отлевитировал себя вместе с взятым в охапку Дадли под потолок и расплавил видеодвойку стихийным выбросом. Итог — неделя домашнего ареста для обоих, запрет на фильмы ужасов и урезанные карманные расходы до конца лета. Дадли недовольно пыхтел, но понимал, что сам виноват, а вот Гарри… За Гарри плотно взялся Дарт Марвел. Если ученик целый день не выходит из комнаты, то это отличный шанс для ситха, чья речь не будет прерываться всякими: «Ой, меня зовут гулять». На третий день заточения и почти беспрерывного нахождения в «чертогах разума» мальчишка понял, что Учитель не просто рассказывает лекции, а практически исповедуется — бывший Волдеморт поведал ему ВСЁ, что удалось вспомнить или вытащить из других своих копий, когда те попадались в его лапы и рот. — Вы их ели, самого себя, — Поттер зарылся пальцами в волосы, окончательно превращая их в воронье гнездо. — Это… ужасно. — Я считаю это не столь ужасным. Мои копии были обожжены страданиями и страхом, они никому не верили. У них было десять лет, чтобы измениться и переосмыслить свою жизнь, но они предпочли держаться за прошлое. Скажи, уважал бы ты своего кузена, если бы он остался прежним жирным отвратительным мальчишкой? Молчишь?.. Значит, я прав, — ситх перевел дух. — Я не помню, какая сила расколола меня, но твердо уверен — это коснулось основы моей личности. Маги уже давно не задаются вопросом, что такое душа, из чего она состоит и что с ней происходит после смерти. Эти знания для них слишком эфемерны, неточны и несущественны, ведь для сборища надутых индюков почетнее показать мощное заклинание, а не проникнуть в суть бытия. К тому же подобная ветвь магического искусства признана запретной. Мой юный падаван, мы должны продолжить исследования в этом несомненно важном направлении. — Как?! — Сказания, Гарри. То, что маги забыли, обычные люди хранили в легендах и мифах. Ты изучишь их все. — Мне ведь только двенадцать лет! Ну ладно, почти тринадцать, но это все равно слишком мало. — Хм… В чем-то ты прав. Значит, твоя задача на этот момент — находить нужные книги и перелистывать страницы, чтобы я смог их прочесть вместо тебя. Можешь начать с мифологии Древнего Египта. Так как Гарри все еще был на домашнем аресте, пришлось вымолить у тети разрешение на гостей — Гермиона и Бетти обещали принести книги из библиотеки мистера Робертсона. Тетя Петунья, конечно, поворчала, оценила незагорелую бледность лица племянника и позволила устроить «ведьмовской шабаш», но только на заднем дворе. Все-таки целых три малолетних мага слишком опасны для дорогой бытовой техники. И одного Гарри хватает, чтобы устроить маленький апокалипсис — павшая видеодвойка не даст соврать. — А теперь марш на кухню заваривать чай и готовить горячие бутерброды, — тетя расстелила в гостиной коврик для йоги. — В доме Дурслей гостей принимают как положено. И причешись! — Хорошо, тетя Петунья! Будет сделано, тетя Петунья! — Поттер шутливо вытянулся в струнку. — Что-нибудь еще? — Возьми свою гадину из подвала, — миссис Дурсль сложилась в первую асану. — Змеям тоже нужно солнце. Гарри едва не споткнулся, когда Дарт Марвел прокомментировал, что будь тетя Петунья ведьмой, ситх бы первым проголосовал за ее назначение на должность декана Гриффиндора — она строже и заботливее МакКошки. У такой волшебницы и близнецы Уизли начнут по струнке ходить.

***

У Поттера пухла голова от непонятных слов — Грейнджер опять врубила Заучку и говорила книжными терминами. Ка — жизненная сила, черты характера или судьба человека, «священный двойник». Ба — животное альтер-эго, совокупность чувств и эмоций человека, душа Ка, которая при жизни носителя путешествует во снах, в мире живых и в мире мертвых. Ах — слияние Ба и Ка, освобожденное от телесной оболочки, чистый дух в загробном мире, являющийся живущим в виде призрака. Хат — бренная оболочка человека, вместилище Ка и Ах. Иб – духовное отражение сердца, которое взвешивают на суде Осириса, чтобы узнать, насколько благочестиво жил человек. Сах — духовное тело, напрямую зависящее от мумифицированных останков. Сехем — жизненная сила, но отличная от Ба и Ка, означающая магические способности. Шуит — тень, недобрый двойник души, способный отделяться еще при жизни. Рен — имя, чье уничтожение приравнивалось к проклятию, так как безымянный не может предстать перед богами, но с другой стороны — скрытое имя защищало от ворожбы. — Таким образом становится понятно, что в Древнем Египте почти не разграничивали «земное» и «небесное», — Гермиона задрала нос, поглаживая толстую книгу по страницам. — Бетти, что скажешь? — Э-э-э… Давай ты и дальше будешь заниматься с мамой синдарином? — Би переглянулась с Гарри, который бездумно гладил Песчинку, не в силах уместить в голове кучу информации. — Говорить на эльфийском у тебя получается лучше, чем объяснять запутанные древние религии. — Да ну вас! — Гермиона обиженно уткнулась в том, но долго молчать не смогла. — Мы можем потратить на поиски истины всю жизнь, так и не найдя ответов. Христиане верят в вечный рай и ад после смерти, буддисты — в колесо перерождения в рамках одного мира, а у Толкина вообще все сложно. Гномы отправляются в Чертоги Махала к своему создателю, эльфы — к Вала Мандосу, причем с возможностью возвращения в Арду, а души людей улетают, чтобы родиться заново в других мирах. — При чем здесь гномы и эльфы? — Гарри снял очки и по-простому протер их краем футболки, за что удостоился недовольного взгляда педантичной подруги. — Толкин их придумал. Они не-нас-то-я-щи-е. Их никогда не было, как и Фродо с Гендальфом, иначе остались бы какие-нибудь сказки про Саурона и волшебное кольцо. — А почему тогда у нас получается колдовать на синдарине? — Гермиона наклонилась к розовому кусту и мелодично прошептала несколько слов. Едва проклюнувшиеся бутоны тут же распустились и поменяли алый оттенок на белый. — Что ты на это скажешь, Гарри Поттер? — Доктор Стрэндж! — Бетти громко хлопнула в ладоши и застыла в позе руки-в-боки, однако никто не понял ее восклицания. — Ну вы чего, не помните эти комиксы? Там прямым текстом говорилось о бесконечном множестве Вселенных. Эльфы, Сауроны и всякие ведьмаки могут существовать, просто они в другом мире. А мы, как маги Камар-Таджа, используем приемы других измерений. Кто знает, вдруг в мириадах миров есть такая Англия, где я не родилась, а Гарри вообще не маг или тоже выдуманный герой книжек про волшебство, как Геральт? Однако это все равно не отвечало на вопрос о душе и ее пути после смерти. Дарт Марвел пытался вернуть детишек к первоначальной теме, но они целиком погрузились в грезы о Средиземье и прочих выдумках. Но с другой стороны — выдумки ли это? Лохматая Заучка во время колдовства была абсолютно спокойна — изменившиеся цветы на стихийный выброс не спишешь. Кстати, по требованию тети Петуньи им надо было вернуть розам первоначальный алый цвет, ведь белый куст сильно выделялся в тщательно продуманном палисаднике. Вот только как это провернуть? Задача… Гарри, Бетти и Гермиона чуть-чуть поэкспериментировали с синдарином, привили розам способность покачивать лепестками в такт песням и перемалывать неосторожную мошкару, но оказались еще дальше от черты «как было до нас». Угроза дядиного ремня реяла над Поттером призраком коммунизма и грозила стать насущной проблемой, если бы не посторонняя помощь одного очень странного мага. Очень-очень странного мага, с головы до ног закутанного в серую мантию, под капюшоном которой клубилась скрывающая лицо хмарь. — Добрый день, мистер Поттер, мисс Грейнджер и мисс Робертсон, — волшебник даже не дернулся, когда детишки подскочили на месте и от испуга послали в его сторону строенную волну сырой магии. А у него лишь край мантии шелохнулся. — О, я совсем забыл о скрывающих чарах на униформе, прошу меня простить. Мисс Робертсон, это я, мистер Смит из Отдела Тайн. Два дня назад я прислал вам письмо. Помните? — Переведение призраков за Грань в Корнуолле, Суссексе и в маленьком шотландском замке? — Бетти нервно вытерла взмокшие ладони о колени. — Я… э-э-э… забыла. Простите. — Ничего страшного. Я сам часто бываю рассеян, — невыразимец легко махнул рукой и вдруг заметил мутации розового куста. — Какой прекрасный экземпляр! Жаль, что его нельзя оставить на прежнем месте — это будет нарушением Статута о секретности. «Мистера Смита» пришлось пригласить в дом, где он поговорил с суровой тетей. Результатом переговоров стала выгодная для Дурслей сделка: Отдел Тайн забирает себе розы-мутанты, а взамен предоставляет опекунам Поттера неотличимый от остальных растений куст, проводит садовые работы и выплачивает денежную компенсацию за неисследованную единицу новых магических цветов. Это и плюс, и минус, ведь из-за непредвиденных доходов Гарри с Дадли вернули прежний объем карманных денег, но с другой стороны… Поттеру достался строгий выговор из-за опасных экспериментов, причем прямо при невыразимце, который вздохнул, но вмешиваться в воспитательный процесс не стал. Только снял капюшон и отвернулся, преувеличенно внимательно рассматривая натюрморты в гостиной. Странно… Его лицо по-прежнему было скрыто серым туманом, но вот волос маскировка не коснулась — они пушистым белым облаком парили вокруг невыразимской головы. Прямо как у Луны. А еще Бетти обрадовала Гарри (и Дарта Марвела заодно) вестью, что совсем-совсем скоро в Литтл-Уингинг приедет Бартоломью Легран, который решил задержаться в их городке подольше, чтобы успеть посвятить мистера Робертсона в тонкости луизианского фольклора. Знакомый с магией вуду человек — отличный способ разнообразить поиски истины о внутренней сути одного древнего ситха. — Мне меньше ста, падаван! Я молод душой… Если она еще у меня осталась... — Дарт Марвел, я найду способ выяснить это. Мы все вам поможем. Вместо ответа ситх-маг стал тихо напевать свою любимую песню «We'll meet again». Значит, надежда есть.

***

Казалось, что Поттер всем нужен. Сначала он был занят выполнением заказа для Малфоев, потом вместе с когортой друзей посетил семью Уизли… и всё. Гарри замер перед Норой с задранной головой, бормоча что-то о чудовище Франкенштейна и поруганных законах физики. Подниматься выше второго этажа дома-трансформера он отказался, отговариваясь страхом высоты. Ага, бывший ловец сборной Гриффиндора. За обедом он завел разговор о планах семейства, причем явно при помощи подсказок хитроумного Дарта Марвела, и стал потихоньку подводить к мысли, что внезапный выигрыш от «Ежедневного Пророка» (который на самом деле устроил Люциус Малфой, из-за которого Джинни стала одержима дневником) лучше потратить на перестройку дома, а не ждать, пока сгнившее дерево обрушится на голову. Артур Уизли в ответ посетовал, что денег оплатить магическую стройбригаду все равно не хватит, но тут Гарри не вовремя упомянул современные материалы, из которых собрать дом — раз плюнуть… План поехать всей семьей в Египет был незамедлительно отложен, через мистера Дурсля достали каталоги стройматериалов, Рона посадили за подсчеты, а Гарри прихватили в экспедицию за бедным фордиком, чтобы было на чем ездить в город за недостающими винтиками, шурупами и прочей мелочью. Ну да, аппарация и камины с метлами слишком заметны, и вовсе дело не в увлечениях мистера Уизли. Через два дня всем стало понятно, что без помощи кого-то более осведомленного в строительстве им не справиться — так к ним присоединился Вернон Дурсль. Если бы Гарри сказали об этом еще два года назад, ни за что бы не поверил, но против фактов не попрешь: его злой жирный дядюшка избавился и от лишнего веса, и от лютой ненависти к ворожбе. Дядя Гарри настороженно относился к магии и магам, но шанс заявить о своей расширяющейся фирме в волшебном мире… Этот крепкий и практичный бизнесмен все еще бредил компанией «Дурсль и Поттер», так что как Гарри ни надеялся валять дурака все лето, а пришлось помогать дяде загружать джип с прицепом и трястись по сельским дорогам в Оттери-Сент-Кэчпоул, на окраине которого и находилась Нора. Был вариант добраться камином — мистер Уизли предлагал подключить дом Дурслей к сети, но дядя, опять же, против «лишней» магии. По прибытию на место назначения дядя Вернон застыл в точно такой же позе, что и племянник несколько дней назад, и это были последние минуты покоя для старой Норы. Пока многочисленный рыжий клан при помощи магии переносил вещи в чудо-палатку и разбирал кривые стены, мистер Дурсль возился с чертежами, а также проводил с мистером Уизли ревизию сарая, захламленного обычными вещами. — Ого! Это же дизельный генератор! Как новенький, — дядя Вернон сдернул пыльную мешковину и довольно чихнул. — Теперь не придется использовать аккумуляторы для инструмента. А они ведь могли обойтись очень дорого, особенно учитывая их хрупкость перед магией — источники питания выходят из строя чаще всего. — Аккумуляторы? — мистер Уизли замер в охотничьей стойке, как сеттер. — Скажите, они каким-нибудь образом относятся к штепселям? Я просто собираю коллекцию магловских штучек. — Магловских?! — мистер Дурсль встопорщил усы. — Это самые обычные вещи, сэр! Ни к чему называть их странными именами. Я же не называю ваши палки и балахоны «сатанинскими»! Если бы дядя Вернон был католиком, а мистер Уизли протестантом, то их перебранку можно было бы назвать теологическим спором, но речь шла о «нормальном» и «ненормальном», представленная противоположными сторонами. Миссис Уизли пыталась угомонить разошедшихся мужчин обещанием скорого обеда, но куда ей до истины, которая вот-вот откроется в притворно враждебных дебатах… Как ни странно, точку поставил фордик — оживленный детской магией автомобиль сам по себе залихватски бибикнул клаксоном и подкатил к джипу Дурсля. Дядя Вернон нежно оберегал свою «ласточку», поэтому тут же закончил препираться и вперился взглядом в «ненормальную железку». — Что это он делает? — бизнесмен тут же зашарил по карманам в поисках ключей. — Он собирается поцарапать мою машину? — Не уверен, — мистер Уизли тоже закопошился в карманах, но достал волшебную палочку. — Вы не возражаете, если мы осторожно пронаблюдаем за поведением моего фордика? Это очень интересно. Стройка встала. Даже вездесущие близнецы и миссис Уизли присоединились к «исследователям», что уж говорить про Гарри и Рона, которых хлебом не корми — дай повалять дурака. Красная до самых корней волос Джинни пристроилась рядом с очкастым объектом обожания и тихонько предложила угоститься сэндвичами с козлятиной, которые она совершенно случайно приготовила в диком количестве. Возражений не было — вместо попкорна пошли. А автомобиль-артефакт тем временем продолжил совершать страшные вещи… Фордик объехал вокруг дядиной машины, порычал мотором, подпрыгнул на колесах, завис в воздухе, мигнул невидимостью, несколько раз приветственно взмахнул дворниками, а потом заехал в гараж и вернулся с освежителем-елочкой, которую закинул в приоткрытое окно джипа. Следом странная машина устроила танцы на подвеске, совсем как «мустанги» гангстеров из фильмов про криминальное гетто в США, и все это перед неподвижным автомобилем, который ему, естественно, не ответил. Тогда фордик чихнул двигателем, словно решительно вздохнул, подъехал бампер к бамперу джипа, еще раз гуднул, имитируя сальный свист… и кокетливо открыл капот, демонстрируя обнаженный мотор. — Какой разврат! Он совращает мой джип! — дядя Вернон крякнул, всполошился и закрыл ладонью глаза племянника. — Тебе еще рано на это смотреть. — Разврат? Как в журналах для взрослых, которые лежат в гараже, спрятанные в коробке с надписью «старые свечи зажигания»? — Поттер убрал с лица безвольную руку мистера Дурсля и тут понял, что что-то пошло не так. Глаза у дяди потихоньку наливались кровью. — Эм… Я нашел их случайно — искал автомобильные журналы для фордика. У него просто очень забавно коротят фары и течет антифриз, когда ему показывают схемы двигателей и проводки. Забавно, правда? — Что?! — Дурсль покраснел полностью и стал похож на разъяренного быка. — Ты распространял автомобильную порнографию?! Паршивец!.. — Ой-ей… — пробормотал Гарри и дал стрекача, пока не поздно. Злой дядя Вернон метнулся к джипу, Рон с близнецами указали Поттеру дорогу для побега, на холмистое поле, по которой машина не сможет проехать, если только не умеет летать. Гарри на бегу кивнул сообщникам и «прибавил газу» — сзади пыхтел Дурсль. И чего так взбесился? Гарри стремительно спускался и поднимался по холмикам непаханого поля, перепрыгивал ямы и мелкие овраги, Силой подкидывал себя вверх, стоило неаккуратно наступить на скользкий камешек. Дядя понемногу отставал, но преследование не прекратил. В один прекрасный момент беглец обнаружил, что несется прямо к странному дому, похожему на шахматную фигуру, но что еще удивительнее — на крылечке сидела Полумна и приклеивала на ржавое ведро фантики, сухие цветы и корявые ветки, заменяющие оленьи рога. — Гарри, наконец-то ты здесь. Нарглы предупредили, что ты зайдешь, — Луна плавно прошлась по дорожке, словно по облакам, на которые похожи ее волосы. — Они мне сказали, что тебе нужен будет особый амулет, спасающий от беды, и я его сделала. Вот он! — девочка перевернула ведро дном вверх и протянула свое сумасшедшее творение Поттеру. — Ты должен его надеть и помахать над головой чем-то желтым. Гарри так понял, что творение Полумны ни что иное, как шапка-невидимка. В другое время он бы поспорил о красоте и функциональности артефакта, но выбора не было — дядя Вернон близко. Поттер без пререканий сделал, как велела Луна: сел под куст, напялил чудо-ведро на голову и стал размахивать над собой двумя свежесорванными одуванчиками на манер матроса, передающего сообщение сигнальными флажками. «Желтые цветы приносят удачу». А топот и пыхтение все ближе… Гарри замахал одуванчиками в два раза быстрее, стоило злющему дяде Вернону показаться на горизонте. Радует одно — Луна ушла в дом и не станет свидетелем его семейных недоразумений. — Где этот паршивец?! — рыкнул взмокший мистер Дурсль и тут же сам ответил. — Наверняка прячется в какой-нибудь канаве, где я из-за брезгливости не буду его искать. Ничего, сейчас я… В этот момент дядя повернулся и замер, уставившись на куст, под которым Мальчик-С-Ржавым-Ведром изображал цветочного сигнальщика и тихо бормотал под нос: — Ты меня не видишь. Я маленький зверек в шапке-невидимке. Ты меня не видишь. Останусь жив, дам обещание никогда не лазить по чужим коробкам, особенно если на них написано «старые свечи зажигания». Ты меня не видишь. Проходи мимо, дядя — это не те дроиды, которых вы ищете. Ты меня не видишь… Сощуренные глаза мистера Дурсля округлились от удивления, он вдохнул побольше воздуха, резко согнулся… и оглушительно захохотал, в изнеможении постукивая кулаком по колену. — Петти мне не поверит! Поттер обрядился в сумасшедшего со свалки! Ха-ха-ха! — Дядя?.. — Гарри почему-то не прекратил размахивать одуванчиками, чем вызвал еще один взрыв хохота. Луна не соврала — украшенное ржавое ведро действительно спасло Гарри от беды, ведь развеселившийся дядя Вернон как-то забыл, зачем гнался за племянником. Тем более очень скоро к ним присоединились хозяева дома. Похожи друг на друга, как две капли воды: оба с пушистым облачком волос, безмятежные, обряженные в удивительную одежду и очень доброжелательные. — Это Ксенофилиус Лавгуд, мой папа, — девочка взяла отца за руку. — Он издает очень важный исследовательский журнал «Придира» и часто отправляется в экспедиции за новыми существами или растениями. Например, недавно он нашел удивительный сорт роз. Они меняют цвет с алого на белый, покачивают лепестками в такт музыки, хватают бутонами мух и очень ярко реагируют на синдарин. Гарри только хотел открыть рот и спросить у отца Луны, не он ли тот самый «мистер Смит», но разоблаченный невыразимец лишь приложил палец к губам и покачал головой — дома он чудак, а не сотрудник Отдела Тайн. Пока Поттер с мистером Дурслем устраивали гонки на выживание, близнецы решили скрестить свои и отцовские увлечения. Зря дядя Вернон упомянул при них об электричестве, заменяющем обычным людям магию, и о назначении штепселей. Как оказалось, два рыжих экспериментатора стащили вилку от микроволновки, зачистили провода, обернули их вокруг волшебных фейерверков и воткнули штепсель в работающий генератор, чтобы добавить в магию обычный магловский ток. Искра, буря, безумие… и оглушительный взрыв из-за холмов, от которого даже Дарт Марвел не смог смолчать. — Ого! Долохов бы сказал: «Vot eto yobnulo». — «Вот это иобнуло»? — «Ёбнуло», через «ё». Ну или «ебануло». Не знаю, что это за магический наговор, но он помогал Антонину сохранять присутствие духа, если что-то шло не так. Я бы даже сказал, когда все летело в преисподнюю. — «Вот это ёбнуло». Я запомню эту магию, Учитель. — Скажи спасибо Антонину и его болтливому языку. Где-то в Азкабане икнулось заключённому Долохову, а его метка сыто шевельнулась и немного согрела продрогшего мага, но все это было не так удивительно, как разбитое сердце фордика — джип дяди Вернона так и не ответил на его ухаживания, ибо был простой машиной, а не оживленным артефактом.

***

Строительство продолжилось и на следующий день. Фордик все так же наворачивал круги вокруг бесчувственного джипа и был безутешен, Гарри и мистер Уизли не поднимали головы, занятые вырезанием рун на балках, миссис Уизли не успевала следить за отпрысками, которые то и дело забегали на территорию будущего дома, мешая дяде Вернону. Так и выяснилось, что гнев мистера Дурсля настолько могуч, что вполне ощутимо пугал магов, особенно рыжих близнецов. Они настолько впечатлились, что не делали и шага за полосатую огораживающую ленту. Правда, усеяли ее бумажками «Осторожно! Злой строитель!» и «Не заходить за линию, если хочешь жить». И они же подбили Гарри на очередную забаву, когда начертание рун было закончено. — О великий Поттер!.. — Носящий на чугунном лобешнике руну Соулу!.. — Не желаешь помочь нам разгномить сад? Раскручивать мелких вредителей за ноги и всего лишь выкидывать их за ограду, чтобы они вернулись уже через пару дней? Скучно. Гораздо интереснее взять с собой Песчинку и устроить «охоту на гномов». Конечно же, кобре было запрещено убивать вредных существ, но никто не мешал напугать их до икоты и пригрозить страшной смертью от змеиного яда, если они не найдут себе новый дом. Гарри изначально не хотел так поступать, но после неоднократно прокушенных рук и ног сменил план. —Настолько тупыми существами можно управлять только страхом и угрозой гибели. По-другому они не понимают,— ситх почти замурчал, когда Гарри попросил Песчинку раздуть капюшон и сделать пару ложных бросков на гномье семейство. — А ты не такой белый и пушистый, как думает старый маразматик, мой юный падаван. В твоей душе есть темнота, которая сделает тебя великим магом, ведь неистовая приверженность только одной стороне — удел слабаков и фанатиков, неспособных к гибкости и преодолению навязанных границ. — Я не перейду на темную сторону Силы. Не уговаривайте — я просто разозлился и потом мне скорее всего будет стыдно. Дарт Марвел, я все равно не стану ситхом. — А я разве тебя заставляю? — Учитель обиженно замолчал, но ненадолго. Продолжил он уже с ворчливыми нотками. — Я до своего развоплощения отвергал даже крохи света. И к чему это привело меня и моих последователей? Они в Азкабане, а я бесплотный дух. Будь я хоть немного милосердным и добрым, пусть даже лишь напоказ, никому бы и в голову не пришло пугать моим именем детей. Я был бы… «немного жестким политиком», не более. И уж явно был бы получше размазни-Фарджа. Ты видел, какие законы он утверждает? — Эм, нет, — Гарри поднял с земли Песчинку и устроил ее на шее. — Я не читаю «Ежедневный Пророк». По крайней мере не весь, а только последнюю страницу с кроссвордами и спортивную колонку, а остальные пролистываю для вас. — Идиот… Ты кумир для многих магов Британии, символ избавления от МОЕЙ тирании, а значит — политическая фигура, которую все захотят использовать, если им будет нужно прикрыть темные делишки или получить одобрение волшебников. Мальчика-Который-Выжил готовы рвать на части разные партии и их сдерживает только твой малый возраст. Будь уверен, любой твой шаг станут рассматривать под лупой и придавать ему такую окраску, какая будет угодна заинтересованным людям. Взять хотя бы эту стройку для расплодившихся Уизли… Дамблдор, без сомнения, заведет получасовую речь, пересыпанную сахаром и пропагандой Добра и Света. Люциус скорчит кислую рожу и упомянет нищих. А вот как отреагируют остальные? — Скоро узнаем, Учитель. — Что значит «скоро узнаем»? Эй, не увиливай и не делай вид, что не услышал вопрос! — Ну-у-у… Дело в том, что мистер Уизли совершенно случайно проболтался на работе в Министерстве Магии, что мы с дядей будем строить новый дом по магловским технологиям. Его коллеги тоже случайно проболтались, это услышала Рита Скитер и захотела взять интервью, а дядя не против оповещения общественности. В общем… Мисс Скитер сегодня придет с колдографом. Минут через двадцать. — Что?! Всего двадцать минут?! — ситх заорал так громко, что шрам кольнул. — Немедленно прекращай тиранить гномов и приведи себя в достойный вид! Скитер та еще акула пера — ей будет только в радость устроить грязный скандал, а это идет вразрез с нашими планами править Магической Британией! — Кхем. С ВАШИМИ планами, Учитель. — Не цепляйся к словам, глупый мальчиш-ш-шка! Под чутким руководством прожженного интригана Гарри расчесал свой обычный колтун на голове и художественно растрепал волосы, вымыл уши и шею, но специально нанес пару пятен на руки с лицом, прицепил на пояс волшебную рулетку рядом с обычными плоскогубцами и уговорил Песчинку ползать за ним с маленьким чертежом в зубах. И все это было сделано для того, чтобы Поттер предстал перед общественностью этаким маленьким милым змееустом, который отлично уживается на два мира и не боится замарать ручки тяжелой работой. — Идеальный образ работяги, который полюбится обывателям, но даст понять заинтересованным лицам, что тянуть тебя в политику еще рано. Я великолепен! — довольно оценил работу Дарт Марвел. — Будешь отвечать на вопросы по моей подсказке, иначе Скитер тебя подловит на какой-нибудь мелочи. И никакой самодеятельности! Упомянут Министерство — притворяешься дураком. Понятно? План был хорош и строен, но всегда есть место случайности. Просто под конец интервью проголодавшаяся Песчинка не придумала ничего лучше, как кинуться с самыми гастрономическими намерениями на крысу Рона. Уизли скакал на месте, поднимая обморочную Коросту повыше, а Гарри в это время оттаскивал кобру за хвост и уговаривал ее потерпеть до дома. Вот этот момент и запечатлел колдограф. Все бы хорошо, если бы колдографию разместили где-то в конце газеты, но в тот день в редакции «Ежедневного Пророка» был явный неурожай на новости. — Первая страница?! — Поттер растекся по столу прямо за завтраком. — Мне конец… — Мы правда на первой странице? — дядя Вернон заглянул через плечо Гарри, но увидел пустой разворот, так как был стопроцентным маглом. Пришлось взять его за плечо, чтобы он мог прочесть статью. — Что же, это будет отличной рекламой нашей фирмы! Когда я соглашался помочь семье Уизли, то и подумать не мог, что это попадет в газеты. Это наш шанс расшириться и захватить рынок бюджетного жилья в магическом мире! — мистер Дурсль полностью ушел в свои бизнесменские грезы и его было слышно через раз. — Можно будет выкупить несколько участков… единый стиль… или даже несколько… заключить контракт с архитекторским бюро… договориться с банком о предоставлении ссуды для клиентов… а еще… и обязательно взять Поттера с собой… Гарри горько вздохнул и чуть не разрыдался прямо в скатерть. Теперь его каникулы точно будут испорчены бесконечной работой, а ведь так хочется гулять как самый обычный пацан, а не разъезжать с дядей в роли знаменитого совладельца фирмы. И Дарт Марвел туда же — безостановочно бубнит о наработке репутации и приобретении веса в обществе. Тоска… Даже все звуки потонули в горе мальчишки, желающего дни напролет драться на палках или затеять еще одну «охоту на гномов», даже без помощи Песчинки. — Эй, Псих Очкастый, — Дадли больно толкнул его в бок. — Тебе Калека звонит. Говорит, что какой-то дядя Барти приехал. Это шанс! Гарри быстро закидал в себя остывшую овсянку и убежал со словами, что в ближайшие дни он будет крайне занят изучением особой луизианской магии. Про то, что это вуду, он благоразумно промолчал — тетя с дядей смотрели парочку голливудских страшилок и ни за что не позволили бы племяннику связываться с ворожбой, чьими атрибутами были куклы, проклятия, сушеные головы и зомби. — Мне кажется, что ты совершаешь ошибку, мой юный падаван. Бартоломью Легран опаснее, чем кажется — я чувствую это всем своим существом. Ты, носящий в себе две души, можешь быть лакомым куском для черного колдуна. — Я укрою вас ментальными щитами, Дарт Марвел, — парень с размаху натянул на себя ветровку. — Вас даже Проф и Дамблдор не смогли заметить. Справимся! — Не нравится мне это… Будь осторожен, ведь кроме тебя у меня больше никого нет. Врет ситх. У него добровольных фанатов — целый Орден Неудачников. Или он просто не видит правды и тем обманывает сам себя? — Стой! — тетя Петунья преградила путь к свободе, как неумолимая скала. — Тебя ждать на обед? Или ты думаешь, что мне нравится готовить больше, чем нужно, и беспокоиться о твоем рационе? — Тетя, мистер Легран обещал сварить настоящий луизианский суп гамбо из креветок и хвоста аллигатора. Если хотите, я возьму рецепт, — Гарри решил бить по слабым точкам. — Дарт Саранча, не хочешь пойти со мной? — Никогда не ел крокодила, — ответил ему Дадли и преувеличенно кровожадно облизнулся. — Только овсянку доем. И салат. И грейпфрут. Ну… Настоящего луизианского супа не получилось. Мистер Легран привез с собой в качестве ингредиента живого аллигатора, чтобы кушанье было по-настоящему свежим, а у Бетти при виде связанной рептилии задрожали губы… Как сказал Дарт Марвел, повторяя слова Долохова, они вместе с Би и Дадли «spizdili» несчастного крокодила и убежали далеко-далеко, аж в глубокий овраг, где Бетти плакала над «ингредиентом» и обещала не дать его в обиду всяким нехорошим людям. Гарри тоже тер глаза, а кузен не отставал — крокодила было жалко. Итог же был таков: мистер Легран махнул рукой и сварил суп гамбо из овощей, курятины (которая на вкус как крокодилятина), замороженных креветок и водорослей, а миссисипский аллигатор нашел свой временный дом в комнате у Дадли. Осенью он перенесет питомца в зверинец своей школы, где никакой путешественник не захочет его съесть, а все будут восхищаться крепкой шкурой и гребнистым хвостом, и это хорошо, ведь их план одобрил даже крокодилоед. Мистер Легран долго хохотал над манифестом зоозащитников и растрепал макушку Бетти, как только отсмеялся. — Ну раз так, то ладно. Ты молодец, маленькая Пчелка. Убивать надо только ради выживания и справедливости, а не для развлечения. Ты всегда… Ой, перепутал с другой знакомой девушкой. Эти слова забылись за лекцией мистера Леграна о рационе миссисипских аллигаторов. Мясо с душком, которое легко рвать на части?! Тетя Петунья их точно убьет! И сварит потом суп гамбо из провинившихся мальчиков! А между тем метка Антонина Долохова опять согрела носителя в промозглом Азкабане. Это не к добру…