Паршивые овцы

Она не придет - её разорвали собаки Арматурой забили скинхеды Надломился предательский лёд Её руки подготовлены не были к драке И она не желала победы Я теперь буду вместо неё

Flёur «Формалин»

Бетти сидела в до боли знакомой гостиной Той девушки, не отрывая рук от лица. Даже показалось, что весь развешанный по стенам арсенал колюще-режущего оружия истинной хозяйки с осуждением бросает на нее блики. Да, коллекция была богатая. Мечи, сабли, кинжалы, топоры, копья, стрелы, луки, несколько моргенштернов… Короче,огромный выбор всех тех штук, которыми положено насильственно лишать жизни. — Черт-черт-черт-черт!.. Зачем я это сделала?! — красная от стыда девочка сжалась в клубок, желая исчезнуть. — Ну нахрена?!.. Если кратко, Би совершила очень большую глупость. Аж целых две. Сенсей тогда утонул бы в бассейне, где воды всего по пояс, если бы Би ему не помогла. Ну приподняла, а дальше? В себя он так и не пришел, потому и не успел наглотаться воды, но бросать его нельзя. Вот Бетти и держала его кое-как одной рукой, второй расчерчивая всё подряд руной Соулу. Даже стенки разрисовала, отчего целебная сила только увеличилась. Выходит, не обязательно постоянно возюкать пальцем по поверхности воды, а достаточно зарядить сосуд. Однако Сенсей всё равно не смог мгновенно вылечиться и продолжал валяться в отключке, напоминая полузажившими ожогами Фредди Крюгера, так что хочешь не хочешь, а пришлось сидеть с ним в тепленькой водичке. Из плюсов — прокушенное ухо и царапины Бетти тоже зажили, а усталость… кхем… как водой смыло. Из минусов — Сенсей начал нести романтический бред. Всё еще пребывая в образе кошмара с улицы Вязов. Он намеревался отчалить на какое-то свидание «под яблоней», хоть ноги его не слушались, горячо убеждал, что не может пропустить ни единого дня, что обязан пойти. Насколько поняла Бетти, встреча должна быть с Той девушкой. Совсем с катушек съехал… Она же умерла! Вот что с ним делать? Так Бетти совершила свою первую глупость. Она спряталась у него за спиной, понизила голос и добавила легкой хрипотцы: — Я уже здесь, — произнесла она с интонациями Той девушки. Лгунья. — Это правда? Ты вернулась? — слова Сенсея были пропитаны такой искренней надеждой и счастьем, что Би хотела раскрыть обман, но прикусила язык, как только услышала продолжение: — Даже если ты просто наваждение, я рад. Скажи, тебе понравились цветы? Я высадил их вдоль тропинки, чтобы они встретили тебя на пути домой. Помнишь, как я подарил их тебе в первый раз? — Д-да… — ложь-ложь-ложь! — Тогда был Хэллоуин, — мужчина мечтательно вздохнул. — Я знал, что твой любимый цвет синий, поэтому купил в магазине единственный подходящий букет, а когда принес его, ты сказала, что барвинок обычно высаживают на могилах, и он как раз подходит к празднику мертвых. Я почувствовал себя таким дураком, а ты только рассмеялась и искромсала букет ножницами, а потом закрепила цветки в волосах. Ты была такой красивой в тот вечер… В черном платье, с плащом из вороньих перьев на плечах, но сияла для меня, словно солнце… Тогда ты исчезла, и я прождал тебя целый год. Сейчас прошло уже пять лет, а ты снова вернулась. Я знаю, что это ненадолго и боюсь поворачиваться. Вдруг ты сразу уйдешь обратно в царство мертвых? Как Эвридика, когда Орфей оглянулся. Бетти давным-давно научилась блокировать дар эмпатии, но некоторые чувства всё равно иногда прорывались сквозь барьер, если они сильные. Что еще хуже, на эмпата они действуют как связь фамильяра. Бетти привыкла отгораживаться от чужих эмоций, но тогда, за спиной у Сенсея, ее накрыло такой сокрушающей волной любви и светлой тоски, что она сама им поддалась и потерялась в них. Что чувствует путник, неделю блуждающий по пустыне, когда видит оазис? Что чувствует наркоман, нашедший забытый тайник с дозой? Что чувствует дементор, когда ему на пути попадается счастливый человек? Непреодолимую жажду обладать тем, что вожделеет. Так Бетти совершила вторую большую глупость. Она прикрыла его глаза рукой… и поцеловала. Не взасос, конечно же, в уголок заживающих губ, вот только эмоции Сенсея стали от этого лишь ярче. — Твою жеж матушку… — прошептала Бетти, не в силах отлепиться от мужчины. — Ты же сейчас чуть симпатичнее Фредди Крюгера! Бля… — Опять ты материшься… Но я скучал и по этому, — Би почувствовала ладонью, как дрогнули его веки. — Посиди со мной еще немного. Бетти дождалась, пока он не заснул, осторожно прислонила его к бортику и спустила воду из бассейна, чтобы Сенсей еще раз не захлебнулся, а потом ушла в гостиную, где и стала заниматься самобичеванием напополам со сгоранием от стыда до самого рассвета. Сидеть на месте решительно не хотелось. Состояние было такое, что хоть срывай со стены любой кинжал и вонзай в сердце, чтобы не мучилось! Как она вообще смогла обратить внимание на взрослого мужика, когда ей всего лишь тринадц… — Черт бы меня побрал, — она замерла напротив зеркала, проводя кончиками пальцев по лицу, а отражение повторило жест. На ум тут же пришла мысль, что этот сон слишком странный даже для нее. Магия. Разве она слушалась ее здесь раньше? А левая рука? Она теперь и чувствует прикосновения, и движется. О… И теперь Бетти выглядела старше, а не младше, как будто на ней втройне отразилось то время, которое она провела, наблюдая за жизнью девушки-оборотня. Черт побери… А вдруг Бетти в итоге постареет до состояния дряхлой старухи и умрет от старости? Люди же умирают во сне непонятно от чего? А время? Она никогда не находилась во сне настолько долго! Вдруг она останется здесь навсегда, пока ее тело не умрет от истощения? Сенсей говорил, что у него встреча с Той девушкой под какой-то яблоней, к которой ведет дорожка с барвинком. Что ж, Бетти сама пойдет туда, и если призрак шерстяной девки явится, то она сгребет эту кошатину за грудки и либо отправит ее на тот свет с концами, либо заставит притихнуть. Потому что так жить нельзя. Ни ей, ни ее блондинистому подсознанию. — Собирай вещички, хвостатая тварь! Я изгоню тебя из своей головы! Би яростно топала по тропе сквозь лес. Ошибиться было сложно — от дома вело всего две дороги, причем по первой они сюда прискакали, так что методом исключения… Ага! А вот и барвинок! Второй, третий, четвертый… Целое море синих могильных цветов, вольготно раскинувшихся на полянке, посреди которой росло огромное дерево, а из кроны свисал канат. — И это яблоня?! — голову пришлось задрать так, что шея заболела. Еще бы! Да это деревце высотой с многоэтажку, а ствол как у секвойи. Если бы не мелькающие в далекой листве желтые яблоки, то Бетти бы точно подумала, что пришла не туда. — Яблони же не вырастают такими большими! Би немного растеряла свой запал, а когда обошла дерево по протоптанной дорожке, ее жажда мести окончательно испарилась — вместо ожидаемой омерзительно-романтичной беседочки она увидела серый могильный камень и неровный холмик, накрытый гобеленом. На тяжелом синем бархате искрился золотой вышивкой круг из двух солнц и трех лун. Так похоже на момент в голливудских фильмах, где в кадре показывают гроб, накрытый американским флагом. Рука Бетти почти не дрожала, когда сдернула «флаг». Она провела по неровным граням прозрачного саркофага. Выглядит, как будто кристаллы кварца сами выросли вокруг тела, причем голого и покрытого высохшей кровью. Девчонка (или уже девушка?) пригляделась к запачканному лицу. Это точно Она? Вроде похожа, но бурые разводы, искажение от граней саркофага и слабый свет солнц мешали рассмотреть. Бетти почти прилипла носом к стенке, когда ее посетила одна странная мысль. — Да чтоб меня… Дохлая девица в прозрачном гробу, яблоки и безутешный прекрасный принц! Ты ж почти Белоснежка! Ха! — от резкого выдоха хрусталь запотел. Бетти протерла его краем футболки и тут же с визгом отпрянула. — Она моргнула! Скорбящий принц, яблоки и девица, которая не сдохла, а просто спит беспробудным сном. Если учесть, что подсознание Би создало эту жуть, опираясь на папины сказки перед сном, то выход один — разбить саркофаг и заставить Сенсея поцеловать «Белоснежку», чтобы потом спокойно ее выгнать к чертям. Кругом наступит мир и покой, а Сенсей забудет свою зазнобу. Нелогично? А какая еще логика может быть во сне? — Теперь лишь бы семь гномов не набежало, — Бетти ухнула, выковыривая из земли тяжелый камень и замахиваясь посильнее. — На счастье! А нет в жизни счастья — кокон не раскололся, но разве это повод останавливаться? Тем более, в гостиной дома, до которого рукой подать, на стенах развешано столько оружия, что глаза разбегаются. Пожалуй, стоит начать с меча-бастарда. Пусть он и не предназначен для разбивания хрустальных гробов, но смотрится круто. Прошел примерно час… И всё равно нет в жизни счастья. Меч-бастард обломился где-то ближе к рукояти, у копья лопнуло древко, а шипы моргенштерна расплющились как пластилин. Нет, это не Бетти такая могучая, это у кокона явно имеется магическое свойство разрушать всё, чем его пытаются сломать. А значит, нужно пробовать ещё, пока Сенсей не проснулся. — Что бы взять? — она прошлась вдоль арсенала несколько раз, но так ничего и не выбрала. Зато внимание привлекла раннее незамеченная крохотная книжная полочка, на которой уместилось всего несколько томов. Одна книга особенно выделялась приличной толщиной и длинню-ю-ющим названием. — «Магия разных Миров, Очевидная и Истинная, с примерами и комментариями, за авторством мистера Немо, сэра Макса, леди Хвост, господина Златорога, сэра Шурфа и редакторством неописуемого Джарвиса». Мама мия, лавры Джонатана Свифта покоя не дают? У него тоже названия весь титульник занимали, — девчонка прикинула талмуд на вес. Тяжелый. — Может, по хрусталю надо магической книжкой бить? Бетти всю дорогу до «Белоснежки» беспорядочно листала том, удивляясь на редкость сухому языку. Как вообще можно писать о магии настолько скучно?! Хотя нет, можно — половина библиотеки Хогвартса и книга дяди Барти тому пример. Кстати, об учебнике из бутылок… Знакомые строки. И сразу на английском! …«Кроме того, не стоит забывать, что снохождение часто позволяет духовно путешествовать по другим Мирам, порой радикально отличных от вашей родной планеты законами физики или внешним видом местного населения. НЕ НАПАДАЙТЕ НА ВСТРЕЧЕННЫХ СУЩЕСТВ, ЕСЛИ НЕ УВЕРЕНЫ В ИХ ВРАЖДЕБНОСТИ! Наличие клыков, хвоста или их отсутствие — не повод раздувать конфликт и оставлять негативное впечатление о себе или о своей расе в целом (см. Приложение 16. «Виды известных разумных существ»). Понять, действительно ли вам приснился другой Мир, очень просто: достаточно даже мысленно написать несколько любых слов, а потом прочитать их от трех до пяти раз. Если предложение изменит форму, размер букв, шрифт или смысл — вы в простом сне. Если нет, посмотрите на руки и убедитесь, что они порываются изменить привычную форму. Настоящий Мир — стабилен. Сноходец — подвержен спонтанным трансформациям, так как путешествует вне физического тела»… — Ясен пень, — пробурчала Бетти, вспоминая свой скачущий возраст. — Зато я теперь знаю, что больших сисек мне не видать, а жаль. Она отвлеклась на почти птичий крик и вгляделась в чащу. Нет, не птичий. Это Гинерва удачно поохотилась на кролика и притащила добычу, всем своим существом излучая хвастовство и некую долю желания извиниться. И когда это Бетти успела научиться так спокойно смотреть на убитое животное? Видимо, созерцание Ее охоты дало свои плоды. — Это подарок за то, что ты мне чуть ухо не отгрызла? Э-э-э… спасибо, — девчонка приняла добычу, перехватив ее за заднюю лапку. Левую. — Хм, это к удаче… Ну вот, теперь сбилась. Глаза сами скользнули в начало страницы. …«Понять, действительно ли вам приснился другой Мир, очень просто: достаточно даже мысленно написать несколько любых слов, а потом прочитать их от трех до пяти раз. Если предложение изменит форму, размер букв, шрифт или смысл — вы в простом сне. Если нет, посмотрите на руки и убедитесь, что они порываются изменить привычную форму. Настоящий Мир — стабилен»… …«Понять, действительно ли вам приснился другой Мир, очень просто: достаточно даже мысленно написать несколько любых слов, а потом прочитать их от трех до пяти раз»… …«Если предложение изменит форму, размер букв, шрифт или смысл — вы в простом сне. Если нет, посмотрите на руки и убедитесь, что они порываются изменить привычную форму. Настоящий Мир — стабилен»… …«Настоящий Мир — стабилен»… …«Настоящий Мир — стабилен»… Настоящий мир — стабилен. Всё кругом — настоящее. Два солнца, келпи, щекочущая шею Бетти мягкими губами, эта гигантская яблоня с хрустальным гробом у корней, Та девушка и даже Сенсей — настоящие. И Учителя она чуть не убила по-настоящему. И его горе тоже настоящее, неподдельное, а не выдумано подсознанием Бетти только для того, чтобы добавить нотку драмы, как в дешевой киношке про отношения. Теперь понятно, почему он так одержим Той девушкой — Она постоянно у него перед глазами. «Мы вожделеем к тому, что видим каждый день» — так говорил Ганнибал Лектер в фильме, который Бетти запретили смотреть из-за чрезмерно жестокого (ха-ха!) для ее возраста сюжета. Би на непослушных ногах дошла до саркофага и почти рухнула на колени, вглядываясь в безжизненное лицо Той девушки. Вот кому в этом Мире на самом деле положено обжираться сырым мясом, материться и целоваться с отставным воякой, который на досуге рисует акварели и ни на шаг не отступает от устаревшего кодекса чести, будто он рыцарь из прошлого. Если сравнивать со сказками, то Би чуть не превратилась в злую ведьму-мачеху, которая отняла у Белоснежки королевство и прекрасного принца в придачу. Но ведь не всё ещё потеряно, правда? Может, фейри выторговали ее «возвращение» сюда, чтобы она прониклась трагедией возлюбленных и освободила девушку-оборотня из саркофага? Бетти ведь «ситх» — ее магия сильно зависит от эмоций. И Гинерву подослали, чтобы та своим присутствием помогала колдовать. В конце концов, лучше всего у Би получается именно разрушение, как бы ее не убеждали в обратном. Девчонка вжала ладони в острые грани горного хрусталя. — Освободись, — проговорила она, изо всех сил желая разрубить этот гордиев узел, состряпанный фейри, и-и-и…магия откликнулась, но не больше, чем при попытке освоить новое заклинание, то есть усилий много, а результата ноль. — Да что со мной не так?! Мне что, этой «Белоснежке» надо серенаду спеть, чтобы… О-о-о… Ритм — это магия! Сила откликнулась на песню, потекла по венам, наэлектризовала волосы, неприятно уколола разрядами ступни и кончики пальцев, как будто Бетти в один миг превратилась в высоковольтный провод. Обзор сузился вдвое, под кожу словно запустили скользких червей, а глаза заслезились, потому что Бетти просто не могла их закрыть, оттого и увидела, как кожа на руках стала парить не хуже влажного асфальта под летним солнцем. Она уже думала, что вспыхнуть ей спичкой, но туман окрасился во все оттенки радуги и цветным ветром рванул прочь, заставляя трепетать барвинок и белую гриву радостной келпи. — Еще! — от нажима острые края распороли кожу. Руки Бетти разъехались, скользкие от крови, и она почти распласталась на хрустальном гробу. — Давай же! Еще! Знаете, как бывает, когда пытаешься убрать сосульку с крыши? Отбиваешь ее ручкой швабры по маленьким кусочкам, а потом задеваешь заледеневший край, и он бухается вниз, а за ним и вся снежная шапка соскальзывает по черепице, устраивая маленькую лавину и погребая под собой. Как ни размахивай руками, а остановить не сможешь. Вот и Бетти выжимала из себя магию через силу, пока все блоки не слетели. Она прочувствовала КАЖДОГО. Нервно переступающую ногами Гинерву, беспокойно спящего Сенсея, всех больших и малых зверьков в лесу, всех птиц на ветвях, всех червей в земле, всех пчел, деловито собирающих нектар с вересковых полей за пределами леса, каждую мошку в воздухе… И только в единственном месте царила тишина — в саркофаге, который Бетти так упорно пытается сломать. Это только кажется, что там кто-то есть, а на самом деле душа Той девушки потерялась за Гранью точно так же, как и калечная рука Беатриче Робертсон. Не достать, не докричаться. — Ах ты сволочь хвостатая! — от отчаяния Би заколотила кулаками по саркофагу.

***

Целитель Сметвик очень строго наказывал не колдовать слишком много — с ее проблемами можно и коньки отбросить, но рядом же была Гинерва… Да, Бетти не померла, только устала настолько сильно, что еле-еле могла пошевелиться, и в этом крылась еще одна проблема — она не могла убежать от самой Гинервы. Как оказалось, именно водяная фейри «присмотрела» ее для себя и отгоняла всех, кого Бетти хотела сделать фамильяром. Вроде радоваться надо, но тут такая штука… Фамильяр перенимает самые яркие черты хозяина, но и маг не остается в стороне. А чем отличаются фейри от всех остальных созданий, кроме могучей силы? Своей сутью. Все духи мертвецы, причем крайне хитроумные — Гинерва уже не раз отведала крови девчонки и дело было только за согласием. Даже магическую печать не надо чертить. — Да не могу я! — Бетти опустила глаза, сосредотачивая внимание на новехоньком учебнике «Магии разных Миров, Очевидной и Истинной-И-Так-Далее», который остался валяться там, где она его бросила. — У меня и так в Мунго личная койка есть, если рак опять проснется, а с тобой я точно туда попаду. Или сразу на кладбище, — в ответ Гинерва только фыркнула и стала слизывать с ее рук остатки высохшей крови, всем своим видом показывая, что фейри в общем-то плевать, живой Бетти будет или мертвой. Ну да, проблемы индейцев шерифа не волнуют. Односторонний спор длится уже час, два солнца стремились к зениту. Бетти кое-как переползла в тень и устроилась между толстыми узловатыми корнями яблони, сверля взглядом хрустальный гроб. Прошло уже столько времени, а девчонка все не возвращалась обратно в Хогвартс. Вечер, проведенный в своем настоящем Мире, казался таким далеким, что она уже не помнила мелких деталей. Вроде бы она разговаривала с Седриком и даже отправила письмо дяде Барти. Он напишет ответ, пусть и не сразу, но если в снах опять будут умещаться по несколько суток, то когда она сможет прочесть ответное письмо? Через месяц? Или год? Погруженная в тяжелые раздумья, Бетти совершенно пропустила момент, когда рядом очутился Сенсей. Он охнул, когда увидел незакрытый покрывалом саркофаг, и тут же бросился накидывать «флаг» обратно, а Бетти даже не заметил, поэтому вздрогнул от неожиданности, стоило подать голос. — Ее там нет, я проверила, — Би кивнула на хрустальный гроб. — Тело на месте, даже дышит иногда, а души нет. — Я знаю, но это значит, что где-то она есть и обязательно проснется, пусть и не сегодня, — Сенсей рассеянно поскреб невидимую щетину на щеке. От ожогов не осталось и следа. — Уже полдень, а ты скорее всего даже не ужинала. Не хочешь пообедать? — Да почему вы такой… добренький?! Вы хоть знаете, что я сделала?! — она подскочила и тут же пошатнулась от слабости. Сенсей хотел уже подхватить ее, но Бетти остановила его взмахом руки и привалилась к стволу. Пришел час правды. — Хотите я расскажу, что у меня за «список» такой?! Я убила четырнадцать человек! И маму в том числе! Но фейри сделали ее живой с условием, чтобы я «возвращалась»! И закинули сюда, к вам! К человеку, на чью мертвую девушку я похожа, и которого я чуть не убила сегодня! — Ах, это… — Сенсей отвел глаза. — Но я ведь плод твоего подсознания. Как бы ты смогла меня убить, если я тебе всего лишь приснился? Лжец-лжец-лжец! — Не хочешь яблоко? Они волшебные, — он резко оборвал неловкую паузу и так же резко полез по канату на дерево, как будто решил сбежать. Договаривал уже полностью скрытый листвой, чем стал удивительно похож на змея-искусителя в райском саду. — Их никто не красил и не облучал, один мой знакомый биохимик проверил их от и до. Представляешь, они подстегивают выработку гормонов счастья, так что их можно использовать вместо лекарства от депрессии. Удивительно, правда? — и ненатурально рассмеялся. Бетти плюнула на усталость и опустила ментальный щит. Щупальца Дара не отпускали Сенсея всё то время, пока он выбирал самый красивый фрукт на ветках и соскальзывал по канату вниз. Он подыгрывал Бетти в ее заблуждении всё это время, чтобы… не сойти с ума от одиночества. Да и сейчас боится, что Бетти исчезнет и больше никогда не придет, хотя выхватывал он у нее не раз, причем незаслуженно. Как сказал бы Грег, редкий случай мазохизма. И с яблоками явно не все так просто. Может, они такие же, как в сказке про Белоснежку? — Вот, держи, — яблоко было золотым и мягко сияло само по себе. Бетти сцепила ладошки за спиной, а Сенсей терпеливо ждал с протянутой рукой. — Ешь. Зудела на краю сознания мысль, что делать этого абсолютно точно нельзя. Вроде как было нечто похожее в папиных легендах, и ничем хорошим подобное пиршество не заканчивалось. А Сенсей всё ждал… А категорично соглашаться или отказываться ой как не хотелось… Поэтому Бетти не придумала ничего лучше, чем притворно свалиться в обморок. Сложно? Нисколько — Би и правда была готова упасть от слабости. Главное, присмотреть место без корней, но она подумала об этом уже в падении. — Пчелка!... Удар. Боль. Темнота… Интересно, Бетти проснется уже перед занятиями или опять через пару минут? А ведь когда-то она жаловалась, что ей не хватает времени в сутках, и вот вам, пожалуйста! Как будто фейри услышали ее ворчание и, по обыкновению, исполнили пожелание шиворот-навыворот.

***

Лоб и веки холодит мокрая тряпка, закрывая обзор. Наверное, у нее поднялась температура и какой-то заботливый хаффлпаффец решил унять жар. Диван гостиной барсуков по-прежнему мягок. Уютно потрескивает пламя. Патефон шелестит пластинкой и вот-вот зазвучит мелодия. О боже, нет… Только не Селестина Уорлок с ее «котлами любви»! We'll meet again, don't know where, don't know when… «Мы встретимся снова, не знаю, где, не знаю, когда…» — Не одно, так другое… — пробухтела Бетти, не убирая компресса. — Меня Гарри еще летом достал этой байдой, которая нравится Дарту Марвелу, — и добавила уже в полный голос: — А ничего посовременнее нет?! Патефон швяркнул иглой и замолк. Блаженная тишина… Где-то еле слышно булькает кипящая вода, свежий воздух пахнет яблоками, мятой и заваренным шиповником, чирикают птички… Птички?! Какие нахрен птички в Подземельях Хогвартса?! Нет. Нет! Бетти стянула компресс и остановившимся взглядом уставилась в потолок, по которому не плелись хаффлпаффские лианы. — Пчелка, ты очнулась? — на пороге комнаты остановился Сенсей. В руках исходила паром кружка. — Я тут тебе приготовил отвар от последствий злого колдовства. Никогда не варил его, если честно, но думаю, что он тебе поможет. Я слышал, его может сделать даже обычный человек, не обязательно маг… — наконец, он заметил потерянный вид гостьи. — Пчелка, что с тобой? — Я… Я тут застряла… — губы задрожали, как бы Бетти не пыталась их сжать. Чего уж теперь сдерживаться? — Я… больше никогда не увижу родителей и друзей! Она рыдала долго и обстоятельно, пока не стала икать. Сенсей растерянно пытался ее утешить, но делал это так неловко, что быстро забросил воодушевляющие речи и только похлопывал по плечу. Тогда, у яблони, он неистово желал, чтобы Бетти осталась здесь навсегда, а теперь так же сильно надеялся, что она сможет вернуться домой. Странный он… Вон, даже что-то там сварил. Попробовать, что ли? Бетти глотнула из кружки. От горечи чуть глаза не лопнули! Но мозги, однако, прочистились. — Это что, полынь с ушной серой?! — Нет, тут только шиповник, крапива и мята с вербеной, — Сенсей забрал кружку. Понюхал, глотнул… Лицо у него скукожилось, как у музейной мумии в зале Древнего Египта. — Кхе… Видимо, слишком много печали… — Где? В шиповнике, что ли? Сенсей пытался объяснить своими словами, но выходило у него так отвратительно и непонятно, что он сдался и просто притащил с кухни тот учебник магии. Бла-бла-бла, ингредиенты, дозировки и способ помешивания… …«Отвар от злого колдовства напитывается не столько магией, сколько эмоциями и намерениями создателя, поэтому чем вам ближе пострадавший, тем сильнее зелье. Важно! Отвар может заряжаться сильными посторонними эмоциями! Печаль, часто испытываемая при страданиях дорогого человека, придает горечь, а негативные эмоции, направленные на объект помощи, полностью нейтрализуют лечебный эффект, превращая отвар в бесполезное бесцветное варево с бурым осадком». Би еще раз заглянула в кружку. Отвар прозрачный, по цвету похож на чай, на дне никаких хлопьев и на вкус хуже Укрепляющего раствора с полынью, которым ее пичкали в Мунго. Вроде все с Сенсеем понятно, но есть еще один смущающий момент… — Яблоко, — Би глотнула отвара и скривилась. — Зачем вы так настойчиво его мне скармливали? Оно ведь не было отравлено? Ой и стыдно ему стало… «Привязать к месту» он ее надумал, вот! Вроде как если не хочешь внезапно вылететь из «сна», надо съесть местной пищи. Грубо говоря, надо посредством сжирания поместить в себя кусочек другого Мира, чтобы он посчитал тебя своим человеком, а не посторонней приблудой. — Это было очень… — Сенсей отвел взгляд. — Эгоистично. — И абсолютно напрасно — я уже ела местную пищу. Не помните, как у вас с подоконника подгоревший мясной пирог пропал? Так это мы с Гинервой постарались, — Бетти резко вытянула раскрытую ладонь. — Давайте! Да не пятюню, а яблоко! Или зажмотили? — Бетти, ты выражаешься как малолетняя преступница. — Не пойман — не вор, — Би поднесла руку почти к носу мужчины и потрясла для большей доходчивости. — В первый раз я «привязалась» по незнанию, а теперь это будет мой собственный выбор. Деньги, то есть фрукты, на бочку! То есть в руку. Яблоки были на удивление вкусными и явно волшебными. Печаль исчезла. А вместе с ней и та самая нотка здравого смысла, которая говорит «остановись» всяким безумным идеям. С другой стороны, все великие открытия были совершены людьми без тормозов. Бетти ведь сюда закинули хитроумные духи, так? Значит, здесь нужна именно она, а не кто-то другой. Би безмерно напоминает Ту девушку? Несомненно, даже их магия похожа — девчонка колданула пару раз, опираясь на подсказки Сенсея, и все получилось (не с первого раза, если честно). Не может быть, чтобы эта хрень не была очередным извращением фейри. Вдруг… Вдруг саркофаг можно вскрыть только изнутри? Вдруг Бетти должна стать той самой разлучницей/злой мачехой/стервой, из-за отвращения к которой благородная главная героиня выйдет из тени и начнет бороться за свою любовь? Ну да, Бетти прочитала парочку бульварных романчиков, и что? И все видения о жизни Той девушки наконец обрели смысл — по ним можно провести полный психоанализ оборотницы, как в ситуации с Сириусом Блэком, и выяснить ее болезненные точки, чтобы бить по ним снова и снова! И ведь можно обставить всё настолько эпично, что даже фейри оценят! — А знаешь, Сенсей мой прекрасный… — Бетти протерла еще одно золотое яблоко краем футболки, хотя ей предлагали чистое полотенце. — А давай состряпаем магический Договор? Твоя девушка постоянно заключала его с кем ни попадя. — Это слишком серьезно и опасно. — Я готова возвращаться сюда столько раз, сколько потребуется этой твоей любови, чтобы она на том свете взревновала и притащила сюда свою хвостатую жопу! Не хочет по-хорошему, будет по-плохому! Да! Пусть всю шерсть выдернет от зависти! Чем она там любила заниматься, кроме как пожрать и выпить? — Ну-у-у… — уши Сенсея начали стремительно краснеть. — Фу! Нет! Все, что угодно, кроме этого! — Тогда смотреть, как я чиню мотоцикл… — Отлично! Пошли чинить мотоцикл! — Но он сейчас в идеальном состоянии. — Это поправимо, — Бетти сняла со стены булаву потяжелее и демонически рассмеялась. — Меня называют занозой в заднице! И я ей буду! — Это в вас тоже общее. — Значит, я на правильном пути! Ломать мотоцикл они, конечно, не стали. Это называлось «техническое обслуживание». Би узнала, где находится масляный щуп, что такое свечи зажигания и топливный фильтр. Страшные слова, как оказалось… Только вот Сенсей совершенно перестал быть страшным — крутил себе гайки и напевал хиты Френка Синатры, а Бетти ему подпевала, а потом подбивала на репертуар потяжелее, но тот не соглашался. Ни Лед Цеппелин, ни Металлика, ни даже Майкл Джексон. Тьфу! Скукота… — Я старомодный человек. — И слава богу! Иначе вы устроили бы здесь непотребства, — Би покосилась на свою удивительно выросшую грудь. Ох уж эти попранные законы времени для сновидцев… Выглядишь на столько лет, сколько пережил, а не прожил. — Сенсей, давай взаправду заключим Договор? Руки сплелись, пальцы сомкнуты на запястьях, как будто один решил упасть в пропасть, а другой его подхватил, оберегая от гибели. — Сенсей, я обещаю сделаю всё возможное, чтобы твоя девушка вернулась. Договорились? — А я сделаю всё, чтобы ты тоже смогла вернуться домой, — его глаза на миг стали печальными, словно ему вовсе не хотелось отпускать девчонку. — Договорились. По рукам словно ударило током. Бетти шикнула, прижимая ладонь к груди, а потом ее зрение размылось. Тело стало легким-легким, как будто готово взмыть в небеса и раствориться в облаках. — Сенсей, получилось! Похоже, я просыпаюсь! Йеху-у-у!