Паршивые овцы

Стучали колеса Хогвартс-экспресса, отдохнувшие студенты галдели, ходили друг другу в гости, устраивая в вагонах броуновское движение молекул, и хвастались, что получили на Рождество и куда съездили. Орден Неудачников тоже поддался всеобщему настроению, только Бетти и Гарри спокойно сидели в купе. Поттер вместе с Дартом Марвелом составлял план дополнительных занятий для Ордена, переговариваясь по мысленной связи, а Бетти… Бетти пела песни, но получалось у нее очень плохо, как и у каждого человека, который вздумает подпевать, не сняв наушники. То есть слишком громко и фальшиво. — Падаван, попроси свою подругу заткнуться и перестать орать «металлические» вирши, или я найду способ сломать ее волшебный плеер! — попросил Учитель, едва сдерживая гнев. — Вернемся к плану… Думаю, поначалу одного раза в неделю хватит. Скажем… по часу. Немного общей теории магии, разбор какого-нибудь заклинания, а остаток времени посвятим практике. К ритуалистике и прочим направлениям можно будет перейти позже. Что скажешь? — Согласен, — Гарри записал сказанное. — Но ломать плеер Бетти не советую. Во-первых, его подарил и зачаровал мистер Легран, а во-вторых… Он передал для вас кассету с лучшими песнями Веры Линн. — Вот жулик!.. Будем надеяться, что про этот момент Хозяин перекрестков не узнает. — Думаю, уже знает, раз подарил кассету. — Мордред! Ладно… Открой свое расписание на неделю. Так, занятия, выполнение домашнего задания, физические тренировки у Филча, по вторникам и четвергам чаепития у старого извращенца… — Дарт Марвел! — У Бороды. Оговорился. Кхем, продолжим. Освоение старой магии, медитации, охота на Блэка, великолепные уроки политики от меня лично… Если говорить честно, Гарри даже рад вернуться к учебе. За каникулы столько всего произошло, что после такого отдыха нужно брать дополнительные каникулы и проводить их строго в чулане под лестницей, где тепло, уютно и тихо. Для него и так чуть не стала ударом новость, что Бетти, после происшествия в Отделе Тайн и визита дементоров домой, могла переехать навсегда, но ее родители как-то решили проблему и взяли с дочери обещание, что без их разрешения она и на шаг не приблизится к бывшим эльфам. Может, тогда дементоры триста раз подумают, прежде чем вламываться в чужие дома, иначе никогда не попадут в свой эльфийский мир. Кстати, о Бетти… — Что ты делаешь? — Я? — девчонка застыла с палочкой у виска, с которой свисала нить воспоминания. Причем свисала прямо в горлышко пустой бутылки из-под сливочного пива. — Хочу послушать эту песню еще раз. Но чтобы как в первый раз! Она такая крутая! — Правда настолько крутая? — парень увидел, как над головой девчонки мелькнули цветные всполохи, подтверждающие сказанное. — Хм… Тоже послушать, что ли? — Падаван, нет! Стоит Хогвартс-экспрессу прибыть в Хогсмид, и халява закончится, погребенная под ворохом занятий. Надо ловить момент, пока он есть. Гарри мог перенять у Реддла его мудрость, его опыт, его знания, но решил начать с мерзкого характера и гадких поступков. — Не-е-е-е-е-е-ет!.. Спустя пару часов Гарри вышел на перрон Хогсмида, уже облаченный в школьную мантию. Кругом толклись и разговаривали студенты с первого по седьмой курс, но он этого не слышал — галдеж заглушало пение Веры Линн из наушников. Потом еще морось на очки кинуло ветром, так что Гарри оказался глух и слеп. Первым делом он под недовольное ворчание Дарта Марвела поставил плеер на паузу и снял очки, чтобы протереть и наложить на линзы водоотталкивающее заклинание, но оно не подействовало. — Были бы твои очки человеком, Ученик, ты бы уже ехал в Азкабан за попытку наложить Непростительное. Надо говорить «Импервиус», а не «Империус», — пробурчал ситх. — Но мне нравится твоя ошибка. Как говорит Гойл: «Оговорочка по Фрейду». Поттер и ответить ничего не успел — рядом прогрохотал бас Хагрида, но самого великана парень так и не смог увидеть. Как ни высматривал, а силуэта меховой громадины в черной кротовьей шубе нигде не было. Когда очки все же были протерты, зачарованы и водружены обратно на нос, оказалось, что их профессор-лесник стоит рядом, просто одет в новенькое зимнее пальто из серого стриженного меха. Ну и остальной гардероб с иголочки, никаких заплаток и старых пятен. — Хагрид! Ты такой… — на ум сразу пришло словечко, которым тетя Петунья называла красивые вещи, что не подходили под определение «миленькие». — Ты такой стильный! Теперь даже дурак поймет, что перед ним профессор. — Правда? — великан шире расправил плечи, обретая несвойственную для него горделивую осанку. — Значит, печалиться о своей шубе больше не буду, хоть и удобная она была. Ох! Ты же не знаешь. Шубу-то мою кротовую фейри украли! Я ее на улицу вывесил проветриться, утром выхожу, а нет ее! Профессор Снейп сам видел. Грит, явился к нему в самой глухой чаще фейри с деревянным лицом. Глаза как факелы полыхают, а сам в шубу мою закутан, и назвался духом грабежа во имя спасения, так-то! И пирог у профессора Снейпа под этим предлогом и свистнул. Думаю, это он мою шубейку стащил, чтобы кого-нить спасти. — Звучит слишком фантастически, — недоверчиво протянул Гарри. — А как Снейп понял, что это именно твоя шуба, а не какая-нибудь другая? — Говорит, по запаху, — пожал плечами Хагрид. — Сам знаешь, какой у профессора нос — всё чует. Гарри прикусил обе губы, чтобы не засмеяться, при этом он очень завидовал Дарту Марвелу, которого в его голове просто разрывало от хохота — об аромате хагридовых мехов по Хогвартсу давно ходили легенды, повествующие о массовой гибели комаров на одном только подлете к леснику. Можно сказать, тот фейри своим грабежом действительно спас, но не людей, а их обоняние. Кстати, о чувствительных носах… У дверей Хогвартса Поттера поджидал Снейп, причем не один, а с Блэки на поводке. Пес наконец перестал выглядеть бездомным бродягой, отъелся и мог похвастаться блестящей ухоженной шерстью, в отличие от самого зельевара, за глаза называемого «сальноволосым ублюдком». — Поттер, — лицо Снейпа скривилось, но профессор быстро стер это выражение и бросил парню поводок радостного пса. — Ваша шавка чуть не сдохла от голода и холода, пока вы там наслаждались домашними яствами. Впредь потрудитесь отвечать за тех, кого приручили. — Я благодарен вам, — вежливо ответил Гарри, обнимая Блэки. — Сэр, — с нажимом поправил Снейп. — Я благодарен вам, СЭР, — но когда тот отвернулся, взмахнув полами мантии, Гарри тихо добавил: — Спасибо, Проф. Блэки, не рычи на него — он хороший… где-то очень глубоко внутри себя. Очень… — тут парень заметил, что ошейник застегнут слишком туго. Возможно, даже специально. — Ну или он все-таки гад. Не вертись, я помогу. Но стоило расстегнуть замок, пес сорвался с места и с рычанием бросился на Рона. Гермиона успела отбросить Блэки заклинанием и уже начала выписывать палочкой узор Инкарцеро, но кобель нырнул в толпу студентов, а потом, прикрываясь их спинами, убежал в Запретный лес. Рон стоял ни жив, ни мертв, и даже немного икал, придерживая за пазухой верещащую Коросту. — Дракклова псина! — рыжий нервно сглотнул. — Его что, Снейп покусал?!

***

Если бы маленькому мальчику из чулана сказали, что через несколько лет он будет жить в волшебном замке и умирать от скуки, то он бы никогда не поверил, но жизнь такая штука… Завтрак. Занятия. Обед. Занятия. Ужин. Занятия. Немного личного времени. Сон. Повторить. Рутина-рутина-рутина… Одна сплошная скука, которую добрая половина окружающих решила разбавить интригами, любовными и не очень. Люпин приоделся, за ним ухлестывает Скитер. Филч приоделся, лютует на стадионе и полосе препятствий, ухлестывает за Батшедой Бабблинг, и дело явно движется к свадьбе, но профессор Рун пока не соглашается идти к алтарю, судя по оговоркам завхоза. Хагрид приоделся, но ни за кем не ухлестывает, а печалится о судьбе, нависшей над Клювокрылом. Малфой ему сочувствует, но его папаша сдавать назад не собирается и озверел в два раза больше после того, как до него дошли слухи, что его сын ухлестывает за Грейнджер. Сиятельный лорд заявился в Хогвартс и попытался устроить скандал, но тут в дело вступил Дарт Марвел и попросил чистоплюя притухнуть, чтобы тот не ломал его грандиозные планы. Люциус согласился, скрежеща зубами, и решил направить дурную энергию в другую стезю — теперь он преследует Бетти, постоянно напоминая ей, что Долг Жизни с его сына пора бы и снять. Бетти «ненавязчиво» преследует Седрика Диггори, тихо пялясь из-за угла на объект страсти. Саму Бетти так же «ненавязчиво» преследуют дементоры, которые поняли, что перегнули палку, и пытаются подкупить, посылая записочки на синдарине по типу: «Проси, что хочешь, смертная», — но в ответ получают только вид убегающей Бетти и другую записку: «Спасибо. Ничего не надо». У одного Гарри все нормально: они с Луной несколько раз прогулялись по закоулкам Хогвартса, разговаривая о создании артефактов, мистер Лавгуд одобрил симпатию дочери, а еще все-таки выпустил статью о возможной невиновности Сириуса Блэка. Кстати, Блэк вообще затих, и с этим надо что-то делать, пока его не поймал кто-то другой. Подошла бы охота на живца, но как донести до беглого зека, что наживка — вот она, под носом? Не ходить же с транспарантом? И тут Гарри очень вовремя попалась на глаза расфуфыренная журналистка «Ежедневного пророка», устроившая засаду у кабинета ЗОТИ. — Мисс Скитер, мэм, — она даже вздрогнула, так тихо подкрался Гарри. — Охотитесь? — Оу, мистер Поттер, о чем вы говорите? — женщина немного нервно поправила крупно завитые локоны. — Я просто хочу обсудить с профессором Люпином финальную редакцию его книги о путешествии к индейцам, но он, видимо, научился у них без следа растворяться в пространстве. — Хотите, я устрою вашу встречу? — в глазах Скитер зажегся огонек интереса. — В обмен я хочу, чтобы вы опубликовали статью, где пару раз упомянете, что я… люблю прогуливаться у леса за теплицами. Идет? — Гарри не успел договорить, а его ладонь уже трясли в рукопожатии, скрепляющем сделку. Теперь дело за малым — уладить проблему с патрулем дементоров, чтобы они держались подальше от теплиц. В начале учебного года Дамблдор сказал, что стражи Азкабана не знают жалости — это так, и никакое эльфийское прошлое этого не исправит. Еще он говорил, что с ними невозможно договориться, но так было до одного маленького открытия — дементоры готовы грызть друг другу глотки за счастливые воспоминания, а те у Гарри есть в достаточном для взятки количестве. Вернее, воспоминания не его, но Бетти согласилась пожертвовать на благое дело обрывки своего счастья, которые до времени собирала в пустую бутылку — по дороге в Хогвартс она успела послушать свои любимые песни по тридцать раз. «Но как в первый раз». На переговоры он взял с собой Гермиону и Луну. Заучка будет переводчиком, как единственная сведущая в эльфийском языке, а Лавгуд приготовила по амулету для каждого и навертела такую защиту, что десяток дементоров не просто не пересек черту от зла, а старался держаться подальше. Что говорить, они даже не подошли, чтобы «продегустировать» плату, и попросили передать образец с помощью Левиосы. Гарри только пожал плечами, перелил немного молочного тумана в пробирку и отправил в сторону черных балахонов. Была драка. Страшная… Эльфы они или нет, но не будь здесь защитных кругов Луны — их троих растерзали бы в мгновение, чтобы добраться до бутылки. — Они согласны изменить маршрут и не будут приближаться к теплицам. Через две недели, как и договаривались, — Заучка наклонила голову, вслушиваясь в еле слышный хриплый шепот на синдарине. — Они опять спрашивают, чем можно отблагодарить Бетти за освобождение их друзей. — Ничем. Она просила передать, что у нее все есть, и ей запрещено даже приближаться к вам, не то что принимать подарки. После договора и очередного отказа дементоры развернулись и поплыли прочь. Гарри протер очки и поковырялся в ухе, но странная картина не изменилась — половина дементоров хрипло и еле узнаваемо напевала песни «Металлики», а последний даже покачивал капюшоном, как рокер на концерте. Бр-р-р… Привидится же всякое… Гарри решил продолжить разговор, отложенный перед началом встречи: — Луна, так как ты узнаешь, какие вещи подходят для амулетов? — Я их спрашиваю, — безмятежно ответила девочка. Она пошарила под ногами и подняла из кучки перьев обтрепанное перышко, совершенно не обращая внимания на подкатанные глаза Гермионы. Лавгуд поднесла перо чуть ли не к носу и расфокусировала взгляд, при этом вид у нее стал еще более сумасшедшим, чем раньше. — Это принадлежало сойке, которая закрывала свое гнездо от ворона — я вижу это прямо сейчас. Она умерла, к сожалению, но ее перышко помнит, как защищать. Из него выйдет хороший оберег. — Это же из седьмой главы книги мистера Леграна! — Заучка вдруг начала цитировать по памяти: — «Всякий предмет, будь она мал или велик, обладает подобием памяти. Искусный маг может войти в резонанс с Миром и пробудить память вещей, узнавая то, чему ни один человек не был свидетелем». — Какое сухое описание, — Луна воткнула перо в волосы, совсем рядом с волшебной палочкой, и взяла Гарри под руку. — Нарглы объясняли проще, потому что они не любят скуку.

***

Подготовка заняла как раз две недели. Еле уложились, благо временная камера для беглого заключенного уже была — рунная защита Логова вполне послужит этой цели. Всего делов, одному из Неудачников прокричать: «Хода нет», — и никто не сможет переступить порог. Саму же засаду для Сириуса Блэка похвалил даже такой перестраховщик, как Дарт Марвел. Гарри, в роли наживки, будет идти впереди, держа руку поблизости от палочки и Каледвулха. За ним, на расстоянии нескольких ярдов, Малфой под мантией-невидимкой. Почему он, а не кто-то другой? Просто на уроках Дарта Марвела выяснилось, что у Драко самая быстрая реакция, как у ковбоев из вестернов. На тех же занятиях все рыцари Ордена Неудачников до автоматизма довели Ступефай, выучили Инкарцеро и привыкли к мысли, что сидеть в засаде придется долго. Мантий-невидимок на них не нашлось, но Луна и Бетти вместе разработали целый скрывающий комплекс из чар, рунных камней и линий из толченых раковин улиток. Почему именно улитки? А потому что они ничего, кроме света и темноты, различить не способны. Заодно на испытаниях в Логове выяснилось, что спрятанных в круге не может увидеть даже Карта Мародеров. — Это из-за старой магии, — сказал Рон с видом эксперта, проводя рукой над якобы пустым кругом, где прятался Криви. Невидимый, но осязаемый — тот ойкнул, когда рыжий нечаянно тыкнул ему пальцем в глаз. — Прости. Колин, ты меня видишь? — Неа. Вообще ничего не вижу, только то место, где стою, но все слышу. И все чувствую! — Я же извинился! — Рон почесал рыжий затылок и повернулся к сонной Гермионе, опять прикорнувшей с книгой в кресле. — Заучка, поможешь в расчетах? Надо поменять расположение рунных камней. — А? Что? — она бросила взгляд на часы на запястье, а потом подскочила, сжимая в кулак одежду на груди. — Я же опоздала на Предсказания и Магловедение! Малфой, отпусти меня! Я опаздываю! — Тихо-тихо, спокойно. Сегодня суббота, занятий нет, — Песец аккуратно усадил ее обратно в кресло. — Может, хватит? Ты уже с ума сходишь со своим графиком учебы. К тому же, Предсказания и Магловедение идут в одно и то же время. Ты что, вздумала разорваться на две маленькие Заучки? Чур моя та, что с нормальными мозгами, а не помешанная на знаниях психичка. — Малфой! — и замахнулась книгой. Гермиона гонялась за Драко, Драко тренировал бег с препятствиями, Рон ждал, пока они не наиграются, а остальные только пожали плечами на привычную сцену погони и продолжили заниматься своими делами. Даже Дарт Марвел всего один раз буркнул что-то про пубертатных подростков и вернулся к беседе о расстановке сил в засаде на Блэка. —По человеку на каждые десять ярдов, плюс по двое на концах тропинки и один ближе к Запретному лесу, чтобы остановить Блэка, если он почует ловушку и сдаст назад. И у меня такое чувство, что проблему с кругами сокрытия одной перестановкой камней не решишь — старая магия сильна, но не столь изящна и направлена, как современная, — ситх вздохнул. — И все-таки жаль, что Карта Мародеров не захватывает тропинку за теплицами. Тогда засечь Блэка было бы намного проще. А круги сокрытия я предлагаю оставить такими, как есть. Надо будет — крикнешь погромче. Что скажешь? — Что пора действовать, — Гарри прочистил горло. — Орден Неудачников! Одеваемся в теплую и удобную одежду, девушки меняют юбки на штаны. Берем с собой банки с колдовским огнем, питье и перекус — сидеть придется долго. Мы начинаем охоту на Блэка! — Да! — взревели они, как один. Два гонца убежали на кухню за припасами, четверо отправились в покои четырех факультетов, собрать теплые вещи товарищей, Бетти и Луна складывали в сумку рунные камни и бумажные пакеты с порошком из улиточных панцирей, а остальных Неудачников Гермиона привлекла к созданию банок с синими огоньками. Через сорок минут все были собраны и выслушивали последние наставления Поттера. У всех сосредоточенный вид и глаза людей, готовых на первое большое дело. Только Бетти выделялась — она измазала лицо сажей из камина, чем стала похожа на индейца чероки, разрисованного узором из ломанных линий и точек. Этого боевого раскраса ей явно показалось мало, раз она решила походить еще и на героя боевиков — вытащила из кармана джинсов желто-черный хаффлпаффский галстук и пыталась повязать его на лоб, на манер Рембо. Удивительный энтузиазм! И это проблема. Гарри было горько, но он все же сказал: — Калека, ты не идешь. — Что-о-о?! Надо сказать, удивилась не только Бетти, но она быстрее всех отмерла: — Это потому, что я не могу пуляться заклинаниями?! Потому что меня палочка не слушается?! Должен же быть какой-то выход! Я… Я… Я сейчас что-нибудь придумаю… — она ходила туда-сюда, грызла ногти, теребила рукава, заламывала руки. Ее взгляд остановился на Финч-Флетчли, который со второго курса не расставался с рогаткой. — О! Та кошка драная так делала — я видела во сне! Надо взять камешек, начертить на нем останавливающую руну Ису, зарядить в рогатку, а потом ка-а-ак запульнуть! Похлеще Ступефая выйдет! — Нет, дело не в заклинаниях. — Эм… — девчонка отвела взгляд. — Ну ладно, тогда пойду навещу Пушка. — А потом «случайно» окажешься у теплиц? Нет. Проблема в дементорах. — Но я ведь пообещала папе и маме, что не буду к ним подходить. Я могу… — Бетти! Дементоры сами к тебе прибегут, как только почуют! — Гарри стиснул зубы и изо всех сил постарался говорить спокойно: — Они легко выходят из себя. Если ты откажешь им прямо в лицо, они могут разозлиться… и убить нас всех. Тебе лучше сидеть в замке, пока хотя бы один из нас не сможет выучить Патронус, чтобы было чем ответить дементорам. Прости. Сердце Гарри разрывалось от сожаления, но подставлять весь Орден Неудачников не мог. Последнее что он увидел, прежде чем закрыть дверь, было печальное лицо подруги. Печальное и раскрашенное глупыми узорами, которые так и не пригодятся ей сегодня.

***

— Скучно… Скучно. Скучно! — Бетти душераздирающе вздохнула и распласталась по столу. Вытянутые руки коснулись клетки с крысой Рона. — Вот так, Коросточка, чтобы мы не сдохли нас с тобой заперли. Меня от дементоров, тебя от Живоглота, Блэки… Песчинки, в конце концов, — она кинула быстрый взгляд в угол, где на личной коряге дремала кобра, готовая в один миг сожрать крысу, стоит той покинуть клетку. — Тоска-а-а… Одной частью сознания, воспитанной на видениях кошатины, Бетти понимала поступок Гарри и была полностью согласна с мыслью, что подставлять всех ради прихоти глупо, но другая ее часть… Она ведь тринадцатилетняя девочка! Ну, почти четырнадцатилетняя, но все еще ребенок. Ей хотелось дурачиться! Искать новые впечатления! Настолько яркие, чтобы ей снились гонки за Блэком, а не та хрень, что она обычно видит по ночам! Нет, конечно, и там есть светлые моменты. Например, во сне Бетти смогла посмотреть глазами кошатины несколько фильмов, которые еще не сняли, если вообще снимут. Каждый из них понравился, а после «Зеленой мили» она вообще проснулась в слезах и переполошила всю женскую спальню барсуков рыданиями о Джоне Коффи, чье имя «как напиток, только пишется по-другому». Краткого пересказа хватило, чтобы однокурсницы загорелись желанием тоже посмотреть фильм, но как?! До его выхода еще пять лет! Бетти что, придется весь остаток отпущенного времени наблюдать за ЧУЖОЙ жизнью и до скончания веков сидеть в убежищах?! — Вот сволочи! Как сговорились все! Фейри такие: «На тебе реплики сокровищ сидов, но вместо меча держи раскладной ножик для туристов. С ложкой и вилкой, ага». Родители тоже заставили пообещать, что я с дементорами нарываться не буду. Думала, хоть на Блэке оторвусь, а Лохи мне: «Здесь может быть опасно, сиди в Логове». И Сенсей туда же. Тьху на вас! — очень злая Бетти резко опустила подбородок на подставленный кулак. Больновато вышло, но прочистило мозги. — Стоп! Мне же никто не сказал, что я должна сидеть именно здесь! Короста, хочешь погулять со мной? Крыса о-о-очень хотела погулять, аж лапки сложила в молитвенном жесте, но это неудивительно, ведь жизнь рядом с волшебниками делает животных умнее. Крыса вообще не сопротивлялась, даже спокойно повисла в руке, когда Бетти ее вытащила из клетки и заметила под ее хвостом нечто такое, на что раньше не обращала внимания. — Кстати, крыска, тебя не бесит, что тебя назвали Коростой? Ты ведь самец, а не самка. Уизли что, биологию не знают? Убирать крыса в карман, как Рон, Бетти не стала — один раз неудачно прислониться к стене, и у Уизли больше не будет питомца. Вместо этого девчонка задрала джемпер, завязала в узел футболку на животе, опустила Коросту в образовавшийся «карман-мешок» и прикоснулась к Крысу щупальцем Дара, чтобы узнать, удобно ли ему там. Тепло. Уют. Защищенность. Благодарность. Крыс свернулся клубочком между недоразвитых сисек, которым совсем скоро понадобится лифчик. Возбуждение. Замешательство. Стыд. Замешательство… Возбуждение. — Ну охренеть теперь! Крыса-извращенец! — Бетти заглянула за оттянутый ворот. Крыс лежал, блаженно прикрыв глаза. — Хотя… О чем это я? Я целуюсь с призраками и дементорами, в соседях верховный лоа, Учитель вообще не из этого Мира, а вместо снов смотрю бытие одной кошатины. И первый мужик, увидевший во мне самку, вообще не моего вида! Для меня это должно быть в порядке вещей, конечно, но бля!.. Короста! Вздумаешь пойти дальше влажных фантазий — оторву яйца и скажу, что это дело зубов Песчинки или Живоглота! — крыс вздрогнул и быстро-быстро закивал головой. — То-то же. Бетти могла бы отреагировать более резко, но когда ты эмпат в школе-интернате, полной подростков, взрывающихся гормональной бурей от вида голой коленки одноклассницы… Словом, человек ко всему привыкает. Девчонка только пожала плечами и вышла из Логова, тихо прошептав: «Хода нет». Ей не надо было оборачиваться, чтобы увидеть, как вспыхнула вязь ее рун, потому что она точно знала — теперь никто, кроме рыцарей Ордена Лохов, не сможет переступить порог. Кроме, разве что, Песчинки. И то только если в нее вселится Дамбала — фейри плевать на все преграды. — Ну что, мой верный Санчо Панса, — обратилась Бетти к крысу, высунувшему плешивую любопытную морду из-за ворота джемпера. — Сначала набег на кухню, чтобы заесть горе, а потом тренировка? — Пи-пи-пи! — Как ты мог так плохо подумать обо мне?! Конечно же я возьму для тебя сыр и орешки. Визит на кухню прошел без происшествий. Домовики быстренько соорудили ей чай, тарелку бутербродов, кулек с лакомством для крыса и замерли, умильно смотря на жующую девочку, отчего бутерброды чуть у нее в горле не встали. Такие милашки, а как вспомнишь, что они на самом деле бывшие инквизиторы, приговоренные к рабскому существованию за сожжение невинных… Бр-р-р! Бетти задерживаться на кухне не стала. Споро распихала по карманам свертки с недоеденными бутербродами и откланялась, но все же частью магии с домовиками поделилась. Ей не сложно, всего-то пару куплетов Металлики пропеть. И что с того, что половина из них руками свернули уши в трубочку? Лыбились-то все поголовно, даже Добби, который вообще использовал две морковки вместо затычек. М-да, таких песен он у Малфоев не слушал. Но все равно немного обидно — музыка ведь хорошая. С другой стороны, о вкусах не спорят. Бетти пожала плечами и отправилась выполнять второй пункт из своего списка, то есть затеяла тренировку. По извилистому коридору на четвертом этаже мало кто ходил. Ученики посещали только один кабинет для факультативов, как раз рядом с лестницей, и то всего раз в неделю. Другой конец коридора упирался в тупик со стрельчатым окном и нишами с пыльными рыцарскими доспехами. То, что надо — к доспехам прилагался меч. Бетти взяла его в руки. Легче, чем кажется. Сделала замах и чуть не улетела в стену по инерции. Нет, все-таки тяжелый, и к этой тяжести надо привыкнуть. Восьмерки, выпады, рубящие удары, остановленные на середине. Поначалу Бетти хотела размяться и повторить пару сложных приемчиков из арсенала кошатины, но всего десять минут тренировки выжали ее досуха — она даже не смогла с первого раза нормально вернуть меч на место и тот упал на каменный пол, а стены эхом увеличили лязг до грохота. Хорошо, что здесь никто не ходит — это было бы позорно. Бетти повернулась к окну и попыталась дышать глубоко и спокойно, пока руки перестают дрожать от напряжения. — Правильно говорил Дарт Марвел. Глупо было выеживаться с мечом, если ничего легче палки не поднимал, — она отвлеклась на писк крыса, залезшего на плечо. — Тебе интересно, кто такой Дарт Марвел? Лучше не знать, Короста. Лучше не знать… Солнце только пару часов как покинуло зенит, а Бетти уже успела выполнить все пункты из своего списка, задолбаться и заскучать, глядя в окно. Орден Лохов собирается сидеть в засаде до темноты, так что придется придумать, чем себя занять. Может, все-таки попробовать сделать рунные камни с Исой, как у кошатины? — Так-так-так… Кто у нас тут шумит? Подружка святого Поттера, к тому же одна. Тон говорившего не обещал ничего хорошего. Бетти обернулась и поняла, что дело плохо. Она настолько ушла в себя, что ее Дар даже не почувствовал, как на лязг упавшего меча явились четверо слизеринцев со старших курсов. И ни один из них не был замечен в симпатиях или хотя бы нейтралитете с Орденом Лохов. — Блядство… — Посмотрите, какая невоспитанная маленькая мисс, — слова главаря поддержали издевательским хохотом. — Показать, как в благородных семьях искореняют сквернословие? Заставляют мыть язык с мылом. Предводитель беззвучно взмахнул палочкой и рот Бетти тут же наполнился горькой пеной, но что еще хуже — слизеринец бросил заклинание в тот момент, когда она делала вдох. Бетти упала на колени и стала выкашливать пену, а старшекурсники вдруг решили разъяснить, почему видят ее врагом. Она лишила их факультетского привидения, когда провела Кровавого Барона через порог. Ее друзья переманили на сторону маглолюбцев трех чистокровных магов со Слизерина, а на Малфоя так вообще навесили Долг Жизни. И кем он навешен?!Грязнокровой девчонкой-калекой, которая одевается как мальчишка, не знает своего места и почти не может колдовать палочкой! — Это позор для дома Салазара Слизерина, — Бетти видела только ботинки говорившего. — Может, нам стоит помочь заблудшему студенту нашего факультета? Мы тебя потреплем, не сильно. — А может и сильно, — хмыкнул другой старшекурсник. — А потом скажем Драко, где тебя найти. Притащит тебя в Больничное крыло и избавится от Долга. Это ведь благое дело? — Конечно, — ответил главарь. — Но сначала обездвижим тебя, чтобы не вырывалась. — Зачем? — вставил третий. — Пусть сопротивляется. Я люблю преследовать дичь, а маглы — настоящие животные. На Бетти обрушились жалящие заклинания, а в голове билась только одна мысль: «Хорошо, что умный крыс спрыгнул с плеча в самом начале разговора, — даже одно заклинание убьет маленького зверька». — Господа, почему бы нам не повысить ставки? — из-за слез Бетти не могла видеть выражение лица предводителя, но его высокопарный голос не мог обмануть. Сейчас случится что-то плохое. — Например, Круциатус. Даже если бы Бетти могла колдовать палочкой, это не принесло бы пользы — от Круциатуса не придумано щитов, поэтому она просто вытянула руку, беспомощно закрываясь от боли… но ее не последовало. — Проклятье… Круцио. Круцио! Круцио! Бетти осторожно открыла один глаз. Очередной красный луч ударил в ладонь и растворился без следа в левой руке, немагической настолько, что раны на ней вынуждены заживать самостоятельно, а не от чар или Рябинового отвара. В левой руке, чья ментальная плоть потерялась за Гранью и не существует в мире живых. Сейчас это не увечье. Сейчас это ее щит. Тело начало действовать само собой, по вбитым рефлексам. Нет, ее мышцы не были настолько сильными, как во сне с Сенсеем, но это и не требовалось — солдат тренировал ее разум. Если некуда бежать или опасаешься удара в спину — беги навстречу. Перекат, чтобы сократить дистанцию. Боковой удар в колено — подсечка. Упадет, бей прямым в нос для дезориентации. Таким же образом уронить всех, до кого дотянешься, а потом можно подняться на ноги и приняться за остальных, заслоняясь левой рукой от лучей заклинаний. Видения о кошатине приучили, что запрещенных приемов нет, если хочешь прожить еще день, поэтому Бетти в горячке боя даже не задумалась, что поступает жестоко. Двоих из четверки она уложила подлым ударом, превратив слизеринские яйца в слизеринский омлет. Фразу «лежачего не бьют» оставила благородным дуракам — схватила третьего за правую руку, наступила на спину и как следует дернула до хруста вывихнутого сустава, чтобы он не смог даже двинуть палочкой. Последнему, главарю, с размаху вдарила коленом в челюсть, когда тот попытался подняться. Пара выбитых зубов дробно застучали по каменному полу, создавая аккомпанемент злобной радости Бетти. — Ибо нефиг маленьких обижать, понятно?! Они напали на нее и использовали Круциатус, переступив черту. Что дальше? Империо? Авада?! Может, стоит самой пойти на опережение? Может… их стоит напугать до мокрых штанов, чтобы в следующий раз, когда Бетти опять подловят одну, ни у кого даже мысли не появилось поднять на нее руку? Чем угрожать? Кулаками? Не впечатляет. Мечом от рыцарских доспехов? Слишком пафосно. Швейцарским ножиком, кремушком или котелком? Просто смешно. Копьем? Вполне подходит. Бетти сдернула с шейного шнурка подарок фейри и прислонила его к сбитым костяшкам пальцев, отдавая кровавую плату. Деревяшка размером со спичку вытянулась в полутораярдовое древко, увенчанное листовидным бронзовым наконечником с кельтскими узорами. Красивое копье, но слишком короткое для битвы. Оно скорее для охоты… или запугивания. Бетти скорчила самую крутую пафосную рожу, которую смогла придумать, и наставила острие копья на зеленый галстук постанывающего от боли слизеринца. — Передай всем, что рыцари Ордена Лохов опасны даже поодиночке, иначе я прямо сейчас тебя по-магловски проткну. — Ты наставила оружие на наследника чистокровного рода,— выплюнул окровавленными губами главарь. — Тебя посадят в Азкабан. — Как и тебя. Или не ваша компашка только что Непростительными раскидывалась? — Бетти убрала наконечник от горла и оперлась на копье, как на пастуший посох. — Ну как, идем на прокорм к дементорам? Или расходимся и делаем вид, что ничего не было? Распростертый у ее ног слизеринец ничего не ответил, но его взгляд метнулся за ее спину. Бетти обернулась, но даже вбитые рефлексы не помогли ей уклониться от Инкарцеро — якобы обезвреженный слизеринец с вывихнутой правой рукой на деле оказался левшой. Она упала, спелёнатая магическими веревками. Ну всё, теперь ей точно конец. Бетти очень хотелось зажмуриться, как совсем недавно, но ее остатки гордости, взращенные видениями о кошатине, не позволили закрыть глаза. Леди-кошка никогда не отворачивалась от опасности, Сенсей тоже не отводил взгляда перед ликом гибели, и Бетти не будет — слизеринцы не увидят ее страха. Чего Бетти не ожидала, так это того, что «слизеринский придурок номер три» вдруг замрет на середине шага и завалится опрокинутой статуей, открывая того, кто его вырубил. С пола было видно не очень хорошо, да и далеко он стоял, поэтому Бетти поначалу приняла спасителя за грязного медведя, но когда присмотрелась… Не зверь это был, а человек небольшого роста, с головой закутанный в пахучую шкуру. Стоп! Знакомый запах шубы полувеликана, вкривь и вкось сшитые кротовые шкурки, лицо закрывает маска из коры, а в дырках от сучков слабо светятся оранжевым глаза. Дух грабежа во имя спасения, о котором говорит Хагрид! А что у него в руках? Рогатка?! Фейри-ворюга что-то вытащил из недр шубы, зарядил рогатку и расстрелял еще двух слизеринцев, превращая их в недвижимые статуи, но главаря не тронул. Связанная Бетти вывернулась, насколько могла, рассматривая «снаряд» — гальку с нацарапанной Исой. — Я знала! Знала, что рунный стазис сработает! — она задавила сумасшедшую улыбку и повернулась к фейри. — Спасибо вам, дух грабежа во имя спасения! — но фейри ей не ответил, а начал рыскать по углам. Глухой, что ли? Бетти повысила голос: — Я говорю, СПА-СИ-БО! А если развяжете, то я вас… расцелую. Наверное. — Где крыс? — просипел дух тонким простуженным голосом. Секунда, и он склонился над Бетти, оттягивая ворот ее джемпера. Аромат шубы чуть не сжег ноздри, даже оставшийся в сознании слизеринец поморщился, а фейри хоть бы хны, только оранжевыми глазами в прорезях маски сверкнул. — Он должен быть здесь! В смысле, в этом коридоре, а не у тебя на груди. Хотя и там свои лапы погрел, скотина. Так где он? — Убежал, когда началась заварушка, — девчонка пожала связанными плечами. — Развяжете? — Нет времени. Фейри скинул с плеч брякнувший объемный мешок на лямках и принялся обшаривать карманы слизеринцев, складывая добычу. Знакомая, кстати, торбочка. Прямо как у… — Ах ты ворюга! — девчонка задохнулась от негодования. — Это же сумка Невилла! Освободи меня немедленно, и я тебе наваляю! — Тебя развяжет он, —дух указал за притихшего главаря. Пока вор выворачивал ее карманы, избавляя от свертков с бутербродами, Бетти мимолетно отметила, что руки у мохнатого вора все в царапинах, а грязью из-под обломанных ногтей можно наполнить цветочный горшок. — Заключи с ним Договор о ненападении, и дело с концом, а я пойду. — А ну стой! Стой, кому говорю! — связанная Бетти не могла встать, но попыталась ползти за убегающим духом, как гусеница. — Вот ты!.. Padla!

***

Пока девчонка изображала червяка, единственный незаколдованный слизеринец кое-как собрал себя с пола, вытер кровь с разбитых губ и поднял позабытое бронзовое копье, всматриваясь в узоры. В глаза бросилось издевательское клеймо: «Копия с оригинала. Сделано в Китае (зачеркнуто) Сделано в Тир на Ног». Будь он хоть трижды ненавистником маглов, но слизеринцы славились прежде всего хитростью и умом. Если рядом с шайкой Поттера крутятся жители Подхолмья, то смертным магам не стоит лезть с враждой, а еще лучше держать нейтралитет, если выгодная дружба невозможна. Пакт о ненападении и замятие инцидента? Вполне подойдет к ситуации. Слизеринец взмахнул палочкой, испаряя с грязнокровки магические путы, и протянул руку с предложением Договора. К счастью, девчонка не стала дерзить и с готовностью скрепила их руки на запястьях. Формула Договора была простой, не оставляющей простора для интриг, но они сейчас и не нужны, поэтому все закончилось быстро. — Помочь добраться до Больничного крыла? — он передал ей копье, на которое Бетти оперлась, как на костыль. — Ты поранила колено, когда ударила меня по зубам. — Нет. Я это заслужила и буду страдать за дело, но за предложение спасибо. Я этого не забуду. Кстати, не видел крысу Уизли? Страшная такая, как смертный грех. На бомжа-сифилитика похожа. — Фи… Какие плебейские выражения. — Понятно, сама поищу, — девчонка поморщилась, переступая с ноги на ногу. — А вам самим помощь не нужна? — От грязнокровки? Нет, спасибо. — Ну, что-то должно оставаться неизменным. Интересно, крыс ДОЛЖЕН был убежать, или я смогла изменить предначертанное? Надо будет спросить у Папы Легба, — философски пробурчала под нос девчонка и захромала на выход. — Коро-о-оста! Ты где-е? Слизеринец вздрогнул — нервный дядюшка из Нового Света не раз рассказывал, как ему не посчастливилось встретить Хозяина перекрестков. Нейтралитет! Нейтралитет! Никакой дружбы с шайкой Поттера!

***

Засада будоражила кровь Неудачников только первые полчаса, а потом… Потом стало дико скучно. Гарри успел раз десять неторопливо пройтись по дорожке за теплицами, прежде чем Невиллу пришла в голову здравая мысль: шатающийся туда-сюда одинокий ученик выглядит очень подозрительно. — Будь я беглым преступником, я бы к тебе не подошел, — хмыкнула пустота там, где должен стоять Тюфяк. — Ты выглядишь, как будто поджидаешь кого-то. А вдруг у тебя секретная встреча с аврорами? — Логично, — откликнулся куст, под которым засела Заучка. — Может, ты будешь ходить с книгой? Экзамены всего через несколько месяцев — ты готовишься и «совсем не ждешь нападения». — Гермиона, ты опять про учебу?! — прошипела дорожка голосом Малфоя. — Ты еще предложи ему эссе по Зельеварению на ходу писать! — Для этого я могу дать свое Прытко Пишущее Перо, — тактично вклинился дуб с горделивыми интонациями Финч-Флетчли. — У него большой внутренний запас чернил и эксклюзивный дизайн — отец купил самое дорогое перо в магическом квартале Монако. — Тьфу! — заросли орешника всколыхнулись ломающимся баском Рона. — Кто о чем, а Сноб опять свое богатство выпячивает. Карандашом пусть пишет, и не эссе, а… да хоть кричалку для квиддича! Гарри снял очки и сжал переносицу, успокаивая головную боль. Ох и не зря они назвались Орденом Неудачников — всё у них через задницу. Он так вдумчиво повторял про себя все нецензурные слова, какие только знал, что не заметил, как его нежно обняли за локоть. Размытое светлое пятно, облако белых волос, тонкий аромат полевых цветов и запах редиса от сережек из овощей. — Луна? — он надел очки-велосипеды обратно на нос. — Зачем ты вышла из круга? — Чтобы пойти с тобой на свидание, конечно же, — самая загадочная девушка Хогвартса нежно улыбнулась, смотря в никуда, отчего сердце парня пропустило удар. — Два студента гуляют за теплицами и разговаривают о своем. Это ведь не подозрительно? — Нет, но это опасно, а ты очень медленно плетешь заклинания. — О, теперь понятно, зачем нарглы дали мне это, — Полумна с такой же безмятежной улыбкой вытащила из кармана небольшой револьвер, по-ковбойски провернула его в руке и спрятала обратно. — Нарглы сказали, что пуля летит быстрее заклинания. — Кхэ-э-э… А больше они ничего не сказали?.. — Хм… «Добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом». Пойдем? — Пойдем. Это было бы идеальное свидание… если бы не подслушивающие рыцари Ордена Неудачников и Дарт Марвел, поющий дифирамбы «мисс Лавгуд» — он твердо намерился женить своего падавана на такой исключительной девушке. — Умна, симпатична, талантлива, с прекрасной родословной, не смотрит на ситуацию однобоко, близко общается с фейри, а кольт закручивает не хуже Буффало Билла, — перечислял бывший Волдеморт. — И к тому же дочь главы Отдела Тайн. Ты обязан взять ее в жены, пока другие не увели. Грейнджер, кстати, ты уже упустил, так что пошевеливайся. — Луна! — тихо провыл Гарри. — Пристрели меня! — Прости, Гарри, но у меня для тебя есть только доброе слово, — девушка прислонилась виском к его плечу. — Сочувствую и желаю терпения.

***

План «Сидеть в засаде до темноты» не сработал. После обеда окрестности Хогвартса прихватил такой мороз, что даже банки с колдовскими огоньками не спасали от холода. Гарри скомандовал отбой и тяжко вздохнул, наблюдая, как из скрывающих кругов выбираются дрожащие и хлюпающие носами друзья. — В следующий раз, падаван, не забудь проверить прогноз погоды. — Понял уже, — еле слышно буркнул Гарри, плотнее кутаясь в шарф. — Всем придется выпить Бодроперцового зелья, чтобы не свалились к завтрашнему утру. В Больничное крыло не пойдем — мадам Помфри может сдать нас директору. Хорошо, что Драко с Гермионой наварили ходовых зелий. — А кто вам подсказал это сделать? Правильно, я! Путь обратно оказался легким. Карта Мародеров заранее предупреждала, где могут быть свидетели бесславного возвращения, но к главному сюрпризу подготовить не смогла — по точке с надписью «Беатриче Робертсон» никак нельзя было догадаться, что Бетти встретит их в потрепанном виде и с копьем вместо костыля. Гарри быстро подошел к подруге, мимолетно отмечая детали: растрепанные волосы, сбитые костяшки пальцев, сильная ссадина колена, видная в прореху штанов, скорбное выражение лица и слишком красноречивые грязные следы на подбородке, как будто ей попытались силой что-то влить в рот, а потом поваляли в пыли. В голове роились тысячи вопросов, но сквозь сжатые зубы вырвался только один: — Кто? — Они уже не проблема… — Бетти только махнула рукой, проковыляла к Рону и сочувственно похлопала его по плечу. — Прости, Жрончик, но твоей крысы больше нет с нами. — Ее сожрали? Песчинка? Живоглот? — Нет, она сбежала, как… крыса с корабля. — Вернется, — Уизли пожал плечами. — Короста всегда возвращается. Пусть она и перевела разговор на крысу, Гарри все равно хотел выяснить подробности произошедшей драки, но Бетти опять сбила его с мысли, когда с самым заговорческим видом оттащила в сторону и сунула под нос чей-то выбитый зуб. — Это мой первый трофей, поэтому я хочу вставить его в рамочку, — взгляд у нее был невинный, как у ягненка. — Сможешь сделать? — Смогу, если скажешь, чей это зуб. — Эм… Тут такая проблема… — глаза забегали. — Мы заключили Договор, что конец войне и вроде как ничего не было, поэтому я не могу назвать их имена. Спустя пару секунд ее честный ответ перестал быть нужным — Гарри заметил, как по лестнице осторожно спускаются четверо побитых старшекурсников-слизеринцев. Пусть они раньше смотрели на рыцарей Ордена Неудачников, как на пустое место, но сейчас их предводитель поймал взгляд Поттера и почти уважительно кивнул. — Значит, ничего не было и конец войне? — Гарри кивнул в ответ. — Будет тебе рамочка, Бетти. — Спасибо-спасибо-спасибо! — она повисла у него на шее. — Кстати, Хагрид не врал — дух грабежа во имя спасения действительно существует. Он помог мне… и спер сумку Тюфяка. Уже в Логове обнаружилось, что фейри обчистил не только Невилла, но и всех остальных, причем подошел к делу основательно — в штабе Ордена не осталось ничего съестного, а лекарства были забраны подчистую. Также не хватало любимого пледа Гермионы, маникюрного набора Драко, старой рогатки Джастина, набора напильников самого Гарри и нескольких гранат с серебряным порошком, подаренных близнецами Уизли. В том, что Неудачников ограбил именно фейри не было никаких сомнений — только дух мог преодолеть рунную защиту и не почесаться. Еще один факт, подтверждающий рассказ Бетти: в Логове стояла настолько дикая вонь хагридовой шубы, что пришлось проветривать пару часов.