Let the band play out

Юдзуру прошелся в конец одного из коридоров, потом развернулся и медленно пошел обратно. Хави в данный момент напоследок разговаривал со своим врачом, после чего он должен с Юдзуру вернуться домой. Прошло три дня с тех пор, как Хави привезли сюда, и он чувствовал себя немного лучше, по крайней мере, достаточно хорошо, чтобы покинуть больницу. Доктор Свендсен велела Юдзуру присматривать за Хави, чтобы тот много отдыхал, и теперь Юдзуру вышагивал по коридору, обдумывая план, что он собирается делать. Работа не была проблемой, так как Брайан сказал ему взять столько времени, сколько ему потребуется, но Юдзуру больше беспокоился о здоровье Хави и о том, как они теперь смогут общаться друг с другом. Последние дни были тяжелыми; Хави чувствовал себя очень плохо из-за кашля и головокружения, и Юдзуру не знал, что его присутствие помогало Хави ощущать себя немного лучше. Было настолько очевидно, что Хави переполняло чувство вины, и что он понятия не имел, как себя вести в присутствии Юдзуру, не извиняясь без конца. И, честно говоря, Юдзуру не желал этого слышать. Он хотел, чтобы Хави поправился, и они смогли постепенно все выяснить. Он до сих пор не знал, что будет дальше, и чего именно он хочет, но он понимал, что они не смогут находиться в этом подвешенном состоянии. – Ну, здравствуйте! Юдзуру быстро поднял голову и увидел, что врач Хави улыбается ему. – Здравствуйте, – он неловко улыбнулся в ответ, – мм, все в порядке? – Да, вполне. Я дала вашему партнеру рецепт, поэтому, пожалуйста, убедитесь, что он принимает лекарства и пьет много жидкости. – Конечно. Спасибо, доктор, – откровенно ответил Юдзуру, и она улыбнулась ему, прежде чем кивнуть и попрощаться. Юдзуру глубоко вздохнул и медленно вошел в палату Хави со своей лучшей улыбкой. Хави сидел на краю кровати, глядя себе под ноги, и выглядел глубоко погруженным в свои мысли. Он не сразу заметил Юдзуру, что дало ему возможность хорошо рассмотреть Хави: он выглядел бледным и стройным, как будто немного похудел. Выражение его лица было озадаченным и немного печальным, и у Юдзуру перехватило дыхание. – Привет, – тихо сказал он, и Хави вздрогнул, глядя на него широко раскрытыми глазами. – Привет, – пробормотал он, на секунду прикусив нижнюю губу … – Я, мм … – Я встретил твоего врача, она сказала, что тебя выписали, – улыбнулся Юдзуру, и Хави медленно кивнул. – Да. – Отлично. Тогда пойдем, я заберу твою сумку … – Нет-нет, все в порядке, – пробормотал Хави, вставая и хватая свою сумку с натянутой улыбкой. Юдзуру подавил вздох, решив не спорить из-за этого; они молча дошли до приемной, и Юдзуру внезапно остановился, пораженный какой-то идеей. – Здесь есть аптека, так что я могу купить тебе лекарства, а ты можешь подождать здесь. Там наверняка будет очередь. – Да, мм, конечно, я ... – Хави порылся в кармане и вытащил бумажник. – Мм, вот рецепт, и ... да, немного денег, так что ты можешь просто … – Хорошо, – Юдзуру ободряюще улыбнулся, – я скоро вернусь. Хави лишь кивнул и плюхнулся на ближайший стул, а Юдзуру пошел покупать лекарства. Там действительно была очередь, но прежде чем он успел возмутиться по этому поводу, он почувствовал легкое прикосновение к своему плечу и обернулся, увидев знакомое лицо. – Здравствуйте, Юдзуру! – доктор Новак широко улыбнулся, – не думал, что встречу вас здесь, как вы себя чувствуете? – Я в порядке, спасибо, просто покупаю лекарства, – Юдзуру улыбнулся и откашлялся, – вообще-то, доктор ... ко мне вернулась память. – Это замечательно! – доктор Новак улыбнулся, – я рад и ручаюсь, что теперь вам живется намного легче. – Да, – Юдзуру вздрогнул, но затем импульсивно решил спросить. – Доктор, мне нужно спросить ... вы знали, что ... – он замолчал, чувствуя себя неловко, но на лице собеседника появилось сочувствие. – Мне было известно о вашей ... личной ситуации. Но это не мое дело, чтобы вмешиваться, я только попросил вашего ... друга стараться не вызывать никаких потрясений, особенно в первые дни. Но позвольте сказать вам, если можно ... я думаю, что он делал все с намерением помочь вам. – Я знаю, – пробормотал Юдзуру, и вежливое покашливание напомнило ему, что подошла его очередь, и он улыбнулся пожилому мужчине. – Спасибо вам большое. Было приятно повидаться с вами, доктор. – Мне тоже, Юдзуру. Надеюсь, все будет хорошо. Когда Юдзуру вернулся в приемную, Хави почти уснул на одном из стульев, и Юдзуру решил, что нет смысла убивать себя в общественном транспорте, поэтому он вызвал такси, и через полчаса они уже заходили в свою квартиру. Их тут же окружили кошки, громко мяукая и явно радуясь тому, что они оба дома. – Тише-тише, – пробормотал Хави, и впервые за несколько дней Юдзуру увидел его искреннюю улыбку, и его живот слегка сжался. – Ты голоден? Тебе надо что-нибудь поесть, – сказал он, и Хави мельком взглянул на него, прежде чем снова посмотреть вниз и покачать головой. Было больно от того, что Хави больше не мог смотреть ему в глаза, и что они не могли нормально разговаривать, было больно смотреть на Хави, несмотря на все, что произошло. – Ладно, может быть, попозже, – сказал Юдзуру, – но я сделаю тебе чай, хорошо? – Ладно, – тихо сказал Хави, – я хотел бы ... – он сделал неопределенный жест в сторону гостиной, и Юдзуру кивнул, слегка улыбнувшись. – Я сейчас вернусь. Он схватил любимую большую чашку Хави, поставил чайник и прислонился к стойке, тихо вздыхая. Это все еще было невыносимо, чувства и воспоминания боролись внутри него, и он поморщился, потирая висок. Он понимал, что нет смысла пытаться что-то планировать. Он не должен торопиться, достигая цели день за днем, и, возможно, время все расставит на свои места. Когда он вошел в гостиную через пять минут, Хави уже спал на диване, тихо посапывая, его дыхание все еще было тяжелее, чем обычно. Хоши и Эффи свернулись клубком рядом с ним, и это зрелище было настолько знакомым, что сердце Юдзуру замерло. Он медленно подошел ближе и поставил чашку на кофейный столик, прежде чем присесть на корточки, чтобы хорошо рассмотреть лицо Хави. Теперь Хави выглядел намного спокойнее, но его щеки все еще были бледными, а вокруг глаз появились морщинки от усталости; губы были слегка приоткрыты, воздух входил и выходил с тихим хрипом, и что-то щелкнуло внутри Юдзуру, как будто какой-то маленький кусочек просто переместился в нужное место. Он осторожно протянул руку и мягко коснулся волос Хави, чувствуя, как пересохло его горло и участилось сердцебиение. Он бы все отдал, лишь бы с ним все было хорошо. Это было то, что раньше чувствовал Хави? Юдзуру провел большим пальцем по лбу Хави, и тот тихо ахнул, его веки задрожали. – Хм, – промычал он, медленно моргая, и Юдзуру нежно улыбнулся ему. – Принес тебе попить, – сказал он, и это прозвучало еще тише и нежнее, чем он предполагал, – как ты себя чувствуешь? – Я в порядке. Просто устал, – пробормотал Хави, глядя широко раскрытыми глазами в глаза Юдзуру. Он не сделал ни малейшей попытки пошевелиться, и это был первый раз за несколько дней, когда он не уклонялся от физического контакта, и сердце Юдзуру дрогнуло. Он медленно опустил руку, лаская щеку Хави и чувствуя какое-то тепло, проходящее через его руку прямо к груди. Увлекшись глубиной глаз Хави и теплом его кожи, он не осознавал, что он делает, пока Хави резко не вздохнул, и Юдзуру понял, что в какой-то момент он наклонился так близко, что их лица разделяли всего несколько сантиметров. Юдзуру тяжело сглотнул и немного отодвинулся, медленно выдыхая и пытаясь успокоить сердцебиение. Он потянулся за чашкой, которую оставил на столике, едва не сделав глоток, так как его горло и губы болезненно пересохли. – Вот, – сказал он, хватая чашку и передавая ее Хави, который медленно сел и нерешительно взял ее. – Спасибо, – тихо пробормотал Хави, осторожно беря чашку и уставившись на нее. – Юзу, ты не ... ты не должен все это делать. Я знаю, что я не ... – он вздрогнул, мельком взглянув на Юдзуру, прежде чем снова отвести взгляд. – Я не хочу, чтобы ты чувствовал, что должен заботиться обо мне, – он запнулся, и Юдзуру глубоко вздохнул, ощутив тяжесть в сердце, усталость и невероятную грусть. Хави тоже выглядел измученным и несчастным, и Юдзуру больше не хотел тянуть время. – Хави, посмотри на меня. Хави прикусил нижнюю губу, моргая, но продолжал смотреть на чашку в своих руках. Юдзуру находился в неудобной позе, стоя на коленях на полу, поэтому он встал. Внезапное движение заставило Хави на секунду поднять глаза, и Юдзуру воспользовался моментом, взяв лицо Хави в свои руки и не позволяя ему отвести взгляд. – Хави, – медленно произнес он, – не делай этого. Лицо Хави сморщилось, он судорожно сглотнул, в глазах мелькнула тень беспокойства, и сердце Юдзуру замерло. – Я ужасный человек, – тихо сказал Хави, и Юдзуру покачал головой. – Ужасный – это последнее слово, которым можно тебя описать, – сказал он тихо, но было ясно, что Хави ему не поверил, поэтому он решил прервать тему. – Давай прими душ, это согреет тебя. А я приготовлю что-нибудь поесть, тебе нельзя принимать лекарства на голодный желудок. Хави на мгновение посмотрел на него, потом медленно кивнул, и Юдзуру показалось, что он сейчас улыбнется. Но этого не произошло, Хави лишь тяжело поднялся под обиженное мурлыканье Эффи и ушел, оставив Юдзуру на грани рыданий. *** Юдзуру был вне себя. Его пальцы немного дрожали, когда он включал воду, и на мгновение он даже не мог определить, была ли она нормальной температуры. Его тело находилось в оцепенении, разум был опустошенным, и он понятия не имел, что делать. Хави выписался из больницы неделю назад и чувствовал себя довольно хорошо, насколько мог судить Юдзуру. Он все еще был немного слаб, но этот отвратительный кашель почти прошел, и Юдзуру был этому рад. Но это, пожалуй, было единственное, что делало Юдзуру счастливым, все остальное было плохо. Хави проводил большую часть времени, закрывшись в своей комнате, как будто он хотел спрятаться от Юдзуру и не беспокоить его. И все, что Юдзуру хотел сделать – это попытаться исправить эту проклятую ситуацию, но каждый раз, когда он видел несчастное выражение лица Хави, слова замирали на его языке. Он хотел, чтобы все было по-другому; он хотел, чтобы все вернулось назад, когда они были просто лучшими друзьями, живущими вместе, со всеми этими безымянными чувствами, кипящими на поверхности. Но он также хотел вернуться в то время, когда они с Хави целовались на кухне и однажды занимались любовью, сердце Юдзуру было настолько переполнено нежностью, что становилось почти невыносимо. И теперь Хави – грустный, несчастный и такой виноватый едва мог смотреть ему в глаза, а Юдзуру очень устал от всего этого. Он вымылся механическими движениями, прежде чем выйти из душа и переодеться в свою пижаму. Он посмотрел в зеркало и поморщился от того, как плохо он выглядел: темные тени под глазами, усталые морщинки вокруг губ. Казалось, что он не спал целую вечность, проводя большую часть своих ночей в смятении, иногда слыша приглушенный кашель Хави, доносившийся из его комнаты, это было больно и обидно, что он слишком беспокоился, чтобы пойти и проверить его. Юдзуру застыл, глядя в собственные глаза. Сколько еще он должен продолжать в том же духе? И что он действительно может сделать, чтобы проигнорировать свои чувства? Он не мог этого допустить. С него хватит. Хави лежал под одеялом и даже не пошевелился, когда Юдзуру тихо вошел в его комнату. Сердце Юдзуру слегка дрогнуло, когда он подошел ближе и услышал глубокое ровное дыхание Хави, а когда его глаза привыкли к тусклому свету комнаты, он увидел его лицо – такое спокойное и расслабленное. Медленно и осторожно, чтобы не напугать Хави, Юдзуру забрался на кровать рядом с ним буквально в нескольких сантиметрах; он повернул голову, чтобы посмотреть на Хави, обводя глазами его черты: линию щеки, чуть длинноватые волосы, слабую щетину на подбородке. Юдзуру не знал, как долго он таким образом наблюдал за Хави, ни о чем не думая и пропуская через себя все переживания, когда внезапно Хави тихо вздохнул, повернувшись на бок и слегка открыв глаза. Он несколько раз моргнул, прежде чем выражение его лица изменилось, и он ахнул, широко раскрыв глаза. – Прости, я не хотел тебя будить, – сказал Юдзуру, прежде чем Хави успел что-то сказать, – надеюсь, ты не против, что я здесь. Хави открыл рот, но ничего не сказал; он также не отодвинулся – это был хороший знак, что заставило Юдзуру почувствовать себя немного смелее, поэтому он придвинулся еще ближе. Стало легче и немного проще, как будто все можно было решить. – Ты не разбудил меня, – пробормотал Хави, заметно сглотнув, – что, мм ... почему ты здесь? Юдзуру не мог разглядеть в тусклом свете комнаты, но он был почти уверен, что в глазах Хави мелькнуло что-то похожее на надежду, отчего его сердце затрепетало, и он понял – сейчас или никогда. – Я скучаю по тебе. И я хочу, чтобы ты вернулся, – сказал Юдзуру, дотрагиваясь до руки Хави и сжимая ее мягко, но уверенно. – Я прощаю тебя, Хави. И теперь ты должен простить себя сам, потому что ты мне нужен, – прошептал он немного умоляюще. – Пожалуйста. Ты нужен мне. Хави только посмотрел на него большими темными глазами, а потом резко вздохнул, словно собираясь с духом. – Зачем? – спросил он так тихо, что Юдзуру прочитал это по его губам, и слова замерли на его языке, потому что этого было настолько много, что он больше не мог говорить. Дрожащими пальцами он дотронулся до лица Хави, а затем мучительно медленно наклонился ближе, давая ему время отступить, если он захочет, но Хави только продолжал смотреть на него, не двигаясь, с беззащитным и открытым выражением лица. И наконец, спустя целую вечность, их губы соприкоснулись, и это было похоже на возвращение домой. Это было теплым, нежным и таким знакомым, что Юдзуру чуть не заплакал, потому что он так сильно скучал по Хави, будучи рядом с ним. Юдзуру не знал, сколько времени они так провели, робко прикасаясь друг к другу губами, а потом Хави тихо вздохнул, и Юдзуру немного отстранился, глядя ему в лицо. И он почувствовал облегчение, увидев, что Хави улыбается застенчиво, но искренне, и в глубине его глаз не было вины. Он медленно протянул руку, касаясь виска Юдзуру с нежным и задумчивым выражением лица, а затем опустил руку, взяв ладонь Юдзуру и соединив их пальцы вместе. – Скажи мне, что все будет хорошо, – тихо спросил Хави, и Юдзуру сжал его руку, наклоняясь ближе и прижимаясь к нему лбом. – Все будет хорошо. Хави тихо выдохнул, его веки задрожали, когда он придвинулся ближе, и Юдзуру искренне поверил, что с ними все будет в порядке.